Преследователь из Лиги

Из клуба мы не просто вернулись — мы буквально приползли. Алкоголь глушил мысли, ноги гудели, а шуточки Фел становились всё более прямолинейными и нецензурными.
— Я тебе говорю, Ева, если это Дэниел — он полный долбоёб, — заплетающимся языком выдала Фел, разуваясь прямо в коридоре и едва не врезавшись в косяк. — Кто, блядь, дарит пионы в три часа ночи? У нормальных людей в это время стояк или сон, а не флористика!
— Иди спать уже, аналитик хренов, — хмыкнула я, едва удерживаясь на ногах и отправляя её на второй этаж в гостевую.
— Если он завтра опять припрется — заставь его сожрать эти стебли, поняла? — пробормотала она уже с лестницы и рухнула на кровать.
Кое-как смыв с себя клубный чад и алкогольный пот, я скинула платье и влезла в первое, что попалось под руку, — микроскопический шелковый топ, еле удерживающий грудь, и короткие шорты от пижамы, едва прикрывавшие бёдра. Мозги были в абсолютном тумане. Я вырубилась, едва голова коснулась подушки.
Два часа ночи.
Сквозь тяжелый, липкий сон я вдруг отчетливо услышала этот звук.
Хруст гравия. Неровные, неторопливые шаги прямо под моими окнами. Кто-то абсолютно не стесняясь ходил по периметру моего участка.
Адреналин мгновенно выбил из головы весь хмель. Сердце врезалось в ребра. Вскочив с кровати, я наплевала на то, как выгляжу, штурмом слетела по лестнице на кухню и сжала в дрожащей ладони самый массивный кухонный нож. Металл обжог пальцы холодом.
Вместо того чтобы забиться в угол и вызывать копов, во мне включилась какая-то пьяная, бешеная злость. Да как эта тварь смеет вторгаться в мой дом?!
Я подскочила к входной двери и резко, со всей дури распахнула её настежь.
На пороге стоял мужчина.
У его ног СНОВА лежали белые пионы. Лицо незнакомца полностью скрывала черная балаклава — видна была только полоса кожи и эти тёмные, чертовски знакомые глаза, смоляные, как сама ночь.
Он опешил. Я буквально физически ощутила его замешательство от моего внезапного «выхода», но он даже видом не подал, что растерялся. Наоборот — замер и нагло, абсолютно безстыдно уставился на меня. Его взгляд прошлся от моих голых ног и едва прикрытых бедер до глубокого декольте, в котором от частого дыхания ходила ходуном грудь.
Он лишь улыбнулся. Это было видно по тому, как сощурились уголки его глаз, а следом раздался тихий, низкий смешок.
— Ты кто, сука, такой?! — выкрикнула я, стискивая рукоять ножа. — Что тебе нужно от меня, придурок?!
Он лишь театрально закатил глаза — мол, сколько драмы — и не спеша развернулся, намереваясь уйти прочь по дорожке.
— Может, ответишь, придурок?!! — истерично орала я, срываясь на крик, от которого зазвенело в ушах.
Он остановился. Спиной ко мне. Высокий, широк в плечах, абсолютно спокойный.
Не знаю, что сработало в тот момент — невыветрившийся алкоголь, дикий адреналин или бешенство от его полнейшего пофигизма, но я сорвалась с места. В два шага преодолев разделявшее нас расстояние, я буквально подлетела к нему со спины, наставив острие ножа прямо ему между лопаток.
— Я полицию сейчас вызову!
Он резко, чересчур плавно для своих габаритов повернулся ко мне лицом. Нож уткнулся в его грудь — она ритмично и ровно вздымалась под плотной тканью худи. В его глазах не было ни капли страха. Ни единого грамма.
— Вызывай, — бархатистым, сжатым голосом с ядовитой насмешкой произнес он. — Но с холодным оружием не я сейчас стою.
И он выразительно скосил глаза на лезвие, замершее у его сердца.
— Да кто ты, чёрт возь... — начала выплёвывать я, но он перебил меня на полуслове.
— Ну же, — его голос стал неожиданно жестким, низким, вибрирующим где-то внизу живота. — Либо делай что-то... либо не направляй оружие на человека. НИКОГДА.
