Гарри Поттер и наследие де Ниль: Шёпот отражений

Сначала в узких окнах восточной башни появлялся холодный рассветный свет. Затем где-то далеко начинали хлопать двери, лениво переговаривались портреты, а через несколько минут Хогвартс вновь наполнялся шагами сотен учеников.

Казалось, всё происходило как обычно. Те же лестницы. Те же коридоры. Те же уроки. Но стоило прислушаться чуть внимательнее — и становилось ясно: что-то изменилось.

Шёпот. Он звучал повсюду. Не тот привычный школьный шум, состоящий из разговоров, смеха и споров о домашнем задании. Нет. Этот шёпот был другим. Осторожным. Тревожным.

— Говорят, Дамблдор исчез...
— Фадж так и не смог его задержать...
— Амбридж теперь директор...
— Не директор... директор-исполняющая обязанности...
— Какая разница...
— Теперь всё будет иначе...

Александра молча шла по коридору, крепче прижимая к груди книги. Её слух, как всегда, ловил каждый разговор. Даже тот, который предназначался совсем не ей. Она давно научилась не обращать внимания. Но сегодня это было невозможно.

Потому что впервые за весь учебный год одни и те же слова повторялись снова и снова.

Амбридж.

Это имя звучало почти в каждом разговоре.

Большой зал встретил непривычной тишиной. Даже совы сегодня словно летали осторожнее. За преподавательским столом одно кресло пустовало.

Директорское.

Некоторые ученики всё ещё время от времени поглядывали на него, будто надеялись, что дверь откроется и Альбус Дамблдор войдёт как ни в чём не бывало. Но дверь оставалась закрытой. Зато место в центре стола заняла Долорес Амбридж.

Розовый костюм выглядел в огромном зале почти нелепо. Но никто не улыбался. Она сидела с идеально прямой спиной и маленькой довольной улыбкой, словно замок наконец стал таким, каким ей хотелось его видеть. Когда она поднялась, в Большом зале стало совсем тихо.

— Доброе утро, дети.

Её высокий сладкий голос эхом разнёсся под потолком.

— С сегодняшнего дня в школе вводится ряд новых правил...

Никто не перебивал. Даже близнецы Уизли. Что само по себе было удивительно. Амбридж говорила долго.

О дисциплине.
О порядке.
О безопасности.
О доверии Министерству.

Александра почти не слушала. Она наблюдала. За преподавателями.

Профессор Макгонагалл сидела необычайно прямо, и выражение её лица было совершенно непроницаемым. Профессор Флитвик печально смотрел в свою тарелку. Даже Снейп казался мрачнее обычного. Лишь его лицо, как всегда, ничего не выдавало.

После завтрака замок изменился почти мгновенно. На стенах появились новые указы. Один. Второй. Третий. Казалось, за ночь их стало вдвое больше. Ученики останавливались возле каждого. Читали. Перешёптывались. Недовольно качали головами. Кто-то тихо смеялся. Но смех быстро стихал.

Инспекционная дружина теперь получила ещё больше полномочий. По коридорам всё чаще можно было увидеть слизеринцев с серебристыми значками.

Драко шёл впереди небольшой группы. За ним — Крэбб, Гойл и ещё несколько старшекурсников. Ученики невольно расступались. Александра увидела их издалека. На мгновение их взгляды встретились.

Драко чуть заметно кивнул. Совсем по-прежнему. Но она только ответила таким же коротким кивком и пошла дальше.

Раньше они наверняка остановились бы хотя бы на минуту. Обменялись колкостью. Поспорили. Теперь между ними остался только длинный пустой коридор. И оба почему-то не сделали ни шага навстречу.

На трансфигурации профессор Макгонагалл была строже, чем обычно. Она почти не делала замечаний. Не шутила. Не отвлекалась. Лишь спокойно объясняла материал, будто именно работа сейчас помогала ей сохранить привычное самообладание.

— Мисс де Ниль.

Александра подняла голову.

— Очень хорошо.

Фарфоровая чашка на её парте уже почти полностью превратилась в белую голубку. Птица неловко взмахнула крыльями и снова стала чашкой. Макгонагалл едва заметно кивнула.

— Значительный прогресс. Продолжайте в том же духе.

