Сестра Люпина

Поезд дёрнулся, потом ещё раз — и наконец замер с таким протяжным, усталым скрипом, будто выдохнул: «Ну всё, приехали». И тут же всё вокруг взорвалось: двери хлопали, кто-то визжал, кто-то орал: «Мам, я забыл жабу!», а Эйлин просто стояла и пыталась не уронить свою сумку, потому что в ней лежал не просто свёрток, а её талисман — метла «Старт», аккуратно замотанная в шарф.

— Эйлин! Эйлин, сюда! — раздался знакомый голос, и из толпы вынырнул Оливер, как ураган в мантии: волосы взъерошены, значок криво приколот, глаза горят так, будто он только что выиграл кубок по квиддичу. — Ты видела? Тут даже воздух другой! Серьёзно! Чувствуешь? Как будто искрит на языке!

Эйлин рассмеялась, потому что да, чувствовала. И это было круче любого учебника.

— Спокойнее, Оливер, — Перси протиснулся следом, прижимая к груди стопку книг так, будто они могли сбежать. — Тут полно людей, не надо сбивать всех с ног. Хотя… — он на секунду замер, втянул воздух, будто пробовал магию на вкус, и вдруг расплылся в улыбке, совсем не такой, как у «я-всё-запишу-в-тетрадь», а как у того, кто наконец-то попал туда, где всё настоящее. — Ладно, ты прав. Тут правда искрит.

— Я же говорил! — Оливер чуть не подпрыгнул. — Это магия в чистом виде! А вы видели платформу? А поезд? А эти фонари? Тут всё — вау!

— Вау, — эхом отозвалась Эйлин, оглядываясь. Вокруг мелькали мантии, сверкали значки, кто-то смеялся, кто-то шёпотом повторял заклинания, будто боялся, что магия исчезнет, если не сказать её вслух. — Я думала, будет страшнее. А тут… как будто все такие же, как мы. Тоже не знают, куда идти, и тоже боятся уронить чемодан.

— Ага, — кивнул Перси, чуть понизив голос. — Я видел, как один парень уронил клетку. Сова вылетела и села ему на голову. Все смеялись, а он даже не обиделся. Просто сказал: «Ну, зато теперь точно запомнят».

Оливер фыркнул:

— Вот бы мне так. «Парень, на которого села сова». Легендарный первокурсник.

Эйлин хихикнула:

— Ты и без совы легендарный. Ты же уже придумал тактику для команды, хотя даже в замок не вошёл.

— А что? — возмутился Оливер, но тут же расплылся в улыбке. — Надо быть готовым! Вдруг прямо сегодня объявят набор? Вдруг я сразу стану капитаном?

Перси закатил глаза, но в них плясали искорки:

— Ты станешь капитаном, когда научишься не спотыкаться о собственные ноги. А пока давай просто дойдём до лодок, ладно? Я читал, что в прошлом году один парень свалился в озеро, потому что пытался одновременно смотреть на замок и записывать координаты. Теперь у него прозвище «Мокрый навигатор».

— Не, я не хочу быть мокрым, — пробормотал Оливер. — Я хочу быть тем, кто первым увидит поле для квиддича.

Из темноты, как из фильма про великанов, вырос Хагрид — огромный, бородатый, в плаще, который выглядел так, будто его штопали десять раз, и каждый шов был историей.

— Первокурсники! Сюда, живее! — его голос гремел, но в нём было столько тепла, что даже самые напуганные первоклашки перестали дрожать. — Не стоим, не глазеем, хотя… глазейте, конечно, потом не будет времени! За мной, к озеру! И смотрите под ноги — тут камни злые!

— Камни злые? — шепнула Эйлин Перси.

— Наверное, метафора, — так же шёпотом ответил Перси. — Или нет. Тут всё может быть буквально.

Они пошли вниз по тропинке, и с каждым шагом становилось темнее, а небо — огромнее. А потом тропинка кончилась, и перед ними раскинулось Чёрное озеро — чёрное, как чернила, но в нём отражались тысячи звёзд, будто кто-то рассыпал их прямо по воде. А у берега покачивались маленькие деревянные лодки, и в каждой горел крошечный фонарь, отбрасывая дрожащие круги света.

