Тёплый прилив

В последнее время у Мэн Нин пошаливали нервы; кроме рабочих смен, она держала телефон на беззвучном режиме - поэтому сейчас телефон на столе рядом с ней издавал только глухую вибрацию.

Пальцы её замерли над клавиатурой, сохраняя позу набора текста - будто вот-вот снова застучат по клавишам.

На деле - нет. Она просто смотрела на экран телефона.

Она до сих пор так и не сохранила номер Вэнь Цзэнянь; каждый раз, когда та звонила, взгляд машинально пропускал первые девять цифр, цепляясь только за последние две - «89».

Когда звонок оборвался, она перевернула телефон экраном вниз на столе и вернулась к набору текста: «Требования: одинокая девушка, без вредных привычек, домашние животные - можно кошку».

Поставив точку, она снова перевернула телефон и, будто по инерции от печатания, быстро набрала:

- Что-то случилось?

Отправила Вэнь Цзэнянь и тут же отложила телефон в сторону.

Есть ли в iMessage функция отзыва сообщения? Она даже не знала.

Телефон на столе вскоре снова завибрировал.

Она сначала дважды постучала пальцами по столу, потом взяла телефон, ещё немного помедлила и открыла сообщение.

В голове мелькнула догадка - и она тут же подтвердилась содержанием сообщения от Вэнь Цзэнянь:

- Открой дверь.

Ци Сяо уже приняла душ и ушла к себе; Мэн Нин открыла дверь и вышла - свет в гостиной не включала, только из её спальни позади пробивалась узкая полоска света.

Открыв входную дверь, она увидела стройный силуэт Вэнь Цзэнянь.

Та всегда казалась высокой - из-за тонкой, но прямой осанки. Вне острова она не носила форму, предпочитая короткие жакеты и широкие брюки; из-под штанин выглядывали носки каблуков, придавая ей особую властность.

Мэн Нин так и не могла для себя решить, что ей идёт больше - узкая юбка форменного костюма или брюки. Юбка облегала фигуру, подчёркивая безупречную линию бёдер, брюки же выгодно вытягивали прямые, стройные ноги.

Настоящей красавице, наверное, действительно идёт всё, в чём бы она ни появилась. Держала сумку она непринуждённо; увидев Мэн Нин, чуть приподняла уголок глаза.

Только тогда Мэн Нин поняла, что вышла с телефоном в руке, но без белья под футболкой.

Вэнь Цзэнянь спросила:

- Ты всегда так дома ходишь? - окинув взглядом её домашнюю футболку и шорты.

- Я дома вообще никуда не хожу, из комнаты не выхожу.

- А, - протянула Вэнь Цзэнянь.

Может быть, только обменявшись этими незначащими фразами, Мэн Нин наконец осмелилась при свете лестничной площадки как следует рассмотреть Вэнь Цзэнянь. Взгляд у той был совершенно ясным - похоже, ни капли спиртного.

Значит, не то же самое, что в прошлый раз, когда та пришла проситься на ночлег после выпитого.

Вэнь Цзэнянь больше ничего не сказала, и Мэн Нин пришлось заговорить первой:

- Ты сегодня пришла...?

- Разве не очевидно? - бесстрастно ответила Вэнь Цзэнянь. - Подкараулила тебя.

******

В этот момент дверь позади Мэн Нин вдруг открылась - Ци Сяо, прижимая телефон к уху, говорила:

- Поднимайтесь, в нашем старом доме внизу нет домофона, можете сразу подниматься.

Подойдя к двери и подняв глаза, она увидела, как Вэнь Цзэнянь входит внутрь, оттесняя Мэн Нин за спину.

Ци Сяо с грохотом захлопнула дверь.

А затем снова открыла её - и Вэнь Цзэнянь, с безупречным лондонским произношением, стояла в их десятиметровой старой гостиной:

- Hi, Шэрон.

Ци Сяо взглянула на дверь у себя в руке.

В тот момент Мэн Нин, оказавшись за спиной Вэнь Цзэнянь, еле сдерживала желание съязвить: слушай, ты вообще не умеешь правильно открывать дверь!

