Odiamor

— Не трать слов понапрасну, Тереза, — громко сказал Дженсон, скрестив руки на груди и даже не глядя на Томаса. — Наш юный друг уже помог привести их прямо туда, куда нужно. Этого более чем достаточно.

Он выразительно кивнул в сторону Ариса. Парень тут же дернулся, словно от удара, и виновато опустил взгляд в пол.

Элли стояла, оцепенев. Она абсолютно ничего не понимала. Причем здесь Арис? Почему Дженсон говорит о нем так, будто... Договорить себе она не успела.

Тяжелые шаги эхом разнеслись по коридору — со всех сторон их начала стремительно окружать охрана. Кольцо сужалось. Элли, Томас, Ньют и Арис медленно попятились назад, пока не уперлись спинами в массивную герметичную дверь. Вскинув винтовки, они держали оружие заряженным, готовые отстреливаться до последнего патрона.

Хотя в глубине души каждый понимал: это тупая, суицидальная идея. Их всё равно схватят или перебьют прямо здесь.

Понимая, что конспирация окончательно провалена и маски скинуты, Элли и Ньют одним движением сбросили с себя тяжелые шлемы, тяжело дыша.

— Оружие на пол! Бросить оружие, живо! — истошно орали штурмовики ПОРОКа, целясь им в грудь.

Томас действовал на инстинктах. Он резко рванул Терезу на себя, обхватив рукой за шею, и намертво приставил пистолет к её виску.

— Скажи своим людям, пусть отойдут! — закричал он Дженсону. — Отойдите, или я пристрелю её!

Но Дженсон даже бровью не повел. Он спокойно поднял свой пистолет, держа Томаса на мушке. В его глазах не было ни капли страха за жизнь Терезы.

— Брось, Томас. Я тебя слишком хорошо знаю. Ты её не застрелишь. Не после того, что было.

Рука Томаса задрожала. Видя это, Элли со злостью оттолкнула брата в сторону, сама мертвой хваткой вцепилась в волосы Терезы и с силой прижала дуло своего пистолета к её голове.

— А как насчет меня?

Дженсон вздохнул. Раздражённо, будто его оторвали от чего-то важного.

— Ладно, посмотрим.

Он поднял пистолет. Направил на Элли. На уровень её головы. Между ними было не больше пяти метров.

— И что мне мешает сейчас застрелить тебя?

Дженсон выставил другую руку вперёд — жестом останавливая охрану, которая уже готовилась стрелять.

Тишина. Тяжёлая, липкая, как патока.

— Тереза.

Голос Ариса был тихим. Но в этой тишине его слова прозвучали как раскат грома:

— Ты же обещала мне. Она не должна пострадать.

Тереза испуганно молчала, переводя взгляд с Томаса на Дженсона.

— Арис, должен признать, форма ПОРОКа тебе к лицу. Ты еще не успел похвастаться перед своей подругой тем, что наконец-то выбрал сторону победителей?

— Что ты, блять, несешь?! — огрызнулся Томас.

Дженсон слегка потер свободную руку, которая держала пистолет — от напряжения она уже начинала затекать. Он ухмыльнулся, глядя на Ариса:

— Не знаю, что тебе там наобещала Тереза, парень, но лично я бы с огромным удовольствием прямо сейчас избавился и от нее, и от ее дружков.

Дженсон буквально упивался этим зрелищем. Сколько месяцев ПОРОК бегал за этими крысенышами по всей Жаровне, а теперь они сами, послушно, как овцы на заклание, пришли в расставленную ловушку, просто следуя за одним из «своих».

Всё произошло в долю секунды, так быстро, что никто не успел толком среагировать. Арис, выждав момент, когда Дженсон на мгновение расслабится и чуть опустит пистолет, резко дернулся назад, к заблокированной двери. Он выхватил из кармана электронный пропуск — новенький, пластиковый, со значком ПОРОКа, который ему могли выдать только здесь. Парень приложил карту к валидатору, и тяжелая, широкая дверь за их спинами со свистом поползла в стороны.

