Чернила не лгут

Ты кое-как справилась с кашлем и вытерла мантию салфеткой, но сердце продолжало бешено колотиться в груди. Твои руки так сильно дрожали, что ты едва могла удержать перо. Ты согнулась над сумкой, пряча лицо за волосами, и судорожно застрочила в дневнике:

«Подожди… Ты здесь?! Ты прямо сейчас в Большом зале?! Ты видишь меня?! О боже, скажи, кто ты! Это уже не смешно, мне страшно!»

Ты замерла, уставившись на страницу. Чернила впитались. Теодор на другом конце зала лениво провёл пером по своему пергаменту. На твоих глазах начали медленно проступать новые буквы. Каждое слово ложилось на бумагу как искусный удар в шахматной партии.

«Мне нравится одна девушка. Она прямо сейчас сидит в Большом зале за столом Когтевранца. И на ней сегодня очень красивый [цвет твоего свитера] свитер, который подчеркивает её испуганные глаза. Расслабься, птичка. Я не кусаюсь. Пока ты сама не попросишь».

Ты в ужасе опустила взгляд на собственный свитер. Цвета совпали идеально. В голове зашумело. Ловушка захлопнулась, и пути назад не было. Твои пальцы вывели последнюю отчаянную строчку:

«Кто ты?! Покажись!»

Ответ Анонима вывелся мгновенно, буквы были крупными и чёткими:

«Посмотри налево. К столу Слизерина».

Ты медленно, словно через силу, повернула голову налево. Твой взгляд пересёк Большой зал, скользнул по зелёным галстукам и остановился в самом конце слизеринского стола.

Там сидел Теодор Нотт.

Он не сводил с тебя пристального, обжигающего взгляда серых глаз. Между его длинных, тонких пальцев было зажато точно такое же чёрное перо, каким писал твой Аноним. Заметив, что ты наконец смотрит на него, Тео медленно, демонстративно приподнял серебряный кубок с напитком, салютуя тебе через всё помещение. На его губах играла та самая, до боли знакомая ухмылка — ленивая, торжествующая и невыносимо притягательная.

В этот момент в твоей голове с грохотом рухнули все барьеры. Пазл сложился. Циничный, начитанный, одинокий парень, который утешал тебя по ночам, и высокомерный слизеринский козёл Нотт — это был один и тот же человек.

От дикого, парализующего шока твои пальцы разжались. Тяжёлая серебряная ложка, которую ты до этого бесцельно крутила в руке, с громким выплеском упала прямо в тарелку с горячим супом.

Плюх!

Густой тыквенный суп фонтаном разлетелся в разные стороны. Несколько крупных капель прилетело тебе прямо на щёку, а добрая половина порции намертво залила мантию сидящего рядом когтевранца.

— Эй! Т/И, ты чего творишь?! — возмущённо вскрикнул твой сосед, вскакивая со скамьи и пытаясь очистить одежду заклинанием.

Полумна лишь мягко повернула к тебе голову, перевела взгляд на стол Слизерина, а затем снова на тебя.

— Кажется, мозгошмыги всё-таки победили, — тихо и совершенно спокойно констатировала она, протягивая тебе чистую салфетку.

Но ты никого не слышала. Твоё лицо пылало так, словно его обдали драконьим огнём. Ты видела только Нотта. Теодор, заметив твою эпичную катастрофу с супом, не выдержал. Он откинул голову назад и беззвучно, но невероятно искренне рассмеялся, прикрывая рот ладонью.

Ты поняла, что если останешься здесь ещё хоть на секунду, то просто сгоришь со стыда. Схватив сумку, ты выскочила из-за стола и пулей бросилась прочь из Большого зала под удивлённые взгляды.