Ты же уже пробовала так однажды - почему опять то же самое!

- Hi, я, это, заказала чай навынос, курьер как раз позвонил, - растерянно пробормотала Ци Сяо.

Вэнь Цзэнянь сняла пиджак и протянула его стоящей позади Мэн Нин:

- Иди жди меня в своей комнате.

Ци Сяо никогда не видела Вэнь Цзэнянь в такой мягкой шёлковой блузке.

Сняв пиджак, та обернулась, чтобы заговорить с Мэн Нин; поскольку она была на каблуках, а Мэн Нин - в тапочках, разница в росте была почти в полголовы, и сейчас, слегка склонив подбородок, она держалась одновременно вежливо и почти интимно - на самой границе притягательной двусмысленности.

А блузка мягко облегала её плечи, подчёркивая безупречную линию - совсем иначе, чем открытые белоснежные плечи в вечернем платье, но не менее притягательно.

Богиня! Ци Сяо мысленно сглотнула - вот уж действительно королева лесбийского мира!

Мэн Нин, прижимая к груди пиджак Вэнь Цзэнянь, будто перепуганная перепёлка, поспешила в свою комнату; Ци Сяо смотрела в потолок, стараясь не коситься по сторонам.

На самом деле про себя она подумала: да не нужно так стараться, правда не нужно - ведь они с Мэн Нин обе топы, и дело даже не в типаже, который им нравится, а просто их роли совпадают по определению.

В этот момент за спиной Вэнь Цзэнянь кто-то постучал в дверь; та открыла - Ци Сяо через её плечо увидела курьера и невольно засмотрелась на пришедшую.

Вэнь Цзэнянь приняла чай, сказала «спасибо» и, обернувшись, протянула его Ци Сяо.

Та поспешно забрала пакет, услышав:

- Извини за беспокойство.

- Что ты, что ты, это я вас побеспокоила, - затараторила Ци Сяо.

Вэнь Цзэнянь легонько улыбнулась ей.

Хотя Вэнь Цзэнянь работала в гостиничном бизнесе, но, будучи руководителем, улыбалась она нечасто. У такой яркой, насыщенно-красивой женщины улыбка вблизи производила слишком сильный эффект - Ци Сяо, прижав руку к колотящемуся сердцу, поспешно скрылась в своей комнате и закрыла дверь.

Вэнь Цзэнянь открыла обувной шкафчик и достала те самые тапочки, что Мэн Нин когда-то ей уже давала.

Подойдя к двери комнаты Мэн Нин, она услышала за дверью шорох.

Слегка согнув пальцы, легонько постучала:

- Не спеши, я не буду заходить.

Через пару секунд Мэн Нин открыла дверь - длинные чёрные прямые волосы, собранные на затылке, были немного растрёпаны.

Значит, догадка Вэнь Цзэнянь оказалась верной - Мэн Нин только что второпях надевала бельё, прислонившись спиной к двери, второпях меняя футболку.

Вэнь Цзэнянь взглянула на замок:

- Всё ещё не починили.

- Ну да, просто... смысла нет.

- Можно войти? - спросила Вэнь Цзэнянь.

Мэн Нин отступила от прохода.

Она как раз писала пост за компьютером, включив только настольную лампу у стола; на соседнем высотном здании был установлен авиационный сигнальный маяк, постоянно меняющий угол - слабый розоватый луч то проникал в комнату, то снова исчезал.

Изящное лицо Вэнь Цзэнянь то прояснялось, то снова тонуло в полумраке.

Точно игра света и тени во сне.

Она тихо прикрыла за собой дверь. Мэн Нин развернула стул у письменного стола, предложила:

- Садись, - и спросила: - Воды хочешь?

Вэнь Цзэнянь кивнула.

Мэн Нин вышла, вскоре вернулась со стаканом воды и протянула ей. Единственный стул в комнате занимала Вэнь Цзэнянь, поэтому сама Мэн Нин отступила на пару шагов и села на край кровати.

