За кулисами

Мир развивается по мере взросления Создателя. Обретает новые краски и обитателей. Но недостаточно обустроить себе место для создания новых сюжетов и персонажей, и ловить вдохновение от рядом стоящей музы. Нужно самому развиваться, чтобы становиться сильней и лучше.

Кассандра тихо выдохнула, внимательно глядя на мишень, и отпустила тетиву. Стрела врезалась четко в середину, застряв. Тихий шелест листвы принес с собой аромат розмарина. Кассандра глубоко вдохнула, неспешно спрятав лук за спину.

— Чего тебе, Аделаида?

— От тебя ничего не скрыть, Кэсси, — Аделаида выдерживала дистанцию. — Кэтрин сказала, что ты теперь тренируешься здесь.

— Мне нужно держать себя в форме на случай опасности, — Кассандра безразлично повела плечом, даже не обернувшись.

— Ты все еще злишься на меня?

— У меня нет причин для злости.

Повисло неловкое молчание. Аделаида неуверенно переминалась с ноги на ногу, спрятав прядь волос за ухо, и вновь подняла взгляд. Кассандра казалась ей такой недосягаемой и очень далекой. Сколько не пытайся протянуть руку и ухватиться, эта тень окажется в конечном итоге слишком далеко, что даже спину не будет видно.

— Кэсси, ты меняешь места тренировок каждый раз, когда я прихожу, — Аделаида чувствовала себя неловко. — Все дело в Кэтрин?

— Адель, я правда не злюсь, — Кассандра выдохнула, обернувшись через плечо. — Но ты и без меня знаешь, как мне трудно дается быть тенью Кэтрин. Она слишком мягкотелая и слабая. Я создана была под Кэру. Под сильную и волевую личность.

— Я понимаю, но не могу ничего сделать, — она нервно теребила подол платья. — Кэтрин не может иметь собственную тень. А мы не можем допустить рождение новой личности, иначе появится и тень.

Кассандра отвернулась, доставая из-за спины лук и стрелы, и подняла их в воздух. Лишь шелест листьев и прохладный ветер касался кожи и ушей, позволяя полноценно поймать концентрацию. Воробей сорвался с ветки, взмывая в небо, и именно в этот момент Кассандра отпустила тетиву. Наконечник стрелы без колебаний попал в глаз птицы, и та замертво упала в кусты. Аделаида невольно дрогнула.

— Ты ведь ходишь за мной не потому, что хочешь поговорить о Создателе. Я права? — Кассандра крепко хватает стрелу, осматривая воробья.

— Не понимаю, о чем ты, — Аделаида заметно оступилась, попадая пяткой в ямку, но удержала равновесие. — В этом мире почти никого нет, чтобы пообщаться. Создатель совсем юна и нужно время для создания остальных.

— Я тебе нравлюсь, Адель.

Кассандра отпустила стрелу, и воробей глухо ударился об землю. Она вышла из кустов, оказавшись напротив Аделаиды, постепенно сокращая дистанцию. Аделаида нервно убирала фантомные пылинки со своего безупречно-белого платья, бормоча себе под нос нечленораздельные предложения. Кассандра спрятала лук и стрелы за спину, остановившись в паре метров от музы.

— Ты не умеешь скрывать собственные чувства.

— Я восхищаюсь тобой — это правда, — она сдалась, нервно накручивая на палец прядь волос. — Ты столько тренируешься, в идеале овладела собственным оружие, так хладнокровна, но притягательна.

— А ты запечатлелась, — Кассандра поставила руки на бока, слегка наклонившись вперед. — Мы с тобой едва знакомы, Адель. Не будь ребенком.

— Почему же едва? — Аделаида растерянно отстранилась. — Прошло уже столько лет, как ты живешь здесь, тренируешься, но редко видишься с Создателем. Зато я с тобой постоянно пересекаюсь.

— Аделаида, не строй иллюзий, — холод сталью отразился в голосе. — Ты мне не по душе.