Это была короткая похвала. Но Александра заметила, что профессор произнесла её чуть теплее, чем обычно.

Наверное, сегодня каждому хотелось напомнить себе, что в Хогвартсе ещё осталось что-то неизменное. Но неизменным уже ничего не было.

Замок продолжал жить. Уроки шли своим чередом. Ученики смеялись. Писали контрольные. Спорили. Тренировались к СОВ. И всё же над каждым разговором, каждым коридором, каждой лестницей словно нависла невидимая тень.

Будто весь Хогвартс затаил дыхание. И ждал, кто следующим нарушит новые правила.

После трансфигурации коридоры вновь наполнились голосами. Ученики торопились на следующие занятия, придерживая тяжёлые сумки, переговариваясь на ходу и время от времени останавливаясь у очередного образовательного декрета, который за ночь появился на стене.

Казалось, Амбридж находила удовольствие в том, чтобы каждое утро удивлять школу новым запретом.

— Скоро, наверное, запретят разговаривать, — негромко проворчал кто-то из пуффендуйцев, проходя мимо.
— Не подсказывай ей, — тут же ответил приятель.

Несколько человек тихо рассмеялись. Смех быстро стих, едва в конце коридора показалась Инспекционная дружина.

Драко Малфой шёл впереди, как всегда, с невозмутимым выражением лица. На груди поблёскивал серебряный значок. Крэбб и Гойл шагали следом. Пэнси что-то негромко сказала Блейзу, и тот лениво усмехнулся. Александра, стоявшая у окна с книгой по Защите от тёмных искусств, машинально подняла взгляд.

На одно короткое мгновение они встретились глазами. Драко едва заметно нахмурился. Будто хотел что-то сказать. Но рядом уже проходили ученики, и через секунду он снова стал таким же холодным и безразличным, каким его привык видеть весь Хогвартс. Александра первой отвела взгляд.

Следующим уроком были Заклинания. Флитвик, как всегда, встретил класс с неизменной доброжелательной улыбкой.

— Сегодня, — объявил он, хлопнув в ладоши, — мы продолжим работать над защитными чарами.

Ученики сразу оживились. Практические занятия всегда нравились им гораздо больше, чем длинные лекции.

— Мисс Браун... превосходно!
— Мистер Финниган, аккуратнее с движением кисти.
— Мисс де Ниль.

Александра подняла палочку.

— Попробуйте ещё раз.

Она глубоко вдохнула. Когда-то именно такие уроки заставляли её нервничать сильнее всего. Теперь было иначе. Палочка всё ещё казалась чужой. Но уже не сопротивлялась ей так, как в начале года.

— Протего.

Заклинание сорвалось неожиданно легко. Полупрозрачный серебристый щит мягко вспыхнул перед ней и почти сразу исчез.

Флитвик довольно хлопнул в ладоши.

— Великолепно, мисс де Ниль! Именно так!

Несколько учеников невольно обернулись.
Ещё полгода назад та самая девочка, которая не могла справиться с простейшими чарами, теперь уверенно выполняла защитное заклинание с первой попытки.

Александра едва заметно улыбнулась. Совсем немного. Если бы Драко сейчас это увидел...

Наверное, сказал бы что-нибудь вроде:

"Наконец-то палочка перестала тебя бояться."

От этой мысли уголки её губ дрогнули сами собой.

После урока Флитвик неожиданно окликнул её.

— Мисс де Ниль.

Она остановилась. Профессор подошёл ближе и, понизив голос, произнёс:

— Я хотел сказать... ваш прогресс действительно впечатляет.

Александра немного смутилась.

— Спасибо, профессор.
— Не благодарите.

Он добродушно улыбнулся.

— Иногда ученикам кажется, что талант важнее упорства. На самом деле всё наоборот.

Он поправил очки.

— Вы очень много работали. И это видно.

Александра молча кивнула. Почему-то именно эти слова оказались гораздо ценнее любой высокой оценки.

Однако хорошее настроение продлилось недолго. Стоило ей выйти в главный коридор, как привычный школьный шум снова сменился насторожённым шёпотом.

— Ещё один указ...
— Что теперь?

Возле стены уже собралась небольшая толпа. На свежем пергаменте красивым почерком значилось: Образовательный декрет №...