Обе держались сдержанно - даже пальцы не соприкоснулись.

Вэнь Цзэнянь сделала глоток; Мэн Нин отчётливо помнила, что та не любит холодную воду, и температура была подобрана как раз подходящей.

Вэнь Цзэнянь поставила стакан на письменный стол позади себя:

- Слышала про тех, кто сбегает сразу после близости - но чтобы убегали настолько стремительно, впервые встречаю.

Мэн Нин:

- Если говорить чисто технически, я изначально не планировала быть снизу.

- А потом столько дней от меня пряталась, - Вэнь Цзэнянь произнесла это без обиды в голосе, тон был лёгким, с лёгкой ноткой притворного недовольства, но далеко не упрёка.

В устах кого-то другого это прозвучало бы как кокетство, но в её приглушённом голосе это звучало ровно так, как нужно - задевая за живое.

Она была слишком проницательной; Мэн Нин понимала, что отпираться бессмысленно:

- Прости.

Вэнь Цзэнянь снова приподняла кончик брови:

- Слышала про тех, кто извиняется после того, как переспал с кем-то - но чтобы извинялась та сторона, с которой переспали, впервые встречаю.

- Если говорить чисто технически...

Вэнь Цзэнянь усмехнулась, и Мэн Нин не смогла договорить.

- Можно закурить? - спросила Вэнь Цзэнянь.

Та кивнула.

Вэнь Цзэнянь поднялась, отдёрнула штору, приоткрыла окно наполовину. Прислонившись к стене, она выглядела с лёгкой ленцой, а то, как доставала сигарету, смотрелось удивительно красиво - тонкая женская сигарета будто была создана специально для её изящных пальцев.

Спросила у Мэн Нин:

- Где твоя зажигалка?

- Ты так и не купила себе новую?

- Потеряла - и не стала покупать.

Мэн Нин достала из кармана свою зажигалку, подошла ближе. Пока она чиркала кремнем, Вэнь Цзэнянь чуть изогнула свою лебединую шею; из окна тянул ночной ветер, доносился смех и гул с ближайшей уличной закусочной - всё это только подчёркивало тишину в комнате, даже настольная лампа казалась приглушённой ровно настолько, насколько нужно.

Вэнь Цзэнянь накрыла ладонью тыльную сторону её руки, прикрывая пламя от ветра, поднесла сигарету, сделала затяжку - на кончике вспыхнула алая точка.

Она незаметно отпустила её руку, и Мэн Нин отступила обратно, сев на край кровати.

Это было единственное телесное соприкосновение за весь вечер - ладонь Вэнь Цзэнянь была мягкой, скользнувшей по тыльной стороне руки, будто самый лучший бархат.

Глядя, как та курит, Мэн Нин не могла заставить себя произнести фразу «курение вредно для здоровья».

Потому что сама поза была слишком притягательной. Обычно лицо Вэнь Цзэнянь выглядело довольно серьёзным, и только во время курения, среди вьющегося дымка, она слегка прищуривалась. Одна рука лежала поперёк груди, ладонь поддерживала локоть другой, предплечье было согнуто под удивительно точным углом, пальцы, сквозь которые слегка просвечивали костяшки, держали сигарету без напряжения - с ленцой, будто нефрит, равнодушный к мирским печалям и радостям.

- Если не покупаешь зажигалку, как ты вообще куришь обычно? - спросила Мэн Нин.

Судя по всему, привычка у неё была нешуточная.

Вэнь Цзэнянь смотрела на её глаза в переменчивом свете авиационного маяка, а затем взгляд скользнул ниже - минуя тонкую, белую шею, - и остановился на тыльной стороне руки, которую она только что накрывала своей ладонью.

- Терплю, - Вэнь Цзэнянь выпустила струйку дыма, произнеся это.

Мэн Нин невольно сжала пальцы.

Вэнь Цзэнянь:

- В прошлый раз ты говорила, что перед увольнением и отъездом с острова у тебя остались два незакрытых дела. У меня в номере мы только что закрыли одно, теперь - займёмся вторым.

