Игра королей

Тролмеэред оставил дежурить у постели Элиаса Ателфэра, сам направившись в темницу, допросить нападающего. Ему было очевидно, что целью был он, а Элиас неудачно попал под руку и от этого пострадал.

Принц хотел узнать лишь, кто направил неудачного убийцу к нему. Неужто брат догадался о грядущем перевороте и решил устранить непутевого родственника? Или же просто решил, что настала пора, избавиться от нелюбимого младшего брата? Мысль о том, что это мог быть кто угодно, необязательно Вилберт, Тролмеэред даже не стал допускать.

Глубоко внутри себя Тролмеэред давно смирился с тем, что им с братом грозит восстать друг против друга. Это был лишь вопрос времени, но всё шло именно к этому — один брат станет погибелью другого. Их путь был прописан Богами ещё задолго до их рождения, и судьбу изменить было невозможно. Им оставалось лишь смириться и сделать так, как было заложено высшими силами.

Нападавший мужчина выглядел жалко, будучи привязанным к стулу и лишённым одежды. Перед принцем сидел худой среднего возраста альфа. Он всё время дрожал, то ли от холода, то ли от страха. Было очевидно, что этот человек убийцей не был, его вынудили совершить убийство.

— Кто тебя сюда послал? — спросил Тролмеэред, подходя к напуганному мужчине. Тот задрожал сильнее, отворачивая голову в сторону и прикусывая губы до крови. Глупо, ведь правду из него будут добывать любым способом, так проще сознаться сейчас, покуда не начали пытать. — Говори или мы начнем вырывать твои ногти по очереди. Ты сможешь заслужить быстрой смерти, раз так боишься, — альфа замотал головой в разные стороны. Говорить по-хорошему он не хотел, но у Тролмеэреда не было настроения долго кого-то уговаривать. Принц вытащил из кармана маленький кулон, в котором находились портреты омеги и ребенка. — Никудышный из тебя убийца, раз ты носишь с собой портрет семьи. Мне не составит труда найти их, а дальше ты думаю, сам можешь догадаться, что с ними сделают. В твоих интересах сейчас назвать имя того, кто тебя подослал. Ну?

— Я не скажу. Не скажу!

— Это был Вилберт? — спросил Тролмеэред, заглядывая в слезящиеся от ужаса глаза. — Или Пер? — он вновь посмотрел в голубые глаза и кивнул. Охранник протянул ему увесистый меч, вылитый из саидянской стали. Тролмеэред подкинул меч, в руке проверяя его вес, и пронзил грудь связанного мужчины. Из груди убийцы вырвался хрип, с уголка губ скатилась капля крови. Тролмеэред протянул окровавленный меч альфе в доспехах и кинул кулон. — Найдите его семью.

Принц, отдав приказ, направился проведать Элиаса. Лекарь утверждал, что Элиас может не очнуться еще несколько дней, ведь рана была серьезной, хотя и не угрожала жизни. Но и откладывать отбытие Ателфэра с Шаром было нельзя, тем более, когда подослали убийцу. Чем дольше они медлят, тем выше вероятность, что они будут пойманы. Брат не был тем человеком, который способен пощадить своего врага, ведь он убил даже собственного отца.

— Как он? — спросил Тролмеэред, заходя в покои.

— Еще не очнулся, — Ателфэр сжал в руках ладонь Элиаса. — Мы отбудем без него?

— Мне жаль, Ателфэр. Если бы был хотя бы день в запасе, то я бы не позволил вам отбыть без него. Но мы не можем тянуть слишком долго. Сегодня уже подослали убийцу, — Тролмеэред, увидев слезы на лице Ателфэра, подавил в себе желание стереть их. Помолчав немного, принц добавил, — Я отправлю его вслед за вами, как только Элиас поправится.

— Спасибо, — кивнул Ателфэр, даже не посмотрев в сторону принца Норсгарта. Ему была нужна поддержка, но точно не от Тролмеэреда. Принц, постояв немного в тишине, вышел из покоев.

Ему нужно было ещё многое продумать и решить, но сейчас хотелось лишь ненадолго прикрыть глаза. Ответственность, навалившаяся на плечи тяжелым камнем, не давала ему ни возможности выдохнуть. Так было не только сейчас, а всю его жизнь.

Тролмеэред плохо помнил свое детство, но чувство вечного напряжения преследовало его всегда. Казалось, во дворце не было воздуха, отчего с трудом дышалось. Под пристальным взглядом короля и своего брата, тогда еще принца, Тролмеэред проводил дни в ожидании долгих прогулок по саду, лишь бы отвлечься.

Когда из дворца отослали мать, стало совсем невозможно. Теперь не было тихих ночных прогулок по саду, где они, спрятавшись в укромном месте, наблюдали за звездами. Пускай, мама после таких прогулок из-за слабого здоровья мог слечь больным. Но тогда была возможность вдохнуть хоть немного, сейчас нет.

Долгие годы он был под пристальным наблюдением брата, где одна ошибка могла стоить жизни не только его, но и всех подчиненных. Сегодня это было наглядно показано. Но где он ошибся? Что он не успел продумать, раз кто-то заподозрил его? Ему казалось, что план идеален, но где-то точно была ошибка, которая сегодня могла обернуться чьей-то смертью. Хуже всего, что не его, а чужой.