— Но, Кэсси...

— Перестань! — грубо одернула Кассандра, махнув рукой. — Ты приложила руку к смерти Кэры, без моего ведома переписала мою же судьбу, а теперь бегаешь, как подросток, в надежде на лучшее. И даже пусть сотни лет пройдут, ничего не изменится.

— Глупо жить прошлым, Кассандра, — Аделаида в миг помрачнела, делая шаг назад. — Пока ты будешь бесконечно на него оглядываться, твое будущее никогда не наступит.

Кассандра покачала головой, касаясь пуговиц на рубашке. Она заметно медлила, и это выдавалось предательской дрожью в пальцах. Легким движением она расстегнула несколько пуговиц, постепенно обнажая зону декольте. С каждой новой пуговицей на лице Аделаиды проявлялись смешанные эмоции: от ужаса до смущения и озадаченности. Кассандра нервно прикрыла глаза, приоткрывая рубашку, и стянула с плеч, оставляя в области предплечья. Аделаида поджала губы, не находя впервые слов. Грудь Кассандры была туго перевязана бинтами, а на теле виднелись свежепроявленные раны. На руках проскальзывали легкие мускулы, которые идеально очерчивали каждую мышцу.

— Кэтрин — сложная личность, и ты не представляешь насколько, — Кассандра подняла взгляд. — Когда удается перехватить ее, то удар принимаю на себя. Душевные раны отражаются на мне, смягчая ее состояние. Это помогает избежать новых повреждений на физической оболочке. Но она не выдерживает.

— Хочешь сказать, что Кэтрин безнадежна? — Аделаида поджала губы, отводя взгляд.

— Новой личности не избежать, — тень накинула на плечи рубашку, неспешно застегивая. — И давай надеяться, что дело будет только в личности.

— Здесь больше некому рождаться, — она странно покосилась, приподнимая брови.

— Я тоже так думала, — Кассандра заправила рубашку в брюки, поправляя рукава. — Но Кэтрин больше не дитя. И она готовит массовое рождение. В твоих интересах узнать, кто это и с какой целью, а уже потом пытаться мило ворковать со мной.

Аделаида не смогла скрыть обиды, но смолчала. Кассандра застегнула пояс, возвращаясь обратно на свое место, и вновь начала тренировку на меткость. Такая отстраненная и холодная, вызывающая бурю эмоций внутри и одновременно сильную боль. Аделаида стиснула зубы, развернувшись на пятках, и последовала обратно к замку. «Что за рождение, о котором я не знаю?» — недоумевала Аделаида, следуя на второй этаж. Именно здесь находилась комната, в которой Кэтрин создавала и воплощала идеи.

— Кэтрин? — она скромно постучалась в приоткрытую дверь, заглядывая внутрь.

Кэтрин сидела за столом, откинув голову назад, и смотрела бессмысленно в потолок. Приход Аделаиды заставил отвлечься. Она в один миг сменила положение, подвигаясь ближе к столу, и заложила за ухо прядь волос. Аделаида не смогла скрыть собственной тоски по тому маленькому дитя, которым уже никогда не будет Создатель. Два прекрасных хвостика больше не заплетались. Волосы были обрезаны до плеч, а по лбу рассыпалась шторкой челка. Кэтрин заметно повзрослела, а детские черты лица окончательно исчезли.

— Ты как раз вовремя, — устало проговорила она, потирая веки глаз.

— Что ты собираешься делать? — с опаской уточняет Аделаида, подходя ближе.

Взросление Кэтрин протекало тяжело и со своими неудачами. Если действия ребенка можно было предугадать, то взрослую, молодую личность уже сложней прочесть и понять. Любое решение опасливо воспринималось Аделаидой, которая не знала, как это отразится в дальнейшем на всем мире в целом.

— Твои глаза... — Кэтрин пару раз моргнула, внимательно осматривая собственную музу. — Что с твоими глазами?

