Бывает и Железу Больно ~2 Том.~

Алкогольные посиделки должны были продолжиться, и тишина, которая нависла в комнате, казалась лишь временной передышкой. Я сидела на диване между Драко и Теодором, чувствуя, как они оба с каждым глотком всё ближе придвигаются ко мне. Сначала я не придавала этому значения — алкоголь делал своё дело, и все мы были более расслаблены. Но постепенно я заметила, что их плечи касаются моих, а их дыхание становится всё более ощутимым. Я не могла пошевелиться, не задев одного из них. Воздух вокруг меня стал плотным, и я чувствовала, как между ними тлеет что-то, чего я не могла назвать. Я переводила взгляд с одного на другого, и в какой-то момент моё сердце начало биться быстрее.

Всё началось с того, что кто-то — кажется, Блейз — пошутил, что огневиски у нас слишком крепкое, а Панси, которая уже была навеселе, ответила что-то резкое в ответ. Слова закрутились, набирая обороты. Вскоре уже никто не помнил, с чего началось. Но в какой-то момент Агнес и Блейз начали спорить о том, кто должен был купить больше закусок.

— Я говорила тебе, что надо взять ещё те бутерброды! — закричала Агнес, размахивая руками.

— Ты сама сказала, что мы должны взять больше выпивки! — парировал Блейз, сверкая глазами.

— Это было до того, как я поняла, что у нас нет еды!

— Какая разница, еда или не еда? Ты просто любишь ныть!

— Заткнись, Блейз, ты даже не знаешь, о чём говоришь!

Драко и Теодор, сидевшие по бокам от меня, даже не смотрели на спор. Их внимание было сосредоточено на том, что происходило между ними и мной. Я чувствовала, как их присутствие становится всё более ощутимым. И в какой-то момент, когда я перевела взгляд в сторону, я заметила, что Теодор взял мою руку. Медленно, почти неуверенно, он начал перебирать мои пальцы, поглаживая тыльную сторону ладони, а затем мягко переплёл их со своими. Это прикосновение было тёплым, и до этого момента я не воспринимала его как что-то романтическое. Но сейчас, в этой тесной гостиной, под действием алкоголя и тишины, оно казалось чем-то за гранью интимного. Я чувствовала, как его большой палец вычерчивает круги на моей коже, и у меня перехватывало дыхание.

Я не знала, что делать. Я не отнимала руку, но и не сжимала его пальцы в ответ. Я просто сидела, чувствуя, как его ладонь согревает мою, и понимая, что этот жест говорит о чём-то большем, чем я была готова признать. Я краем глаза заметила, как Драко переводит взгляд с ребят на наши руки. Он смотрел на наши переплетённые пальцы, и в его взгляде мелькнуло что-то почти болезненное. Он не сводил глаз с наших рук, словно ждал, когда они расцепятся, когда я уберу свою ладонь. Но я не убирала. Я просто сидела, чувствуя тепло его взгляда и прикосновение Теодора, и внутри меня всё смешивалось в тугой узел.

Драко чуть наклонился ко мне, и я почувствовала его дыхание у своего уха.

— Ты знаешь, что он делает это не просто так, — прошептал он, и его голос был тихим, почти неслышным. — И ты позволяешь ему это делать.

Я повернула голову и встретила его взгляд. Его глаза были серьёзными, и я видела в них что-то, что не могла разгадать. Он не давил, не требовал ответа. Он просто сказал это, как будто хотел, чтобы я задумалась. И я задумалась. В голове моей пронеслось множество мыслей, и я поняла, что его слова коснулись чего-то глубоко внутри меня. Я снова посмотрела на наши с Теодором руки. Он всё ещё держал мою ладонь, его пальцы мягко сжимали мои, и я чувствовала, как это прикосновение проникает в мою душу. Я не знала, что делать. Я не знала, что чувствую. Но в этот момент я поняла, что нахожусь на перепутье, и что вечер, который начался как побег от реальности, стал чем-то большим, чем я могла предположить. Я просто сидела, сжимая руку Теодора, чувствуя взгляд Драко на себе, и слушала, как спор Агнес и Блейза постепенно затихает, уступая место тишине. Мы снова были в той тишине, которая не требовала слов, и я чувствовала, как в ней что-то таится.

–––

Утро пришло неожиданно и больно. Первое, что я почувствовала, была тяжесть в голове — словно кто-то налил в неё свинец, а затем заставил меня бежать марафон. Веки казались склеенными, и я с трудом заставила себя открыть глаза. Комната была залита мягким утренним светом, который просачивался сквозь шторы, и я поняла, что мы так и остались лежать там, где нас накрыл сон.

