Ассистентка из 14 В

Дэн потёр переносицу, опускаясь наконец в своё кресло, и уставился на экран ноутбука с выражением человека, которому только что добавили ещё одну нерешаемую задачу в и без того переполненный список.

— Теперь нужно решить, что делать с «Northlight», — сказал он, скорее самому себе, чем ей. — Проект без управляющего в критической фазе — это ещё хуже, чем провалившаяся презентация. Нужен кто-то, кто разбирается в деталях, знает контакты, понимает специфику.

Скарлет, всё ещё стоявшая у двери, почувствовала, как внутри что-то встрепенулось.

— Я могла бы взять на себя этот проект, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, а не как отчаянная попытка ухватиться за возможность. — Я и так знаю его лучше, чем кто-либо. Идея изначально была моя. Контакты, которые спасли сегодняшнюю презентацию, — тоже мои.

Дэн поднял на неё взгляд — и в нём мелькнуло что-то, похожее на сожаление ещё до того, как он произнёс хоть слово.

— Нет, — сказал он. — Это невозможно.

— Почему?

— Потому что у вас и без того слишком много важной работы, — сказал он ровно. — Вы держите весь мой рабочий процесс, весь «Meridian» на плечах, и делаете это, признаю, лучше, чем кто-либо на этой позиции до вас. Я не могу вас никем заменить в роли ассистента прямо сейчас — особенно на пике переговоров с новыми инвесторами. Именно поэтому я не могу перевести вас на другой проект.

— То есть, — медленно сказала Скарлет, чувствуя, как раздражение, копившееся неделями, начинает подниматься к поверхности, — я слишком хороша, чтобы делать то, что я на самом деле хочу делать.

— Это не то, что я сказал.

— Это ровно то, что вы сказали, — она сделала шаг вперёд, уже не пытаясь скрыть эмоции в голосе. — Дэн, моей изначальной целью было стать аналитиком. Не чьим-то личным ассистентом. Я согласилась на эту должность, потому что у меня не было выбора, а не потому что мечтала носить вам кофе и разбираться с часовыми поясами до конца карьеры!

Слова вырвались быстрее, чем она успела их обдумать, и в наступившей тишине она мгновенно, остро осознала, насколько неосторожно, эмоционально они прозвучали — не как профессиональный аргумент, а как обвинение, брошенное человеку, который формально был её начальником.

Дэн молчал несколько секунд, и его лицо, только что смягчённое благодарностью, снова закрылось — быстро, почти незаметно, но безошибочно, той самой невидимой дверью, которую она уже видела не раз.

— Я услышал вас, — сказал он наконец, тоном ровным и совершенно нечитаемым. — Сейчас не время это обсуждать. Мне нужно найти решение для «Northlight» до конца дня.

Скарлет почувствовала, как внутри всё сжалось от того, насколько холодно это прозвучало — не гневно, не раздражённо, а именно холодно, будто её признание, вырвавшееся с такой болезненной искренностью, просто не заслуживало ответа прямо сейчас.

— Хорошо, — сказала она тихо, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Извините, что подняла это не вовремя.

Он не ответил, уже переключив внимание на экран, и Скарлет, постояв ещё секунду в тишине, которая ощущалась куда более тяжёлой, чем любая холодность за всё время их знакомства, развернулась и вышла из кабинета, тихо закрыв за собой дверь.

Она дошла до своего стола, села, уставилась в экран, не видя ни единой буквы, и только тогда позволила себе полностью осознать, что именно произошло: она не просто высказала давно назревшую правду. Она, кажется, только что напомнила ему — и себе тоже, — что за всей этой близостью, за ночами в Дубае и разговорами на крышах, между ними всё ещё оставалась пропасть простого, никуда не девшегося факта: он был её начальником, а она — человеком, чьи мечты в этой иерархии не значили практически ничего.