Обещай жить

Утро выдалось холодным, промозглым и пронзительно-серым.
Рассвет еще только собирался робко окрасить шотландские холмы в блекло-розовый цвет, а в спальне мальчиков на седьмом этаже царила абсолютная, звенящая тишина.

Фред не спал.
Джордж тоже.
Они оба уже добрые десять минут неподвижно лежали на спинах, тупо уставившись в балдахины кроватей, где сквозь полумрак проступали вышитые золотом львы.

Напряжение в комнате можно было резать ножом - плотное, густое, пахнущее мастикой для мётел и предстартовым адреналином.

- Не спишь? - тихо, едва слышно прошептал Фред в темноту.

- Нет, - отозвался с соседней кровати Джордж.

Пауза.
- Ты тоже?

- Ага.

Еще пять минут они молчали, слушая, как где-то за окном завывает утренний ветер. А затем, словно по невидимой команде, оба синхронно повернули головы друг к другу и выдали в один голос:
- А если мы всё испортить умудримся?

И тут же, не выдержав этого абсурдного синхрона, оба беззвучно затряслись в подушки от тихого, нервного смеха. Напряжение немного отпустило.

В Большом зале стоял обычный утренний гомон, но стоило близнецам ввалиться за дверь - бледным, в новеньких алых мантиях, с зажатыми подмышками тяжелыми дубовыми битами, - как Мия сразу всё поняла.

Она сидела за столом Гриффиндора, задумчиво помешивая ложечкой овсянку, но тут же отложила её.
Она поднялась навстречу им, окинув критическим взглядом.
- Вы нервничаете, - это был не вопрос. Констатация факта.

Фред оскорбленно выпрямился, хотя под левым глазом у него еще слегка зеленел старый синяк:
- Кто? Мы? Да я спокоен как мантикора перед спячкой.

- Да ну? - Мия приподняла бровь, скрестив руки на груди. - А почему у тебя правый шнурок на ботинке завязан тройным морским узлом, который обычно вяжут перед крушением корабля?

Фред опустил глаза на ботинок, смущенно кашлянул и попытался сделать вид, что так оно и задумывалось. Джордж даже спорить не стал - он просто тяжело вздохнул и уставился в тарелку с тыквенным соком.

Мия ласково улыбнулась, полезла в глубокий карман своей мантии и извлекла оттуда две узкие шелковые ленты насыщенного алого цвета с золотой нитью по краям.

- Это ещё зачем? - подозрительно прищурился Фред, но сам почему-то сделал шаг ближе.

- На удачу, Уизли, - просто ответила она.

Она шагнула к Фреду и ловко, быстрыми движениями завязала ленточку у него на запястье, затянув аккуратный узел. От неё пахло сухой осенней листвой, пергаментом и мятными леденцами. Фред замер, на секунду перестав дышать, а когда она отступила, чтобы повязать точно такую же ленту Джорджу, он медленно поднял руку, глядя на ткань так, будто это был древний и могущественный артефакт.

- Ну вот, - Мия ободряюще хлопнула их по плечам. - Теперь у вас просто нет шансов проиграть.

Фред негромко хмыкнул, и на его губах наконец появилась та самая привычная, наглая и уверенная ухмылка:
- Ну, раз с такой поддержкой... Тогда точно порвём Слизерин. Или хотя бы попытаемся не разбить нос капитану.

Раздевалка перед матчем гудела, как растревоженный улей. Чарли Уизли, бледный, сосредоточенный до фанатизма, ходил кругами перед командой, размахивая своей знаменитой тактической доской, на которой крошечные деревянные человечки изображали безумные комбинации.

Уизли резко захлопнул доску, отчего все вздрогнули, и сурово окинул команду взглядом:
- Слушайте меня внимательно! Сегодня вы играете не ради красивой статистики. И даже не ради школьного Кубка. Сегодня вы играете ради Гриффиндора! За наш факультет, за нашу честь и за то, чтобы слизеринцы три месяца не смели поднимать глаза от пола в коридорах!

Он резко развернулся и подошел вплотную к Фреду и Джорджу, тяжело положив руки им на плечи:
- А вы двое... Помните главное правило матча. Загонщик защищает свою команду любой ценой. Мяч летит в охотника - вы принимаете удар на себя. Понятно?

Фред и Джордж переглянулись - на доли секунды в их глазах мелькнуло то самое фирменное хулиганское озорство, но они тут же серьезно кивнули, сжав биты в руке:
- Не подведём, капитан.

Наверху, в комментаторской будке, Ли Джордан впервые в жизни сжимал в руках волшебный рупор. Его ладони влажно скользили по металлу, а в животе ледяным комком ворочалось волнение. Рядом, подперев щеку рукой, стояла суровая Минерва Макгонагалл, всем своим видом давая понять, что за любое отклонение от спортивной этики она лично превратит его в чернильницу.

