Преследователь из Лиги

Пальцы дрожали, когда я нажимала кнопку на пульте, отпирая электронный замок калитки. Тяжелая металлическая створка плавно отъехала в сторону, открывая проход. Дождь усиливался, превращаясь в плотную стену сырости, но Джуду было всё равно. Он шагнул на мою территорию с голодной, хищной уверенностью человека, который пришел забрать то, что принадлежит ему по праву.
Он сделал буквально два шага, протягивая горячую ладонь к моему лицу, но я резко отступила назад.
— Не трогай меня, Джуд, — мой голос прозвучал сухо, треснув на последнем слове.
Его рука замерла в воздухе. Смоляные глаза сузились, фиксируя каждое мое движение.
— Что за спектакль, Ева? — его голос опустился до опасного, низкого шепота. — Ты открыла ворота. Ты ждала меня. Ты две недели смотрела на меня через экран, я же знаю. Хватит играть в недотрогу.
— Я открыла ворота, чтобы сказать тебе это прямо в лицо, а не через экраны и сообщения, — я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Внутри всё разрывалось на части. Мое тело, каждая клетка на подсознательном уровне кричала о том, как сильно я хочу шагнуть в его объятия, почувствовать его запахи сандала и дождя, упасть вместе с ним на этот проклятый диван. Но разум орал во весь голос. Джуд Беллингем — не тот мужчина, который будет верен. Он — стихийное бедствие, суперзвезда, привыкшая получать всё по щелчку пальцев. Он разобьет мне сердце, растопчет его и пойдет дальше, а я останусь собирать осколки. — Между нами ничего не будет. Всё, что произошло — случайность. Ошибка.
— Ошибка? — Джуд сделал шаг вперед, мгновенно сокращая дистанцию, его дыхание обжигало мою мокрую от дождя кожу. — Ты назовешь это ошибкой? Когда ты кончала под моим ремнем, ты не думала, что это ошибка.
— Замолчи! — выкрикнула я, ощущая, как к горлу подступает жгучая волна обиды и страха. — Просто забудь! Я не хочу быть очередным трофеем в твоем списке! Уходи. У меня... у меня появился другой.
Воздух между нами мгновенно превратился в лед. Джуд замер. На его челюсти со страшной силой заходили желваки, а в глазах вспыхнуло такое первобытное, неконтролируемое бешенство, что мне на секунду стало физически страшно.
— Что ты сказала? — прошипел он, хватая меня за плечо и сжимая так, что наверняка останутся синяки. — Какой еще, блять, другой? Кто он? Имя, Ева!
— Не твое дело! — я со всей силы рванулась и выбила его руку. — Я не обязана перед тобой отчитываться! Он нормальный, с ним мне спокойнее, чем с тобой! Уходи, Беллингем!
— Кто он, сука?! — рявкнул Джуд, но я уже развернулась и взбежала по ступеням к дому, заскочив внутрь и наглухо закрыв стеклянную дверь.
Через секунду снаружи раздался оглушительный, страшный удар. Джуд со всей дури размахнулся и врезал кулаком по капоту своего черного внедорожника, оставляя на металле заметную вмятину. Он тяжело дышал, глядя на меня сквозь стекло диким, налитым кровью взглядом. Затем резко сорвался с места, прыгнул на водительское сиденье, и его машина с оглушительным пробуксом и ревом мотора рванула прочь, оставляя за собой лишь клубы дыма и брызги грязи.
Меня накрыло мгновенно. Ноги подкосились, и я сползла по дверному косяку прямо на прохладный пол, заходясь в судорожных, рваных всхлипах. Это было выше моих сил. Я переступила через себя, наговорила ему мерзкой лжи, разрушила всё своими руками — просто потому что панически боялась сгореть в его огне.
Собрать вещи заняло десять минут. Я бросила пару кофт в сумку, выскочила из дома и на ночь глядя уехала к Фелонии.
— Боже, Ева... — Фел обнимала меня на пороге своей квартиры, пока я рыдала в ее плечо, дрожа от перенесенного стресса. — Тише, тише... Оставайся у меня столько, сколько нужно. На несколько дней, на неделю — пока всё не уляжется.