Может быть, к нему было приставлено больше шпионов, нежели Тролмеэред смог вычислить? Но он старался вести себя аккуратно. Его поездка? Нет, если бы дело было в ней, то пострадал бы не Элиас, а Хама с Джасмалем. Если бы только Элиас очнулся и рассказал, что произошло в той комнате, стало бы хоть немного проще.

Ломать голову сейчас над этим вопросом смысла не имело. Он не узнает всей правды, пока не предстанет перед заказчиком, а это грозило его раскрытием. Если сейчас у альфы было лишь подозрение, что подвигло на убийство, то, что может случиться, когда всё будет раскрыто? Рисковать было нельзя, особенно когда от того, насколько хорошо играл Тролмеэред, зависело столько жизней.

Тролмеэред зашел в свои покои и сел в кресло, тяжело вздыхая. Оставалось не так много времени до отбытия Ателфэра с Шаром, но Тролмеэред стал сомневаться. Узнали ли об этом его плане, пути, подготовленном для омег? В Хаме и Джасмале Тролмеэред ни разу не сомневался, но очевидно, что рядом с ним был предатель.

Кто бы это мог быть? Он всегда был аккуратен, не допускал просачивания информации о своем плане. Подозревать Холлдоура смысла не было, он никогда не действовал тайно, тем более, чтобы подсылать к Тролмеэреду убийцу. Герцогу Альваро было бы проще самому устранить принца и доложить королю после. Отчего, этим предателем был точно не он.

Кто-то из слуг? Но кто? Гадать сейчас было всё равно, что пытаться разглядеть звезды сквозь густой туман. У Тролмеэреда мелькнула смутная мысль, что, возможно, этим предателем был Элиас. Но тут же была отброшена. Глупо для омеги было рисковать своей жизнью, если он был предателем. Чтобы узнать правду, нужно было дождаться пробуждения Элиаса, и Тролмеэреду оставалось надеяться, что это произойдет как можно раньше.

***

Когда карета, предназначенная для отправки Ателфэра и Шара, ещё стояла на дворе, а слуги суетливо носили тюки и меха, Тролмеэред удалился в одну из старых башен замка Холлдоура. В комнату, где когда-то хранили охотничье снаряжение, были приглашены Ладрейн и Риардон. Принц не хотел, чтобы этот разговор услышал кто-либо посторонний, даже стены главных покоев. Он стоял у узкого окна, скрестив руки за спиной. В полумраке лица собеседников казались напряжёнными.

— Говорите, — коротко бросил Тролмеэред, не оборачиваясь.

Ладрейн выпрямился, спокойно и уверенно:

— Прошлой ночью я видел, как граф Риардон покинул замок и направился в лес, никому не сообщив. Это настораживает.

Риардон, не показывая раздражения, произнёс мягко, почти с лёгкой усмешкой:

— Ваше Высочество, тревожное время требует решительных мер. Я вышел проверить караулы и убедиться, что враг не проник незамеченным. Разве я должен докладывать каждый свой шаг?

— Ты не возвращался до рассвета, — невозмутимо ответил Ладрейн.- Более того, я ощущал, что за мной кто-то следит, когда шёл по следу за тобой. Человек был в нашей форме. Это заставляет думать, что предатель среди нас.

— Если предатель есть, — нахмурился Тролмеэред, сжав кулаки, — он действует в тени, играет на нескольких фронтах. Никому нельзя доверять полностью.

Риардон лишь пожал плечами, не переставая смотреть в глаза принцу:

— Время выявит, кто стоит по ту сторону, а пока, мы должны быть готовы ко всему.

Тролмеэред молча кивнул, потом повернулся и направился к выходу. Во дворе уже была готова карета. Холлдоур стоял рядом с Ателфэром и Шаром, обнимая сына перед долгой дорогой. Тролмеэред подошёл к ним.

— Пап, ты потом приедешь к нам? — спросил Шар, обнимая отца на прощание.

— Конечно. Приеду, как только смогу, а до тех пор слушай матушку во всём, — Холлдоур прижал своего сына к груди, целуя в макушку.

— С нами всё будет хорошо, — заверил переживающего мужа Ателфэр. Холлдоур притянул супруга к себе, вовлекая в поцелуй.

— Возьми мой плащ, чтобы эти месяцы тебя окружал мой запах, — герцог накинул на хрупкие плечи тяжелый плащ из овчины. — В дороге будет холодно.

— Ты должен успеть к рождению дитя, — Ателфэр напоследок сам вовлек супруга в поцелуй, нежно обнял и всё же заставил себя сесть в карету. — Напиши мне, как очнется Элиас.

Тролмеэред подал сигнал кучеру, и карета тронулась. Теперь всё, что оставалось Тролмеэреду — молиться Богам, дабы омеги добрались без происшествий. Следуя плану, Ателфэр с сыном должны были проехать с неделю пути сами, остановившись в таверне на отдых. В той таверне их будут ожидать Джасмаль и Хама со сменной одеждой. А после они должны были пересесть в крытую повозку и держать путь в Силес. Как только Джасмаль их встретит, отошлет Тролмеэреду ворона с письмом.

Тролмеэред, дождавшись, когда карета скроется из виду, направился в покои, где лежал Элиас. Раненный слуга до сих пор лежал без сознания, и сколько пройдет времени, прежде чем он очнется, было известно лишь Богам. Лекарь делал всё, что было в его силах, меняя повязки, вливая лекарства, но пока безрезультатно — это злило Тролмеэреда.