Недоступный омега

По пути к омеге Чон заехал за лекарствами и вкусняшками. Альфа заметил что Чимин очень любит сладкое и часто покупает его поэтому он подумал что он от этого не откажется. Так же купил цветы что бы извиниться за своё неподобающее поведение. С надеждой на лучшее Хо подъехал к дому Пака. Альфа нервно сжимал пакет, пока поднимался по лестнице к квартире омеги. Возле двери стоял добрых две минуты, то протягивая руку к звонку, то отдёргивая её обратно. Но словно в каком-то полубреду, прежде чем успел себя остановить, он уже нажал на звонок. Через минуту дверь открылась, и на пороге Хо увидел Чимина. Всего помятого, растрёпанного, сонного, укутаного в большой тёплый плед и с немного красноватыми глазами.

— Привет, — с легкой улыбкой поздоровался Хо.

— Привет... — хрипло поздоровался омега.

— Можно войти?

— А? Да... да, конечно... проходи.

Зайдя в дом альфа снял обувь и сразу начал говорить.

— Это тебе, — показал пакеты омеге. — И... это тоже, — он чуть неловко протянул букет. — Я... хотел извиниться... за своё поведение в пятницу. Это было не красиво с моей стороны что то тебе предъявлять. Тем более ты мне никаких надежд не давал и сразу говорил что это чисто из уважения. Прости пожалуйста, — опустил свой взгляд вниз.

Чимин, несмотря на своё состояние, не смог не улыбнуться, принимая и прижимая к себе цветы.

— Спасибо... — хрипло прошептал он, и в глазах на миг блеснуло что-то тёплое. — Пойдём я чай нам сделаю.

Хосок поднял глаза, полные надежды.

— Ты... Ты прощаешь меня? — спросил он, с замиранием сердца.

— Я прощаю тебя, — устало, но по-доброму улыбнулся Чимин. — Всё идём на кухню, а то мне уже неловко что мы тут стоим, — с сиплым смешком добавил он, кутаясь крепче в плед и направляясь на кухню.

Хосок поспешил за ним, таща за собой пакеты, из которых кое-что уже угрожающе норовило вывалиться

Первым делом Пак поставил цветы в вазу, а уже после взялся за горячие напитки.

— Тебе какой чай? Есть чёрный, фруктовый, зелёный или кофе предпочитаешь?

— Чёрный, — сразу ответил Хосок, продолжая внимательно следить за Чимином. — Но... подожди, — вдруг встрепенулся он. — Садись! Тебе надо отдыхать, — тут же подскочил со стула, мягко, но настойчиво усадил омегу обратно.

— Ох... хорошо-хорошо... — сдался тот, укрывшись пледом, как в коконе.

— Говори только, где что лежит, — добавил Хосок, закатывая рукава, словно собирался готовить целый обед, а не просто чай.

— Верхний шкаф — чай, рядом кружки. Чайник... ну ты найдёшь, — улыбнулся Чимин, наблюдая, как альфа суетится, громыхая посудой и разливая кипяток так, что пар клубами поднимался к потолку.

Через несколько минут Хосок поставил на стол две кружки.

— Вот, держи, — с гордостью произнёс он, усаживаясь напротив.

— Спасибо... — Чимин обхватил горячую кружку ладонями, наслаждаясь теплом, что медленно растекалось по онемевшим от простуды пальцам.

Вдруг омега прищурился, взглянув на пакеты.

— Ммм... я заметил, что ты ещё что то принёс с собой... Там, кажется, сладости?

Хосок хлопнул себя по лбу.

— Точно! Совсем забыл! — засуетился он и начал доставать всё из пакетов: печенье, шоколадки, мёд, кексики, тут ещё кое что есть вкусное... и, конечно же, лекарства, — он аккуратно поставил упаковки на стол.

Чимин, всё ещё кутаясь в плед, с лёгким смешком посмотрел на него.

— Спасибо... правда...Ты такой заботливый... — голос был всё ещё хриплым, но в нём появилось столько тепла, что Хосок почувствовал, как внутри у него стало немного спокойнее.

Они сидели вдвоём за кухонным столом. Чай медленно остывал, разговор перетекал с одной темы на другую: о работе, о случайных глупостях, о том, как Чимин умудрился простудиться... Атмосфера становилась всё уютнее.

Хосок смотрел на него и ловил себя на мысли... как же он рад, что приехал.

С тех пор, как Хосок впервые приехал к Чимину в тот самый больничный день с цветами и сладостями, что-то между ними незаметно, но явно изменилось.

Всю неделю Хосок приезжал к нему почти каждый день. С пакетами фруктов, новыми коробками печенья, с термосом горячего бульона или просто с теплым «Привет! Как ты сегодня?». Иногда он заходил ненадолго — просто проверить, выпил ли Чимин лекарства. Иногда оставался дольше, болтал с ним на кухне или смотрел вместе с ним сериалы, пока Чимин, укутавшись в одеяла, то смеялся, то засыпал прямо посреди серии.

Хосок ухаживал за ним искренне, по-настоящему заботливо, но уже без той скованности, что была в первый день. Он больше не прятал своих заботливых взглядов и не сдерживал улыбок. Ему нравилось быть рядом. Нравилось чувствовать, что он нужен.

А Чимин... Он сначала пытался всё отрицать, отмахивался, ворчал, что может сам о себе позаботиться, но... с каждым днём его «нет» звучало всё мягче.

Когда Чимин наконец оклемался и вернулся на работу, они снова начали встречаться каждый день — уже как прежде... но одновременно — совсем иначе.

Хосок продолжал ухаживать за ним, теперь уже не скрываясь и не стесняясь этого. Он то и дело приносил Чимину на работу его любимые сладости, то чашку чая, то какую-нибудь милую безделушку... А иногда, будто между делом, появлялся с ещё одним букетом цветов.

— Ну что опять? — смеялся Чимин, принимая очередной букет с лёгким румянцем на щеках.

— Просто... ты заслуживаешь, — как ни в чём не бывало отвечал Хосок, как будто это было самым обычным делом.

И вот ещё одно новое «обычное» для них: подвезти Чимина домой. Сначала омега категорически отказывался.

— Я сегодня на своей.

— Ну вот опять не прокатило, - тяжело вздохнул альфа.

Но постепенно... эти отказы становились всё более редкими. Он уже не сопротивлялся так упорно, садился в машину Хосока, когда он не был на своей машине, пристёгивался, укрывался пледом, который тот специально держал на заднем сиденье «на всякий случай», и позволял себя везти домой.