Анклав. Охотница и Вампиры

Я непонимающе обвела всех взглядом, будто все поняли, кроме меня, что это значит.

— Если фантомы совершат ритуал, их нельзя будет убить, — произнёс Ник.

— Вы всё ещё не хотите её убить? — Рейн кивнул в мою сторону так спокойно, будто это было нормой. Будто он предлагал вынести мусор.

— Нет! — резко ответила Мира, встав передо мной, когда Рейн зашёл вглубь комнаты.

Я вышла вперёд из-под защиты Миры, приближаясь к Рейну. Мне надоели его загадки — он явно что-то знал, но не договаривал.

— Может, объяснишь уже всё, что знаешь? — потребовала я.

— А что объяснять? — он лениво пожал плечами. — Ты прошла обряд, стала охотницей официально, и теперь фантомы принесут тебя в жертву. Они станут неубиваемыми.

— Но Друид сказал, что я должна пройти обряд. Так я останусь жива и смогу бороться с фантомами.

— Ты не сможешь, — он усмехнулся. — Ты ходячая мишень. Какая из тебя охотница?

— Без обид, но тут я согласен с Рейном, — сказал Ник, и в его голосе не было злорадства, только трезвая оценка. — Фантомы сильны.

— Ну и что? — Мира шагнула вперёд. — Мы сможем её защитить. До этого мы боролись с фантомами постоянно. Разве для нас это в новинку?

— Но зачем тогда Друид...

— Что ты заладила со своим Друидом, — перебил меня Рейн. — Старый маразматик верит в пророчество. Согласно которому ты сможешь уничтожить фантомов. Но это полная хрень! — он наиграно улыбнулся. — Ты в любом случае умрёшь. И тебе решать — потащишь за своей смертью остальных или умрёшь героически до ритуала.

Я покачала головой от безысходности. Если он прав, я в любом случае умру. В голове не укладывалось, как я могла попасть в такую передрягу. Совсем недавно я думала о выпускном, об экзаменах, о будущем. А теперь всё это рухнуло в один момент.

Но через мгновение я поняла кое-что ещё. Друид не просто так давал мне наставления. Бабушка была лучшей охотницей. Мои родители и сестра погибли. Я не сдамся. Я могу бороться.

— Нет, — твёрдо сказала я, глядя в глаза Рейну. — С чего ты вдруг взял, что я умру в любом из твоих вариантов? Ты пессимист. Я не просто человек. Я охотница. И не сдамся вот так просто. Ясно?

Рейн лишь усмехнулся моему приступу уверенности.

— Я реалист, Элла. Ты не справишься.

— Она будет не одна, — Мира подошла ко мне и положила руку на плечо.

— Что ж, раз у нас минута пафосной речи, — Ник прочистил горло и встал рядом со мной. — Да будет свет в конце туннеля. Дадим же присягу на верность нашей охотнице, — засмеялся он.

Мы с Мирой не смогли сдержать улыбку, поддержав весёлый настрой Ника. Чего не скажешь о Рейне — он взглянул на нас, как на кучку дураков, закатил глаза и направился к выходу.

На выходе он столкнулся с Леоном, который как раз только что пришёл.

— Ты здесь? — Леон осмотрел меня с головы до ног.

— Да, мне надо с тобой поговорить.

— Приехала в поздний час, чтобы поговорить со мной? — он скрестил руки на груди, пропустив смешок. — А телефон тебе на что?

Я открыла рот от удивления и улыбнулась. Ладно, один-один. Припомнил мне мой же упрёк.

— Леон, я виделась с Друидом, — начала я, чувствуя, как улыбка тает. — До кровавой луны осталось три ночи. Тогда фантомы придут по мою душу. Я должна быть подготовленной, но... успеть за три дня?

— Задачка не из лёгких, — сказал Ник.

— Но возможная же? — спросила я.

— Я видел твою стойку... — Леон покачал головой. — Это будет сложно.

***

Я проснулась затемно. В окно стучал ветер, но я уже не могла лежать. Сегодня я не пойду в школу. Сегодня я стану сильнее. Хотя бы на один шаг.

Бабушка ждала меня на кухне. Она не удивилась, когда я спустилась в спортивной одежде, с собранными волосами и решительным взглядом.

— Ты пропускаешь занятия, — сказала она не спрашивая.

— Я пропускаю один день, чтобы не пропустить всю жизнь, — ответила я.

Она кивнула, и я увидела в её глазах что-то, чего не замечала раньше. Уважение.

— Тогда слушай, — она села напротив. — Знания не всегда спасают в бою, но без них ты будешь лишь оружием без цели.

Она рассказывала долго. Я слушала, запоминала, иногда переспрашивала. Она говорила о том, как охотники выслеживали Каинитов в прошлом. О том, как отличать следы вампира от обычных ран. О том, что вербена не только защищает, но и может быть использована как отравленное оружие, если смешать её с серебряной пылью.