— Что с ними? — Аделаида не на шутку перепугалась, прикладывая пальцы к лицу.

— Они стали полностью красными.

Нервный комок сжал горло. Аделаида и вовсе забыла, как дышать. «Нет, этого не может быть», — так не хотелось верить, но факты были неоспоримы. Аделаида постаралась выдавить из себя улыбку, насколько это было возможно, и сложила руки перед собой.

— Все в порядке, моя леди, — голос даже не дрогнул, как и улыбка. — Я экспериментирую с внешностью.

Кэтрин скептически отнеслась к ответу, но не стала мучать расспросами.

— Мои книги выходят на новый уровень, поэтому мне нужна помощь.

— И что вы хотите лично от меня? — Аделаида вопросительно вскинула бровь.

— Я хочу создать некоторых... личностей? Не знаю, насколько корректно их так называть, — Кэтрин собрала на столе все черновики в единую стопку.

— Я всегда к вашим услугам, и готова помочь.

Сомнение заскребло когтями по душе. Сердце Аделаиды ускорило ритм, вызывая сильное волнение, которое она старалась скрыть. Ее сейчас не волновали желания Создателя. Она переживала из-за собственных изменений. Кэтрин сложила руки перед собой, закрыв глаза, и резко развела из стороны в сторону. Три пустующих стула в миг сверкнули. Аделаида сделала пару шагов назад, прикрываясь от яркой вспышки света, и удивленно моргнула. Перед ней сидели три девушки, внешне ничем не отличающиеся от самой Кэтрин.

— Моя леди, что вы сделали?

— Они не должны быть похожи на меня, — Кэтрин закрыла лицо ладонями, выдыхая. — Создавать кого-либо так сло-о-ожно.

— Но кто они? — Аделаида переглядывалась между всеми четырьмя «Кэтрин».

— Клэр, Розалинда-Линнет и... Кэра.

От упоминания последней мурашки прошлись под кожей, неприятно «укусив». Аделаида непроизвольно дернула руками, желая сбросить с себя это липкое ощущение, и внимательно посмотрела на названных... личностей? Она не совсем понимала, кто есть кто.

— Этой мордашке не помешала бы смена имиджа, — одна из «Кэтрин» провела пальцами по всему телу волной, мгновенно преображаясь.

— Клэр, ты что себе позволяешь? — Кэтрин заметно нахмурилась. — Оденься немедленно.

— И не подумаю, — Клэр довольно облизнулась, закидывая одну ногу на другую. Ее волнистые волосы цвета блонда падали в зону декольте, а голубые глаза искрились азартом. На ней не было ничего, кроме нижнего, кружевного белья. — Как муза, я сама решу, как мне выглядеть и в чем ходить.

— Муза? — ахнула Аделаида, пару раз моргнув. — Но как это возможно?

— Девочка растет и запросы вместе с ней, — она поправила лямки бюстгальтера, упираясь ладонью в щеку. — Мы уже отходим от типичной, не возрастной романтики. Малышка Кэтрин жаждет писать о разврате, похоти и сексе.

— Не говори глупостей, — румянец заметно отразился на щеках, и Кэтрин отвернулась.

Клэр довольно хихикнула, поднимаясь с собственного стула, и, покачивая бедрами, обошла стол, оказавшись за спиной Создателя. Она мягко обхватила ее руками за шею, прижимаясь своей пышной грудью к спине, и совсем сладко зашептала на ухо:

— Здесь нечего стыдиться, шалунишка. Я бы все равно родилась: с твоей помощью или без. Рождение музы не зависит от тебя.

Кэтрин нервно выдохнула, закрывая уши, кончики которых обдало стыдливым жаром, и отвела взгляд.

— Муза высокого рейтинга, значит, — догадалась Аделаида, а ее взгляд заметно смягчился. — У меня появилась младшая сестра.

