Дочь дьявола

Гарри крепко переплёл свои пальцы с твоими, не позволяя тебе больше сделать ни шагу назад, и решительно повёл тебя прочь из библиотеки. Ты едва поспевала за его быстрыми, широкими шагами, всё ещё содрогаясь от остаточных вспышек боли в предплечье и глотая слёзы. Но внутри удушающая обида на отца впервые уступила место хрупкой, отчаянной надежде.

Вы стремительно миновали несколько пустых коридоров и поднялись по винтовой лестнице к массивной каменной горгулье, охранявшей вход в кабинет директора.

— Лимонный щербет! — громко и чётко выкрикнул Гарри пароль.

Горгулья тут же ожила, тяжело повернулась, открывая проход на движущуюся круговую лестницу. Поттер увлёк тебя за собой, и уже через минуту вы оказались перед тяжёлой дубовой дверью. Гарри даже не стал стучать — он с размаху толкнул её, влетая внутрь кабинета.

Профессор Дамблдор сидел за своим рабочим столом, окружённый множеством серебряных приборов и старинных книг. При вашем внезапном появлении он медленно поднял голову, и его пронзительные голубые глаза за стёклами очков-половинок внимательно окинули вашу пару. Он мгновенно заметил твоё заплаканное, бледное лицо, дрожащие плечи и то, как отчаянно ты цепляешься за руку гриффиндорца.

— Профессор, ей нужна помощь! Прямо сейчас! — с порога взволнованно закричал Гарри, подводя тебя ближе к столу. — Её отец... Волан-де-Морт призвал её и жестоко пытал. Он наложил проклятие на метку, заставив её шпионить за мной! Она только что во всём призналась, и заклятие чуть не убило её! Пожалуйста, защитите её, спрячьте!

Дамблдор молча поднялся из-за стола. На его лице не было удивления — только глубокая, бесконечная мудрость и серьёзность. Он мягким жестом указал тебе на мягкое кресло у камина.

— Присядь, дитя моё, — тихо и невероятно спокойно произнёс директор. Его голос подействовал как усыпляющее заклинание, заставляя твою панику немного утихнуть. — Гарри, налей ей тёплого чая. Ты совершила очень отважный поступок, Т/И. Переступить через страх перед Тёмным Лордом ради правды — на это способна далеко не каждая чистокровная волшебница.

Директор подошёл ближе, доставая свою волшебную палочку, и мягко коснулся её кончиком твоего левого предплечья. От палочки разлилось приятное, серебристое свечение, которое окутало Тёмную Метку, мгновенно полностью блокируя адскую боль и разрывая ментальный канал связи с твоим отцом. Ты впервые за вечер смогла глубоко и спокойно вздохнуть.

— Я установлю на тебя мощнейшие древние чары сокрытия, — глядя на тебя с тёплой отеческой улыбкой, произнёс Дамблдор. — В стенах Хогвартса твой отец больше не сможет причинить тебе боль через эту метку. И он никогда не узнает, что ты его предала. Отныне ты под моей личной защитой.

Ты откинулась на спинку кресла, чувствуя, как Гарри садится на подлокотник рядом и аккуратно обнимает тебя за плечи. Твой привычный гнев окончательно растаял, оставив лишь безграничную благодарность парню, который ради тебя был готов перевернуть весь мир.

— Это очень мудрое решение, профессор, — Гарри крепче сжал твое плечо, а его глаза решительно блеснули. — Если Володин... Тёмный Лорд думает, что сломал её и подчинил себе, мы можем использовать это против него.

Дамблдор медленно опустил палочку, и серебристое сияние вокруг твоего предплечья плавно угасло, оставив после себя лишь приятное, исцеляющее тепло. Директор понимающе и чуть лукаво улыбнулся, глядя на вас двоих через свои очки-половинки.

— Именно так, Гарри, — мягко согласился профессор, возвращаясь за свой рабочий стол. — Твой отец, Т/И, совершил свою главную и самую роковую ошибку — он недооценил силу человеческого сердца. Он уверен, что страх и пытки сделали тебя его покорной марионеткой. Что ж... пусть он продолжает так думать.

Директор сцепил пальцы в замок и внимательно посмотрел на тебя. В его мудром взгляде больше не было тревоги, только леденящий стратегический расчет величайшего волшебника.

— Мы начнем кормить его фальшивыми отчетами, — тихо продолжил Дамблдор, и от его голоса по твоей спине пробежали мурашки предвкушения. — Каждую неделю я буду лично составлять для тебя крупицы «важной» информации о перемещениях членов Ордена Феникса и планах Министерства. Вся эта ложь будет выглядеть настолько правдоподобно, что Тёмный Лорд ни на секунду не усомнится в твоей верности. Мои чары сокрытия на твоей руке будут пропускать к нему только те твои слова, которые мы сами позволим ему услышать. Метка больше не причинит тебе боли.

Твои губы тронула первая за этот долгий, кошмарный вечер дерзкая, ядовитая усмешка. Но теперь эта усмешка была наполнена не горькой обидой на весь мир, а предвкушением скорой, изящной мести. Отец думал, что сломал тебя, растоптал твою гордость и заставил предать любимого человека? Как бы не так. Ты — Реддл, в твоих венах течет его собственная, сильная и опасная кровь, и теперь ты обратишь это оружие против него самого.

— Я согласна, профессор, — твердо произнесла ты, впервые за долгое время чувствуя себя по-настоящему свободной. Твой голос больше не дрожал. — Я стану его лучшим шпионом. И когда придет время, я лично помогу Гарри уничтожить его.

Гарри улыбнулся, глядя на тебя с нескрываемым восторгом и гордостью. Он осторожно взял твою левую руку, аккуратно поправляя рукав мантии, чтобы скрыть уродливое клеймо, и тихо прошептал тебе на ухо:

— Ну всё, штормовое предупреждение... Похоже, Тёмному Лорду пора объявлять эвакуацию. Мы устроим ему веселую жизнь.

Ты тихо рассмеялась, утыкаясь носом в его плечо. Впереди вас ждала опасная, смертельная игра, двойная жизнь и постоянный риск, но теперь, сидя в уютном кабинете Дамблдора рука об руку с Гарри, ты точно знала: пока он рядом, никакой кошмар из прошлого больше не сможет тебя сломать.