- Открой мою сумку, там конверт, - попросила она.

Её дорогая сумка небрежно лежала на тумбочке рядом с Мэн Нин; та открыла её - кроме косметички, влажных салфеток и очков, в боковом кармашке лежала маленькая синяя коробочка.

Та самая, с напальчниками, которую она уже видела в прошлый раз.

Теперь упаковка была вскрыта - Вэнь Цзэнянь уже ею воспользовалась.

Дважды.

Мэн Нин отвела взгляд и посмотрела на белоснежный конверт рядом - плотная мелованная бумага с вытесненным курсивным логотипом «C».

- Я одобряю твоё увольнение, - сказала Вэнь Цзэнянь.

Значит, в конверте лежало её заявление, размашисто подписанное Вэнь Цзэнянь? Она вскрыла конверт, достала лист бумаги, развернула - но это оказалось не её заявление.

Прочитав всего пару строк, она подняла взгляд на Вэнь Цзэнянь.

Та чуть улыбнулась:

- Тот фантастический роман, который ты не дочитала - я узнала. Дело не только в слабых продажах здесь, за рубежом было то же самое, поэтому автор, написав первые три тома, отказался от завершающей части.

Но сейчас в руках Мэн Нин был текст, продолжающий концовку третьего тома.

Вэнь Цзэнянь произнесла это как нечто само собой разумеющееся:

- Поэтому я связалась с автором.

- Ты с ним знакома?

- Нет, - Вэнь Цзэнянь сделала затяжку. - Но с теми, с кем хочешь познакомиться, познакомиться всегда можно.

Мэн Нин, держа лист бумаги, понимала, что ей никогда не под силу оценить нынешний круг связей Вэнь Цзэнянь, ни тем более границы её возможностей. То, что Вэнь Цзэнянь показывала на острове, было лишь верхушкой айсберга - и Мэн Нин, как и все остальные, могла лишь смотреть на эту верхушку снизу вверх.

- Я попросила её вкратце изложить прежний замысел, чтобы ты узнала концовку, а потом попросила перевести это на английский, - Вэнь Цзэнянь спросила: - Сможешь прочитать?

Английский у Мэн Нин был неплохим - всё же в пятизвёздочном отеле требовали определённый уровень владения языком. Но фантастика - жанр особый, там хватало редких, специфических слов.

- Большую часть пойму, кое-что придётся посмотреть в словаре, - сказала Мэн Нин.

- Дай посмотрю, - протянула руку Вэнь Цзэнянь.

Мэн Нин передала листок; та, опустив взгляд, немного почитала, затем подняла ресницы:

- Прочитать тебе вслух?

- А...

- Не сложно, - улыбнулась Вэнь Цзэнянь.

Мэн Нин раньше никогда не слушала аудиокниги; Ци Сяо какое-то время была ими увлечена, но сама она не понимала этого очарования. Пока не услышала, как Вэнь Цзэнянь, переводя с листа с английского на китайский, читает ей вслух своим потрясающим голосом - медленно, будто давно уже не говорила по-китайски так много, иногда чуть запинаясь в поисках подходящего слова.

Сам роман был написан довольно тяжеловесным языком; Мэн Нин порой не могла представить, какую именно грандиозную картину описывают все эти вычурные обороты.

Но Вэнь Цзэнянь упрощала сложное - её голос был настолько особенным, что, как и она сама, обладал способностью создавать сны.

Мэн Нин никогда не думала, что у неё будет шанс услышать продолжение этой истории - так что когда голос Вэнь Цзэнянь смолк, она растерянно подняла взгляд.

Та как раз складывала прочитанный лист по прежним сгибам, снова пополам, и клала его на исцарапанный лаком письменный стол.

Подняла глаза:

- Я одобряю твоё увольнение - но вступит в силу оно только тогда, когда я сама покину остров. Мне осталось заниматься оптимизацией отеля C не больше месяца. За это время тебе стоит поторопиться.

Поторопиться с чем?