— Каждая отвечает за свою зону, тогда будет порядок не только на бумаге, но и в голове, — Клэр потрепала Кэтрин по макушке, не переставая улыбаться. — Тебе ли не знать, Адель, как рождается муза.

— Твое появление было немного... неординарным.

— Захотелось добавить перчинки.

Кэтрин сбросила руки музы, ударяя себя пару раз по щекам. Рождение Клэр было неизбежным, но она и представить не могла, что муза высокого рейтинга будет буквально его олицетворять. Кэтрин надеялась получить кого-то наподобие Аделаиды: одетую, добродушную, со своих характером, а получила раздетую, флиртующую девицу, которой правила и законы никогда не будут писаны.

— Клэр, ты мне сейчас не нужна, — голос заметно дрожал от волнения, а сама Кэтрин старалась не смотреть в ее сторону.

— Двенадцатая глава сама себя не напишет, — Клэр присела на стол, упираясь руками, и закинула одну ногу на другую. — Я помогу тебе освоить такой тонкий рейтинг, как...

— Не надо в слух! — вскрикнула неожиданно Кэтрин, подрываясь со стула, и закрыла рот музе руками. — Хватит произносить столь грязные речи.

Удивление отразилось во взгляде. Клэр заметно улыбнулась, лизнув кончиком языка ладонь Кэтрин, которая мгновенно взвизгнула, желая отстраниться. Но Клэр не позволила этому случиться: раздвинула ноги, скрещивая их за спиной Создателя, и схватила крепко за запястье, прижимая к собственному лицу. Во взгляде Кэтрин читалось открытое замешательство, а щеки обдавало сильным жаром. Дыхание заметно сбилось от неловкости сложившейся ситуации. Клэр осторожно отняла чужую ладонь от собственного рта, хитро улыбаясь:

— Ты такая милашка. Люблю скромных недотрог. С вами та-а-ак весело играть.

— Клэр, ты здесь не одна, — строго подметила Аделаида, негодуя происходящим.

— Сестрица, не осуждай. Такова моя природа, — Клэр закатила глаза, опуская руку Кэтрин на собственную грудь. — Флиртовать, соблазнять, заманивать... может переспим?

— Что?! — Кэтрин заметно отстранилась, опешив от предложения.

Клэр громко рассмеялась. Ее голос был сладким, а смех таким заливистым. Как самая настоящая дьяволица, готовая утащить в самое пекло.

— Я шучу, дурашка, — она отпустила руку Кэтрин, похлопав ладонью по макушке. — Я буду появляться, когда понадобиться придать перчинки в сцены с поцелуями, наполнить страстью интимные моменты, и просто немного подразнить тебя. Ты смешно смущаешься.

Кэтрин раздраженно протерла собственное лицо ладонями, а Клэр вальяжно слезла со стола, плавной походкой возвращаясь обратно на стул.

— Повезло же с сестрой, — Аделаида покачала головой, снимая с плеч плащ, и укрыла им Клэр. — Надеюсь больше никаких муз не предвидится? Очень странный способ ты выбрала для их рождения.

— Они сами родились, — Кэтрин сложила пальцы вместе, выставляя только указательные, и прижала к губам. — Из моих рук вышла только Кэра. Клэр и Розалинда-Линнет родились вне моих сил. На появление музы я не могу влиять.

— Две музы разом? — Аделаида пару раз моргнула, осматривая следом сидящую музу: правая часть волос имела темно-синий оттенок, а вторая — нежно-розовый. Глаза были не менее удивительными: светло-серый гармонировал с правой частью, а ярко-зеленый с левой. Казалось, словно в одной музе совмещалось сразу две. — Большой же шаг ты сделала, раз понадобилось рождение сразу двух в один период.

— Затронула более глубокие темы для изучения.

— Я отвечаю за жестокие и недопустимые сцены, — голос новоиспеченной музы был очень низким и бархатистым. — Но не одобряю подобное написание и лучше бы им не злоупотреблять. Мало ли, что может произойти.

