За кулисами

Перемены всегда несут за собой серьезные последствия. Принятые решения, сделанный выбор — из множества возможных путей в итоге остается один. Будет он правильным или нет — каждый решает уже сам. Подавленные эмоции однажды вырвутся наружу, приобретут собственную оболочку, способную захватить не только тело, но и сам разум, полностью изменить привычный образ жизни. Побег не облегчит страдания, лишь будет напоминать о сделанном. И Кэтрин знала это, как никто другой. Сбежав из мира, бросив все, что было так дорого сердцу, она оборвала единственную ниточку, которая была способна вернуть обратно домой. Позабыла о ключе, о правилах, не смогла вспомнить, и только попытки Аделины донести о существовании мира не позволили созданному детищу со всем живым сгинуть в небытие.

«Я обещала, что не позволю тебе забыть. И пусть для тебя мы теперь не больше персонажей, придет время, и ты обязательно вспомнишь...».

— Аделина, ты оглохла? — грубый голос Ребекки выдернул из воспоминаний.

Аделина глупо моргнула, покрутив головой, только бы отогнать остатки наваждения. Негативные эмоции Кэтрин превратились в полноценную личность — нынешнего Создателя, а цель вернуть настоящего постепенно теряла свой смысл. Аделина тихо выдохнула, подходя ближе.

— Чем обязана, моя леди?

Ребекка брезгливо повела носом, сложив руки на груди, и перевела взгляд на сидящую на полу Рину, небрежно схватив за щеки. Струйка крови потекла вдоль лица, капая на ладони. Рина сжала пальцы в кулак, прикрывая один глаз, и поджала губы.

— Этот мир уже давно нуждается в чистке от всех нелепо рожденных, — Ребекка замахнулась, оставляя болезненный отпечаток на чужой щеке. — Ты могла привести «Кэрол» к успеху, но попыталась убить. Оставила мир на собственное попечение, инсценировала свою смерть. Рина, ты — самый отвратительный Создатель за все существования «Мира Мечтаний».

— Я никогда и не хотела им быть, — неприятный хрип царапнул горло. — Лаврентия справлялась с возложенной ответственностью, пока трусливо не сбежала в собственное детище. Почему же ее не обвиняешь?

— Я бы с радостью, но она — частичка Кэтрин. Убить Лаврентию — это равносильно убить и саму Кэтрин, — она недовольно закатила глаза. — Тебе ли не знать этих тонкостей.

— Не ты ли теперь новый Создатель? — Рина содрогнулась всем телом от слабости, опуская голову.

— Рина, Рина, Рина... какая же ты глупая! — зло прошипела Ребекка, хватая ее за волосы, и вынудила посмотреть на себя. — Я — воплощение подавленных эмоций, отвергнутых чувств, все то, что Кэтрин жаждала спрятать глубоко в сердце, чтобы оставаться солнечным человеком. Позволила всем вокруг взять от себя по кусочку, не получив ничего взамен. При всем желании, я не могу полноценно править, пока Кэтрин дышит, даже если и далеко от мира, — она небрежно оттолкнула от себя Рину, доставая из кармана платок. — Кэтрин должна либо принять меня и передать титул, либо отвергнуть в честном бою. В ином случае я лишь временный Создатель до ее возвращения.

— Смерть Катарины не принесет тебе удовлетворения. Всегда будет мало.

Громкий смех Ребекки разразился по всему залу, отражаясь в каждом доступном уголке. Аделина удивленно приподняла брови, склонив голову на бок. Личность, родившаяся из негативных чувств и эмоций, была самой непредсказуемой в мире. Никто не знал ее истинных мотивов, целей и даже полноценной силы. Аделина отвергла шанс получить уважение, становясь злодейкой, которую все так жаждали видеть.

— Кэтрин постаралась на славу, когда спрятала свой прекрасный мир от чужих глаз, но я найду выход отсюда, — Ребекка бросила белоснежный платок, который плавно опустился на пол. — Катарина еще пожалеет о том, что посмела дурачить нас, играться на чувствах. Все, кто когда-либо использовал «Кэрол» в своих целях, будут в слезах молить о пощаде.

— Ты ведь также смертна, как и любой другой в этом мире, — Рина подняла голову. — Не боишься, что найдется тот, кто поднимет восстание?

— Смертная? — небрежный смешок сорвался с уст. — Дорогуша, ты явно не понимаешь, что я такое.