Вэнь Цзэнянь, подойдя к двери, дала ответ:

- Каждый раз, когда ты будешь приходить ко мне, я буду давать тебе следующую страницу продолжения истории. Надеюсь, до того как мы обе покинем остров, ты успеешь дочитать историю, которая тебя так волнует.

Подхватив сумку, она ушла.

Мэн Нин заметила, что сегодняшний аромат её духов снова был другим - с нотой чёрного дерева, сдержанной, будто агаровое дерево. Мэн Нин услышала тихий щелчок закрывающейся входной двери и, опустив взгляд на тыльную сторону своей руки, вспомнила, как только что звучали слова Вэнь Цзэнянь: «Терплю».

Всё обаяние Вэнь Цзэнянь заключалось не в заигрывании, а именно в сдержанности.

Она просто появлялась - и снова отдалялась, дожидаясь, пока ты сам добровольно попадёшь в её сети.

В этот момент Ци Сяо постучала в дверь Мэн Нин снаружи: два стука, пауза, ещё один - будто азбукой Морзе.

Мэн Нин открыла дверь.

Ци Сяо сначала отступила на шаг, а увидев, что это сама Мэн Нин, спросила:

- Я только что слышала, как хлопнула входная дверь - она ушла?

- Угу.

Голос Ци Сяо вдруг стал заговорщическим:

- Вы точно спали вместе.

Мэн Нин вздрогнула - Ци Сяо вообще-то казалась довольно бесхитростной, непонятно, откуда у неё такая безошибочная интуиция.

Ци Сяо:

- Накинь что-нибудь, пойдём вниз.

- Зачем?

- За бухлом! За чесночным арахисом! Хочу сплетни послушать!

- Ну...

- Нет, не сплетни, - Ци Сяо поправила саму себя: - Я помогу тебе проанализировать нынешнюю ситуацию.

Мэн Нин вернулась в комнату, накинула толстовку.

Ци Сяо потащила её вниз:

- Я же говорила - кто вообще способен устоять перед Гвинет. Ты же познакомилась с ней ещё совсем юной, в самом расцвете! - Ци Сяо аж зашипела от возбуждения: - Неужели тогда, при первой встрече, у тебя не вспыхнула хоть искорка первой влюблённости?

Мэн Нин ещё не успела ответить, как раздался другой голос:

- Тогда влюблена была я - в неё.

Ци Сяо вздрогнула от неожиданности.

На лестничной площадке стояла Вэнь Цзэнянь с сумкой в руке, пиджак висел на сгибе локтя, мягкий воротник блузки свободно спадал на шею.

- Извините, забыла свои сигареты, - сказала она.

Мэн Нин стояла чуть позади Ци Сяо; лестничная клетка была тесной, силуэт Вэнь Цзэнянь наполовину скрывала фигура Ци Сяо, отчего её ровные ключицы казались ещё заметнее - белоснежные, светящиеся в тусклом свете подъезда.

Мэн Нин снова захотелось сказать ту же фразу: «Может, поправишь воротник блузки?»

Взгляд Вэнь Цзэнянь, минуя Ци Сяо, остановился на Мэн Нин:

- Не могла бы ты проводить меня наверх забрать их?

Мэн Нин отметила про себя: Вэнь Цзэнянь любила задавать вопросы именно тогда, когда точно знала, что ей не откажут.

Использовать повелительное наклонение прямо в тот момент, когда ты, скорее всего, собираешься ей отказать.

На этот раз она ответила:

- Хорошо.

Проходя мимо Ци Сяо, Вэнь Цзэнянь понизила голос и сказала ей:

- Тогда я была толстой и некрасивой - это я была влюблена в неё.

Ци Сяо не знала, что сказать; Вэнь Цзэнянь уже прошла мимо. Мэн Нин проводила её наверх, открыла дверь ключом:

- Тебе неудобно снова разуваться, я сама принесу.

- Хорошо, спасибо.

Обе снова спустились вниз. Ци Сяо до этого небрежно стояла на лестничной клетке, но стоило Вэнь Цзэнянь подойти, как она выпрямилась:

- Bye, Гвинет!