Следующие три дня превратились в глухую, серую тишину. Я буквально ломала себя пополам. Руки постоянно тянулись к телефону, палец замирал над его контактом, но гордость и страх мертво держали оборону. Я не написала ему ни строчки. Ни одного «извини», ни одного «как ты». Я глушила в себе эту тягу, сжимая зубы до хруста.
На четвертый вечер Фелония просто зашла в комнату, отобрала у меня ноутбук и бросила на кровать короткое черное платье.
— Всё, хватит. Ты увядаешь на глазах. Мы идем в клуб. Выпьем, потанцуем, развеемся и заставим твой мозг отключиться хотя бы на пару часов.
Клуб в центре города гремел басами. Густой дым, вспышки неонового света, алкоголь, обжигающий горло... После третьего коктейля тупая боль за грудиной действительно немного притупилась. Нам было весело — напускное, пьяное, громкое веселье.
Около полуночи, сидя за столиком с бокалом шампанского, я шутя достала телефон:
— Фел, смотри, давай запустим прямой эфир! Пусть все видят, как нам отлично!
Я нажила кнопку «Прямой эфир» в Instagram. Экран вспыхнул. В списке зрителей вспыхнул знакомый галочкой профиль с миллионами подписчиков: @judebellingham.
Сначала подключилось тридцать человек, потом сотня, затем счетчик побежал сошедшими с ума цифрами — сотни, тысячи зрителей. Я смеялась в камеру, обнимала Фелонию, поправляла растрепавшиеся волосы и что-то весело кричала под разрывающий колонки бит.
Через три секунды в бегущей строке комментариев среди тысяч сообщений фанатов засиял его личный, выделенный комментарий. Короткий. Четкий. Смертоносный.
@judebellingham: Птичка, ты меня расстроила. Я найду его, а после мы с тобой поговорим у его больничной койки.

Чат в эфире просто РАЗОРВАЛО. Комментарии полетели с такой скоростью, что экран залагал.
«ЧТО-О-О?!»
«БЕЛЛИНГЕМ?!»
«КОГО ОН НАЙДЕТ?!»
«ЭТО ОНА?! ТА САМАЯ МУЗА С МАТЧА?!»
Я судорожно, дрожащими пальцами ткнула в крестик и мгновенно завершила трансляцию. Телефон чуть не выпал из рук.
— Ева... что там? — испуганно спросила Фел, видя, как я побледнела.
— Нам надо уходить. Срочно.
Наутро был ад.
Я проснулась от того, что телефон Фелонии и мой разрывались от непрерывных звонков и уведомлений. Выйдя в интернет, я обомлела.
Мы были везде. На ВСЕХ мировых спортивных и светских порталах. Marca, The Sun, Daily Mail, L'Équipe, сотни пабликов в соцсетях. На главных страницах висело мое фото из вчерашнего прямого эфира — разгоряченная, с бокалом шампанского — а прямо под ним крупным планом скриншот того самого комментария Джуда: «Я найду его, а после мы с тобой поговорим у его больничной койки».
Заголовки орвали на всех языках мира:
«ТАЙНА РАСКРЫТА: Кто такая Ева — муза Джуда Беллингема, которой он посвятил свой легендарный гол?»
«Ревность на весь мир: Беллингем угрожает неизвестному сопернику в прямом эфире своей девушки!»
«Скандал в сборной Англии: Звездный полузащитник устраивает разборки из-за любви»
«Эксклюзив: История тайного романа Джуда Беллингема и ее роскошного особняка в Испании»
СМИ раскопали всё. Они нашли информацию про наш общий проект, про мои соцсети, про то, где я живу. Интернет гудел как растревоженный улей, смакуя каждую деталь наших отношений.
Я сидела на кухне у Фел, обхватив голову руками, и смотрела на экран, где мое лицо соседствовало с фотографией Джуда в футбольной форме.
Скрыть это больше было невозможно. Наша тайная, грязная, безумная игра выплеснулась наружу, став достоянием миллионов людей. И где-то там, среди этого информационного хаоса, Джуд Беллингем прямо сейчас искал человека, которого не существовало в природе.