По телу прошелся неприятный холодок, вынуждая дрогнуть. Рина опасливо прижала к себе ладони, затаив дыхание. Ребекка закрыла глаза, расставляя руки в разные стороны, и медленно выдохнула: широкие трещины спешно прошлись по каменной плитке, разделяя ее на части, а свечи устроили невообразимый танец огня. Аделина раскрыла крылья, приподнимаясь от пола, по которому образовывались сгустки непроглядной тьмы. Рина резко поднялась, чудом удержав равновесие, и обняла себя за плечи. Холод вызывал мурашки по всему телу, леденил душу. Ребекка приложила палец к губам, широко улыбаясь, и приоткрыла один глаз. Мгновение — и на ее место рассыпалась вуалью тьма, образуя густые комки вокруг Рины. Аделина зажгла в ладони магию, не понимая, чего стоит ожидать.

— Я не личность, не муза, даже не Тень, — голос Ребекки раздавался везде и нигде одновременно. — Воплощение подавленного, взращённого самолично в маленьком сердечке, которое утратило веру в мир. Меня нельзя убить — только подавить.

— Ты — сама тьма, — тихо прошептала Рина, закрутив головой в разные стороны. — Нельзя коснуться, невозможно ранить.

— Именно так, Рина, — кивнула Ребекка, приняв обратно собственный образ на периллах балкона второго этажа, и закинула одну ногу на другую. — Ты можешь сколько угодно принимать попытки, но я могу в любое мгновение обратиться в дымку. И пока сердце Кэтрин покрыто мраком, никто не способен остановить меня.

— В «Мире Мечтаний» нет бессмертных. Даже сама Кэтрин смертна, — вмешалась в диалог Аделина.

Ребекка в ответ щелкнула пальцами, вновь оказавшись на привычном месте. Трещины мгновенно исчезли, огонь вернулся в спокойное состояние, а тьма рассеялась. Аделина сложила крылья, убирая магию.

— У всех есть слабые места. Но, когда о них никто не знает, то всегда будешь казаться всесильным, — нехотя признала Ребекка. — В любом случае, я слишком задержалась. Пора бы и тебе, Рина, отправиться в след за Кассандрой и Аделаидой — исчезнуть со страниц истории. Слабый должен умереть.

Рина хрипло вдохнула, прикладывая руки к животу, и опасливо отступила. Аделина сомнительно повела уголками губ, прищурившись.

— Ты беременна?

Страх отразился в голубых глазах, скользнул вдоль позвоночника. Рина крепче обвила собственный живот руками, поджимая губы. Несостоявшийся Создатель, который был рожден с единственной мечтой и целью — создать семью, выйти замуж, быть счастливой среди детей. Но реальность оказалась куда более жестокой, вынудив Рину погрязнуть в пороках собственной слабости, почти убив оболочку «Кэрол». И мечты о доме, муже и семье больно разбились, рассыпаясь десятками осколков, которыми некогда Рина резала руки в углу комнаты под горькие, неконтролируемые слезы. Все цели в миг утратили смысл, превращаясь в сплошной комок боли, от которого задыхался каждую ночь вместо сна. Рина исчезла из реального мира, но никогда не покидала страниц «Мира Мечтаний», как и не забывала собственные мечты.

— Третий Создатель — Рина, известная под титулом «Наследница сердец», — Ребекка задумчиво стояла к ней спиной, пролистывая книгу о мире. — Не смогла состояться в оболочке «Кэрол», так решила здесь исполнить мечту о большой семье?

— Откуда у тебя эта книга? — Рина удивленно приподняла брови. Некогда эту книгу искала сама Кассандра, желая лучше понять мир, созданный руками Кэтрин.

— Взяла почитать на досуге, — отмахнулась она, обернувшись. — Удивительно, что после тебя был рожден псевдосоздатель. Хотя... — Ребекка приложила палец к губам, прикрыв глаза. — Я даже догадываюсь, кто даровал Анир такую честь. Это ведь была ты, не так ли? Ее близнец, который был поглощен не без твоей помощи, позволил Анир зажить полноценной жизнью. Лаврентия лишила себя статуса Создателя, когда отзеркалила «Мир Мечтаний», потянув на дно и Кэрри, а значит тебе нужен был кто-то, на чьи плечи ляжет ответственность. И ты даровала Анир эту милость, — она спрятала руки за спину, склоняя голову на бок. — Кто бы мог подумать, что такая трусиха, как ты, на деле умная, расчётливая и хитрая личность.

— Я не могу ее убить, моя леди, — Аделина заметно отступила. — Не хочу становиться детоубийцей.

— Дилетант, — закатила глаза Ребекка. — Ты ставишь меня в неловкое положение, Аделина.

