Случайная встреча на Пути Героя [1-3 том]

Наутро Сяо Юйсе созвала всех учеников горы, коротко объяснила дело и велела, разделившись по двое или по трое, идти в город и разузнавать о том японце по имени Какуда Ко.

Кому куда идти - она всё распределила по порядку.

Фан Линцин тихонько спросила у Гуань Чицзина:

- У вас в Обители Мяоюй, если что-то случается, всегда распоряжается шицзе Сяо?

По идее, над Сяо Юйсе было ещё четверо шисюнов и шицзе. Линь Юаньчжао и Цзян Чжосюэ в последнее время в горах не было, о них можно не говорить, но Цюй Чжэньшу и Гуань Чицзин-то были здесь. А в школах цзянху порядок старшинства обычно соблюдался очень строго.

- Дел в нашей школе слишком много, и все они запутаны, - улыбнулся Гуань Чицзин. - Мне, Третьему брату и Шестой сестре с ними не совладать - это куда труднее, чем боевое искусство. Старший брат и Вторая сестра с этим бы справились, но они - что праздные облака и дикие журавли; по сравнению с ними все мы - простые смертные, и они больше всего не выносят мирских хлопот. Седьмой брат ещё юн, а Восьмая сестра и Девятый брат и вовсе малы, к тому же их это, кажется, не занимает. Вот и приходится Пятой сестре помогать наставнику. В последние же годы наставник и сам почти не вмешивается, и она одна всё тянет на себе.

Пока Гуань Чицзин говорил, Сяо Юйсе уже отдала все распоряжения, и люди понемногу тронулись в путь.

В тот же миг Цюй Чжэньшу взял карту Тунжэньской управы и передал Вэй Лань и Фан Линцин:

- Шимэй Вэй и шимэй Юнь, сходите поглядите на этих двух улицах.

Видимо, учитывая, что Вэй Лань и Фан Линцин впервые в Тунжэньской управе и плохо знают эти места, им выбрали не глухие улочки, а самые оживлённые, которые легко найти.

Лавок здесь было множество, и народу - тоже. Мужчины и женщины в пышных нарядах и ярких уборах соперничали пестротой с сотнями цветов. По обе стороны улицы теснились дома и павильоны, синяя черепица сверкала на солнце, и из лавок плыли ароматы съестного: солёный запах жареного мяса и сладкий - сдобных печений.

Едва дойдя до начала улицы, Фан Линцин поглядела налево, потом направо и улыбнулась:

- До чего же здесь оживлённо! Если бы мы не расследовали дело, мне очень хотелось бы подольше тут погулять.

- Можно и сейчас, - ответила Вэй Лань.

Фан Линцин повернула голову и молча вскинула бровь.

- Прежде дни мои проходили так: либо упражнения в боевом искусстве, либо дела Клана Вэй, либо расследование дел, что брал Зал Левэнь, - я почти никогда не отдыхала и порой уставала. Это ты научила меня, что не нужно всё время держать тетиву натянутой. Какуду Ко всё равно не найти в один миг, так что давай и по этой улице погуляем, и новости поразведаем - что же тут нельзя?

- Это потому, что дела, что поручал мне отец, в основном были мне скучны, вот я и делала их играючи, - улыбнулась Фан Линцин. - В конце концов, с моими-то способностями, сколько ни играй, делу не помешаешь. А вот то, чем я занимаюсь сейчас, мне и впрямь очень по душе.

- Если дело тебе по душе, - сказала Вэй Лань, - то и расслабляться надо тем более.

Глаза Фан Линцин блеснули, и она кивнула:

- Верно.

Она тотчас подбежала к стоявшей рядом лавке с напитками, купила две чаши напитка из диких яблок и попутно спросила хозяина, не замечал ли он с прошлого года до сих пор какого-нибудь чужеземца, что подолгу жил в Тунжэньской управе, или кого-нибудь из незнакомцев, кто показался ему странным.

Выслушав ответ хозяина, она вернулась к Вэй Лань с двумя чашами и одну протянула ей:

- Говорит, нет. Пойдём дальше, порасспрашиваем.

Так они и шли: глядели по сторонам, расспрашивали, порой останавливались у понравившихся безделушек или покупали пару вещиц.

