Тень твоего Кукловода

Дверь спальни закрылась, мгновенно отсекая Дженни от пугающего, леденящего голоса Тэхёна. Но даже здесь, в их личном пространстве, где пахло лавандовыми свечами, её любимым кремом и уютом, тишина казалась удушающей и тяжёлой. Дженни подошла к огромной кровати, но сесть не смогла. Нервное напряжение буквально вибрировало в воздухе, заставляя её сердце испуганно трепетать под шёлком вишнёвого платья.

Она слышала приглушённые звуки из гостиной: глухой удар, яростный шёпот, оглушительный звон разбитого хрусталя, а затем - воцарившуюся тишину и тяжёлые, медленные шаги. Каждая секунда ожидания казалась ей вечностью.

Когда ручка двери медленно повернулась, Дженни вздрогнула и замерла, неосознанно сжав пальцами ткань на бёдрах.

В спальню вошёл Тэхён. От его недавней безумной ярости, которую он только что выместил на Чонгуке, снаружи не осталось и следа. Лицо снова разгладилось, приобретая знакомые, обожаемые ею черты, а взгляд карих глаз, устремлённый на неё, мгновенно наполнился такой щемящей, болезненной нежностью, что у Дженни перехватило дыхание. Он выглядел уставшим, рубашка была слегка помята, но для неё он по-прежнему оставался самым родным и безопасным человеком на свете.

Тэхён молча закрыл дверь на замок, повернув ключ с сухим, окончательным щелчком, и сделал несколько шагов к ней.

- Тэ... - тихо позвала она, и её голос сорвался на беспомощный выдох. - Что происходит? О чём вы говорили с Чонгуком? Почему ты так кричал на него? И почему... почему Чонгук в машине сказал, что ты скрываешь от меня какую-то страшную правду?

Тэхён замер в шаге от неё. На его лице на мгновение отразилась едва заметная тень, но он тут же мягко улыбнулся и прижал указательный палец к её губам, прерывая лавину пугающих вопросов. Его ладонь была тёплой, а пальцы едва заметно подрагивали.

- Тссс, - нежно прошептал он, и его бархатный голос окутал её, как плотный кокон. - Пожалуйста, Дженни-я. Ни слова о Чонгуке. Ни слова о том, что произошло за пределами этой комнаты. Позволь мне просто побыть с тобой. Мне это необходимо.

Он властно, но в то же время невероятно трепетно обнял её за талию, притягивая к своему широкому плечу. Тэхён уткнулся лицом в изгиб её шеи, шумно и жадно вдыхая знакомый аромат её духов. Дженни почувствовала, как его сильные руки крепко, почти судорожно сжимают её тело, словно он безумно боялся, что она растает, исчезнет, если он ослабит хватку хотя бы на секунду. Этот жест был полон такой отчаянной, непривычной для него уязвимости, что все подозрения Дженни мгновенно отступили на второй план. Она обняла его в ответ, зарываясь пальцами в его мягкие волосы.

- Тэ, мне страшно, - Дженни отстранилась, заглядывая в его потемневшие глаза. Она ладонями обхватила его лицо, заставляя смотреть на себя. - Прокурор Джису... твоя сестра... она сказала, что журналиста Хосока убили. В упор. В порту. Чонгук уверяет, что кольцо вокруг тебя сжимается. Скажи мне, что это ложь. Скажи, что твой бизнес чист, и полиция ошиблась. Я ведь верю тебе. Только тебе.

Тэхён смотрел на неё, и внутри него всё переворачивалось от жгучей, болезненной смеси любви и страха. Он видел её абсолютное доверие, её чистые, полные тревоги глаза, и понимал: если она узнает, кто приказал спустить курок, этот взгляд погаснет навсегда.