— При всем уважении, моя леди, но я не стану кропить руки кровью младенца.

Темная дымка неспешно окутала ноги Ребекки, поднимаясь до колен. Аделина даже не шелохнулась, внимательно наблюдая за происходящим. Подобная выдержка вызвала на лице Ребекки неподдельное негодование, и одним взмахом ладони она рассеяла дымку. Она нервно потерла веки глаз, легким движением руки закрывая книгу.

— Ладно, надеюсь, ты не заставишь меня пожалеть об этом, — плохо скрытая угроза слетела с губ. — Дождемся рождения ребенка, а после сотрем со страниц «Мира Мечтаний». А до тех пор нужно Рина будет томиться в темнице, чтобы исключить все попытки к побегу.

Тьма разошлась по каменной плитке, тонкими нитями вцепившись крепко в запястья и лодыжки Рины. Взгляд Ребекки выражал открытое возмущение, а брови непроизвольно свелись к переносице. Рина приняла попытку вырваться, но безуспешно. Она в ужасе посмотрела на Аделину, которая отвела взгляд. Сердце ускорило ритм от неизвестности происходящего, а тьма лишь плотнее обступала, желая сдавить со всех сторон. Рина крепко сжала пальцы в кулак, закрыв глаза.

Резкий порыв ветра открыл нараспашку двери, которые с гулким эхом ударились об стены, и принес с собой запах беды и одновременно свободы. Аделина спешно раскрыла крылья, а по всему залу прошлось мимолетное мерцание. Рина ощутила легкость, разжимая пальцы, и осмотрелась: тьма постепенно рассеивалась, а взгляд Ребекки отражал неподдельный интерес. Аделина зажгла в руке огонек магии, который также быстро и убрала, нервно вдохнув через нос. Рина удивленно моргнула, протянув руку, и пальцами коснулась тонкой, но такой прочной ниточки паутины. Только сейчас взгляд уловил сплетенную паутину за спиной Аделины. Она резко обернулась, неудачно подвернув лодыжку, и оказалась в объятиях Анир. Нервный вдох сорвался с уст, а язык словно прирос к нёбу. Рина прижимала к себе руки, восхищенно глядя на Анир, обновленную внешность которой не видела до сегодняшнего момента: серьезный взгляд заставил сердце в груди замедлить ритм, а высокие, безупречные рога, украшенные разными цепочками из камней, моментально приковали к себе внимание. Свободной рукой Анир сжимала все стянутые нити паутины между пальцев, готовясь словно начать играть, как на струнах. Рина заставила себя отвести взгляд, неловко прикрывая губы, и посмотрела на Аделину, которая даже не шелохнулась: шея и крылья плотно сдавливали липкие нити паутины, не позволяя сделать лишних движений. Ребекка полностью выглянула из-за спины музы, довольно захлопав в ладони, но Анир лишь сильнее натянула паутинные струны, которые охватили весь зал.

— Я даже не ощутила твое присутствие, — она сложила пальцы в замочек, склоняя голову на бок. — Поразительно! Как же Рине удалось сделать из бракованной личности сделать псевдосоздателя, без нахождения самой Кэтрин в мире?

— Не твоего ума дело, — процедила сквозь зубы Анир. — Пока я жива, больше никого не настигнет участь Кассандры и Аделаиды.

— Зараженные уже не волнуют твою душу? — странный смешок сорвался с уст. — Не я, так они сгрызут Рину до костей.

— Если ты хоть пальцем тронешь ее, клянусь, Ребекка, от Аделины только перья останутся.

— Тише-тише, не стоит так радикально, — Ребекка отступила назад, прикрывая книгу. — Я даю вам возможность убежать, а ты освобождаешь Аделину от своих паучьих сетей. Честный обмен, как тебе?

Анир крепче сжала между пальцами нити, не позволяя никому двинуться. Сердце бешено билось в груди от волнения, отдаваясь ударами в самой глотке. Спорить желания не было. Пальцы с легкостью разомкнули все стянутые паучьи сети, сорвав с уст Аделины облегченный выдох. Уголки губ Ребекки расплылись в довольной улыбке, а Анир крепко схватила Рину за запястье, бросившись к дверям.