Одним сильным толчком Арис втолкнул опешившую Элли внутрь. Следом за ней, сориентировавшись, мгновенно ворвались Томас и Ньют. Сам Арис остался стоять снаружи, по другую сторону, рядом с Терезой, Дженсоном и охраной. Дверь захлопнулась. Толстое, прозрачное бронестекло намертво отрезало ребят от преследователей.

— Стреляйте! Стреляйте в них!

Пули ударили в дверь. Стекло покрылось паутиной трещин, но не разбилось. Дженсон раздражённо выругался, опустил пистолет.

Элли стояла по ту сторону стекла, тяжело дыша. Её взгляд был намертво прикован к зажатому в руке Ариса пропуску. Окончательное, страшное осознание накрыло её с головой. То, что она так отчаянно не хотела понимать еще минуту назад, теперь стало очевидной, уродливой правдой.

Арис предал их.

Она стояла как вкопанная, но Ньют резко схватил её за руку и с силой потянул вглубь коридора:

— Элли, уходим! Быстрее!

Там, за стеклом, взбешенный Дженсон тяжелыми шагами подошел к Арису. Он грубо схватил парня за шкирки, встряхнул и заорал прямо в лицо:

— И как ты это объяснишь, щенок?!

Тереза мгновенно сделала шаг вперед и решительно вклинилась между ними, заступаясь за парня:

— Хватит! Считай, что он вам помог. Они внутри комплекса, все выходы и входы всё равно заблокированы, им некуда бежать!

Она бросила холодный взгляд на бронированную дверь, за которой скрылись ребята, и добавила, обращаясь к охране:

— И брать их только живыми. Они нужны проекту.

Перехватив Ариса за руку, Тереза силой потащила его по коридору, подальше от Дженсона и озлобленных солдат. Как только они отошли на достаточное расстояние, она резко развернула его к себе:

— Что ты наделал, Арис?! Мы же договаривались! Зачем ты их выпустил?!

Арис медленно поднял на неё свои пустые, уставшие глаза.

— Иногда нужно отпустить то, что любишь. Даже если это чертовски больно.

Дженсон быстрым шагом направился к лестничным пролетам, чтобы перекрыть ребятам пути отхода. Коридор стремительно опустел, оставив Терезу и Ариса в относительной тишине.

Арис убедившись, что они остались одни, медленно залез в боковой карман своей формы и достал оттуда аккуратно сложенный кусок плотной ткани. На ней отчетливо виднелось темное, подсохшее пятно крови Томаса. Тот самый образец, который Тереза так отчаянно пыталась украсть еще на базе, пока Галли не заметил это и не отобрал ткань. Но Арис сохранил её и принес сюда, в самое логово ПОРОКа, ради одного-единственного обещания.

Тем временем на другом конце комплекса, раздался победный металлический щелчок. Тяжелая болгарка в руках Галли затихла. Огромная бронированная дверь хранилища медленно поддалась и приоткрылась.

— Всё, пора сваливать! — Галли швырнул инструмент на пол и заглянул внутрь.

На стеллажах ровными рядами стояли контейнеры с синими ампулами. Галли лихорадочно сгреб несколько десятков штук в плотный мешок. На секунду он замер, а затем резко повернулся к Пако и грубо впихнул мешок ему в руки.

— Головой за них отвечаешь, понял?

Пако взял мешок, взвесил в руке.

— Куда ты?

Но Галли уже не слушал. Он направился быстрым шагом, почти бегом, в ту сторону, куда ушли ребята с Терезой. Пако вздохнул. Он понял всё без слов.

— Pendejo...

Пако развернулся к испуганно замершим пленникам, которые сидели вдоль стены.

— Чего встали? — прикрикнул он, замахав руками. — Идите, давайте! Быстрее шевелите поршнями!

Он начал подгонять их к выходу, как пастух непослушных, перепуганных овец. Дети путались под ногами, спотыкались, заставляя Пако нервничать всё сильнее.

