Сквозь боль к жизни

Утро в Токио начиналось с едва заметного шуршания шин за окном и запаха крепкого кофе. Май проснулась первой. Она лежала неподвижно, слушая мерное дыхание Вакасы за спиной. Его рука тяжелой, но надежной опекой лежала на ее талии, прижимая девушку спиной к своей горячей груди. Они спали без одеяла - летняя ночь была слишком душной, а их собственная температура - слишком высокой.
Май осторожно, чтобы не разбудить его, сбросила его руку и села на постель. Накинув на плечи большую белую рубашку Вакасы, которая свисала ей почти до колен, она босиком прошла на кухню.
Через полчаса на плите уже тихо булькала кофеварка, а Май стояла у окна, наблюдая, как солнце медленно заливает светом крыши многоэтажек Сибуи.
Тихие шаги сзади. Май даже не повернулась - она узнала бы эту походку из тысяч. Две сильные руки обхватили ее сзади, зарываясь под тонкую ткань рубашки, а подбородок Вакасы тяжело опустился ей на плечо. Его светлые волосы щекотали ей шею.
- Ты почему так рано подорвалась, маловато? - хриплым от сна голосом проворчал он, крепче прижимая ее к себе. - Больница не убежит.
- Мне нужно заскочить в клинику на пару часов, - Май повернула голову и едва коснулась губами его щеки. - Проверить карты пациентов и закрыть пару отчетов. Суббота или нет, а бумажная работа сама себя не сделает.
- Ненавижу твою работу, - честно признался Вакаса, но в его голосе не было злости - лишь ленивая, утренняя дремота. - Она забирает тебя у меня.
- Кто бы говорил, Имауши, - Май улыбнулась, разворачиваясь в его объятиях и заглядывая в эти сонные, затуманенные глаза. - Кто из нас пропадает на ночных сборах и гоняет на байке до рассвета?
- Это другое, - отрезал он и коротко, по-хозяйски поцеловал ее в губы. - Я еду с тобой.
Подпольная клиника, где работала Май, пряталась в подвале неприметного здания на окраине района. Здесь не было ярких вывесок, но каждый, кто имел отношение к криминальному миру Токио, знал: если тебе всадили нож или подстрелили, а в государственную больницу нельзя - тебе сюда. К «Ангелу смерти».
Вакаса сидел на старом кожаном диване в приемной, закинув ноги на низкий столик и лениво листая какой-то медицинский журнал, в котором ничего не понимал. Его взгляд то и дело возвращался к стеклянным дверям кабинета.
Там, в свете люминесцентных ламп, Май была совсем другой. Никакой мягкости. Уверенные, четкие движения. Она быстро просматривала ампулы, заполнила карты, что-то резко вычитывала своему ассистенту. Пару часов назад она тихо смеялась в его постели, а сейчас перед ним был тот самый «Призрак Токио» - женщина, которая заставляла подпольных авторитетов говорить пошепки.
Когда Май наконец вышла, снимая медицинские перчатки и белый халат, под которым были обычные джинсы и черная майка, Вакаса поднялся.
- Закончила? - спросил он.
- Да. Можем идти, - Май уставменно потерла переносицу, но когда посмотрела на него, ее взгляд заметно помягчел.
Они не поехали домой сразу. Вакаса оставил машину возле клиники, и они просто пошли пешком по улицам города. Для Токио они выглядели странно: высокий, бледный парень с двухцветными волосами и опасным взглядом, и тонка, хрупкая девушка, которая едва доставала ему до плеча. Но никто не осмеливался подойти ближе. Рядом с ней Вакаса держал руки в карманах, но его корпус всегда был чуть развернут в ее сторону - готов перекрыть ее от любой угрозы.
Они зашли в небольшой, тихий парк, спрятанный между небоскребами. Купили в автомате холодный чай и сели на скамейку под тенью старого клена.
Май откинула голову на спинку скамейки, подставляя лицо теплому ветру.
- Иногда мне кажется, что все это - сон, - тихо сказала она. - Гараж Шиничиро, потом тот ад со спасением парней... А теперь мы просто гуляем. Как нормальные люди.
Вакаса повернулся к ней, внимательно изучая ее профиль.
- Мы никогда не были нормальными, Май. И не будем. Ты вытащила с того света троих моих друзей. Ты сама - ходячая аномалия.
Май тихо засмеялась, поворачивая к нему голову.