Ли глубоко вдохнул, закрыл глаза на секунду, а затем прижался губами к раструбу:
- Эм... Добро пожаловать, дорогие преподаватели и студенты, на первый матч сезона по квиддичу!

Первые несколько минут Ли честно пытался держаться профессионально. Его голос звучал официально и сухо, перечисляя игроков, выстроившихся в воздухе. Но стоило капитану Слизерина попытаться применить грязный прием против ловца Гриффиндора, как всю академичность как рукой сняло.

- Ого! Вы посмотрите на это! - завопил Ли в рупор так громко, что на трибунах затыкали уши. - Да этот слизеринец только что попытался применить запрещенный захват хвостом мантии! Куда смотрит судья?! А... вон туда, он как раз отвлекся на муху!

Профессор Макгонагалл тяжело вздохнула и выразительно кашлянула прямо ему в ухо. Ли смущенно дернулся:
- То есть... я хотел сказать, судья бдительно следит за соблюдением правил честной игры! И... Ого! Посмотрите на этот великолепный удар мистера Уизли!

Он замер на секунду, вытаращив глаза на поле, где один из бладжеров со свистом улетел куда-то в сторону Запретного леса. Ли опустил рупор на пару сантиметров и добавил в тишине на весь стадион:
- Если честно... я сам не понял, какого именно Уизли. Но удар был мощный!

Весь стадион - от трибун Когтеврана до самого слизеринского сектора - взорвался хохотом. Даже суровая профессор Макгонагалл отвернулась к каменной стене, безуспешно пытаясь скрыть улыбку, дернувшую уголком рта.

На трибунах Мия в этот момент сидела, вцепившись пальцами в деревянный барьер так сильно, что побелели костяшки. Сердце колотилось где-то в районе горла. Квиддич никогда не казался ей безопасным видом спорта, но сейчас, когда на поле носились два тяжелых, одержимых жаждой разрушения бладжера, ей казалось, что это чистейшее безумие.

Вдруг один из черных мячей с глухим свистом резко изменил траекторию и понесся прямо на Фреда, который в этот момент отвлекался на перехват кваффла.

- Фред, берегись! - вскочив на ноги, сорванным голосом закричала Мия, забыв про все приличия.

Фред услышал её голос сквозь гул трибун. Он мгновенно среагировал: резкий разворот метлы, мощный взмах биты - и тяжелый чугунный шар со звонком отлетел в сторону, едва не задев шлем комментатора.

Зависнув на секунду в воздухе, Фред нашел глазами трибуну Гриффиндора, отыскал испуганное лицо Мии и... подмигнул ей. Широко, уверенно и абсолютно нагло - прямо посреди опаснейшего матча.

Мия шумно выдохнула, одновременно чувствуя, как внутри всё сжимается от смеси злости и огромного облегчения:
- Идиот... - пробормотала она себе под нос, садясь на место и с улыбкой качая головой. - Совсем страх потерял.

Кульминация матча наступила во втором тайме, когда игра достигла точки кипения. Счет был равным, трибуны ревели, а погода окончательно испортилась, начав накрапывать холодным шотландским дождем.

В какой-то момент два бладжера одновременно сорвались с цепей и на бешеной скорости понеслись прямо на гриффиндорского охотника, который шел на перехват кваффла. Столкновение с двумя мячами одновременно означало бы верную больницу для парня.

Фред и Джордж находились на противоположных концах поля. Они даже не переглянулись. Между ними словно снова натянулась та самая невидимая струна.

Одинаковый наклон корпусов, синхронный рывок мётел навстречу опасности.
Два глухих, мощных удара слились в один слитный металлический гонг, раскатившийся над стадионом.

Первый бладжер улетел ввысь, разрезая тучи. Второй, отбитый Джорджем, со свистом унесся к границе поля.

Охотник Гриффиндора, даже не заметив пролетевшей мимо смерти, спокойно пролетел вперед и забросил победный гол в кольцо противника!

Стадион взревел так, что, казалось, задрожали древние камни замка. На землю с трибун полетели шарфы, шапки и пачки пергаментов.
Чарли, приземлившись после матча возле раздевалки, подбежал к запыхавшимся близнецам и, не сдерживая эмоций, крепко схватил обоих за плечи:
- Вы видели?! Вы видели вообще, что вы сотворили?! Именно поэтому, черт побери, вы в моей команде! Великие загонщики!