— Быстрее! Пригнитесь, пригнитесь, кому говорю! Твою мать, почему вы такие медленные?..

Выведя группу, Пако на ходу сорвал с пояса рацию и зажал кнопку вызова:

— Бренда, это Пако! Ты где? Мы уже на ме...

Договорить он не успел. Прямо перед ними, взвизгнув тормозами, на дорогу вылетел автобус. Дверь с грохотом распахнулась, и из кабины высунулась Бренда.

— Где остальные? У нас мало времени.

Бренда и Пако должны были дождаться и забрать всех ребят здесь. Но их план трещал по швам. Большой автобус на охраняемой территории ПОРОКа не мог не привлечь внимания. С противоположного конца площади к ним уже двигались вооруженные патрули. Охраны становилось всё больше.

Пако, не думая дважды, бесцеремонно оттолкнул Бренду, прыгнул на водительское сиденье и с силой схватился за руль.

— Простите, ребята, — прошептал он себе под нос, глядя на приближающихся солдат, и со всей дури вдавил педаль газа в пол.

Автобус взревел. Тяжелая машина резко рванула вперед, и прямо на ходу Пако с глухим, страшным стуком сбил одного из охранников, который подошел слишком близко к капоту. Парня отбросило на асфальт.

— Ты его сбил! Боже, Пако! Что ты наделал? — в ужасе заорала Бренда, хватаясь за поручень, когда автобус сильно тряхнуло.

Пако лишь коротко пожал плечами, судорожно крутя руль и прибавляя скорость:

— Одним меньше, одним больше... Какая разница?

Под оглушительные визги перепуганных детей в салоне, автобус снес шлагбаум и на полной скорости вылетел за пределы базы.

Было очевидно, что за ними вот-вот начнется масштабная погоня, но куда больше Бренду беспокоил сам стиль езды их водителя. Автобус швыряло из стороны в сторону, колеса цепляли бордюры, а металлический корпус то и дело со скрежетом обдирал стены зданий.

— Ты ведешь так, будто вообще впервые сел за руль! — крикнула Бренда, пытаясь удержаться на ногах.

Пако обернулся к ней на секунду, и на его лице появилась странная, даже чуточку смущенная, глуповатая улыбка:

— Ну... вообще-то так и есть. Галли больше не доверяет мне водить после тех нескольких уроков.

Бренда в ужасе закатила глаза. Заметив в зеркалах заднего вида первые огни преследователей, она поняла, что если они хотят выжить, руль нужно брать в свои руки. У неё, в отличие от этого безумца, опыт вождения в Жаровне был огромным.

— А ну пусти! Свали отсюда! — крикнула она, бесцеремонно выпихивая Пако с сиденья прямо на ходу.

Бренда ловко перехватила руль, выровняла машину и резко вошла в поворот, перестав сбивать все мусорные баки и столбы, которые до этого так усердно коллекционировал Пако.

Движение автобуса наконец стало плавным и уверенным. Люди в салоне заметно успокоились, увидев, что у руля теперь профессионал. Несколько девочек на задних сиденьях наконец перестали громко, взахлеб молиться и облегченно выдохнули, вытирая слезы.

Пако, оставшийся стоять в проходе, поправил куртку, обернулся к притихшим подросткам и с широкой, довольной ухмылкой выдал:

— Да ладно вам, народ! Разве было не весело?

В ответ в салоне повисла мертвая, гробовая тишина, прерываемая лишь суровым сопением Бренды, которая до упора выжимала газ, уходя от погони.

Элли, Ньют и Томас бродили по этажу, пытаясь найти укрытие. Коридоры были длинными, белыми, с множеством дверей, и все они казались одинаковыми. Каждый поворот мог привести к выходу — или в тупик.

Дженсон заметил их.