- Дженни, послушай меня внимательно, - Тэхён перехватил её запястья, целуя по очереди каждую ладонь. Его взгляд стал пронзительным, гипнотизирующим. - Большой бизнес в Сеуле - это война. Грязная, жестокая война конкурентов. Хосок залез в чужие дела, перешёл дорогу опасным людям и поплатился за это. А Юнги и моя сестрёнка Джису просто ищут козла отпущения среди крупных корпораций. Они пытаются задеть меня через тебя, через твой модный дом. Чонгук просто напуган, он обычный наёмник и не понимает, как устроена политика чеболей. Ты веришь мне?

- Верю, - выдохнула Дженни, чувствуя, как с сердца падает огромный камень. - Но почему ты уволил Чонгука? Он ведь просто защищал меня в клубе...

- Потому что никто не имеет права сомневаться во мне перед тобой, - резко, с внезапно прорвавшейся собственнической ноткой отрезал Тэхён. Его пальцы сильнее сжались на её талии, притягивая ещё ближе, так, что Дженни почувствовала жар его тела сквозь шёлк платья. - Никто не имеет права вставать между нами, куколка. Ты - моя. Только моя. И я не потерплю рядом людей, которые пытаются посеять сомнения в твоей голове.

Его дыхание стало рваным, горячим. Он наклонился и накрыл её губы своими, прерывая любые попытки продолжить этот разговор.

Этот поцелуй мгновенно сжёг все остатки здравого смысла. В нём не было привычной нежной заботы - в нём бушевала голодная, дикая страсть, смешанная с бешеной ревностью, которую Тэхён так долго сдерживал в гостиной. Он целовал её глубоко, властно, сбивая её дыхание и заставляя Дженни тихо и беспомощно стонать ему в губы. Его язык уверенно пересчитывал её зубы, забирая весь воздух, а руки тем временем переместились на её спину.

Пальцы Тэхёна безошибочно нащупали скрытую молнию на её вишнёвом платье. С тихим, едва слышным шуршанием шёлк разошёлся до самой талии. Тэхён отстранился от её губ всего на долю секунды, его глаза полыхали первобытным, маньякальным желанием, когда он окинул взглядом её обнажённые плечи и ключицы.

- Тэ... - прошептала Дженни, её кожа покрылась мурашками от прохладного воздуха спальни и его обжигающего взгляда.

- Ты сводишь меня с ума, - хрипло, сорвавшимся голосом произнёс он.

Одним сильным движением он увлёк её за собой на кровать, укладывая на мягкие шёлковые простыни и нависая сверху. Его ладони скользнули под ткань платья, лаская её бёдра и талию с такой жадной страстью, словно он пытался заново переписать её тело под себя, стереть любые воспоминания о сегодняшнем дне, о Чонгуке, о полиции.

Тэхён приник губами к её шее, оставляя на нежной коже яркие, горящие поцелуи-метки. Дженни выгибалась навстречу его прикосновениям, впиваясь пальцами в его плечи и путаясь в волосах. Платье сбросили на пол, где оно легло бесформенным вишнёвым пятном. В темноте спальни их объятия превратились в безумный, чувственный танец на грани дозволенного. Тэхён брал её страстно, отчаянно, выплескивая всю свою скрытую боль и страх потери в каждое мимолётное прикосновение. Это была чистая, обжигающая магия, в которой Дженни полностью растворялась, готовая сгореть в этом пламени дотла.

Уже под утро, когда первые серые лучи сеульского солнца едва пробивались сквозь плотные шторы, Дженни мирно спала, уютно устроившись на его широкой груди. Её дыхание было спокойным и размеренным.

Тэхён не спал. Он лежал неподвижно, мерно поглаживая её обнажённое плечо и перебирая темные локоны. Он смотрел в потолок пустым, ледяным взглядом Кукловода. Страсть утихла, оставив после себя лишь холодный расчёт. Чонгук выгнан, Розэ под колпаком у Чимина, Лиса контролирует сеть. Кольцо сжималось, но пока эта женщина дышит ему в грудь и верит его лжи, Ким Тэхён сделает всё, чтобы её идеальная сказка продолжалась. Даже если ради этого ему придётся пустить пулю в лоб каждому, кто посмеет подойти к его золотой клетке.