Ветер моментально ударил в лицо, желая сбить все мысли, дезориентировать. Одной вспышки магии хватило, чтобы сжечь всю паутину, которой был охвачен зал. Анир сорвалась на бег вниз по лестнице, потянув за собой и Рину, дыхание которой сбилось. Неприятное покалывание в боку вызывало дискомфорт, не позволяло сконцентрироваться на собственном побеге. Темная дымка вуалью спустилась следом, мгновенно окружив со всех сторон. Анир резким движением прижала к себе Рину, крепко вцепившись пальцами в плечо, а по телу прошелся поток синего пламени. Смех Ребекки эхом отразился в голове, в ушах, и, казалось, в самом сердце. Она была везде и нигде, невозможно коснуться, ранить или даже поймать. Охватила со всех сторон, отрезала путь к отступлению. Рина уткнулась в плечо Анир, крепко зажмурившись. Страх сковал в плотные тиски, срывая тяжелое дыхание.

— Эмануэль, я нуждаюсь в тебе! — выкрикнула Анир, крепко обнимая Рину.

Привычный пейзаж постепенно размыло, превращая на мгновение в белое полотно. Анир прикрыла глаза, пару раз моргнув, и отпустила Рину.

— А свято клялась, что никогда больше не обратишься ко мне, — Эмануэль, приняв женский облик, обернулся через плечо, слегка улыбаясь.

— Ты обещал, что вытащишь нас оттуда, — Анир недовольно повела плечом. — Долго собирался выжидать?

— Разве я мог лишить себя удовольствия услышать твой беспомощный зов?

Тело Анир вспыхнуло синим пламенем, полностью передавая гнев. Она замахнулась рукой, отбрасывая от себя волну магии. Эмануэль не переставал улыбаться, вальяжно подняв руку, и щелкнул пальцами. Все волшебство по одному лишь велению испарилось, даже не коснувшись виновника.

— Ани-и-и-р! — закричал Акира, накидываясь на девушку со спины, и сжал в крепких объятиях. — Как я рад, что ты жива!

С уст Анир сорвался недовольный вдох, но она позволила себе мягкость: прижалась щекой к щеке Акиры, обнимая одной рукой. Какие бы разногласия между ними не происходили, когда жизнь одного стоит под угрозой, второй всегда будет рад его возвращению домой живым, а не мертвым. Эмануэль завел руки за спину, отворачивая голову. Краем глаза Рина уловила недалеко сидящую Сафие, в руках которой была чашка чая. Жрица вела себя также непринужденно, как и сам Эмануэль, вызывая в голове еще больший диссонанс. «Не нравится мне эта команда по спасению мира, — Рина мелко дрогнула, достаточно было пересечься со взглядом Сафие. — Я почти не знаю Эмануэля, но музы его происхождения не делают все за просто так».

— И какой у нас план? — неуверенно уточняет она, обнимая себя одной рукой.

— План? — Эмануэль непроизвольно дернул рукой. — Я выполнил часть договора. Хотите войны — я понаблюдаю.

— А как же Аделина? — возмутился Акира. — Ребекка вертит ею, как душе угодно, и ты так легко отпустишь даму своего сердца?

— Или же Мануэль сам привел Аделину к этому, — мрачно подметила Анир.

Фантомный холодок прошелся вдоль позвоночника каждого, вынуждая вздрогнуть. Эмануэль неспешно обернулся, приподнимая голову, тем самым высказывая все свое пренебрежение и высокомерие. Он недовольно фыркнул, прикрыв глаза. Исходящая аура не внушала доверия, наоборот — сдавливала со всех сторон, наводя суету на душе.

— Не советую тявкать на меня, — холод отразился сталью, вызывая повторно дрожь. — Акира — личность, который ищет собственную выгоду во всем. Анир — псевдосоздатель, которая ради экспериментов готова была лишить жизни музу. И Рина — третий Создатель, которая отвергает ответственность. Каждый из вас проявил безразличие к боли Аделины, а теперь, когда она решила перестать быть удобной, стала той, кем вы жаждали ее увидеть, плохим почему-то остался я? — губы расплылись в кривой усмешке. — Я согласился помочь лишь потому, что хотел понять, кто есть на деле Ребекка. В ином другом случае томилась бы Рина в темнице до первых родов.

— Мануэль, ты ведь не откажешь жрице? — голос Сафие прозвучал спокойно, но навел легкую меланхолию.

Эмануэль подозрительно сощурил глаза, крепко сжав за спиной пальцы в кулак. Небольшая дрожь прошлась по полу, а над ухом раздался фантомный лязг цепей. Рина приложила усердие, чтобы выдержать тяжелый, надменный взгляд, но тело мелко вздрагивало. Сафие скромно поставила чашку на полку, сократив дистанцию, и коснулась пальцами плечами Эмануэля.

