Преследователь из Лиги

— Пау Кубарси? — я переспросила с лёгким пофигизмом, перекрывая грохот басов. — Фел, да хоть сам президент Испании. Мне сейчас абсолютно фиолетово. Пошли на бар!
Градус коктейлей делал своё дело, растворяя оставшиеся острые углы ночной тоски. Алкоголь мягкой волной ударил в голову, размывая границы и возвращая то самое забытое чувство драйва. Мы с Фелонией смеялись, делали шот за шотом и вскоре снова оказались в самой гуще танцпола.
Музыка сменилась на качающий, ритмичный трек, и мы растворились в движении. Я кружилась, прикрыв глаза, отдаваясь ритму и наслаждаясь тем, как шёлк платья скользит по коже. Сделав резкий поворот на высоких каблуках, я не рассчитала траекторию и со всего размаху врезалась в чью-то широкую, подтянутую грудь.
Твёрдая ладонь мгновенно подхватила меня за талию, не давая потерять равновесие.
— Эй, осторожно, — раздался уже знакомый голос.
Я подняла глаза. Пау стоял прямо передо мной. На нём была всё та же белая футболка, а в глазах отпечатались неоновые блики софитов. Первой его реакцией было лёгкое замешательство — он искренне обомлел, разглядывая меня в полный рост: растрепанные локоны, горящие глаза, чёрное шёлковое платье, не скрывающее ничего из того, что нужно видеть.
— Снова ты? — Пау расплылся в открытой, чертовски обаятельной улыбке, не спеша убирать руку с моей талии. — Ты, я смотрю, целенаправленно охотишься на игроков «Барсы». В туалете атака не удалась, решила пойти на таран на танцполе?
— Мечтай, Кубарси, — хмыкнула я, не отодвигаясь, а лишь подстраиваясь под его ритм. — Ты просто оказался на моей территории.
— Ого, так ты уже знаешь, как меня зовут? — он чуть наклонился к моему уху, чтобы перекрыть шум динамиков. Его дыхание обожгло шею, но в этом не было той удушающей тяжести, к которой я привыкла. — Твоя подруга с широко раскрытыми глазами провела быстрый экскурс в википедию?
— Скорее эмоциональный гид по молодёжке «Барселоны», — засмеялась я.
Мы начали танцевать вместе. Без пафоса, без попыток что-то кому-то доказать. Пау двигался легко, естественно, с той непринуждённой грацией, которая бывает только у профессиональных атлетов. Он кружил меня вокруг себя, подбрасывал мои руки вверх, и мы искренне, во весь голос хохотали, когда вокруг нас начал образовываться свободный круг из подпитых тусовщиков.
Спустя полчаса безудержного танца, запыхавшиеся и мокрые от жары, мы переместились к дальнему, более тихому краю барной стойки.
— Два Ольд Фэшн и много льда, — заказал Пау бартендеру и повернулся ко мне, облокотившись на мраморный стол. — Ну что, Ева. Теперь, когда мы закончили с первыми разрушениями, расскажешь, какой именно мудак заставил тебя плакать в мужском туалете?
Я приняла стакан из рук бармена, сделала внушительный глоток, ощущая, как терпкий бурбон обжигает горло, и оперлась подбородком о ладонь.
— История банальная до тошноты, Пау, — проговорила я, глядя на крутящийся в бокале лёд. — Высокий, известный, безумно властный. Пытался контролировать каждый мой шаг, пел сказки про «я стану лучше ради тебя» на закрытом острове, а через день слился в Милан с какой-то девицей. Классический комплект футбольной драмы.
Пау слушал внимательно, не перебивая. На его молодом, но удивительно взрослом лице отразилось искреннее понимание.
— Дай угадаю, — проговорил он, прищурившись. — Звезда из Мадрида? У них там у половины в контракте, похоже, прописан пункт «быть драматичным мудаком».
— В точку, — горько усмехнулась я. — Назвался моим спасителем, а сам просто дал мне иллюзию безопасности, чтобы больнее ударить.
Пау помолчал пару секунд, а затем его глаза вдруг вспыхнули азартным, слегка хулиганским огоньком. Он подался вперёд, нависая над стойкой.
— А этот твой бывший... он ведь до сих пор мониторит твои соцсети? Вряд ли такой тип просто так отпустит контроль.
— Он у меня везде заблокирован для звонков и смс, — пожала я плечами. — Но да, на инстаграм он всё ещё подписан с рабочего аккаунта. Думает, я не знаю.
— Идеально, — хитро улыбнулся Кубарси.
— Ева, у меня есть план. Давай проучим нашего мадридского принца?
Я изогнула бровь, с интересом разглядывая его:
— План? И какой же?
Пау придвинулся ближе, его плечо прижалось к моему.
— Если ты просто выложишь красивое фото, он подумает, что ты грустишь в клубе. Но если мы сделаем фото прямо сейчас... Здесь. На злобу дня. С игроком «Барселоны» — его прямого и самого ненавистного соперника...
Он выдержал паузу, интригующе улыбаясь:
— Просто доверься, расслабься и поверь мне: его эго не просто сгорит — оно аннигилирует.
Я замерла, осмысливая его слова. Алкоголь и жажда мести мгновенно сделали своё дело, разжигая внутри огонь. Представить лицо Джуда, когда он увидит меня с защитником «Барсы»... Это было настолько дерзко, нагло и гениально, что у меня перехватило дыхание.
— А тебе не влетит от руководства? — с подвохом спросила я.
— Пусть сначала попробуют меня догнать на поле, — расхохотался Пау. — Ну так что, красотка? Сыграем в эту игру?
— Сыграем, — выдохнула я.
Я достала свой новый телефон и передала его Пау. Он переключил камеру на фронтальную и поднял аппарат на уровень наших лиц, обнимая меня за шею и притягивая к себе. Вспышка зажглась.
В ту же секунду Пау наклонился и впился в мои губы. Поцелуй получился ярким, горячим, пропитанным вкусом бурбона, неона и чистой адреналиновой мести. Я опешила на пару секунд, но вскоре ответила на поцелуй, запустив пальцы в его кудрявые волосы и прижимаясь к нему всем телом. Камера сделала несколько быстрых снимков.
Отстранившись, мы оба тяжело дышали, глядя на экран. Кадр получился идеальным — кинематографичным, чувственным и максимально провокационным.
Я взяла телефон, ввела текст:
«My boy from Barcelona 💋»
И нажала кнопку «Опубликовать в историю».
— Ну всё, Кубарси, — я посмотрела на него с хищной улыбкой. — Ты только что развязал Третью мировую.