Карамель и кофе.

После ухода Минхо комната погрузилась в мягкий, сонный полумрак. Блокаторы действовали быстро и безжалостно: лихорадочный огонь, бушевавший в венах Джисона, постепенно угасал, оставляя после себя приятную, свинцовую слабость во всём теле. Омега несмело перебрался с жёсткого пола на кровать, даже не пытаясь снять огромное серое худи. Напротив, он забрался под одеяло прямо в ней, подтянул колени к груди и уткнулся носом в высокий воротник. Запах чёрного кофе и уличной прохлады убаюкивал. Он действовал как сильное успокоительное, мягко глуша остатки омежьей паники. Джисон чувствовал себя так, словно его, маленького и беззащитного, спрятали в самую глубокую и тёплую нору, куда никогда не доберётся ни злость отца, ни холодное равнодушие матери. Впервые за много месяцев он засыпал без телефона в руках, без бездумного листания ленты соцсетей и без прислушивания к каждому шороху за дверью. Его пушистые волосы разметались по подушке, карие глаза медленно закрылись, и парень погрузился в глубокий, абсолютно спокойный сон без кошмаров.

Пробуждение было непривычно мягким. Джисон открыл глаза не от резкого будильника или криков на первом этаже, а от мягкого луча утреннего солнца, пробравшегося сквозь щель в занавесках. В комнате было тихо и тепло. Парень сладко потянулся, по-беличьи забавно зарываясь лицом в подушку, и замер, когда до его обоняния снова донёсся густой, уже немного выветрившийся, но всё ещё отчётливый аромат кофе. Память о вчерашнем вечере обрушилась на него лавиной, заставив мгновенно сесть на кровати. Джисон растерянно оглядел себя. Он всё ещё был одет в чужую вещь. Длинные рукава смешно закрывали ладони, а само худи сохранило едва уловимое тепло тела Минхо. Кожа больше не горела — течка благодаря сильным армейским таблеткам альфы послушно отступила, оставив лишь лёгкую истому в мышцах. Омега осторожно спустил ноги с кровати. Сердце забилось чаще, но на этот раз не от страха, а от колющего, волнительного любопытства. Что теперь делать? Как вести себя с Минхо? Они ведь месяцами притворялись призраками. Было неловко и даже немного стыдно за свою вчерашнюю слабость и слёзы. Джисон подошёл к двери и аккуратно потянул ручку. Защёлка была снята. В коридоре стояла тишина. Парень сделал робкий шаг наружу, инстинктивно втягивая носом воздух. Из-за двери комнаты Минхо больше не пахло тем удушающе-призывным, густым кофе, как вчера. Там ощущался лишь привычный, едва заметный шлейф. Джисон на цыпочках подошёл к лестнице и заглянул вниз. Из кухни доносился тихий, мерный стук посуды и тихий шорох кошачьих лап по паркету. Суни, Дуни и Дори явно были уже там. А значит, их строгий хозяин тоже не ушёл на учёбу. Омега сжал пальцами край огромного серого рукава, набрался смелости и начал медленно спускаться по ступеням, гадая, как Минхо посмотрит на него сегодня утром.