— Я все еще считаюсь жрицей проекта «Адель», — напомнила она, не сводя с него взгляд зеленых глаз. — Аделина долго не протянет без Аделаиды. Они все-таки взаимосвязаны по твоей прихоти.

— Проект «Адель» уникален в своем роде. Это лучшее, что удалось создать для самой Кэтрин, — Эмануэль небрежно повел плечом, сбрасывая чужие пальцы. — И Рина практически разрушила все, что я сделал для «Кэрол». Скажи спасибо, что ты все еще дышишь.

Рина опасливо спряталась за Анир и Акиру, стиснув зубы. Она никогда не любила Эмануэля за манеру общения и желание олицетворять себя сродни самого Бога. Рина была более приземленной и нарциссизм Истинной музы был ей отвратителен.

— Может, ты никогда не пытался искать Кэтрин, потому что тебе по душе быть самопровозглашённым правителем? — тихо пискнула она, выглядывая из-за плеча Анир.

Взгляд Эмануэля вспыхнул гневом, наполняя все тело до мелкой клеточки. Сафие мягко коснулась пальцами его ладони, окутывая прозрачной дымкой.

— Успокойся, Мануэль.

— Не используй на мне свои способности, — недовольное шипение сорвалось с уст Эмануэля, который мгновенно отпрянул от Сафие. — Я обещал Кэтрин, что не трону жриц, но не смей перегибать.

— Мы все прекрасно осознаем, как опасна Ребекка для мира. По крайней мере, пока Кэтрин находится в таком состоянии, — легкая улыбка отразилась на лице Сафие. — Ее ненависть будет расти и не знать конца. Она избавится от всех неугодных, кого посчитает нужным, и даже так не успокоится.

— Но Аделаида и Кассандра никогда не обижали Кэтрин, чем они заслужили такую участь? — спросил Акира.

— Кассандра была созависимой от Кэтрин, никогда не развивалась в угоду себе, — пояснила Сафие. — Кэтрин не говорит в слух, но чувства хранит внутри. И она не могла понять, почему Кассандра не может без нее существовать.

— Но ей это нравилось. Вот такой диссонанс, — пожал плечами Эмануэль. — Я создан по ее подобию, просто сама Кэтрин постоянно носила маски. Поэтому и в мире столько разнообразного живет, но вот вопрос: «А кто есть на деле Кэтрин?».

— Касательно Аделаиды все довольно спорно, но, может, она прознала, кто убил Кэру, первую личность.

— Мы не сможем подавить Ребекку, если не найдем Кэтрин, — мрачно подметила Анир. — Только есть проблема: ее местонахождение знает только Аделина, которая после всего произошедшего не на нашей стороне.

— У меня только один вопрос: почему она похожа на Мануэля? — проявил любопытство Акира.

Четыре пары глаз мгновенно посмотрели в его сторону, вводя в легкое смущение от такого пристального внимания. Акира неловко отвел взгляд, почесав шею. Заданный вопрос показался глупым и даже нелепым.

— Как я уже неоднократно говорил: Аделина и Аделаида — созданный мною проект под единым названием «Адель», — нехотя начал Эмануэль, сложив руки на груди. — Я сделал его специально для Кэтрин, чтобы она не забывала свою тягу к творчеству, даже когда перестает стараться, начинают опускаться руки и появляется самоуничтожение личности разными мыслями, — он на мгновение замолчал, обдумывая слова, а затем продолжил: — Кэтрин всегда была творческим Создателем и титул носит соответствующий — «Творец». Проект «Адель» создавался по моему подобию: я заложил частичку своей силы в этот огонек, который был искусственно выведен и настроен по внешним данным. Вы можете спорить со мной сколько угодно, но я всегда придерживался мысли, что музы — высшие существа, достойные восхищения и того, чтобы их боготворили.

Акира на подобное заявление открыто фыркнул, закатив глаза. Анир тоже не удержалась от недовольства, но ввязываться в спор в данный момент было не самым разумным решением. Такое поведение не ушло от глаз Эмануэля, который не смог сдержать довольной улыбки.

— Проект «Адель» — олицетворение чистоты, вдохновения и непорочности. Сродни ангелов, такие же прекрасные и желанные, — он вдохновленно вздохнул. — Но так как я вложил в это не мало сил, было бы кощунством не оставить в каждой Адель ничего от себя. Поэтому, принимая свою истинную силу, они меняются внешне и начинают быть похожи на меня, за исключением цвета глаз. Если бы не я, Аделина и Аделаида были бы не больше слабых личностей, которым дали право называться «муза».