Вэнь Цзэнянь кивнула, обернулась к Мэн Нин:

- Goodnight.

Она не сказала «до свидания» - только «спокойной ночи», будто была уверена, что Мэн Нин непременно снова придёт к ней сама.

Она ушла; Мэн Нин собиралась было пойти следом, но Ци Сяо удержала её:

- Погоди, дай ей отойти подальше, потом пойдём.

Спустя ещё пару минут Ци Сяо наконец сказала:

- Пошли.

Сначала осторожно выглянула за угол - Вэнь Цзэнянь и правда уже ушла.

Она облегчённо выдохнула, быстро потащила Мэн Нин в магазин у дороги за пивом и чесночным арахисом, а потом бегом потащила обратно наверх:

- Ну рассказывай!

Мэн Нин взглянула на стол:

- С учётом того чая навынос - сколько калорий ты сегодня уже съела?

- Сейчас не время следить за калориями! - Ци Сяо хлопнула по столу, очистила арахис с чесноком и закинула в рот: - Рассказывай, как ты поняла, что ты боттом?

Мэн Нин покосилась на неё.

- Я же только что вышла за чаем - сразу увидела, как Гвинет оттеснила тебя за спину! Чистый доминант! А ты перед ней как перепёлка.

- Всё не так, - Мэн Нин на мгновение замолчала: - Сначала всё пошло не так, а потом просто оказалось, что я... не умею.

- Ты чего? - Ци Сяо засомневалась, не ослышалась ли. Неужели бывает, что кто-то правда не умеет?

Даже без личного опыта - их поколение же так хорошо умеет учиться по интернету! Материалов для изучения там сколько угодно!

- Ты сама что, ни разу не гуглила? - спросила она у Мэн Нин.

Мэн Нин покачала головой.

- У тебя что, низкое либидо?

Мэн Нин вспомнила ту ночь в номере Вэнь Цзэнянь.

Ци Сяо в ужасе закрыла глаза руками:

- Только не красней сейчас! Мне, одиночке, это невыносимо видеть!

- Не краснею я.

Ци Сяо опустила руки, увидела, что бледное, изящное лицо Мэн Нин всё так же спокойно, и с облегчением похлопала себя по груди. Мэн Нин сказала:

- Просто никогда об этом не задумывалась.

Если точнее - сознательно избегала этой темы.

Ци Сяо кивнула:

- Ну да, до встречи с Гвинет сколько людей за тобой ухаживало, а ты вообще не реагировала, будто в монастырь собралась, - спросила: - А чем именно тебя зацепила Гвинет?

На этот вопрос было слишком много ответов.

Например, тем жестом, каким она рассеянно крутит бриллиантовую серёжку в мочке уха, когда задумывается. Тем, как в форме и на шестисантиметровых каблуках у неё вытягивается линия голеней. Тем белоснежным затылком под изящно уложенными волосами. Тем, как, куря, она невольно приковывает взгляд к своим тонким, длинным пальцам.

Но истинная правда была в следующем:

- Наверное, невозможно не проникнуться симпатией к Гвинет.

- Точно, - энергично закивала Ци Сяо.

- Наверное, мне просто повезло, что я знала её ещё в детстве, - добавила Мэн Нин.

- А Гвинет правда раньше была толстой? - спросила Ци Сяо.

- Да, тогда у неё было слабое здоровье, кажется, она принимала какой-то гормональный препарат.

- А ты когда-нибудь чувствовала, что она была влюблена в тебя тогда?

Мэн Нин долго молчала, прежде чем ответить:

- Смутно догадывалась.

В памяти всплыло округлое, ещё детское лицо той девочки-подростка - тогда та юная, наивная девушка улыбалась широко и открыто, совсем не так, как теперь, когда даже улыбка была лишь лёгким приподниманием уголка губ, будто она скупилась дарить миру больше положенного.

