«Из никого»

Дверь со скрипом отворилась, впуская внутрь густой ночной воздух и запах солярки. На пороге возник мужик — огромный, с бородой, в засаленном бушлате и с монтировкой в руке. Он замер, увидев в полумраке троих подростков: один с пистолетом в руках, второй суетится вокруг девчонки, которая выглядит так, будто прошла через мясорубку.
— Вы чё тут... — начал было он, но Эммерих тут же приставил ствол к его груди.
— Тихо, батя, — голос Эммериха стал холодным, как лед. — Дверь закрой. И рот тоже. Мы тут надолго не задержимся, если ты не будешь выебываться.
Мужик мгновенно побледнел, монтировка глухо звякнула об пол. Он окинул взглядом окровавленную Леру, которая сидела на столе, сжимая в зубах иглу с ниткой, которую Ярик только что опалил зажигалкой. В глазах дальнобойщика мелькнул страх — не столько перед пистолетом, сколько перед этой безумной сценой.
— У меня... у меня аптечка есть, в машине... — прохрипел он, поднимая руки.
Лера сплюнула иглу, и та с тихим звоном упала на стол. Она сфокусировала взгляд на мужике.
— Аптечка — это хорошо, — процедила она. — Но сначала давай ты ответишь на один вопрос. Где ближайшая трасса на север, где нет ментов? И есть ли у тебя связь?
— Нет связи тут, мертвая зона, — мужик судорожно сглотнул. — А на север... если через лес по старой лесовозной, то выйдете на объездную. Там ГАИ редко бывает, в основном лесовозы ходят. Лера переглянулась с Яриком. Идея бросать «мерс» и пересаживаться на неповоротливую фуру была так себе — они станут слишком заметными. А «кабан» хоть и был слегка побитым, оставался их единственным быстрым козырем.
— Так, — Лера подалась вперед, чувствуя, как пульсирует рана. — Слушай сюда, батя. Мы тебя не тронем, если ты сделаешь одну вещь. Нам нужна твоя рация. Сейчас ты выходишь на связь и слушаешь, что говорят про патрули на объездной. Если услышим про нас — ты первый, кто получит пулю. А если всё чисто — мы уезжаем, и ты нас никогда не видел. Понял?
Мужик кивнул, тяжело дыша.
— Понял... всё сделаю.
— Ярик, следи за ним, — скомандовала Лера. — Эммерих, бери мою сумку, перетаскивай всё в «мерс». Мы остаемся на нем. Нужно только слить с этого «КамАЗа» немного солярки, чтобы не встать посередине леса.
Пока Эммерих возился с канистрами, Лера наконец позволила Ярику заняться своей рукой. Тот, сцепив зубы, принялся промывать рану и накладывать импровизированную повязку. В тесной кабине «КамАЗа» стоял тяжёлый запах перегара, пота и разогретого металла. Мужик-дальнобойщик сидел смирно, осторожно переключая каналы на рации.
Из динамика доносилось шипение, треск, а потом — гулкие голоса мужиков.
— ...пятый, ты как там, на посту у перекрестка всё спокойно?
— Да тихо тут, Петрович. Только что ориентировку передали на «мерс» вишневый, вроде как угнали у деда какого-то, но это так, баловство, не наш профиль. Мы тут фуры тормозим.
Лера вцепилась здоровой рукой в край сиденья. «Баловство», блять. Ну, конечно.
— Слышал? — шепнула она Ярику. — Они пока не просекли, что мы ментов уложили. Думают, просто угон. Это наш шанс.
— Надо валить, пока не связали концы, — кивнул Ярик, затягивая последний узел на повязке. — Как рука?
— Как будто её отрезали, — буркнула она, вставая. — Но жить буду. Эммерих! Всё?
Эммерих запрыгнул в кабину, бросая полные канистры на пол.
— Всё готово. Батя, спасибо за гостеприимство, — он подмигнул мужику. — Мы просто по-быстрому заправимся и в закат.
Мужик даже не пикнул, просто проводил их испуганным взглядом. Лера вышла на улицу, где рассвет уже вовсю заливал небо персиковым светом. Она подошла к вишневому «мерсу», который стоял в тени деревьев, подозрительно тихо урча мотором, как будто ждал только команды.
— Пацаны, — сказала она, садясь за руль. — Если мы пройдем через эту лесовозную трассу, считайте, что мы выиграли. Если застрянем — будем пробиваться с боем. Всем всё понятно?
— Давно уже, Лер, — ответил Эммерих, запрыгивая на заднее сиденье. — Давай газуй, пока дед не очухался и не побежал куда-нибудь в деревню звонить.
Лера вдавила педаль газа. «Мерс» рванул с места, выбрасывая из-под колес фонтан гравия. Впереди была лесная дорога — узкая, извилистая, заросшая по краям густым кустарником. Она знала: если они вырвутся на ту самую объездную, то смогут раствориться в потоке фур и дальнобойщиков. А там — север, граница области, и, возможно, шанс начать всё с чистого листа.
— Держись, — пробормотала она себе под нос, направляя машину вглубь леса.
Теперь она не просто бежала. Она охотилась за своей свободой. И если кто-то встанет у них на пути — что ж, сегодня у неё было достаточно злости, чтобы снести любого