И впрямь было очень легко на душе.

Те оковы морали, которых Фан Линцин прежде боялась больше всего, так и не появились. Напротив, в последние дни ей часто чудилось, будто небо над ней стало выше, а море - шире.

Отхлебнув несколько глотков напитка, она вдруг вспомнила их прежний уговор с Вэй Лань и невольно подумала: «Если это и есть чувство вольного героя - то, пожалуй, оно не так уж и плохо».

Она уже не так противилась слову «герой».

Пока она размышляла, они дошли до постоялого двора и расспросили его хозяина и слуг.

Один из слуг, выслушав их, надолго задумался и ответил:

- Мы же постоялый двор, и все наши гости - приезжие. Но останавливаются они ненадолго: несколько дней, дней десять. Тех, кто живёт подолгу, почти нет. А вот странных людей... один есть.

- Кто же? - спросила Фан Линцин.

Слуга указал пальцем куда-то за их спины.

В углу зала, за столиком, сидел седовласый старик. Одежда его была в заплатах, сам он был неопрятен и с виду очень грязен. Откинувшись на спинку стула, он дремал с закрытыми глазами.

По словам Ша Ина, Какуда Ко было лет тридцать-сорок, и он никак не мог быть стариком.

Ясно было, что им не настолько везёт, чтобы так быстро напасть на след.

Но Вэй Лань всё же спросила:

- Чем же он странен?

- Да не приезжий он, - ответил слуга. - С тех пор как я работаю здесь, уже много лет, я то и дело вижу его на этой улице. Хотя мы постоялый двор, но вино у нас варят отменное, и он порой заходит взять два ляна вина, закусить чем-нибудь, поболтать с гостями. Говорит, его дом здесь, в Тунжэньской управе. Но нынче утром, ещё затемно, я пошёл на утренний рынок за овощами и увидел его спящим в беседке на соседней улице. Разве это не странно?

- Ничего особо странного, - сказала Фан Линцин. - Может, у него дома что-то стряслось.

Она сказала это просто так, но Вэй Лань, услышав, едва заметно нахмурилась.

Понаблюдав за стариком ещё мгновение, она вдруг снова спросила у слуги:

- Ты знаешь, кто у него в семье?

Тот покачал головой.

Тогда Вэй Лань перестала расспрашивать и уже шагнула было к старику.

Но Фан Линцин не двинулась с места и, удержав её за рукав, тихо сказала:

- Ты боишься, что у него и впрямь случилась беда, оттого он и ночует на улице, и хочешь ему помочь?

- Да, - ответила Вэй Лань.

Подумав мгновение, Фан Линцин проговорила:

- Раньше я, кроме как изредка спускалась с горы по делам, почти всё время была на Пике Высшего Совершенства и редко ходила по этим рынкам и улицам. И лишь теперь вижу: бедных и обездоленных в этом мире куда больше, чем я думала. Ты же не будешь помогать каждому? Разве на всех напасёшься?

- Конечно же, не напасёшься, - без колебаний ответила Вэй Лань. - Тогда будем помогать тем, кого встретим.

Помолчав немного, она добавила:

- Цинцин, ты ведь говорила: теперь, когда видишь страдания или напрасную гибель невинных, тебе горько. Мне - тоже. Страждущих в Поднебесной так много, а мы повстречали лишь малую их часть - это тоже своего рода судьба. Поможем им - их беды разрешатся, и у нас на душе станет легче. Тогда, выходит, мы не обманули этой судьбы.

С этими словами она улыбнулась Фан Линцин и направилась к старику.

Глядя ей вслед, Фан Линцин на мгновение задумалась и вдруг тихо усмехнулась, пробормотав про себя:

- В твоих словах, кажется, всегда есть резон.

Теперь, когда она окончательно покинула Пик Высшего Совершенства, у неё в странствиях по цзянху была одна большая цель - найти свой собственный путь.

Путь, по которому она хотела бы идти до конца и о котором потом не пожалела бы.

Но она вовсе не собиралась лишь потому, что Вэй Лань - её подруга, бездумно следовать за ней шаг в шаг.

Просто в последнее время она намеренно встречалась со многими людьми, намеренно вела с ними беседы - и всё же по-прежнему чувствовала: именно слова и поступки Вэй Лань ближе всего её сердцу.