— Вау… — выдохнула Эйлин. — Это… это как в сказке. Только настоящая.

— Лодки сами плывут! — Оливер уже тянул её за рукав. — Хагрид сказал, что они сами! Без вёсел! Это же магия в чистом виде! Давай в ту, с фонарём поярче!

Перси вздохнул, но улыбнулся:

— В одну лодку максимум четверо. И лучше не прыгать — она качается. Я читал, что в прошлом году один парень свалился и потом весь путь до замка хлюпал водой из ботинок.

— Ну вот, опять про мокрые ботинки, — проворчал Оливер, но всё равно шагнул в лодку осторожнее. — Ладно, ладно, я спокойный. Я собранный. Я…

— Ты Оливер, — закончила за него Эйлин, усаживаясь вперёд, чтобы видеть всё. — И это нормально.

Они устроились: Эйлин спереди, чтобы не пропустить ни одной искры в воде, Оливер рядом, болтая ногами (хотя воды не было видно, только чёрное зеркало), а Перси сзади, крепко держа книги на коленях, будто они были спасательным кругом.

Хагрид рявкнул: «Поехали!», и лодки мягко, без всплеска, тронулись с места.

— Чувствуете? — прошептала Эйлин, запрокидывая голову. — Как будто мы не плывём, а летим. Только медленно. И тихо.

— Ага, — кивнул Оливер, уже не такой шумный, будто даже он понял, что тут надо говорить тише. — Как будто озеро нас несёт. Само.

Перси молча смотрел вперёд, и в свете фонаря его лицо выглядело совсем юным, почти детским. Он достал блокнот, быстро чиркнул строчку, потом захлопнул и спрятал в карман.

— Что написал? — спросила Эйлин.

— «Чёрное озеро не шумит. Оно поёт», — пробормотал Перси, слегка покраснев. — Глупо, наверное.

— Не глупо, — твёрдо сказала Эйлин. — Это самое правильное, что тут можно написать.

— Я бы написал: «Лодка плывёт сама. Это официально лучшее, что я видел», — буркнул Оливер, но тут же замер. — Ой.

Лодки скользили всё дальше, и вдруг из-за поворота, прямо над ними, вырос Хогвартс.

Он не просто стоял на скале — он нависал, он дышал, он был живым. Башни тянулись к звёздам, окна светились тёплым жёлтым светом, и казалось, что замок улыбается им.

— Вот это да… — прошептал Оливер, и впервые за весь вечер у него не нашлось лишних слов.

— Это… — начала Эйлин, но слова застряли в горле, потому что не было таких слов, чтобы описать это чувство.

— Это дом, — тихо сказал Перси, и в его голосе не было ни капли занудства, только тихое, огромное «наконец-то».

Эйлин сидела, не шевелясь, боясь спугнуть этот момент. Она вспомнила старую метлу, которую спрятала в чемодан, — «Старт». И вдруг поняла: ей не нужно было ничего доказывать. Ни себе, ни кому-то ещё. Ей просто нужно было быть здесь. С этими двумя, которые сейчас смотрели на замок так, будто впереди их ждёт не учёба, а приключение.

— Завтра, — прошептала она, скорее себе, чем им, — завтра я полечу.

— И мы с тобой, — тут же отозвался Оливер, будто только и ждал этого обещания. — Ну, может, не сразу. Сначала разберёмся, где тут столовая. И библиотека. И поле. В таком порядке.

Перси фыркнул, но в его глазах плясали отражения огней замка:

— В порядке приоритетов: столовая, библиотека, поле. Согласна?

— Согласна, — улыбнулась Эйлин. — И пусть кто хочет — пусть смотрит. Мы будем есть, учиться и летать.

Лодка скользила вперёд, унося их всё ближе к огням, к тайнам, к началу их истории. И где-то там, в темноте, старая метла в чемодане будто тихо шептала: «Готовься. Скоро».