Последняя искра Кибертрона

После тяжёлого разговора с Праймом в командном центре повисла мёртвая тишина.

Мегатрон всё ещё смотрел на голограмму Земли - этой маленькой голубой тюрьмы, которая должна была стать колыбелью для его дочери.

Его плечи были опущены, а пальцы до скрежета сжимали металлический край пульта.Но внезапно воздух в глубине шахты задрожал.

Это была не естественная вибрация умирающей планеты и не эхо его собственных тяжёлых мыслей.

Это был ритмичный, нарастающий гул мощных турбин, ввинчивающихся в тишину подземелья.

Мегатрон мгновенно выпрямился.
Его оптика, минуту назад тусклая от скорби, вспыхнула багровым пожаром.

Ворчливая забота, с которой он совсем недавно поправлял бинт на плече Киты, мгновенно сменилась ледяным боевым расчётом.

- В укрытие! Живо!
- скомандовал он коротким, лязгающим шёпотом, не допускающим возражений.

Кита, увидев, как изменилось лицо отца, не стала задавать вопросов.

Она послушно нырнула в узкую расщелину, скрытую за обломками старого генератора, и затаила дыхание.

Сверху раздался оглушительный грохот - десантные капсулы, подобно стальным копьям, пробили ветхую кровлю верхних ярусов.

Пыль и обломки посыпались дождем, а затем из хаоса донёсся голос, который Мегатрон ненавидел каждой клеткой своего корпуса.

Высокий, капризный и пропитанный ядовитым самодовольством.

- Осторожнее, вы, безмозглые куски ржавчины! - визгливо разносилось из пылевого облака.

- Вы поцарапаете мою новую полировку! И не смейте стрелять во всё, что движется! Если этот «ценный объект», о котором доложил дрон, окажется повреждён, я лично отправлю вас в плавильную печь!

Старскрим грациозно - как ему самому казалось - опустился на кучу строительного мусора.

Он брезгливо отряхнул манипуляторы, и в каждом его жесте сквозила театральность, почти балетная лёгкость, нелепо смотрящаяся среди суровых руин.

- Лорд Мегатрон... О, простите, теперь просто «рядовой» Мегатрон! - Старскрим фальшиво улыбнулся, оглядываясь по сторонам. - Выбрали себе очаровательное место для пенсии! Пыль, крысы и...

Он прищурился, заметив на полу забытый детский тренировочный клинок, тускло отсвечивающий неоном. Шагнув вперед, сикер подхватил его двумя пальцами.

- ...И игрушки? - протянул Старскрим, и его алый окуляр хищно сузился.

- Неужели слухи правдивы, и ты прячешь здесь маленькое сокровище?

Мегатрон медленно вышел из тени. Его шаги были тяжёлыми, а пушка на правой руке начала издавать низкий, угрожающий гул, стремительно накапливая смертоносный заряд.

- Убирайся, Старскрим, - глухо пророкотал он.

- Пока я не превратил твои крылья в декоративные подставки для ламп.

Сикер склонил голову набок, глядя на него с фальшивым, приторным сочувствием:

- Какая грубость! А ведь я мог бы научить это дитя... Дисциплине! Артистизму! Ты ведь растишь её как грубого солдата, а она могла бы сиять на сцене новой империи! Выходи, маленькая искорка! Твой дядя Старскрим принёс тебе... Ну, скажем, шанс на великое будущее под моим изящным крылом!

Из своего укрытия Кита видела только спину Мегатрона - огромную, израненную, но абсолютно непоколебимую стену.

Она физически чувствовала, как вибрирует металлический пол от сдерживаемой, первобытной ярости отца.

- Она никогда не увидит таких, как ты, Старскрим, - чеканя каждое слово, произнёс Мегатрон.

- Я скорее уничтожу эти шахты вместе с нами, чем позволю тебе прикоснуться к ней своими грязными когтями.

Старскрим нервно дёрнул крылом, и его алые окуляры хищно сузились. Он слишком хорошо знал этот тон.

Когда Мегатрон говорил так спокойно и тихо, это означало только одно - пощады не будет.

Гул турбин десептиконских дронов в тесном пространстве шахты стал невыносимым. Он бил по сенсорам, заставляя металл стен вибрировать в унисон с нарастающей угрозой.

Красные окуляры роботов заполнили проходы, словно глаза хищных насекомых в ночи.

Старскрим, взобравшись на возвышение из обломков, замер в картинной позе, словно злобный дирижёр перед своим последним концертом.

Он указал острым, сверкающим когтем на Мегатрона, и в его визгливом голосе зазвенела фальшивая сталь:

- Не смейте уничтожать его! Связать! Пусть смотрит, как рушится его никчёмный мирок!
А вот маленькую...