Александра не стала читать дальше. Она и без того знала, чем заканчивался почти каждый новый приказ. Ещё одним запретом. Ещё одним ограничением. Ещё одной причиной для школы говорить тише прежнего. Она уже собиралась уйти, когда её острый слух уловил знакомые голоса этажом выше.

— Нет, это слишком рискованно.
— Именно поэтому получится.
— Если Амбридж узнает...

Александра невольно подняла голову. Она не видела говоривших. Но почти сразу узнала их. Фред. И Джордж. Она едва заметно улыбнулась. Несмотря ни на что, близнецы Уизли, кажется, были единственными людьми в Хогвартсе, которых происходящее нисколько не пугало. И почему-то именно это сейчас вселяло надежду.

Дни в Хогвартсе стали удивительно похожи друг на друга. Новые образовательные декреты появлялись почти так же регулярно, как совы приносили утреннюю почту.

По вечерам ученики обсуждали их у каминов гостиных. По утрам — читали очередной список запретов на стенах. К середине недели уже никто не удивлялся. Удивляться стало слишком утомительно.

СОВ постепенно приближались. Даже самые беспечные ученики начали чаще появляться в библиотеке.

Гермиону Грейнджер теперь можно было встретить там почти в любое время суток. Невилл всё чаще носил с собой книги по Гербологии. Рон жаловался Гарри, что скоро окончательно перестанет понимать разницу между повторением и зубрёжкой.

Хогвартс готовился к экзаменам. Александра — тоже. Но её подготовка давно перестала ограничиваться домашними заданиями.

Каждый вечер, когда замок затихал, она уходила в старое крыло библиотеки. Туда, где стеллажи были такими высокими, что верхние полки скрывались в полумраке. Где пахло старым деревом, воском и пылью. И где почти никогда не появлялись ученики.

Она приносила с собой только палочку, свечу и несколько чистых листов пергамента.

Первое время всё заканчивалось одинаково. Свеча вспыхивала. Чернила сами собой подползали к перу. Листы переворачивались от едва заметного движения её пальцев. Но теперь Александра почти перестала пользоваться руками. Она долго сидела неподвижно.

Училась не двигаться вовсе. Не шептать заклинаний. Не думать о движении палочки. Лишь сосредотачиваться.

Иногда ничего не происходило. Иногда свеча вспыхивала сама собой. Иногда книга закрывалась. Однажды перо медленно поднялось над столом и зависло в воздухе.

На этот раз Александра даже не улыбнулась. Она только сделала ещё одну короткую пометку на полях:

"Получилось быстрее."

Однако больше всего её занимали не тренировки. А книги. Старинные, почти забытые тома, к которым, казалось, никто не прикасался долгие годы. История древних волшебных родов. Исследования природы магии. Записи, написанные ещё до принятия Международного статута секретности. Большинство из них не содержали ничего полезного.

Лишь однажды, возвращая на место особенно тяжёлый фолиант, Александра заметила между двумя книгами тонкую тёмно-зелёную папку без названия. Она почти рассыпалась от времени.

Стоило открыть её, как на первой странице проступила выцветшая надпись:

«О некоторых древних европейских магических родах.»

Она пролистала несколько страниц.

Род Розье.
Род Блэков.
Род Гонтов.

Ещё несколько незнакомых фамилий. Почти в самом конце её взгляд остановился.

Род де Ниль.

Сердце невольно забилось быстрее. Статья оказалась удивительно короткой. Всего несколько абзацев. Будто кто-то намеренно убрал большую часть текста.

«Представители рода де Ниль отличаются врождённой чувствительностью к первичной магии. Считается, что истинные способности семьи проявляются не при рождении, а лишь в период взросления. Характер этих проявлений заранее неизвестен и никогда полностью не повторяет способности предыдущих поколений...»

Дальше текст обрывался. Следующая страница отсутствовала. Аккуратно вырвана. Настолько давно, что края бумаги успели пожелтеть.

Александра ещё несколько секунд смотрела на пустой переплёт. Затем медленно закрыла папку. Вопросов стало только больше. Она убрала её обратно между книгами. Но, уходя, всё-таки оглянулась. Ей показалось... Или кто-то действительно наблюдал за ней из глубины тёмных стеллажей?

