Анклав. Охотница и Вампиры

— В чём дело? — я шагнула вперёд, заслоняя собой Лекси.

Он не ответил. Просто смотрел на меня, и в его глазах полыхала ярость — такая холодная, что я почувствовала, как воздух вокруг нас становится плотнее.

— Ты знаешь, что ты сделала? — спросил он тихо, почти шёпотом.

— Что? — я не понимала.

— Что происходит? — с удивлённой улыбкой спросила Лекси.

Рейн резко, с вампирской скоростью, прижал меня к стене, держа руку на шее.

— Ты стала охотницей!

— Господи! — вскрикнула Лекси.

Я перевела взгляд на неё, чувствуя, как воздух уходит из лёгких. Она подалась вперёд, но перед ней резко оказалась Кэт. Она цокнула языком, остановив подругу, схватила её за руки и завела за спину. Лекси дёрнулась, но Кэт держала крепко.

— Теперь ты точно умрёшь, — ухмыльнулся Рейн, его хватка на моей шее стала сильнее, и я едва могла дышать.

— А с этой что делать? — фыркнула Кэт, дёрнув Лекси за запястье.

— Можешь убить её, свидетели нам ни к чему, — ответил Рейн, не сводя с меня своих холодных голубых глаз.

Лекси замерла. Я видела, как её лицо побледнело. Она смотрела на меня, и в её глазах был страх. Настоящий, дикий страх, который я никогда не хотела в них видеть.

— Нет! — выдавила я.

Слова сорвались с губ, но Рейн даже не взглянул на подругу. Он смотрел только на меня — и в его взгляде не было ни капли сомнения.

Я чувствовала, как в груди разрастается что-то. Горячее, тяжёлое, чужое. Я не знала, что это. Но оно росло.

И когда Рейн снова сжал пальцы, я подняла руку и схватила его за запястье.

Он дёрнулся, но я не отпустила.

Резко дёрнула его руку в сторону — и он отшатнулся от неожиданности.

Я не знала, как я это сделала. Просто почувствовала — и сделала.

Я перевела дыхание, чувствуя, как внутри пульсирует огонь — не тот, что сжигал черепа. Другой. Мой.

— Отпусти её, — сказала я, глядя на Кэт.

Она усмехнулась, но удержала Лекси крепче.

— Не указывай мне, охотница.

Я быстрым движением достала из рюкзака кинжал, выставив его перед собой, направляя то на Рейна, который стоял в шаге от меня, то на Кэт.

— Да, пожалуйста, — недовольно откинула Кэт подругу на пол.

— Ты всё равно умрёшь, — процедил Рейн, — и даже брат мой тебе не поможет.

— Как он вообще может думать об охотнице, — брезгливо сморщилась Кэт и направилась к выходу, пнув мусорку в сторону.

Рейн окинул меня недовольным взглядом, а после развернулся следом за Кэт.

Я же подбежала к Лекси, помогая ей подняться.

— Что это было, Элла? Что это, чёрт возьми, было?! И только не надо больше мне рассказывать сказки о том, что он наркоман!

— Кажется, нам надо поговорить...

***

Мы сидели в кафе. Я рассказала Лекси обо всём, что со мной произошло. Она сидела с каменным выражением лица, не перебивая, не задавая вопросов.

А я всё ещё не могла понять, как так легко вырвалась из хватки Рейна. Он же сильный... Неужели я теперь такая же?

— Может, ты уже скажешь что-нибудь? — спросила я.

Лекси выдержала паузу, затем перевела взгляд на меня.

— Вампиры? — вскинула она бровями. — Ты что, «Сумерек» пересмотрела? — она вздохнула и откинулась на спинку стула с раздражением. — Я думала, ты расскажешь мне правду.

Она мне не поверила?

— Что? Какую правду?

— Не знаю, думала, расскажешь, кто этот Рейн, что он хотел от тебя на самом деле. И что за девка была с ним. А ты мне говоришь о каких-то вампирах.

— Тише, ты можешь не кричать на весь Стоунбридж?! — я оглянулась на соседние столики. — Но я тебе говорю правду!

— Элла, ну что за бред, — она покачала головой. — Ладно, не хочешь говорить правду — пусть будет так. Но не надо делать из меня дуру, рассказывая эти сказки.

— Вот именно поэтому я и не говорила тебе ничего, — я почувствовала, как внутри поднимается горечь. — Я знаю, как это звучит. Но... впрочем, забудь, ладно? Во всяком случае будет лучше, если ты будешь держаться подальше от этих «сказок».

Я встала из-за стола и направилась к выходу, чувствуя, как Лекси смотрит мне в спину. Я не обернулась.

***

Вечером, после душа, я сидела в своей комнате, раздумывая о произошедшем. Расчёсывала волосы, глядя на себя в зеркало. Я смогла за себя постоять. Сегодня. Я даже не знаю, понравилось ли мне это.

Лекси теперь в курсе, хотя и не верит. Я бы тоже не поверила, поэтому не виню её.

Я подошла к шкафу, чтобы достать пижаму, как вдруг в окно влез кто-то. Он выпрямился, став ногами на пол, а я от неожиданности вскрикнула, прижимая полотенце, в которое была обёрнута после душа.

— Что случило... — Леон поднял на меня глаза, но тут же отвернулся. — Чёрт, я не знал, что ты...

Я вздохнула с облегчением, когда поняла, что это Леон, и глупо рассмеялась.

