Сквозь боль к жизни

Суббота. Единственный день на неделе, когда Май не нужно было спешить на школьные занятия. Однако, как ни странно, в это утро она проснулась даже раньше, чем обычно. Причина такой пунктуальности была проста и крылась во вчерашних словах дедушки Сано, который перед ее уходом из додзё коротко бросил лишь одну фразу:
​- Завтра все собираются дома. Приходи пораньше.
​И этого строгого, но теплого приглашения было вполне достаточно, чтобы девочка вскочила с кровати с первыми лучами солнца.
​Ровно в девять утра Май уже стояла перед массивными деревянными воротами дома Сано. Она немного нерешительно протянула руку и нажала на кнопку звонка. Но не успел звук стихнуть, как входные двери дома резко, с грохотом распахнулись настежь.
​- Маааай! - раздался звонкий детский голос.
​Маленький Майки буквально вылетел во двор, пронесся по дорожке и крепко, с разбегу обнял девочку за талию, едва не сбив ее с ног.
​- Ты всё-таки пришла!
- Привет, Майки, - Май едва заметно улыбнулась, осторожно похлопав мальчика по плечу.
- Идем скорее в дом! Эмма там уже всё утро тебя ищет и ждет!
​Не дав ей даже снять обувь без спешки, мальчишка настойчиво потянул ее за собой в коридор.
​- Май! Ты здесь! - маленькая Эмма выбежала из гостиной, держа в руках две яркие резинки для волос. - Заплетешь мне косички? Ну пожалуйста!
​Май мягко улыбнулась, чувствуя, как тает ее привычная внутренняя защитная стена:
​- Конечно. Давай сюда.
​Они устроились прямо на татами в гостиной. Эмма затихла и терпеливо, затаив дыхание, сидела на месте, пока Май аккуратно и бережно разделяла ее светлые пряди.
​- Не больно? - на всякий случай уточняла девочка.
- Нет, вообще ни капельки! У тебя такие ласковые руки.
- Ну вот и готово.
​Эмма мгновенно вскочила и побежала к большому зеркалу в коридоре, крутя головой. Увидев Шиничиро, который как раз заходил в дом с тяжелыми пакетами из супермаркета, она радостно воскликнула:
​- Шине! Смотри, что у меня есть!
​Шиничиро поставил продукты на пол и искренне улыбнулся, разглядывая сестру:
​- Ого, какая красавица.
- Это всё Май мне заплела!
- Молодец, Май, - парень перевел взгляд на девочку. - У тебя отличный вкус.
​Май лишь неловко отвела глаза в сторону, чувствуя, как щеки слегка предательски горят. Ей до сих пор было непривычно и странно слышать похвалу за такие простые, обычные житейские вещи.
​Через час на просторной кухне дома Сано уже кипела настоящая коллективная работа. Дедушка сосредоточенно чистил овощи, Шиничиро ловко нарезал свежее мясо, Бенкей искал на верхних полках самую большую кастрюлю для рагу, а Такеоми с серьезным видом сверял ингредиенты со списком продуктов.
​А Вакаса... Вакаса просто сидел на стуле, закинув ногу на ногу, и с ленивым удовольствием лущил мандарины, отправляя в рот одну дольку за другой.
​- Ты вообще помогать нам собираешься, чудо в перьях? - раздраженно спросил Такеоми, толкнув его локтем.
- Я занят. Я обеспечиваю вам моральную поддержку, - не моргнув глазом, ответил Вакаса.
- Дармоед ты, а не поддержка.
- Это не дармоедство, мой дорогой друг. Это чистый талант.
​Бенкей тяжело, со стоном вздохнул, вытаскивая кастрюлю:
​- Шине, скажи честно, этот болван вообще когда-нибудь повзрослеет?
- Не знаю, Бенкей. Наука тут бессильна, - улыбнулся Шиничиро.
- Не дождетесь, - подмигнул Вакаса.
​Май, которая наблюдала за этой перепалкой, не сдержалась и тихонько, прикрыв рот ладонью, засмеялась.
​- О, смотрите! - воскликнул Вакаса, указывая на нее пальцем. - Наша царевна-несмеяна наконец подала голос! Она умеет смеяться!
- Замолчи лучше, - буркнула Май, мгновенно возвращая себе серьезное выражение лица.
- О, ну вот, снова вернулась наша привычная ворчунья.
​- Май, - дедушка Сано спокойно позвал ее к своему рабочему столу.
- Да, мастер?
- Умеешь правильно и быстро резать овощи для супа?
- Да, умею.
- Тогда становись рядом, помоги старику.
​Она быстро закатала рукава своего свитера, взяла в руки острый нож и принялась за дело. Клинок двигался в ее руках удивительно быстро, ритмично и с хирургической аккуратностью. Бенкей, заметив это, удивленно присвистнул:
​- Ого... Ничего себе скорость.