Поэтому она снова подошла и зашагала рядом, и вскоре они оказались перед стариком. Тот, кажется, услышал шаги, открыл глаза, скользнул по ним взглядом и снова закрыл, явно не придавая их появлению значения.

- Девочки, вам что-то нужно? - небрежно спросил он.

- Простите, уважаемый, вы из Тунжэньской управы? - мягко спросила Вэй Лань.

Старик зевнул и кивнул.

Вэй Лань на мгновение замялась: с незнакомым человеком нельзя же прямо спрашивать, не стряслось ли у него дома беды, - это было бы немного дерзко. Она раздумывала, как бы повежливей завести речь.

Фан Линцин, не привыкшая ходить вокруг да около и не боявшаяся никого рассердить, выпалила напрямик:

- Мы только что слышали от здешнего слуги, что у вас, уважаемый, дом в Тунжэньской управе. Но нынче утром, выйдя из дому, он видел, как вы спали в беседке на улице. Вот мы и подумали: уж не случилась ли у вас дома какая-то беда? Расскажите, может, мы сумеем помочь.

Старик, казалось, на мгновение опешил, потом уже полностью открыл глаза, оглядел их, заметил мечи на поясах и вдруг улыбнулся:

- Герои цзянху вышли творить справедливость?

- Она - да, а я - нет, - ответила Фан Линцин, указав на Вэй Лань.

- Почему? - спросил старик.

- Потому что я ещё не решила, становиться ли героиней, - ответила Фан Линцин, - и у меня осталось несколько вопросов, которые я не до конца для себя прояснила.

Старик, услышав столь забавные речи, наконец заинтересовался и со смехом сказал:

- Тогда, по-моему, и не становись. Быть героиней - ничего хорошего, одна морока.

- Правда? - переспросила Фан Линцин. - Раньше я тоже так думала, а теперь появились другие мысли.

- А на мой скромный взгляд, - вдруг улыбнулась Вэй Лань, - настоящего «героя» никто никогда не провозглашает сам, и потому, герой ты или нет, порой решаешь не только ты сам.

- М-м, верно, - сказал старик, - но и не мне решать. Ну и ладно, не буду вам советовать.

- А как же ваше дело? - спросила Фан Линцин. - Вы так и не сказали, не случилась ли у вас дома беда.

- Беды нет. Самая большая моя беда сейчас в том, - ответил старик, - что я сладко спал, а вы меня разбудили. А раз проснулся - сразу проголодался. Угостите меня обедом, и я расскажу, отчего ночевал в беседке.

Конечно же, никаких препятствий к этому не было.

К тому же Вэй Лань показалось, что этот старик очень занятен, и она была не прочь свести с ним дружбу.

- А что бы вы хотели поесть, уважаемый? - спросила она.

Видя, что она согласилась легко, старик со смехом сказал:

- Не бойтесь, не обману. Хватит кувшинчика вина да трёх блюд. - Подозвав слугу и сделав заказ, он добавил: - Здешняя стряпня и впрямь неплоха, и, хоть до моего Седьмого ей далеко, своя прелесть есть. Потом, девочки, попробуйте.

Вино подали сразу, а вот на готовку нужно было время.

Сперва старик с удовольствием причмокнул вина и лишь потом наконец поведал то, что так занимало Вэй Лань и Фан Линцин:

- Да ничего особенного. Просто вчера вечером мой малец привёл домой своих друзей, а один из них - тот, кого я видеть не хочу.

- Почему же не хотите? - спросила Фан Линцин. - Вы с ним в ссоре?

- Нет, - ответил старик, - я её и не знаю. Просто мне не по нраву её старшие, вот и её видеть неохота.

Вэй Лань на мгновение опешила и невольно покосилась на Фан Линцин.

Конечно, она понимала, что речь здесь вовсе не о Цинцин, но всё же на миг подумала: ведь и к «Фан Линцин» в Альянсе Пути Героя относились так же.

Хотя большинство в Альянсе никогда её не видели, они всё равно ненавидели её до крайности.

Просто потому, что она - дочь Фан Соляо.

- По отношению к тому человеку это... несправедливо, - не выдержала она.