Под прицелом беллингемов

**День сто четырнадцатый — сто пятнадцатый: Тень над Бирмингемом**

Утро после лондонского побега началось с тяжелого, давящего похмелья страха. За огромными окнами бирмингемского дома Беллингемов валил густой, тяжелый снег, укрывая сад пушистыми сугробами. В гостиной тихо и лениво потрескивал камин, пахло поджаренными тостами и крепким кофе, но этот привычный домашний уют больше не приносил мне покоя.

Я спустилась на кухню около девяти утра. Джуд сидел у кухонного острова, медленно помешивая кофе в большой серой кружке. На нем был простой домашний свитер, но его плечи были напряжены, а взгляд неотрывно скользил по экрану планшета.

Мое сердце привычно сжалось, пропустив удар. Я постаралась пройти к чайнику как можно тише, но Джуд поднял голову. В его карих глазах не было утренней расслабленности — только холодная, анализирующая сосредоточенность.

— Доброе утро, Бланка, — негромко произнес он. Его голос звучал ровно, слишком ровно. — Как спалось? Ноги после вчерашней прогулки не болят?

— Доброе, Джуд. Нет, все хорошо, — я налила воду в чашку, стараясь, чтобы мои пальцы не дрожали. — Просто немного устала.

Джуд медленно повернул планшет экраном ко мне. На дисплее была открыта страница крупного британского спортивного таблоида. Заголовок кричал: «Звезда „Барселоны" Ламин Ямаль тайно прилетел в Лондон во время зимнего перерыва. Юный вингер был замечен фанатами в районе Гайд-парка». Под текстом красовалась та самая фотография из его сторис — размытый силуэт Биг-Бена на фоне падающего снега.

— Интересное совпадение, правда? — Джуд сделал глоток кофе, не сводя с меня тяжелого взгляда. — Вы с Джобом вчера весь день провели в Лондоне. Гуляли как раз в районе Гайд-парка. И этот каталонский малец вчера крутился там же. На глазах у сотен людей.

Я замерла с чашкой в руках, чувствуя, как холодный пот выступает на спине. Ложь застряла в горле.

— Джуд, Лондон огромный, — раздался спокойный, сонный голос Джоба со стороны двери. Младший брат вошел на кухню, почесывая затылок, и небрежно сел на соседний стул. — Там вчера были сотни тысяч туристов. То, что Ямаль приехал пошопиться в Harrods, не значит, что мы должны были столкнуться с ним на каждом углу. Я вообще удивлен, что его до сих пор не заперли на базе в Каталонии после его травмы.

Джуд перевел взгляд на Джоба. Напряжение между братьями можно было резать ножом. Джуд явно не верил ни одному слову. Его инстинкты, обостренные годами жесткого футбольного соперничества, кричали ему, что здесь есть скрытая связь. Но у него не было прямых доказательств.

— Да, действительно. Совпадение, — медленно произнес Джуд, блокируя планшет. — Но я очень не люблю совпадения, Джоб. Особенно когда они касаются моей семьи. Бланка, твой кнопочный телефон до конца праздников побудет у меня в кабинете. Я не хочу, чтобы тебя отвлекали никакие... «мошенники».

Он поднялся, забрал свою кружку и вышел из кухни, оставив нас в звенящей тишине. Джоб тяжело выдохнул и потер лицо ладонями.

— Мы ходим по краю, мелкая, — тихо прошептал он, поворачиваясь ко мне. — Он проверяет каждую деталь. Еще один шаг — и вся наша ложь взлетит на воздух.

——————————

**День сто шестнадцатый — сто девятнадцатый: Иллюзия праздника**

Оставшиеся дни до Нового года превратились в изнуряющую игру на выживание. Дома мы старательно разыгрывали идеальную рождественскую сказку. Приехали родственники, гостиная постоянно гудела от разговоров, смеха и звона бокалов. Отец увлеченно показывал Джуду свои новые чертежи, мама хлопотала на кухне, а я помогала ей, натягивая на лицо фальшивую, отрепетированную улыбку.

Но внутри меня выжженная пустыня становилась все больше. Я была полностью отрезана от Ламина. Мой кнопочный телефон лежал в запертом сейфе Джуда, а Джоб больше не рисковал давать мне свой мобильный — Джуд несколько раз без предупреждения проверял его историю звонков и мессенджеры.

Я засыпала в своей детской спальне, прижимая руку к шее, где под плотным зимним свитером скрывался прохладный серебряный браслет. Он пах Англией, дождем и тем самым коротким поцелуем в заснеженном Гайд-парке. Этот поцелуй был единственным, что удерживало меня от того, чтобы не сорваться и не рассказать Джуду всю правду, прекратив эту невыносимую пытку молчанием.