Я замерла в полном ступоре. Воздух застрял в горле.
Он медленно, без единого суетливого движения протянул руку, двумя пальцами легко отодвинул лезвие ножа в сторону от своей груди, развернулся и спешно растворился в ночной темноте сада, оставив меня одну на холодном воздухе.

Утро началось не с кофе, а с дикого тремора в руках.
Когда я рассказала Фел про ночной инцидент, показала второй букет пионов и продемонстрировала нож, который так и остался лежать на кухонном столе, её вчерашние шуточки про «романтика Дэниела» моментально испарились.
— Так, Ева, это пиздец, — Фел нарезала круги по моей гостиной, нахмурившись и сжимая смартфон. — Это ничерта не Дэниел. Дэниел при виде ножа обгадил бы свои брендовые штаны и сбежал, завывая на всю улицу. А этот... он даже глазом не моргнул! Мы идем в полицию. Прямо сейчас.
Но в полиции нас ждал классический холодный душ. Выслушав историю про два букета, открытое окно и чувака в балаклаве, офицер лишь лениво заполнил рапорт, смерил меня недоверчивым взглядом и вздохнул:
— Девушка, вас кто-то ударил? Напал? Совершил взлом? Нет. Цветы под дверью — не преступление. Поставьте камеры, заведите собаку и закрывайте окна. Если появится снова — звоните.
Мы вышли из участка, и от бессильной злости у меня сводило челюсти.
— Суки ленивые, — прошипела Фел, застегивая куртку. — Ладно. Если копы бесполезны, мы сами разберемся. Ты говорила вчера в клубе ты видела похожий силуэт на втором этаже?
— Фел, я была пьяна... — неуверенно протянула я, хотя тёмный взгляд с VIP-балкона до сих пор стоял у меня перед глазами.
— Нет, милая, у тебя IT-мозг, ты ничего просто так не подмечаешь, — перебила она. — Давай прогуляемся. Выдохнем, выпьем нормальный кофе и подумаем.
Мы шли по оживленному центру Барселоны. Народу было полно: туристы, уличные музыканты, запах жареных каштанов и морской свежести. Но ощущение безопасности исчезло. Теперь каждый высокий мужчина в толпе казался мне потенциальной угрозой.
— Слушай, — Фел потянула меня за рукав к небольшому уличному кафе. — Давай сядем тут. Мне надо на пять минут отскочить в дамскую комнату, а ты сиди и не дергайся.
Она ушла внутрь заведения, а я осталась стоять у столика на террасе, озираясь по сторонам.
И тут меня обдало холодом.
На противоположной стороне улицы, прямо под кованым балконом старого здания, стоял мужчина.
Высокий. Спортивный. В темной кепке, надвинутой на самые глаза, и строгом черном худи. Он стоял, прислонившись спиной к каменной стене, держа в руках стаканчик с кофе, и... смотрел прямо на меня.
Не скрываясь. Не прячась в толпе. Но снова как назло видны лишь глаза.
На секунду он слегка поднял стаканчик, словно салютуя мне, и, не торопясь, опустил руку в карман.
Сердце ушло в пятки. Это он. Тот самый взгляд. Тот самый хищный оскал, который я видела сквозь прорезь балаклавы прошлым вечером. Он следил за мной. Он знал, где я. Он шёл за мной от самого дома или от полицейского участка.
— Эй, ты чего застыла? — из двери кафе вынырнула Фел с двумя бумажными стаканами.
Я резко повернула голову к ней:
— Фел! Сзади тебя, через дорогу! Он там!
Фел мгновенно развернулась, сканируя противоположную сторону улицы:
— Где?! Кто?!
Я снова вскинула взгляд на то место под балконом.
Пусто.
Никого. Только стайка туристов и проезжающий мимо жёлто-черный такси. Он испарился буквально за три секунды, растворившись в утренней суете города, как будто его и не было.
— Ева... там никого нет, — тихо сказала Фел, с тревогой всматриваясь в мое бледное лицо.
— Он только что стоял там! — мой голос сорвался на повышенные тона. — Он смотрел на меня и ухмылялся, Фел! Он играет со мной!