Дочь дьявола

Вечер опустился на Хогвартс, укутывая подземелья Слизерина тяжелым, прохладным полумраком. Ты сидела на своей кровати, обняв колени, и все еще прокручивала в голове утренние слова Гарри и его поцелуй. На душе впервые за долгое время было спокойно, но это затишье оказалось обманчивым.

Внезапно левое предплечье пронзила такая дикая, обжигающая боль, что ты едва не вскрикнула. Ты судорожно схватилась за руку. Твоя Тёмная Метка налилась чернильной чернотой, а кожа вокруг нее покраснела и запульсировала. Череп и змея словно ожили, выжигая твое тело изнутри.

Внутри всё похолодело. Обида и страх холодной волной захлестнули разум — ты слишком хорошо знала, что это значит. Отец. Он призывал тебя к себе. Он узнал, что ты в Хогвартсе, или просто решил, что пришло время подчинить тебя своей воле. Игнорировать этот зов было бесполезно и смертельно опасно — метка не перестанет гореть, пока ты не явишься.

Слезы злости закипели в глазах. Твой привычный гнев вернулся, но теперь он был направлен на того, кто сломал твою жизнь еще до твоего рождения. Ты не собиралась покорно ползти к нему на коленях, но и бежать было некуда. Чтобы не привлекать внимания и не попасться на глаза бдительным преподавателям в коридорах, ты приняла решение действовать немедленно.

Ты подошла к старинному камину в углу своей спальни, где на каминной полке стояла неприметная резная шкатулка. Открыв её, ты зачерпнула горсть мерцающего зеленоватого летучего пороха. Твоя рука крупно дрожала, а предплечье продолжало гореть невыносимым огнем. Тебе нужно было переместиться прямо к нему, в его логово, пока метка окончательно не свела тебя с ума.

Ты шагнула в камин, сжав кулаки, готовая встретиться со своим главным кошмаром лицом к лицу.

Зеленое пламя с гулом выбросило тебя из камина. Обида и страх сковали тело, но ты привычно спрятала их за маской ледяного безразличия. Оглядевшись, ты поняла, что находишься в мрачной, полутемной зале Малфой-мэнора.

Ты сделала глубокий вдох и решительно шагнула вглубь комнаты, где в высоком кресле восседал твой отец — Лорд Волан-де-Морт. Но он был не один. Слева от него, бледный как смерть и заносчиво вздернувший подбородок, стоял Драко Малфой. На его лице играла торжествующая, мстительная ухмылка. Мерзавец всё-таки нашел способ отыграться за то, что ты разбила его метлу.

— Мой Лорд, она здесь, — подобострастно пролепетал Драко, косясь на тебя со злобной радостью. — Я рассказал вам всё. Она крутит шашни с Поттером! Она была с ним в душевой, а потом на поле они целовались у всех на глазах! Эта дрянь предала вас ради мальчишки!

Волан-де-Морт медленно повернул свою змеиную голову к Малфою. В его красных глазах вспыхнуло опасное раздражение.

— Выйди вон, Драко, — леденящим душу шепотом приказал Темный Лорд. — Оставь нас.

Блондин мгновенно растерял свою спесь. Он испуганно сглотнул, отвесил низкий поклон и поспешно выбежал из комнаты, громко захлопнув за собой тяжелые двери.

Ты осталась наедине с отцом. Воздух в зале стал удушающим, стихийная магия Лорда давила на плечи. Волан-де-Морт медленно поднялся со своего кресла. Его высокая, костлявая фигура в черной мантии приблизилась к тебе бесшумно, словно призрак.

Прежде чем ты успела среагировать, его бледная, похожая на паука рука мертвой хваткой вцепилась в твои волосы. Он с силой рванул твою голову назад, заставляя тебя согнуться от резкой боли и смотреть прямо в его жуткое, безносое лицо.

— Значит, моя собственная кровь обжимается по углам с Гарри Поттером? — процедил он, и от его шипящего голоса по твоей спине пробежал смертельный холод. — С мальчишкой, который должен сдохнуть от моей руки? Ты смеешь позорить мою фамилию и ползать перед моим злейшим врагом?!

Внутри тебя привычно вспыхнул гнев — твой единственный щит от удушающей обиды на то, что этот монстр считает тебя своей вещью. Ты стиснула зубы и, превозмогая боль в корнях волос, яростно выкрикнула:

— Это ложь! Ничего не было! Малфой всё придумал, потому что я унизила его на поле! Я ненавижу Поттера так же, как и все остальные!

— Не лги мне! — взревел Волан-де-Морт, швыряя тебя на холодный каменный пол.

Его лицо исказилось от ярости. Он не поверил ни одному твоему слову. Одним резким движением он вскинул свою тисовую палочку, направив её прямо в твою грудь, и его голос сорвался на змеиный шип:

— Круцио!

Невыносимая, адская боль мгновенно пронзила каждую клеточку твоего тела, будто тысячи раскаленных ножей одновременно вонзились в кожу. Ты рухнула на бок, судорожно выгибаясь на полу. Из твоего горла вырвался полный удушающей боли крик. Отец пытал тебя, выжигая остатки твоих сил, и сквозь пелену слез и страданий ты слышала его ледяной, безжалостный допрос:

— Говори правду! Что связывает тебя с Поттером?! О чем вы говорили?! Что он задумал?! Отвечай, или я живого места на тебе не оставлю!