— Какое же у тебя самолюбие, Мануэль. Даже тошно от этих хваленных речей, — Анир сморщила нос, скриви губы.

— Значит, другие музы так не могут? — решил уточнить Акира.

— Может, да, а, может, и нет, — он пожал плечами. — Кто знает, в какой момент остальные музы решат себя проявить? Клэр из всех пока самая непутевая и слабая, даже не способна была окончить школу волшебства и магии, забросила и ушла. Поэтому удостоилась не более двух крыльев.

— Мы отклонились от курса, — мягко напомнила Сафие, заплетая повторно вторую косичку. — Только Аделина знает местонахождение Кэтрин. Есть ли хоть один способ вернуть обратно Кассандру и Аделаиду?

Удивление проскочило в глазах Эмануэля. Плечи неспешно расслабились, срывая с уст тихий выдох. Он недоверчиво повел уголками губ, проведя пальцами по волосам, собранные в хвост, и поставил руку на бок.

— О чем речь?

— Так ты не знаешь? — удивление проскочило в голосе Анир. — Великий Эмануэль, Истинная муза, который следит за «Миром Мечтаний», не в курсе событий?

— Не паясничай, Анир, — рыкнул Эмануэль, сверкнув глазами. — Я не ощутил исчезновение Аделаиды, поэтому и не воспринял ваши слова всерьез. Но жрице ни к чему лгать.

— Аделина прислуживает Ребекке, которая стёрла Кассандру и Аделаиду со страниц «Мира Мечтаний», — пояснил Акира. — Мы хотим вернуть их, но пока это все звучит фантастично нежели реалистично.

Эмануэль в ответ нервно дернул бровью, резко повернувшись спиной, а женские очертания приняли мужские. Рина непроизвольно пискнула, вновь спрятавшись за Анир и Акиру. Тело музы мелко подрагивало от сдерживаемой злобы и негодования на самого себя. Эмануэль резко взмахнул рукой, сбрасывая полупрозрачную штору, чуть ли не с корнем вырвав из потолка, а перед взором предстала полка с книгами. Он нервно потер веки глаз, возвращая себе обратно женский образ, и мягко помассировал шею, чтобы настроить голосовые связки.

— А теперь давайте по порядку, — мягкие нотки очаровывали. — Что конкретно случилось?

— Ребекка родилась из-за подавленных эмоций Кэтрин, — тихо проговорила Рина, как истинный свидетель произошедшего. — Через Аделину она избавилась от Кассандры и Аделаиды. Стёрла со страниц, не оставив и шанса. Сказала, что более никто не вспомнит о них.

— Ребекка не личность. Она в априори не может быть Создателем, даже если все в мире вымрут, — покачал головой Эмануэль, не обернувшись. — Создателем не становятся, а рождаются после смерти основного. Ребекка же олицетворение негатива, который кроется в сердце самой Кэтрин.

— Но Кассандры и Аделаиды нет, и ты не можешь с этим спорить, — возмутилась Анир.

— Как звучала фраза Аделины? «И отныне никто не вспомнит о вас», — с уст Эмануэля слова прозвучали более зловеще, чем казались на самом деле. — Но вы помните.

Троица удивленно переглянулась между собой, заговорщически закивав. Аделина обладала способностью «перепись мира» и по воле Создателя могла изменять все, вплоть до маленькой травинки, которой еще только суждено пробиться через землю. Стирать то, что будет угодно, стоит только попросить. И помнить об этом будет лишь сам Создатель. Но с исчезновением Кассандры и Аделаиды ощущалась несостыковка. Как можно помнить тех, кого велено было забыть целым миром?

— Кэтрин считается настоящим Создателем, но из-за невозможности вернуться домой, ее полномочия временно выполняет другой рожденный, — Эмануэль медленно обернулся, пристально посмотрев на Рину.

— Нет, не смей это произносить, — нелепо залепетала Рина, полностью спрятавшись за Анир.

— Рина — третий Создатель, который по сей день имеет власть над «Миром Мечтаний», но отказывается им править. Только она может полноценно раскрыть «перепись мира», которой владеет Аделина, и никто иной. Слова Ребекки ничего не стоят для самой Аделины, — во взгляде проскользнула легкая задумчивость. — И пока Ребекка это не прознала, жизни Рины ничего не будет угрожать.

Анир резко обернулась, крепко вцепившись в плечи Рины. Она впервые не смогла совладать с собой, позволяя разного рода эмоциям проявится не только на лице, но и в самих глазах. Рина до боли прикусила нижнюю губу, пытаясь унять нахлынувшее волнение.