- Что-то не так? - остановилась Май.
- Да нет, всё так. Ты давно так ловко владеешь ножом?
- Меня мама научила. Когда-то давно, когда я еще была совсем маленькой.
​На кухне вдруг стало немного тише. Шиничиро заметил, как после этих слов лицо Май на мгновение омрачилось, а сама она сразу замкнулась в себе и умолкла. Он хорошо знал ее семейную ситуацию - знал, что матери почти никогда не было дома и девочка росла фактически наедине с собой. Поэтому парень мгновенно решил разрядить атмосферу и громко крикнул в коридор:
​- Майки!
- Что такое, Шине? - выглянул тот.
- Не крутись возле горячей плиты, я кому сказал! Иди поиграй в комнату!
- Хорошо, хорошо!
​И, конечно же, ровно через минуту Майки уже снова исподтишка крутился возле самой плиты, пытаясь стащить кусочек готового мяса.
​После сытного и вкусного обеда вся большая компания перебралась в просторную гостиную. Майки с разбегу лег головой на колени Шиничиро, который лениво перебирал его волосы. Маленькая Эмма уютно прижалась к боку Май, рассматривая картинки в книжке. Бенкей и Такеоми с суровыми лицами вели ожесточенную партию в сёги, а Вакаса лежал на полу, листая новый журнал о спортивных мотоциклах.
​Шиничиро мягко посмотрел на девочку:
​- Май.
- М?
- Тебе... хорошо здесь с нами? Ну, вообще?
​Она на мгновение растерялась от такого прямого вопроса и опустила взгляд на Эмму, которая держала ее за руку.
​- Да...
- Правда?
- Правда. Очень хорошо, - тихо, но искренне ответила она.
​Шиничиро тепло улыбнулся:
​- Тогда приходи к нам почаще. Не только на тренировки.
- Я и так прихожу сюда почти каждый божий день, Шине.
- Этого мало, - подал голос Бенкей, не отрываясь от доски.
Такеоми утвердительно кивнул, переставляя деревянную фигуру:
- Ага. Это место уже давно стало твоим вторым домом, малая. Наши двери для тебя всегда открыты в любое время дня и ночи.
​Май опустила глаза еще ниже, чувствуя, как глубоко внутри сжимается сердце. Она безумно, до дрожи в пальцах боялась, что однажды все эти волшебные слова просто исчезнут. Что вся эта теплота, которая ее окружала, - лишь короткий, прекрасный сон, от которого ей рано или поздно придется проснуться в пустой, холодной квартире.
​Поздно вечером, когда на Токио опустилась густая темнота и гости начали собираться домой, Май обула свои старенькие кеды в коридоре и тихо, вежливо поклонилась:
​- Спасибо большое за ужин и за гостеприимство.
​Дедушка Сано важно кивнул ей в ответ. Шиничиро уже взял куртку, собираясь, как обычно, проводить ее до самого дома, но в этот момент маленький Майки подбежал и крепко схватил девочку за рукав кофты:
​- Май, ты же завтра снова придешь, правда?
- Ну, если у меня не будет слишком много сложного домашнего задания на понедельник...
- Значит, точно придешь! Я не принимаю отговорок!
- Я постараюсь, Майки, - мягко ответила она.
​Мальчик довольно кивнул головой:
​- Обязательно приходи. Потому что без тебя здесь становится страшно скучно.
Эмма тоже подошла ближе, застенчиво дернув ее за край куртки:
- И мне без тебя грустно, Май...
​Девочка просто не знала, что на это ответить. В груди разлилось такое невероятное, концентрированное тепло, какого она не чувствовала уже очень много лет.
​Когда они с Шиничиро медленно шли по тихой, освещенной фонарями вечерней улице, парень вдруг нарушил молчание:
​- Знаешь, Май...
- М? О чем ты?
- Дедушка сегодня, пока ты была в раздевалке, сказал мне одну очень интересную вещь.
- Какую именно?
​Шиничиро остановился под большим деревом и тепло посмотрел на нее:
​- Он сказал, что ты в нашем доме уже очень давно перестала быть просто гостьей или ученицей.
​Май молчала, внимательно слушая.
​- Он сказал... что теперь ты официально стала частью нашей семьи.
​Девочка резко остановилась как вкопанная. В глазах мгновенно предательски защипало от подступивших слез. Она поспешно опустила голову как можно ниже, пряча лицо в воротник куртки, чтобы только Шиничиро не заметил ее волнения.
​- Спасибо... - едва слышно прошептала она.
​Парень ничего не ответил на это. Он лишь, как и всегда в своей фирменной манере, легко и по-братски взъерошил ее волосы рукой:
​- Идем уже домой, малая. Поздно.
​И впервые за долгое время это простое слово «домой» означало для Май не просто пустую квартиру с четырьмя стенами, где она жила. А тот самый старый дом Сано, где ее теперь всегда искренне ждали.