Я медленно повернула голову, пытаясь понять, где я и что происходит. И тут я осознала, что нахожусь в объятиях Драко. Моя голова покоилась на его груди, а его рука обвивала мою талию, прижимая меня к нему. Наши лица находились в опасной близости — я чувствовала его дыхание на своей коже, и в этом было что-то одновременно пугающее и интимное. Он спал, и его черты казались более мягкими, почти беззащитными. Моя нога переплелась с его ногой, и я чувствовала, как его тело согревает меня. Я замерла, не зная, что делать. Сначала я хотела отодвинуться, но его рука сжалась крепче, и я поняла, что это бессмысленно. Вместо этого я просто лежала, глядя на его лицо, и чувствовала, как моё сердце начинает биться быстрее.

Оглянувшись по сторонам, я увидела остальных. Астория устроилась на подоконнике, закутавшись в свою мантию. Её лицо было спокойным, но я видела, как она напряжена даже во сне. Панси лежала на краю дивана, свесив одну руку вниз, и казалось, что она вот-вот упадёт. Всё остальное пространство дивана было занято Агнес и Блейзом, которые, вопреки вчерашнему спору, спали, обнявшись. Их поза была такой естественной, что никто бы не подумал, что они чуть не передрались из-за закусок. Где-то на полу валялась пустая бутылка, и я чувствовала запах алкоголя, который пропитал воздух.

Я попыталась пошевелиться, чтобы не разбудить Драко, но мои движения были неуклюжими. Его рука сжалась крепче, и я почувствовала, как он пробуждается. Его дыхание изменилось, и он медленно открыл глаза. На мгновение он смотрел на меня, не понимая, где находится. А затем его взгляд прояснился, и я увидела, как на его лице появляется осознание. Он не отодвинулся. Он просто смотрел на меня, и в его глазах я видела ту же смесь удивления и тепла, которую чувствовала сама. Он моргнул, и я заметила, как его рука чуть ослабла, но он не убрал её. Он просто лежал рядом, глядя на меня, и я чувствовала, как его дыхание касается моего лица.

— Доброе утро, — прошептал он, и его голос был хриплым со сна.

— Доброе, — ответила я, чувствуя, как мои щёки начинают гореть.

В этот момент Панси проснулась. Она села, потянулась и, увидев нас, широко раскрыла глаза.

— О, смотрите-ка, — сказала она с лёгкой усмешкой. — Кто-то, кажется, нашёл себе компанию на ночь.

— Заткнись, Панси, — пробормотал Драко, но в его голосе не было злости.

Астория тоже проснулась и, увидев нас, улыбнулась. Она не сказала ни слова, но я видела, как в её взгляде мелькнула лёгкая грусть. Она перевела взгляд на нас, затем на Теодора, который всё ещё спал на другом диване.

Панси, заметив это, решила продолжать.

— Ну, вы двое уже не просто «нашли компанию на ночь», — сказала она, улыбаясь. — Судя по тому, как вы устроились, вы уже как минимум на пути к чему-то большему.

— Не смешно, — сказала я, пытаясь встать, но Драко всё ещё держал меня за руку.

— Да ладно, Люси, — сказала Агнес, которая тоже проснулась и улыбалась, глядя на нас. — Вы выглядели так мило, когда спали. Почти как настоящая пара.

Блейз открыл один глаз и, увидев нас, усмехнулся.

— Я всегда знал, что Малфой умеет выбирать, но не думал, что ты настолько хороша в этом, — сказал он, и его голос был полон насмешки.

Теодор спал на диване, но звуки голосов, кажется, начали проникать в его сознание. Я заметила, как он пошевелился. Он медленно сел, протирая глаза, и его взгляд упал на нас с Драко, всё ещё лежавших в обнимку. Его лицо на мгновение напряглось, и я увидела, как в его глазах мелькнула тень. Но он быстро взял себя в руки. Он не сказал ни слова, но я увидела, как его взгляд задержался на нас чуть дольше, чем нужно.

— Тео, — попыталась я начать, но он просто улыбнулся — той улыбкой, которая не касалась глаз.

— Всё в порядке, — сказал он, и в его голосе я не услышала ничего, кроме ровного спокойствия. Он перевёл взгляд на Драко и добавил: — Ну, ты, кажется, хорошо устроился на ночь.