Ламин тоже молчал. Джоб успел передать ему через третьих лиц короткое предупреждение: «Полный блок. Джуд ищет связь». Я представляла, как Ламин проводит эти праздники в Барселоне — один, восстанавливаясь после травмы, окруженный фанатами и пиарщиками, но абсолютно одинокий без возможности сделать один короткий звонок. Наша запретная любовь медленно превращалась в тяжелые кандалы, которые мы оба были вынуждены носить, не подавая виду.

——————————

**День сто двадцатый: Полночь под прицелом**

Тридцать первого декабря дом Беллингемов сиял миллионами огней. Новогодний ужин был роскошным: мама приготовила традиционные английские блюда, отец разливал дорогое шампанское, а по телевизору транслировали праздничный концерт из центра Лондона.

Я сидела за столом в красивом темном платье. Мои пальцы судорожно сжимали край скатерти. Джуд сидел напротив меня. Он выглядел безупречно — спокойный, уверенный, настоящий лидер семьи. Но каждый раз, когда наши взгляды встречались, я видела в его глазах ту самую холодную настороженность. Он не забыл лондонское «совпадение». Он просто ждал, когда мы совершим ошибку.

За пять минут до полуночи Джоб незаметно наступил мне на ногу под столом. Я подняла глаза. Брат едва заметно кивнул в сторону коридора.

— Я отойду на минуту, принесу десертные ложки, — тихо сказала я, поднимаясь из-за стола.

— Да, милая, конечно, — улыбнулась мама, увлеченно рассказывая отцу какую-то историю.

Я быстро вышла в полутемный коридор и скользнула в гостевую ванную, закрыв дверь на защелку. Через секунду в дверь тихо, условным стуком постучали. Я открыла. Джоб быстро зашел внутрь и протянул мне свой телефон. Экран уже светился открытым чатом.

— Быстро, Бланка. Ровно три минуты. Джуд считает время, когда ты выходишь из-за стола, — прошептал брат, оставаясь караулить у двери.

Мои пальцы летали по экрану с бешеной скоростью. Ламин прислал сообщение всего несколько минут назад.

L:«Я знаю, что тебе нельзя писать. Но я не могу встретить этот год без тебя. Я стою на балконе в Барселоне, здесь тепло, но без тебя этот город кажется мне ледяным склепом. Моя нога почти зажила, со следующей недели я возвращаюсь к полноценным тренировкам. Но мне плевать на футбол, если в моей жизни нет тебя. С Новым годом, моя беглянка. Я не отступлю. Помни об этом.»*

Слезы мгновенно обожгли глаза. Я быстро набрала ответ, сдерживая дыхание, чтобы не разрыдаться прямо в трубку.

B: «С Новым годом, Ламин. Я тоже смотрю на небо. Твой браслет со мной. Он согревает меня лучше любого камина. Джуд следит за каждым моим шагом, мы под тотальным контролем. Но я верю нам. Пожалуйста, береги себя на поле. Я люблю тебя.»*

Я нажала «Отправить», быстро удалила чат из истории и вернула телефон Джобу.

Когда часы пробили полночь, и в гостиной раздались радостные крики родителей, Джуд подошел ко мне с бокалом шампанского. Он крепко обнял меня, прижимая к своей широкой груди.

— С Новым годом, Бланка, — тихо сказал он мне на ухо. Его голос прозвучал странно грустно. — Я просто хочу, чтобы этот год принес тебе покой. Чтобы вся эта ложь и скрытые проблемы остались в прошлом. Я хочу вернуть свою младшую сестру, которой я мог доверять на сто процентов.

Я уткнулась лицом в его плечо, чувствуя, как холодные иглы вины вонзаются в мое сердце. Новый год начался, но наше Эль-Класико только вступало в свою самую темную, холодную фазу.

——————————

**День сто двадцать первый — сто двадцать пятое: Возвращение в морозный Мадрид**

Второго января наш отпуск закончился. Английская зимняя сказка осталась позади, сменившись суровыми мадридскими буднями. Мы вернулись в наш испанский особняк под серым, затянутым тучами небом.

Иллюзия праздника рассеялась в ту же секунду, как Карлос встретил нас на парковке аэропорта Барахас. Его молчаливая, массивная фигура у машины мгновенно вернула меня к реальности. Конвой возобновил свою работу.

Джуд сразу же забрал наши паспорта и мой официальный телефон обратно в свой кабинет. Режим строгого надзора заработал с новой силой. Карлос снова возил меня в университет, карауля у дверей библиотеки, а дома Джуд практически не отпускал меня от себя, заставляя ужинать вместе и контролируя мое расписание до минуты.

Мы вернулись в Мадрид. Январь обещал быть холодным, суровым и полным новых тактических сражений на футбольных полях Испании. Ламин возвращался в общую группу «Барселоны», его травма была позади, но впереди нас ждала куда более страшная гроза. Мы научились скрываться в заснеженном Лондоне, но Мадрид не прощал ошибок. И я понимала, что эта зимняя тишина — лишь затишье перед настоящим взрывом, который неизбежно разрушит наш фальшивый мир до основания.