Преследователь из Лиги

Яркий барселонский свет следующего утра казался почти бесстыдным. Он нахально заливал через панорамные окна гостиную, выхватывая из полумрака вчерашний букет. Белоснежные пионы теперь стояли в высокой хрустальной вазе в центре стола, а рядом лежала та самая черная карточка.
Дурманящий аромат цветов до сих пор кружил голову, но ощущение ночной тревоги при свете дня немного размылось.
— Ты хочешь сказать, что кто-то просто подошел к твоему дому в три часа ночи, оставил охапку пионов стоимостью в чью-то зарплату и испарился? — Фелония откинулась на спину на мягком диване, поджав под себя ноги и не сводя глаз с вазы.
Фел — или Фелония, когда я хотела подчеркнуть всю степень её драматизма, — была моей полной противоположностью. Взрывная, яркая, с копной тёмных кудрей и вечной чашкой крепкого эспрессо в руках, она врывалась в мой тихий дом как ураган. Но именно она была тем единственным якорем, который не давал мне окончательно одичать в мире программного кода.
— Не в три ночи, а около полуночи, — поправила я, сделав глоток остывающего кофе. — И да. Окно в саду было приоткрыто, а потом стук в дверь. Когда я  открыла, на пороге были только они. И записка.
Я пододвинула к ней плотную черную карточку. Фел с живостью подхватила её двух пальчиков, будто это был улики с места преступления, и вслух зачитала:
— «Ты мне понравилась, Ева Лодж. До встречи, птичка.» — Она присвистнула, приподняв одну бровь. — Ну, во-первых, «птичка» — это либо отсылка к твоей привычке вечно прятаться в своем гнезде, либо у твоего тайного поклонника эго размером с Саграда Фамилия. А во-вторых... Ева, признайся, кому ты разбила сердце?
— Никому я ничего не разбивала, — я качнула головой, обхватив чашку ладонями. — Ты же знаешь мою жизнь. Дом, работа, доставка еды и иногда ты. Из мужчин в моем окружении разве что...
— Дэниел, — одновременно со мной произнесла Фел, и на её губах расплылась хитрая ухмылка.
— Ну нет, — усмехнулась я, хотя в голове уже закрутилась эта мысль. — Дэниел? Серьезно?
— А почему бы и нет? — Фел подалась вперед, активно жестикулируя. — Давай порассуждаем логически. Дэниел крутится вокруг тебя уже полгода. То ему нужно «помочь с настройкой сервера», то он «случайно» оказывается в том же кафе, где ты берешь выпечку, то предлагает подвезти. Он же сохнет по тебе с первого дня! А ты, Ева, включаешь свою фирменную ледяную королеву и делаешь вид, что его флирт — это просто профессиональная вежливость.
— Потому что я не хочу усложнять! — возразила я, ощущая, как щеки обжигает легкий иронией задор. — Он мой знакомый по работе, к тому же вполне милый парень. Но пионы в ночи? Это не в его стиле. Дэниел подарил бы мне... не знаю, флешку или подарочный сертификат на онлайн-курсы.
— Вот именно! — подхватила Фел, победно ткнув в меня пальцем. — Ему надоело быть «милым парнем из IT»! Он разгадал твою тактику намеренного игнорирования и решил сменить стратегию. Перешел к решительным действиям! Немного драмы, немного тайны, пионы, имя и фамилия — чтобы ты поняла, что он настроен серьезно.
Я посмотрела на пышные белые бутоны. Дэниел? Скромный, всегда опрятный инженер с мягким голосом? Представить его подкрадывающимся к моему окну в темноте ночи было сложно. Почти смешно.
И всё же... эта версия дарила облегчение. Если за букетом стоял Дэниел, значит, мне ничего не угрожало. Это была всего лишь неуклюжая, слишком романтичная попытка обратить на себя внимание.
— Думаешь, это правда он? — тихо спросила я, разглядывая ровные строчки на карточке.