- Спасибо за комплимент.
- Это не комплимент, это факт, - Вакаса протянул руку, перебирая пальцами ее темные волосы, а затем опустил ладонь на ее шею, слегка сжимая. Его большой палец очертил линию ее челюсти. - Мне плевать на нормальность. Главное, что ты здесь.
Его взгляд стал темнее, глубже. Май почувствовала, как от этого прикосновения внутри снова начинает закипать то самое горячее, сладкое напряжение, которое они привезли с собой из того загородного отеля. Она не отвела взгляда. Наоборот, подалась чуть вперед, почти касаясь его губ.
- Пойдем домой, Вакаса, - тихо, но выразительно попросила она.
Он не ответил словами. Просто встал, крепко перехватил ее ладонь, переплетая их пальцы, и повел обратно к машине.
Двери квартиры захлопнулись с глухим звуком, и этот шум стал сигналом для них обоих.
Вакаса не дал ей сделать и шага. Он прижал ее спиной к входной двери, перекрывая все пути к отступлению. Его губы накрыли ее губы в голодном, требовательном поцелуе. Май ответила сразу, с той же страстью и дикой честностью, которая была свойственна только ей. Она закинула руки ему на шею, пальцами цепляясь за светлые пряди.
Он подхватил ее под бедра, заставляя обхватить его талию ножками. Май даже не вскрикнула - она полностью доверяла его силе. Не прерывая поцелуя, Вакаса двинулся вглубь темного коридора к спальне. Каждый его шаг отзывался в ее теле сладкой вибрацией.
Они упали на кровать, тяжело дыша. Вакаса оказался сверху, нависая над ней, как хищник. Его пальцы быстро, почти грубо потянули край ее майки вверх, лишая лишней одежды. Май помогала ему, ее ладони скользили по его крепким плечам, опускались к талии, изучая рельеф мышц, которые она так хорошо знала как медик, но сейчас желала как женщина.
- Май... - хрипко выдохнул он ее имя прямо ей в губы, когда его горячая ладонь легла на ее бедро, медленно поднимаясь выше. Его прикосновения жгли кожу. - Ты понимаешь, что ты со мной делаешь?
- Понимаю, - Май выгнулась навстречу его руке, ее глаза блестели в полумраке комнаты, в них не было ни капли страха или сомнения. - И ты делаешь то же самое.
Его поцелуи опустились ниже - к подбородку, затем к шее, туда, где бешено бился ее пульс. Он оставлял горячие, влажные следы на ее ключицах, заставляя Май тихо вздрагивать и крепче сжимать пальцы на его спине, оставляя едва заметные царапины.
Когда он вошел в нее - одним уверенным, глубоким движением - Май рвано вдохнула воздух, закидывая голову назад. Вакаса сразу перехватил ее руки, прижимая ее ладони к подушке по обе стороны от ее головы, фиксируя, покоряя себе каждую ее клетку.
Ритм был быстрым, рваным, на грани фола. В этой близости не было изящества - лишь чистая, первобытная страсть двух сильных людей, которые наконец сбросили все маски и границы. Май полностью отдалась этому ощущению, отвечая на каждое его движение, подстраиваясь и требуя большего. Комнату заполнили лишь их тяжелое дыхание, тихий шелест простыней и отрывистые, тихие стоны Май, от которых Вакаса терял последние крохи самоконтроля.
Он двигался в ней так, будто пытался выпалить свое имя внутри нее, доказать ей и самому себе, что эта связь - навсегда. Финал настиг их одновременно - мощной, слепящей волной, которая заставила Май крепко зажмуриться и до боли вцепиться в его плечи, а Вакасу - глухо зарычать, падая грудьми на ее тело и пряча лицо в ее волосах.
Солнце уже садилось, окрашивая стены спальни в багряные цвета. Вакаса лежал на боку, подперев голову рукой. Его взгляд был спокойным и чистым. Другой рукой он медленно проводил по спине Май, которая лежала рядом, уткнувшись носом в его грудь.
Он смотрел на нее - такую маленькую, но такую невероятно сильную девушку, которая изменила всю его жизнь. Она была его тишиной, его штормом, его врагом и его личным спасением.
Вакаса наклонился и едва слышно шепнул ей в макушку, крепче прижимая к себе:
- Моя. Навсегда моя.
Май не открыла глаз, но ее губы тронула едва заметная, уверенная улыбка. Она знала это не хуже него.