Драко не ответил. Он просто смотрел на меня, и я чувствовала, как его рука всё ещё сжимает мою талию. Тишина в комнате стала плотной. Все переводили взгляды с меня на Драко, потом на Теодора. Никто не знал, что сказать, и в этой неловкости было что-то почти осязаемое.

— Ладно, — сказала я, вставая с дивана, — мне нужно в душ.

Я вышла из комнаты, чувствуя на себе их взгляды. Я не знала, что делать с этим утром. Я не знала, что делать с ними. Но я знала, что этот день будет долгим.

Завтрак в Большом зале встретил нас привычной серой атмосферой, но сегодня она казалась особенно давящей. Как мы успели привести себя в порядок — оставалось загадкой. Магия, холодная вода и, возможно, лёгкое чувство стыда, которое заставляло двигаться быстрее. Когда мы вошли, я заметила, как некоторые ученики бросают на нас любопытные взгляды, но я старалась не обращать на них внимания.

Мы расселись за столом Слизерина, и я взяла чашку с чаем, чувствуя, как горячий напиток согревает мои замёрзшие пальцы. Блейз, сидевший напротив, выглядел так, будто его голова вот-вот расколется. Он массировал виски и тихо стонал:

— Никогда больше не буду пить эту дрянь. Это было ошибкой. Я чувствую, как кто-то бьёт меня по голове изнутри.

— Ты сам виноват, — сказала Агнес, улыбаясь. — Ты выпил больше всех. А я же говорила, что надо было взять больше бутербродов! Тогда бы всё было иначе.

— Ты даже сейчас не можешь забыть про свои бутерброды? — усмехнулся Блейз, но в его голосе не было злости.

— Ты проиграл спор, Блейз, — сказала Агнес, поднимая чашку с чаем, словно празднуя победу. — Признай это.

— Ничего я не проиграл, — буркнул он, но я видела, как уголки его губ подёргиваются.

Панси сидела напротив и вяло ковыряла вилкой омлет, а Астория, которая выглядела почти нормально, перелистывала страницы книги, которую принесла с собой. Все пытались казаться такими же, как всегда, но я чувствовала, как напряжение витает в воздухе.

Я делала глоток чая, и мой взгляд остановился на Теодоре. Он сидел напротив, но не притронулся к еде. Он просто перебирал вилкой кашу, глядя в пустоту. Я видела, как его лицо было бледным, а взгляд отсутствующим. Я не знала, как с ним заговорить. Внутри меня разрасталась огромная вина. Да, всё произошло неосознанно, но я чувствовала себя виноватой. Я чувствовала себя виноватой перед ним — за то, что мне было хорошо рядом с Драко. За то, что я не убрала свою руку, когда он смотрел на нас. За то, что я позволила этому случиться.

— Ты в порядке? — спросила я тихо, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

Он поднял на меня глаза, и я увидела, как в его взгляде мелькнула тень. Он улыбнулся, но это была та улыбка, которая не касалась глаз.

— Всё хорошо, — сказал он, и его голос звучал ровно. — Просто голова немного кружится.

Я хотела сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Я не знала, что говорить. Я не знала, как объяснить ему то, что сама не могла понять. И это ощущение беспомощности разъедало меня изнутри. Я смотрела на него, и внутри меня всё сжималось. Я хотела сказать ему, что всё будет хорошо, что я всё ещё его друг. Но я боялась, что эти слова прозвучат пусто. Я просто сидела и смотрела на него, чувствуя, как его взгляд проходит сквозь меня. Я не знала, что делать с этим утром.

А затем я вспомнила о Драко. Я оглядела стол в поисках его блондинистой головы, но его не было. Он не пришёл на завтрак. Я почувствовала, как внутри меня поднимается странное беспокойство. Я посмотрела на Блейза и Панси, но они, казалось, не замечали его отсутствия.
Я попыталась сосредоточиться на разговоре, но мысли о нём не давали мне покоя. Где он? Почему он не пришёл? Вдруг ему тоже тяжело, как и мне? Или ему было всё равно на всё, что случилось? Может быть, он просто не хотел видеть нас после всего. Или он хотел избежать того, что могло бы произойти между нами. Я чувствовала, как внутри меня смешиваются чувства: тревога за него и нежелание признавать, что его отсутствие ранит меня. Я снова посмотрела на его пустое место. Казалось, что он всё ещё сидит там, где и должен быть. Я отвела взгляд, понимая, что не могу найти ответы на свои вопросы.