— Так ты все еще Создатель?! — опешила Анир, крепче сжимая пальцы.

— Я никогда не хотела им быть! — она опустила голову, вжав в плечи. — Хотела исчезнуть, только бы перестали возлагать надежды, что-то требовать. Пыталась найти Кэтрин...

— Свои разборки оставьте на потом, — недовольно кашлянул Эмануэль, движением пальцев раскинув девушек по разным уголкам комнаты.

— Но Кассандра и Аделаида исчезли. Что тогда могло на это повлиять? — не унимался Акира.

— Книга о создании мира, которую вела Кэтрин, — он указал на пустующее место на полке. — Она знала, что Кассандра будет искать легкие пути для ответов, поэтому попросила спрятать книгу у меня. Я живу в мире, но попасть ко мне можно только по моей воле. В ином случае вы никогда и ни при каких обстоятельствах не отыщите музу, а значит и ее владения.

— Я видела книгу у Ребекки, — неуверенность отразилась в голосе Рины.

— Аделина выкрала ее в нашу последнюю встречу, — Эмануэль разочарованно вздохнул, сложив руки на груди. — «Перепись мира» работает только при условии, что сам Создатель отдает приказ. Поэтому твое нахождение рядом не активировало полноценно силы Аделины, но это не помешало ей инсценировать их. Если вырвать страницы из книги Кэтрин и использовать «перепись мира», можно полноценно стереть кого угодно. Кассандра и Аделаида не существуют более в мире, но существуют в нашей памяти.

— Я поняла, к чему ты ведешь, — тихий вдох сорвался с уст. — Если бы Кэтрин написала еще раз по страничке, они бы с легкостью вшились в книгу и вернули обратно Кассандру и Аделаиду. Ведь, пока помним мы, у них есть шанс на возвращение.

— Так чего мы ждем? — плохо скрытая радость отразилась в голосе Акиры. — Надо найти способ отыскать Кэтрин!

Крохотная надежда поселилась в сердце каждого. Анир одарила Эмануэля презренным взглядом, проходя мимо. План был идеален, если бы не одно маленькое «но» — с момента ухода Кэтрин еще никому не удалось отыскать ее и вернуть обратно. Примерное местонахождение могла знать только Аделина, которая отвергла моральные принципы. Рина украдкой посмотрела на Анир и Акиру, которые в данный момент даже не задумывались об этом. Их глаза горели решимостью, а сердца зажглись новой целью.

Мелкая дрожь прошлась по рукам, вынуждая вздрогнуть. Рина повела плечами, желая смахнуть с себя фантомное ощущение шустро бегающих жучков, и резко посмотрела на Эмануэля, который пристально смотрел в ответ. Она отвергла творчество на ранних стадиях своего рождения, поэтому с Истинной музой пересеклась лишь однажды, и более не выпадал случай. «Злиться ли он на меня? Ведь я собственноручно лишила смысла существование проекта «Адель» и почти убила мечту самой «Кэрол»», — она нервно сглотнула, пытаясь подавить нарастающий приступ паники. Муза в мире могла иметь как хорошую, так и дурную славу, но Эмануэль был темной лошадкой для всех, кто хоть раз слышал это имя. Акира воодушевленно потянул Анир к двери, начиная заполнять ее мозг ненужной болтовней. Рина нашла в себе смелость отвести взгляд, не желая оставаться наедине с непредсказуемой музой, даже если рядом находилась жрица.

— Они знают? — голос Эмануэля коснулся словно холодными пальцами, неприятно обжег кожу.

— Что знают? — Рина затаила дыхание.

— Кто ты на самом деле.

Она резко обернулась, крепко сжав пальцы до хруста. Взгляд Эмануэля не выражал ни единой эмоции, а сам он выглядел расслабленно и даже меланхолично.

— Значит, не знают, — уголки губ расплылись в улыбке.

— Ты жаждешь голову Кэсси на пике, но сам даешь подсказку, как ее вернуть, — тихо фыркнула Рина.

— И почему Создатели так любят играть с музой? — Эмануэль приложил ладонь к груди, вдохновленно вдохнув. — Награда любит терпеливых. И для Кэтрин у меня заготовлено особе развлечение. Или точнее... для леди Риккоты.

— Я сохраню твой секрет до момента, пока ты не решишь раскрыть мой. Это и станет точкой в нашем договоре, Эмануэль.

— Мы еще встретимся, Рина. И куда раньше, чем ты можешь себе представить.