Он выскочил из-за угла с пистолетом в руке. Выстрелил — пуля просвистела над головой Элли и вонзилась в стену, но, по правде сказать, стрелял он больше для предупреждения — ПОРОКу всё еще нужны были живые иммунные, и убивать их прямо сейчас в его планы не входило.

— Назад! — крикнул Томас.

Они снова бросились наутек и на полной скорости влетели в сектор медотсека. Здесь было многолюдно. Врачи в белых халатах, медсёстры с каталками, пациенты в больничных пижамах. Охраны почти не было — только редкие посты у выходов, да и те, похоже, не ждали нападения в святая святых.

Элли не стала думать. Она заорала во весь голос:

— Уйдите с дороги, или я вас поджарю!

Люди закричали. Кто-то бросился к стенам, кто-то побежал к выходу — прямо на Дженсона, который как раз решил зайти сбоку. Толпа смела его, замедлила, отбросила назад. Люди налезали друг на друга, падали, кричали — но главное, они закрыли проход для преследователей.

— Не ори так, — шикнул Томас, хватая Элли за локоть.

Однако сам он спустя пару секунд, едва они свернули в блок операционных, начал орать еще громче, срывая голос:

— Минхо! Минхо, ты здесь?! Где ты?!

Ньют, тяжело дыша и едва поспевая за ними, лишь устало покачал головой:

— У вас двоих определенно больше сходств, чем вы думаете...

А совсем близко от них, за толстой пластиковой дверью одной из лабораторий, действительно находился Минхо. Глаза закрыты, дыхание ровное — он давно пришёл в себя, но не подавал виду. Медбрат, склонившийся над картой, обратился к врачу:

— Доктор, он приходит в себя.

За окном лаборатории в этот момент творился сущий ад: люди в панике убегали, а из коридора доносились приглушенные выстрелы и крики. Минхо изо всех сил сделал вид, что всё еще спит, а его пальцы внутри кармана больничных брюк крепко сжали маленькую металлическую вилку, которую ему чудом удалось стащить пару дней назад в столовой и спрятать. Его маленький, единственный шанс.

— Ещё одну дозу успокоительного ему, — сказал врач, не поднимая головы.

Медбрат набрал шприц. Передал врачу. Тот склонился над Минхо, занёс иглу — и его дыхание коснулось кожи Минхо. В его голове, сокрушенной месяцами пыток, вспыхнула одна-единственная, четкая мысль:

«Сейчас или никогда».

Минхо резко распахнул глаза и со всей силы вонзил вилку прямо в бедро врача. Тот истошно закричал, роняя шприц. Затем Минхо мощным ударом обеих ног отбросил подскочившего медбрата — парень отлетел в сторону, врезавшись в металлический стеллаж. В ту же секунду на Минхо навалился охранник. Они сцепились в яростной драке, катаясь по полу. На чистом адреналине Минхо перехватил руку солдата, перевернул его под себя, подхватил упавший шприц и с силой всадил его прямо в шею мужчины, до упора вдавив и выпустив всё содержимое успокоительного внутрь.

Несмотря на ужасное, истощенное физическое состояние, Минхо сейчас был пугающе силен — ярость и адреналин сотворили чудо.

Ребята отбивались, отстреливались, но людей Дженсона не становилось меньше. Напротив — только больше. Они выходили из боковых коридоров, из дверей, из лифтов.

— Патроны заканчиваются, — сказал Томас с досадой, передёргивая затвор.

Ньют подполз к одному из поверженных охранников, пытаясь вытащить у него оружие с патронами. Но на поясе он заметил кое-что другое.

Небольшое устройство с логотипом П.О.Р.О.К.а. По форме напоминало гранату — но без чеки, с гладкой поверхностью и мигающим красным индикатором.

— Елли, назад! — крикнул он, отодвигая её с прохода.

Он бросил устройство в сторону столпившихся охранников.

Раздался резкий, оглушительный хлопок, во все стороны повалил густой белый дым, и всех, кто стоял в радиусе пяти метров, внезапно охватил мощнейший электрический разряд. Голубые вспышки тока, словно цепная молния, начали с треском передаваться от одного штурмовика к другому через их металлическую броню. Солдаты с криками повалились на пол, содрогаясь в конвульсиях.