— Было бы куда лучше, если бы ты научился пользоваться дверью, — усмехнулась я.

— Прости, — замялся он, всё ещё не поворачиваясь ко мне. — Я как только узнал, что Рейн на тебя напал, тут же приехал.

— Да уж, твой брат точно хочет моей смерти, — сказала я, прячась за дверцей шкафа, где натягивала вещи.

— Он недолюбливает охотников, — Леон говорил в сторону. — Вернее, ненавидит. У него на это свои причины.

Я вышла вперёд, переодетая в пижаму, мягко улыбаясь.

— Можешь поворачиваться.

Он сперва оглянулся на секунду, прежде чем повернуться ко мне полностью.

— Ты выглядишь... домашней.

— Ты умеешь делать комплименты, — ответила я, подходя к своему столику. — Я думала, что все вампиры ненавидят охотников.

Леон подошёл ближе, следом за мной.

— Не так, как Рейн, — ответил он.

— Я сегодня смогла дать ему отпор, — я повернулась к нему. — Не знаю, как это получилось. Будто у меня силы прибавились.

— Этого следовало ожидать, — Леон сел на край кровати. — Ты же прошла обряд.

— Твоя подруга видела Рейна и Кэт, — сказал он. — Она что-то поняла?

— Нет, — я мотнула головой. — Я даже сама ей всё рассказала, но она мне не поверила.

— Ты что сделала?! — Леон тут же подскочил, и всё его тепло и доброта улетучились.

— Она моя подруга, — я повернулась к нему. — Мне надо было ей рассказать. Я ей доверяю.

— Нет! — его голос стал жёстким. — Неважно, кто она. Ник должен ей стереть память.

— Что значит «стереть память»? — теперь уже я подскочила.

Леон устало помассировал переносицу между глазами.

— Ник использует внушение, чтобы немного изменить часть её воспоминаний, — объяснил он, будто я годовалый ребёнок, который не знает, как работает сила внушения.

— Зачем?! — я чувствовала, как внутри закипает злость. — Она всё равно мне не поверила!

— Вот именно, — он посмотрел на меня в упор. — Какая разница, если она тебе не поверила? Ник просто чуть-чуть исправит её сознание. Что в этом такого?

— Она моя подруга, Леон! — я почувствовала, как голос срывается на крик. — Я не хочу, чтобы Ник копался в её мозгах, меняя реальность!

— Это не обсуждается, — сказал он твёрдо.

— Ни за что! — прошипела я.

— Это не тебе решать.

Мы смотрели друг другу в глаза. Слишком долго. Никто из нас не собирался уступать.

— Это не твоя тайна, — сказал Леон, делая шаг в сторону. — И не тебе решать, кто и что должен знать.

— Но это моя подруга, — сказала я ему в спину.

— Это не имеет значения, — ответил он, даже не оборачиваясь. — Спокойной ночи.

Он проворчал последние слова и ушёл. Так же тихо, как появился.

Я смотрела в окно, наблюдая, как он уходит. Вот так просто. Не решая проблемы. Как сказал — так и будет. Будто мы говорили не о моей подруге, а о кукле.

Я спустилась на кухню. Бабушка сидела за столом и подняла на меня голову, вскинув брови.

— И снова этот вампир здесь был, — сказала она. — Я чувствую его энергию.

— Не беспокойся, он уже ушёл, — раздражённо ответила я, подходя к холодильнику.

— Неужели вы поругались?

— Эти вампиры — гребаные эгоисты!

Я налила стакан воды, взяла его в руки и повернулась к бабушке, облокотившись о столешницу. Сделала глоток и заметила, как бабушка улыбается.

— В тебе она просыпается, — закивала она. — Ненависть к вампирам.

— О чём ты? — я чуть успокоилась.

— Ты прошла обряд и поклялась защищать мир от тьмы, — сказала она спокойно. — От мертвых. А они — вампиры.

Я нервно сглотнула, поставив стакан на столешницу.

— Что... Я думала, речь идёт о фантомах, — я тут же скривилась, вспомнив, как бабушка не любит это слово. — О Каинитах.

— Милая моя, — бабушка покачала головой, — Каиниты и есть вампиры. Ты же не думала, что сможешь убивать одних, защищая других?

Вот чёрт. Вообще-то именно об этом я и думала. Что стану охотницей, пройду этот сраный обряд, чтобы защитить анклав. Леона... Хоть я и злюсь сейчас на него, но он мне не безразличен.

— Нет, — я попыталась улыбнуться. — Я злюсь на Леона не из-за этого.

— Как знать, как знать, — бабушка поднялась и направилась к выходу из кухни.

Нет. Я не чувствую никакой ненависти. Я бы знала, ощущала бы себя по-другому. Разве не так?

Я мотнула головой, отгоняя мысли, и вернулась к себе в комнату.

Свет погас, но я всё ещё сидела на кровати, обхватив колени руками. Ночь за окном была тихой. Слишком тихой.

Я смотрела на тени, которые двигались по стенам от лунного света, и думала о том, что сказала бабушка. О том, что сказал Леон. О том, что сказала Лекси.

Все они считали, что знают, что для меня лучше. Никто не спрашивал меня.

Я провела пальцем по белому шраму на ладони. Он всё ещё хранил тепло.

И я вдруг поняла: я больше не та, кем была раньше. И тот факт, что я смотрела на это с ледяным спокойствием, пугал меня больше, чем всё остальное.