Матч завершился честной и красивой победой Гриффиндора. Не разгромной, но от этого еще более ценной.
Когда Фред первым коснулся ногами влажной травы поля, он даже не успел расстегнуть защитные краги на руках, как кто-то с разбегу врезался в него, чуть не сбив с ног.
Мия крепко обвила руками его шею, уткнувшись носом в мокрое от дождя сукно мантии.

- Я так... я так за вас переживала! Вы с ума сошли оба! - выпалила она, задыхаясь от переполнявших её эмоций.

Фред мягко, но уверенно обнял её за талию, прижимая к себе, и счастливо рассмеялся:
- Видно было, Джонс. Очень видно.

Джордж, стоявший рядом и стягивающий со лба мокрые рыжие пряди, снисходительно усмехнулся:
- Ты во время второго тайма подпрыгивала так высоко, Мия, что я думал, ты сама взлетишь без метлы.
На трибунах все оборачивались.

Мия резко отстранилась от Фреда, вспыхнув до самых кончиков ушей, и испуганно посмотрела на Джорджа:
- Правда?.. Ой мамочки... А профессор Макгонагалл тоже видела?

- Еще бы, - закивал Джордж. - Она даже пару раз посмотрела на тебя в свой театральный бинокль, оценивая твою акробатическую подготовку.

Мия закрыла лицо ладонями, сгорая со стыда:
- Какой кошмар... Я больше никогда не пойду на квиддич. Буду сидеть в библиотеке!

- Наоборот, - Фред осторожно убрал её руки от лица, заглядывая в покрасневшие от ветра глаза. На его губах играла мягкая, теплая улыбка, в которой не было ни капли насмешки. - Было чертовски приятно знать, что там наверху, среди этого хаоса и бладжеров, кто-то переживает именно за нас. Не за команду. А именно за нас.

Мия смущенно опустила взгляд, но уголки её губ невольно поползли вверх.

Позже тем же вечером, когда шумное празднование в гостиной Гриффиндора немного утихло, вся четверка - Фред, Джордж, Ли и Мия - тихонько выскользнула из замка и устроилась на пологом берегу Черного озера.

Солнце окончательно закатилось за горы, окрасив небо в глубокие лилово-синие тона. Озеро было зеркально-гладким и темным. Ребята сидели на влажной траве, прислонившись спинами друг к другу, и молча смотрели вдаль. После пережитого адреналина говорить почти не хотелось.

Ли первым нарушил тишину, тяжело вздохнув и закинув руки за голову:
- Ну что... Сегодня, кажется, официально сбылась моя главная мечта. Я больше не просто студент с пауком в кармане. Я - голос Хогвартса!

Фред задумчиво повертел в руках щетку от метлы, лежащую у его ног:
- А наша с Джорджем мечта только начинается. Играть в команде - это круто, но это только первый шаг.

Мия улыбнулась, обхватив коленки руками и глядя на темную воду:
- Думаете, дальше будет еще интереснее?

Джордж приподнял голову, прищурившись на редкие звезды, пробивающиеся сквозь тучи:
- Думаешь?

- Я уверена, - тихо ответила она.
В этот момент к ним из замка быстрым шагом подбежал невысокий первокурсник, запыхавшийся и держащий в руках небольшой пергаментный конверт.

- Уизли! Это вам... точнее, вам обоим. Только что совиной почтой принесло из Норы!

Фред удивленно переглянулся с братом, взял письмо и быстро развернул его. В свете мерцающей палочки они вдвоем принялись читать размашистый, но аккуратный почерк мамы:
«Дорогие мои мальчики!
Мы с папой ужасно, невероятно вами гордимся! Джинни уже успела выбежать на дорогу и рассказать всем соседям, что её старшие братья теперь официально играют за сборную Гриффиндора. Рон ходит гордый такой, будто это он забил победный гол, а не вы.
А Мия, я надеюсь, проследила, чтобы вы оба хоть что-нибудь поели после матча, а не набросились сразу на тыквенное печенье? Передайте ей огромный привет и мою благодарность за то, что держит вас в ежовых рукавицах.
С бесконечной любовью, Мама.»

Фред дочитал письмо, медленно сложил его и поднял глаза на сидящую рядом Мию. На его лице сияла самая теплая и искренняя улыбка из всех, что она у него видела.

- Видишь? - тихо сказал он, показывая ей конверт. - Мама уже заочно считает тебя ответственной за нас. Говорит, держишь нас в ежовых рукавицах.

Мия рассмеялась, качая головой:
- Ой, ну это абсолютно безнадежное дело, Уизли. Вас невозможно удержать в рукавицах, вы всё равно просочитесь сквозь швы.

Фред передвинулся чуть ближе, касаясь её плеча своим, и тепло улыбнулся:
- Зато ты всё равно прекрасно с этим справляешься.