— Классная вещь, — тяжело дыша, бросил Томас, оценив масштаб разрушений.

Они рванули в сторону технического выхода из этажа, но прямо на пороге дорогу им внезапно перегородил очередной штурмовик ПОРОКа. И где он только взялся на их голову...

— Эй, вы! Стоять! Оружие на пол!

Томас уже поднимал пистолет, но стрелять не пришлось.

Сбоку, как пушечное ядро, на охранника влетел Минхо.

Удар был такой силы, что охранник впечатался в стену, хрустнул затылком и сполз вниз без сознания. Но Минхо не остановился. Он продолжал бить — хаотично, с криком, нанося удары уже по бездыханному телу. Он ещё не до конца осознавал, что происходит. Не верил, что это не очередная галлюцинация, устроенная П.О.Р.О.К.ом.

— Минхо! — крикнула Элли.

Он замер. Поднял голову. Посмотрел на неё.

— Минхо, это мы, — сказал Томас, делая шаг вперёд. — Настоящие. Ты спасён.

Минхо переводил взгляд с одного на другого. Его кулаки всё ещё были сжаты, губы дрожали. Томас, Ньют и Элли втроем крепко, до хруста в костях, обняли своего друга, которого так долго искали.

— Это не сон? — спросил Минхо.

— Не сон, — ответил Ньют, похлопывая его по плечу.

Элли подняла голову и увидела на его глазах слёзы. Впервые за всё время, что она его знала.

Снова раздались выстрелы. Дженсон с группой охранников вышли из-за поворота с одной стороны. С другой — их подпирала охрана, которая уже очухалась после разряда.

— В угол зажимают, — сказал Ньют.

Томас толкнул дверь позади себя. На удивление — она открылась.

— Сюда! Быстро!

Они забежали внутрь. Минхо и Ньют забарикадировали дверь столом и стеллажами, навалившись всем телом.

Дженсон колотил по двери с той стороны. Кулаки стучали по металлу, но дверь держалась — пока держалась. Однако быстро поняв, что бежать ребятам отсюда абсолютно некуда и они загнаны в глухой угол, он внезапно рассмеялся — громко и самоуверенно.

— Да откройте уже кто-нибудь эту ебаную дверь! — рявкнул он своим подчиненным.

— Есть, сер, — ответил кто-то из охраны.

Элли услышала знакомый звук — визг болгарки. Металл застонал, посыпались искры.

— Плохо, — только и произнесла она.

— Хуево, — согласился Минхо.

Он переводил взгляд с двери на окно, с окна на дверь.

— Идеи есть?

— Возможно, — ответил Томас.

Он смотрел на большое панорамное окно напротив. Элли проследила за его взглядом и почувствовала, как внутри всё оборвалось.

— Том, это не то, что я думаю...

Вместо ответа Томас резко схватил стоявший рядом тяжелый металлический стул, размахнулся и со всей силы запустил его прямо в панорамное стекло. Раздался оглушительный, оглушающий звон. Окно разлетелось на тысячи мелких осколков. Элли инстинктивно сделала шаг назад, зажмурившись и прикрыв голову руками от летящего во все стороны стекла.

Они подошли к краю. Посмотрели вниз. В самом центре внутреннего двора, поблескивала гладь глубокого искусственного бассейна с водой. Вот только их разделяло от него этажей десять, не меньше. Высота была просто самоубийственной.

— Ладно, — сказал Томас, сглатывая. — Прокатит. Нужно только немного разбежаться.

Элли с Минхо ошеломленно уставились друг на друга. В глазах обоих читалось искреннее сомнение в психическом здоровье Томаса. Но выбирать не приходилось: за их спинами раздался торжествующий крик штурмовика:

— Почти всё!

Минхо, отойдя для разбега, спросил:

— Ты уверен?