- Ого, значит, в детстве это ты была ярче и заметнее, - Ци Сяо вздохнула: - Так получается, Гвинет сейчас к тебе клеится - потому что теперь она превратилась в сияющую, всесильную версию себя, вернулась триумфально, и хочет наконец исполнить старую мечту юности?

Мэн Нин ответила вопросом:

- Ты правда думаешь, что такое лёгкое, смутное чувство подростковой влюблённости способно удерживать её мысли обо мне столько лет? Я имею в виду - посмотри на нас сейчас.

Влиятельный исполнительный менеджер пятизвёздочного отеля, летающая на частном самолёте.

И никому не известная спасательница на пляже, чья зарплата, наверное, не покроет и рукав блузки Вэнь Цзэнянь.

Даже если Мэн Нин и не сдержалась однажды, она никогда не думала, что у них с Вэнь Цзэнянь может быть какое-то продолжение.

Она рассказала Ци Сяо:

- Она одобрила моё увольнение - ей осталось заниматься оптимизацией отеля C ещё чуть больше месяца. Когда она уедет, я тоже смогу уйти.

На самом деле в глубине души Ци Сяо была согласна с тем, что только что сказала Мэн Нин.

За стенами университетской башни из слоновой кости¹ симпатия перестаёт быть цветком гардении, упавшим на подол школьной юбки - не потому, что люди намеренно опошляются, а потому, что статус, деньги, положение начинают влиять на образ жизни и даже образ мыслей человека, и двум людям, у которых в этом плане нет точек соприкосновения, очень трудно оставаться вместе.

¹出了象牙塔 (chū le xiàngyá tǎ) - дословно «выйти из башни из слоновой кости». В китайской культуре это устоявшееся выражение означает «покинуть студенческую скамью / окончить университет»

За исключением одного места - острова C.

Остров был раем для сотворения снов. Там и море было прозрачным, и облака плыли неспешно, зимой там всё равно могли цвести целые деревья экзотических хлопковых деревьев, а летом в банкетном зале для гостей могли устроить искусственный снегопад.

Там реальная жизнь оставалась далеко позади, все социальные статусы теряли силу. Там существовало лишь два статуса - создатель снов или тот, кто их переживает.

- Ты думала о том, чтобы быть с ней по-настоящему? - спросила Ци Сяо.

Мэн Нин тут же покачала головой, но с улыбкой:

- Я сама ещё хочу отправиться в дальнее путешествие, не планирую вступать ни в какие серьёзные отношения.

Ци Сяо задумалась:

- Мне вот кажется, что она, может, тоже не думает об этом так глубоко. Смотри - у неё явно не очень гладко складывалось с чувствами в прошлом, да ещё и рабочее давление огромное. Может, она просто хочет за это время на острове C, пока сама создаёт сны для других, немного и сама почувствовать эту сказочную радость.

Она оглядела Мэн Нин с ног до головы:

- Ты ей приглянулась внешне, да ещё и та самая подростковая влюблённость играет роль - вот и получается вполне логичная картина.

Мэн Нин откинулась на спинку дивана, глядя в потолок.

- Вообще-то, мне кажется... - осторожно сказала Ци Сяо.

Мэн Нин промычала «угу», показывая, что слушает.

- Построить стабильные отношения между двумя людьми - это ужасно сложно, столько всего приходится учитывать. Но раз уж ты всё равно уезжаешь - пережить перед отъездом такой роман с королевой лесбийского мира - это, кажется, не так уж и плохо. Она не думает о будущем, ты не думаешь о будущем - обеим легко.

Мэн Нин подняла руку, потёрла лицо:

- Не знаю.

Небеса вообще любят подшучивать над людьми.

Это проявляется не только в том, что такси, которых полно на улицах, вдруг не поймать именно тогда, когда нужно, что солнце выходит именно тогда, когда настроение плохое, что любимый онигири в магазинчике всегда раскупают первым.

Это проявляется ещё и в том, что именно тогда, когда ты твёрдо решил уйти, судьба подбрасывает тебе человека, из-за которого вдруг просыпается жадность - нежелание отпускать.