Ассистентка из 14 В

Кризис пришёл не из газетной статьи, а из электронной таблицы.

Скарлет заметила это первой, обновляя сводку по обязательствам инвесторов поздно вечером во вторник: при всех успехах последних недель — Пак, ещё несколько крупных имён, привлечённых благодаря его репутации, — общая сумма подтверждённого капитала остановилась на семистах двадцати миллионах. Восемьдесят миллионов не хватало до минимального порога, обозначенного в структуре фонда. А до жёсткого дедлайна закрытия раунда оставалось одиннадцать дней.

— Если мы не доберём сумму, — сказал Дэн, когда она показала ему цифры, его голос был необычно тихим для человека, привыкшего решать любые проблемы силой воли и переговоров, — фонд обязан вернуть уже собранный капитал. Все семьсот двадцать миллионов. Весь год работы.

— Есть ли ещё потенциальные инвесторы в переговорах?

— Есть, — сказал он, потирая переносицу. — Но никто не готов закрыть сделку за одиннадцать дней. Такие решения обычно занимают месяцы due diligence.

Скарлет всю ночь просидела над списком контактов «Meridian», перебирая имена, ища хоть какую-то зацепку, — и где-то в третьем часу ночи наткнулась на мысль, которую сразу же попыталась отбросить.

Джексон Рид.

---

Она познакомилась с ним на втором курсе университета — блестящий, амбициозный, из семьи с деньгами настолько старыми, что о них не принято было даже упоминать вслух. Они встречались почти два года, и Скарлет тогда была уверена, что это навсегда, — пока не выяснилось, что его семья считала её недостаточно подходящей парой для наследника состояния: девушка из семьи с долгами, оставшимися от отца-игрока, была для них немыслимым мезальянсом.

Джексон не боролся за неё. Просто тихо отступил, выбрав спокойствие семейного одобрения вместо неловкости настоящих чувств, оставив Скарлет с тем особым видом стыда, который приходит не от того, что тебя бросили, а от того, что тебя бросили именно за то, кем ты являешься по факту рождения.

С тех пор прошло пять лет. Джексон, насколько она знала из редких упоминаний в профессиональных кругах, теперь управлял семейным офисом с капиталом, более чем достаточным, чтобы закрыть недостающие восемьдесят миллионов одним росчерком пера.

Мысль о том, чтобы позвонить именно ему, вызывала у неё физическое отвращение.

---

— Есть один вариант, — сказала она утром, стоя в дверях кабинета Дэна с чашкой кофе, которую забыла ему принести, потому что всю ночь думала не о кофе. — Не уверена, что он сработает. И мне будет... непросто его реализовать.

Дэн поднял на неё взгляд, уловив в её голосе что-то, чего не слышал раньше.

— Что за вариант?

— Семейный офис Ридов, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Управляющий директор — мой бывший. Мы не общались пять лет. Расстались плохо, если коротко.

— Скарлет, вам не обязательно...

— Обязательно, — перебила она твёрже, чем намеревалась. — Восемьдесят миллионов и одиннадцать дней. Я не вижу другого реалистичного варианта на столе. Если есть шанс, что личный контакт откроет дверь, которую иначе не откроешь за такой срок, — я обязана попробовать.

Он долго смотрел на неё, и в его взгляде было что-то среднее между благодарностью и явным нежеланием просить её об этом.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Но если в какой-то момент это станет невыносимым — остановитесь. Дедлайн важен. Вы важнее.

---

Звонок дался ей тяжелее, чем она готова была признать даже самой себе.

— Скарлет Картер, — сказал Джексон после долгой паузы, когда наконец снял трубку, и в его голосе прозвучало неподдельное удивление. — Не ожидал.

— Не думала, что когда-нибудь наберу этот номер, — призналась она честно, решив, что притворяться в данной ситуации не имеет смысла. — Но у меня деловой вопрос, а не личный, и я была бы благодарна, если бы мы могли обсудить его как профессионалы.

Пауза на другом конце длилась достаточно долго, чтобы Скарлет успела пожалеть о звонке трижды.

— Слушаю, — сказал он наконец, тон стал деловым, почти прохладным.

Она изложила ситуацию сжато, профессионально — цифры, сроки, репутацию фонда, лежащую в основе предложения, — стараясь, чтобы голос не выдавал ни капли того унижения, которое она чувствовала, прося что-либо у человека, однажды решившего, что она недостаточно хороша для его фамилии.

— «Meridian» я знаю, — сказал Джексон, когда она закончила. — Уитфилд имеет хорошую репутацию после Пака. Восемьдесят миллионов — не проблема для нашего офиса при должной due diligence. Обычная проблема — время.

— У меня есть все материалы, готовые для ускоренной проверки, — быстро сказала она. — Я лично гарантирую полноту и точность каждой цифры.

Он помолчал.

— Твоё личное поручительство когда-то значило для меня немало, Скарлет, — сказал он тихо, и в этом было что-то, отдалённо похожее на сожаление. — Организую встречу на завтра. Комитет соберу лично.

— Спасибо, — сказала она, чувствуя, как облегчение и горечь смешиваются в равных пропорциях.

— Не благодари, — сказал он. — Просто... рад, что у тебя всё сложилось хорошо. Правда рад.

Он повесил трубку прежде, чем она успела решить, стоит ли отвечать на это хоть чем-то.

---

Дэн, слышавший половину разговора из соседней комнаты, встретил её взглядом, в котором читалось нечто среднее между восхищением и виной за то, что вообще позволил ей пойти на этот звонок.

— Встреча завтра, — сказала Скарлет, стараясь, чтобы голос звучал бодрее, чем она себя чувствовала. — Комитет соберёт лично.

— Вы в порядке?

— Буду, — честно ответила она. — Это было тяжелее, чем я думала. Но это сработало.

Дэн подошёл ближе, и вместо очередной деловой реплики просто на секунду сжал её плечо — коротко, без слов, но с той теплотой, которая была красноречивее любой благодарности.

— Вы только что, возможно, спасли год моей работы, — сказал он тихо. — Ценой чего-то, о чём я даже не хочу спрашивать подробности, если вы сами не захотите рассказать.

— Может быть, когда-нибудь, — сказала она. — Не сегодня.

Он кивнул, принимая это без давления, и Скарлет впервые за долгую бессонную ночь почувствовала, что тяжесть в груди стала чуть легче — не потому что боль от разговора с Джексоном исчезла, а потому что рядом стоял человек, готовый ждать столько, сколько потребуется, чтобы она рассказала остальное на своих условиях.