— Не очень, — честно ответил Томас.

— Вдохновил, — сказала Элли.

— Зажигательная речь, — добавил Ньют.

Прыгать не хотелось. Совсем.

Но в этот самый момент баррикада из стеллажей с грохотом рухнула. Дверь распахнулась, и на пороге показалось самодовольное, торжествующее лицо Дженсона в окружении автоматов. В этот миг страх перед ПОРОКом перевесил страх высоты — ноги понесли ребят сами.

Они рванули вперед, развивая максимальную скорость. Томас в самую последнюю секунду мертвой хваткой схватил Ньюта за руку, и все четверо с диким, оглушительным криком и безумным, отчаянным желанием выжить вылетели из разбитого окна прямо в пустоту ночи. Дженсон подскочил к краю, и посмотрел им вслед.

— Придурки... — процедил он сквозь зубы, пряча пистолет.

Секунды полета показались вечностью, пока ледяная вода бассейна со страшным грохотом не поглотила их, выбивая воздух из легких.

Спустя мгновение они один за другим начали бурно выныривать на поверхность. Ньют и Минхо судорожно ловили ртами воздух, отплевываясь от хлорированной воды. Элли и Томас, едва показавшись над водой, синхронно подняли головы вверх, нашли глазами силуэт Дженсона в разбитом окне и с явным удовольствием продемонстрировали ему средние пальцы. Только после этого, тяжело загребая руками, они поплыли к кафельному краю бассейна.

Томас первым зацепился за бортик и помог Ньюту выбраться на твердую землю.

— Ты живой? — тяжело дыша, спросил он, осматривая друга.

— Да... Да, всё хорошо, — хрипло отозвался Ньют, растянувшись на плитке.

Вдруг совсем рядом раздался резкий, отчетливый щелчок взводимого пистолета. Ребята мгновенно замерли. Они медленно, синхронно развернулись на звук и увидели троих штурмовиков ПОРОКа в полной боевой экипировке, которые незаметно подошли со стороны технических построек.

— Ни с места! Все четверо! Руки за голову, живо! — крикнул один из них, направляя на них дуло автомата.

Томас тихо выдохнул:

— Ну вот и приехали.

Элли потянулась к пистолету на поясе — пальцы сами нащупали холодную рукоятку.

— Тихо, тихо, — сказал другой охранник, заметив её движение. — Даже не думай.

Она замерла. Сердце колотилось где-то в горле.

«Галли?» — промелькнула безумная, нелепая мысль.

Вдруг этот же охранник вскинул пистолет — и выстрелил в своих коллег. Двое штурмовиков с грохотом повалились на землю, катаясь по плитке, воя от боли и шипя сквозь зубы грязные ругательства.

Стрелявший парень быстро подбежал ближе к краю бассейна и одним движением сорвал с себя темный шлем.

— Вижу, тебе очень нравится эффектно снимать маску, — сказала Элли.

Галли усмехнулся, кивнул Томасу. Потом перевёл взгляд на Минхо. Он переводил дикий взгляд с Галли на остальных, и всё, что его измученный мозг смог выдать в эту секунду, было:

— Галли?..

Тот повернулся к нему, на мгновение смягчившись в лице:

— Минхо.

Затем Галли задрал голову вверх, оценивая высоту десятого этажа, с которого они только что сиганули, и покачал головой:

— Ну вы и психи, конечно.

Элли не выдержала. В два размашистых шага она сократила между ними всё оставшееся расстояние, мокрая, продрогшая, буквально влетела в его объятия и крепко, отчаянно накрыла его губы своими. Галли на секунду опешил, а затем сжал её в ответ, запустив пальцы глубоко в её мокрые каштановые волосы и углубляя поцелуй.

Это длилось совсем недолго — времени не было. Но она не могла этого не сделать. Галли первым, пусть и неохотно, оторвался от её губ. Он крепко взял её за руку и скомандовал остальным:

— Всё, хорош. Идемте. Быстрее за мной!