Коридор был пуст. Лишь пламя одинокой свечи дрогнуло, словно от невидимого сквозняка. А далеко в другом крыле замка раздался оглушительный хлопок, за которым последовал чей-то смех. Без сомнения, Фред и Джордж снова испытывали одно из своих новых изобретений. И пока Амбридж усиливала контроль над Хогвартсом, в его старых стенах продолжали рождаться маленькие искры непокорности — и совсем другие, гораздо более древние тайны, о существовании которых не подозревал почти никто.

Весна медленно вступала в свои права. Снег окончательно исчез с территории Хогвартса, уступив место молодой траве, а над Чёрным озером всё чаще кружили птицы.

До экзаменов оставалось совсем немного. Замок изменился. Теперь даже по вечерам библиотека оставалась почти полной. Ученики сидели за столами до самого отбоя, торопливо переписывая конспекты, споря над учебниками и пытаясь запомнить как можно больше заклинаний перед СОВ.

Даже шум в коридорах стал другим. Менее беззаботным. Более усталым.

Александра всё реже появлялась в гостиной. Если кто-то и спрашивал, где она пропадает, ответ почти всегда находился сам собой.

— Наверняка опять в библиотеке.
— Или на башне.
— Или у озера.

И почти всегда кто-нибудь оказывался прав.

В один из таких вечеров она как раз возвращалась из старого крыла библиотеки, когда знакомый голос негромко окликнул её.

— Псс...

Она остановилась. Из-за рыцарских доспехов выглянула рыжая макушка. Потом вторая.

— Уизли...

Александра не удержалась от улыбки.

— Вы вообще когда-нибудь появляетесь нормально?
— Нет, — серьёзно ответил Фред.
— Мы поддерживаем репутацию, — добавил Джордж.
— Есть минутка?

Она вопросительно посмотрела на них.

— Зависит от того, что вы задумали.

Близнецы переглянулись. Это само по себе было тревожным знаком.

— Нам нужно кое-что... одолжить.
— Очень временно.
— И совершенно случайно.
— Из кабинета профессора Стебль.

Александра вздохнула.

— Насколько "совершенно случайно"?
— Настолько, что профессор не должна нас увидеть.
— Вообще.

Она посмотрела сначала на одного, потом на другого.

— Вы невозможны.
— Зато честны.

Через несколько минут она уже стояла возле теплиц. Профессор Стебль как раз вышла проверить очередную грядку.

— Профессор!

Женщина обернулась.

— Мисс де Ниль?
— Простите... можно задать вопрос по мандрагорам?

Стебль сразу оживилась.

— Конечно!

Она настолько увлеклась объяснениями, что совершенно не заметила двух рыжих фигур, бесшумно проскользнувших в теплицу.

Через пять минут близнецы уже догнали Александру возле моста.

Фред торжественно поклонился.

— Мисс де Ниль...

Джордж повторил поклон.

— От имени всего научного сообщества...
— Благодарим за вклад в развитие современной магической инженерии.

Она тихо рассмеялась.

— Даже не хочу знать, зачем вам это.
— И правильно.
— Так спокойнее.

Подобное повторилось ещё несколько раз. Иногда нужно было отвлечь Флитвика. Иногда — мадам Пинс.

Однажды Александра почти десять минут обсуждала со Снейпом свойства сушёной полыни, пока где-то за её спиной близнецы стремительно исчезали из кладовой. Когда она наконец вышла из кабинета, Фред уже ждал её за углом.

— Никогда бы не подумал, что кто-то способен добровольно разговаривать со Снейпом дольше трёх минут.
— Пять минут назад я тоже так думала.

Однажды вечером они втроём сидели на берегу Чёрного озера. Вода была почти неподвижной. Замок отражался в ней так ясно, словно был нарисован на стекле. Долгое время никто не говорил.

Фред первым нарушил молчание.

— Знаешь...

Он поднял с земли небольшой камешек и бросил его в воду.

— Когда мы были маленькими, мама однажды неделю искала садового гнома.

Джордж усмехнулся.

— А оказалось, что это был наш эксперимент.
— Мы пытались научить его летать.
— Не получилось.
— Зато сарай потом пришлось чинить.