Рина поспешила покинуть помещение, резко захлопнув дверь. Легкое облачко пара слетело с губ, вызывая удивление. Она посмотрела на собственные пальцы, крепко зажмурившись, а затем резко открыла глаза. Перед взором предстал лес «Мира Мечтаний» и спорящие Анир с Акирой. Обитель Эмануэля осталась позади, но его пристальный взгляд ощущался до сих пор. Настолько отчетливо, что Рина опасливо осмотрелась, поднимаясь с земли, и поспешила скрыться из поля зрения.

Выход из мира знала не только Аделина. С момента, как Рина прознала о Кэтрин, которая так и не умерла, то не прекращала попытки не просто отыскать, но и достучаться. Вернуть Кэтрин обратно домой, чтобы снять с себя груз отвественности, было самой большой мечтой и целью по сей день. Рина не знала, какие условия договора связывали Создателя с Главной музой, и вдаваться в подробности не горела желанием. «Я обязательно найду способ пробиться к тебе, Кэтрин, — Рина до боли стиснула зубы. — И ты ответишь на все вопросы, за все, что происходит с миром, и будешь править им. Я не позволю тебе умереть, но при необходимости разрушу до основания». Рина не собиралась делиться своими мыслями об нахождении Кэтрин с другими, ведь не была уверена, что кто-нибудь сможет пересечь границу также легко, как это делала она и Аделина. Поэтому единственным вариантом было скрыться от Акиры и Анир до того, как ее объявят в розыск, и желательно не попасться под взгляд Ребекки. «Мне лишь нужны страницы, чтобы вернуть Кэсси. Я чувствую, что она способна помочь, — Рина прижалась спиной к стволу дерева, поднимая голову к верху. — А затем... как только Аделина вновь станет собой, я смогу отыскать и Кэру». Она мягко обвила живот руками, прикусив нижнюю губу.

Оказаться в положении в столь сомнительный и тяжелый час было настоящим испытанием для несостоявшегося материнского сердца. Реальный мир не позволил под видом «Кэрол» стать счастливой, многодетной матерью, а истинная Рина даже в «Мире Мечтаний» не могла полагаться на себя и свободу. Быть Создателем целого мира напоминало полноценные оковы, которые сдавливали с каждым днем только крепче, перекрывая кислород. Рина заложила прядь волос за ухо, уходя все глубже в лес. Она не опасалась зараженных, не боялась наткнуться на знакомых. Сотни раз эта дорога была ею протоптана и ни разу никто не доходил до самого конца. Даже у мира есть граница, о которой никто не знает, но за которую невозможно выйти из-за правил Кэтрин, которые были созданы еще со времен белой коробки.

— Я обещала, что более никогда не вернусь, пока Кэра не вернется, но... — Рина нервно кривит губы, не желая заканчивать предложение, и приложила ладонь к барьеру, который очерчивал границу и создавал иллюзию продолжения леса.

«Мир Мечтаний» был огромен, но не бесконечен. Барьер пошел легкой рябью, а рука Рины провалилась внутрь. Она сделала глубокий вдох, полностью пересекая границу, которая в тот час же исчезла, оставляя после себя сплошной мрак. Неприятный холод коснулся кожи рук, а пальцы непроизвольно дернулись. Рина осмотрелась вокруг себя, но кроме беспроглядной тьмы ничего не смогла увидеть.

— Кэтрин, ты всегда была уникальным Создателем. Неудивительно, что твой титул полностью отражает твою суть — «Творец», — Рина последовала вперед, решая провести с собой монолог, чтобы избавиться от подступающего страха. — Спрятала мир, закрыла входы и выходы, но умудрилась создать отдельное пространство, в котором и застряла. И теперь не способна вернуться домой. Но почему именно мрак? Ты всю жизнь боялась темноты, без света даже ночь не обходилась... так почему это место такое мрачное? — она остановилась, на мгновение прикрыв глаза. — Если бы мне удалось сюда отправить Кэсси, смогла бы она достучаться до тебя? — и отрицательно покачала головой. — Не будь дурочкой, Рина. Быть Создателем не значит быть всесильной. У меня нет гарантий, что Кэсси переживет переход границы. Но может... Аделина бы смогла помочь переступить грань?

До ушей донесся шелест страниц. Рина резко подняла голову, распахнув глаза. Среди всего этого мрака, по которому бесконечные путешествия казались истинным наказанием, проглядывал свет. Несколько лампочек, которые освещали небольшой кусочек территории, где одиноко находился стол, а за ним сидела девушка. Рина сделала шаг, тихо выдохнув себе под нос:

— И вот я снова нашла тебя, Риккота.