— На девяносто процентов, — уверенно заявила Фел, допивая свой кофе. — Так что готовая, Ева. Кажется, твоя спокойная холостяцкая жизнь официально окончена. Скоро наш IT-романтик пригласит тебя на свидание.
Я улыбнулась, качнув головой. Напряжение, сковывавшее грудь с самого вчерашнего вечера, наконец окончательно отпустило.

После кофе и разбора моих гипотетических поклонников Фел решительно заявила, что оставлять меня дома в таком состоянии — преступление против моды и здравого смысла.
— Если Дэниел решил играть по-крупному, ты должна встретить его во всеоружии, — заявила она, безапелляционно распахнув створки моего гардероба. — Никаких твоих любимых оверсайз-худи, Ева! Мы ищем что-то, от чего у нашего IT-гения окончательно перегорит процессор.
Следующий час превратился в хаотичный модный показ. Фел с азартом критика забраковывала один вариант за другим, пока в шутку не примерила на меня точёное чёрное платье на тонких бретелях с открытой спиной.
— Вот! — торжествующе воскликнула она, всплеснув руками. — Скромно, опасный разрез и идеальная посадка. Если он увидит тебя в этом, пионы перерастут в предложение руки и сердца прямо на пороге офиса.
Я лишь посмеялась, качая головой. Платье действительно сидело безупречно, подчеркивая фарфоровую кожу, но для простой прогулки выглядело слишком смело. Впрочем, поддавшись уговорам подруги, я всё же оставила его, накинув сверху свободный оливковый блейзер, чтобы хоть как-то «сбить» градус откровенности.
К вечеру уличное тепло Барселоны сменилось приятной прохладой. Мы долго гуляли по уютным улочкам Готического квартала, смеялись и пили холодный сангрию. Постепенно лёгкая расслабленность переросла в азарт, и Фел — с огромным трудом, ценой десятка обещаний — все-таки затащила меня в один из самых популярных клубов на побережье.
— Нам нужно разгрузить твои мозги от строчек кода! — перекрикивая басы, шепнула она мне на ухо у барной стойки.
Музыка оглушала. Клуб был залит вспышками неоновых огней, а воздух пропитан ароматом дорогих духов, алкоголя и сладкого дыма. После пары ярких текиловых шотов привычная сдержанность окончательно сдала позиции. Мы танцевали в самой гуще толпы, растворяясь в ритме, и на какой-то момент я действительно забыла и про загадочные ночные визиты, и про странную карточку.
Голова приятна кружилась. Оставив Фел на танцполе с каким-то симпатичным испанцем, я пробралась обратно к барной стойке, чтобы заказать воды.
Опершись локтями на прохладную стойку, я сделала глоток и отпила немного прохладной жидкости, с улыбкой наблюдая за движением огней. Вспышки стробоскопов выхватывали из темноты лица, бокалы, силуэты...
Я неосознанно подняла взгляд на второй этаж — в закрытую VIP-зону, возвышавшуюся над шумным залом.
Там, у самого стеклянного ограждения, кто-то стоял.
Неоновый свет на секунду выхватил из тени высокий, атлетичный силуэт. Парень оперся одной рукой о перила, небрежно держа в другой бокал. Слишком высокий, с широкими плечами и безупречной, хищной осанкой.
Я чуть прищурилась из-за алкогольного тумана, пытаясь разглядеть его лучше. Очередная вспышка стробоскопа осветила его лицо. Тёмные, едва различимые в полумраке глаза смотрели не на танцпол, не на шоу и не на людей вокруг.
Они смотрели прямо на меня.
В упор. Не мигая. С каким-то тяжелым, почти ощутимым физически намерением.
Алкоголь в крови сыграл со мной шутку — вместо привычной настороженности я лишь легко качнула головой и отпила ещё воды. В клубе сотни людей, с чего бы кому-то сверху смотреть именно на меня? Наверняка мне просто показалось. Тень, игры света и пара лишних шотов.
Я отвернулась обратно к бару, улыбнувшись своим мыслям, и растворилась в музыке, абсолютно не чувствуя, как этот темный взгляд продолжает жгучей нитью вести меня сквозь толпу.