Александра тихо рассмеялась. Потом близнецы начали вспоминать школу. Первый курс. Пивза. Профессора Макгонагалл. Истории про братьев. Про Джинни. Про то, как Артур Уизли однажды пытался починить маггловский тостер и едва не лишился кухни. Александра слушала. Иногда смеялась. Но почти ничего не рассказывала о себе.

Фред заметил это первым. Он не спросил. Только переглянулся с братом. Джордж едва заметно кивнул. Они оба поняли одно и то же. Она внимательно слушала чужие истории. Но свои оставляла при себе. Не потому, что не хотела говорить. А потому... Что ещё не умела доверять. Никому.

Солнце медленно опускалось за Запретный лес. Разговор становился всё тише. После нескольких особенно тяжёлых недель усталость наконец взяла своё.

Александра сидела, прислонившись плечом к старому дереву. Она собиралась что-то ответить... Но слова так и не прозвучали. Голова медленно склонилась набок. И почти незаметно легла Фреду на плечо. Он удивлённо замер. Даже не пошевелился. Посмотрел на брата. Джордж тихо поднял бровь.

— Не двигайся.

Одними губами. Фред едва заметно фыркнул.

— Я и не собирался.

Несколько секунд оба просто смотрели на спящую Александру. Потом Джордж очень тихо сказал:

— Знаешь, что странно?
— Что?
— Кажется...

Он перевёл взгляд на спокойное лицо девушки.

— Она впервые за всё время действительно перестала чего-то бояться.

Фред ничего не ответил. Только осторожно посмотрел на озеро, где вечерний ветер уже начинал рябить воду.

— Значит... Пусть поспит.

Никто из них больше не произнёс ни слова. В этом и не было необходимости.

Над Чёрным озером медленно сгущались сумерки. Последние лучи солнца скользили по воде, превращая её в тёмное золото, а высокие башни Хогвартса уже отбрасывали длинные тени на ещё тёплую весеннюю траву.

Фред сидел неподвижно, боясь лишний раз пошевелиться. Джордж только покосился на брата и едва заметно усмехнулся.

— Если она проснётся с больной шеей, виноват будешь ты.

Фред тихо фыркнул.

— Спасибо за поддержку.
— Всегда пожалуйста.

Они снова замолчали. Где-то далеко над озером плеснул гигантский кальмар. Из Запретного леса донёсся крик какой-то ночной птицы. Замок за их спинами постепенно зажигал окна одно за другим. Казалось, сам Хогвартс на мгновение позволил себе забыть обо всём, что происходило в последние месяцы. Об Амбридж. О бесконечных образовательных декретах. О страхе, поселившемся в коридорах. О пустом директорском кабинете. Хотя бы на один вечер.

Весна подходила к концу. Вместе с ней заканчивался и учебный год. В библиотеке становилось всё теснее. По вечерам гостиные факультетов были заполнены учениками, повторявшими билеты к СОВ и ЖАБА.

А преподаватели всё чаще напоминали о предстоящих экзаменах. Хогвартс готовился к испытаниям. Но были и те, кто готовился совсем к другому.

В одном из пустующих кабинетов, надёжно скрытом от посторонних глаз, на столе постепенно росла странная коллекция. Длинные деревянные ящики. Коробки с яркими этикетками. Связки ракет. Стеклянные колбы с подозрительно переливающимся содержимым. И несколько предметов, назначение которых не смог бы объяснить никто, кроме их создателей.

— Думаешь, хватит? — негромко спросил Фред.

Джордж критически оглядел стол.

— Нет.
— Я тоже так думаю.

Он достал из кармана ещё один небольшой свёрток и положил рядом.

— Теперь, пожалуй, хватит.

Они переглянулись. И одновременно улыбнулись той самой улыбкой, которая неизменно появлялась у них перед очередной грандиозной затеей.

— Осталось только дождаться подходящего дня.
— Недолго.

Они погасили свет и тихо вышли из кабинета. За дверью снова воцарилась тишина. Лишь в темноте едва заметно поблёскивали разноцветные коробки, терпеливо ожидавшие своего часа. А Хогвартс, ещё ничего не подозревая, продолжал готовиться к экзаменам.