— А когда охотник оказывается в меньшинстве, — сказала она под конец, — он не убегает. Он перестраивается. Ты не должна думать о том, как победить. Ты должна думать о том, как выжить.

Когда я пришла в анклав, Леон уже ждал меня в тренировочном зале. Без улыбки. Без приветствия. Только лёгкий кивок.

— Ты готова?

— Да.

Он не поверил.

Час. Два. Три. Мы двигались по кругу снова и снова. Он не давал мне передышки, а я не просила.

— Твоя сила есть, но ты не умеешь её направлять, — сказал он, когда я упала в очередной раз, тяжело дыша.

— Я и сама заметила, — выдохнула я, утирая пот со лба.

— Тогда вставай.

Я встала. И снова пошла в атаку.

К концу тренировки я не чувствовала ног. Руки дрожали, спина болела, но я стояла — и не падала. Леон смотрел на меня, и я видела, как в его глазах мелькает одобрение.

— На сегодня хватит, — сказал он. — Ты сделала больше, чем могла.

Я хотела ответить, но не было слов. Только усталость и тихая гордость.

Когда я вышла в холл, меня перехватила Кэт. Я напряглась, ожидая подкола или холодного взгляда, но она просто скрестила руки на груди и кивнула в сторону стеллажа.

— Ты должна знать своё оружие, — сказала она. — Иначе оно убьёт тебя быстрее, чем враг.

Она была жестокой. Но не врагом. Она рассказывала о каждом клинке, о каждом виде серебряных болтов, о том, как правильно держать арбалет и почему кинжал лучше меча в узких коридорах.

— Я понимаю, — сказала я, когда она закончила.

— Сомневаюсь, — ответила она, но в её голосе я услышала не презрение — испытание. — Но ты хотя бы пытаешься. Это уже больше, чем я ожидала.

Она развернулась и ушла, оставив меня стоять в холле с чувством, что мир сдвинулся на градус.

Я вернулась домой только вечером. Тело болело, голова гудела, но я не могла остановиться.

Я села за стол, открыла дневник бабушки и начала перечитывать те страницы, которые раньше не замечала.

Она писала о походах. О местах, где бывала. О ночах, проведённых в лесах, о схватках, о которых никто не знал.

«Я шла по следу уже три дня. Каинит затаился в старом амбаре на окраине. Я знала, что он там. Но он знал, что я иду. Мы играли в кошки-мышки. Когда я вошла, он не напал — он ждал. У него был кинжал в руке, и он улыбался. Я поняла, что ловушка не для меня — я должна была вывести его на открытое пространство, чтобы остальные успели. Иногда победа — это не убить врага, а заставить его сделать первый шаг туда, где ты ждёшь. Я выбежала наружу, и он бросился за мной. Именно там его и взяли.»

Я перечитала абзац дважды. Простая тактика. Заставить врага поверить, что он охотится, а на самом деле — быть тем, кто ведёт.

Телефон завибрировал, и я взглянула на экран. Улыбка коснулась моего лица. Я вспомнила, как в промежутках между тренировками показывала Леону, как пользоваться голосовыми сообщениями. Это было довольно забавно.

Он отправил голосовое: «Ты дома?»

Я записала ему кружок, показывая комнату: «Как видишь, всё в порядке».

Также я заметила дневное сообщение от Лекси. Вот чёрт, я забыла ей ответить. Несколько сообщений с пустой болтовнёй и вопрос, почему меня сегодня не было в школе. А ещё новость: послезавтра у нас с классом выезд за город для поддержания коллективного духа. Об этом сообщала миссис Смит ещё неделю назад, но в этой суматохе я совсем забыла.

***

Я вышла из школы, натягивая рюкзак на плечо. Весенний ветер трепал волосы, и я на мгновение прикрыла глаза, вдыхая свежий воздух.

Я прошла квартал, второй. Улица была тихой — только редкие прохожие и шум машин где-то вдалеке.

А потом я почувствовала это.

Холод. Он появился внезапно — будто кто-то открыл дверь в морозильную камеру прямо посреди улицы. Я остановилась, оглядываясь по сторонам.

Из ниоткуда, из воздуха, из темноты между домами начали появляться фигуры. Три. Четыре. Пять. Фантомы. Их глаза горели красным, лица искажены звериной злобой.

Я отступила на шаг, выхватывая кинжал из-за пояса.

— Не приближайтесь! — крикнула я, хотя знала — это бесполезно. Они не слушают. Они чувствуют только кровь.

Первый бросился на меня. Я отбилась, но он был быстрее. Второй — я увернулась, но поскользнулась и упала на асфальт. Кинжал вылетел из руки. Третий схватил меня за плечо и прижал к земле.

Я закричала. Но крик утонул в шуме ветра.