Аделаида понимающе кивнула, переводя взгляд на Кэру, чьи волосы были достаточно длинными. «Отдаленно похожа на Кэсси, и одновременно выглядит, как самостоятельная личность», — оценивающе закивала Аделаида.

— Кэра — моя личность.

От услышанного она поперхнулась воздухом. В горле неприятно запершило, вызывая легкую хрипоту.

— Личность? — переспросила Аделаида, не желая верить собственным ушам.

— Мне нужен тот, кто будет замещать меня в реальном мире, пока я существую в этом, — Кэтрин неспешно перевела взгляд. — Я не знаю, что стало с первой личностью, но решила создать вторую по ее подобию.

— Но это невозможно, — она отрицательно закивала головой. — Личность рождается во время смерти основного Создателя, чтобы заменить.

— Я внесла корректировки в этот мир, — взгляд стал пристальным и пронизывающим до самых костей. — Создатель может создать себе преемника.

«У меня дурное предчувствие, — Аделаида поджала губы, осматривая Кэру. — Слишком похожа на первую личность». Она не могла понять мотив поступка Кэтрин, но сердцем хотелось верить, что названная личность в честь другой не перехватит судьбу погибшей. Клэр поднялась со стула, закрепив плащ на плечах, и, покачивая бедрами, последовала прочь из комнаты. Тоже самое сделали и Розалинда-Линнет вместе с Кэрой.

— Моя леди, вы уверены в своем выборе? — осторожный вопрос, но такой необходимый.

— Верь мне, Адель, — Кэтрин слабо улыбнулась, переводя взгляд в окно. — Мне кажется... я нашла физическое воплощение музы.

От этой фразы на душе стало неспокойно. Аделаида невольно прикоснулась пальцами к собственным глазам, отгоняя от себя дурные мысли.

— Что вы хотите этим сказать, моя леди?

— Ее зовут Элизабет, — Кэтрин мечтательно вздохнула. — Нас связывают километры, но она — моя муза, моя жизнь, моя империя. Я посвящаю ей стихи и песни, мои сюжеты вдохновлены лишь ею одной.

— Вы в отношениях?

— Да.

Сердце пропустило удар. Затем еще. С каждым разом неприятно отдаваясь звуком в ушах и болью в висках. Аделаида спешно поклонилась, покидая комнату. Ноги в миг подкосились, и она с трудом удержалась, чтобы не упасть, прислоняясь к стене. Сбивчивое дыхание срывалось с губ, не давая успокоиться и прийти в себя. «Образ новой музы? А как же я... как же мое существование?» — хаотично метались мысли в голове. Аделаида приложила ладонь к сердцу, сжимая пальцы. Она не желала верить, что музу можно вот так легко взять и заменить другой.

Аделаида была физическим воплощением «вдохновения». Без нее Кэтрин не могла полноценно попасть в поток и творить. Хоть Аделаида и мельком слышала, что муза может быть заменена другой, но до конца не верила в эти бредни. Но слишком много факторов стало указывать на это, одним из ключевых которым стал единый цвет глаз. Аделаида разбила все зеркала в собственной комнате, не желая видеть этот единый оттенок красного. Она не согласна была умирать, терять себя, превращаться обратно в огонек.

— Адель? — отдаленный голос Кассандры стал спасательным кругом. Она подбегает к музе, мягко обхватывая за плечи. — Что с тобой?

— Я в порядке, — сбивчиво отозвалась Аделаида, утыкаясь лбом в шею Кассандры. — Перенервничала.

— В последнее время ты стала часто чувствовать себя неважно, — плохое самочувствие не ушло от ее зоркого взгляда. — Я могу чем-то помочь?

— Позаботься об Кэтрин. Это все, о чем я прошу.

Кассандра молча кивнула, прижимая к себе Аделаиду, на душе которой уже никогда не будет спокойно.