Не твоя фанатка

Надин сидела перед экраном ноутбука, и тот отбрасывал холодный голубоватый свет на её уставшее лицо. В комнате было тихо - только изредка щёлкал старый радиатор да где-то внизу хлопала дверь. На часах - полночь. А в документе всё ещё пусто: только заголовок «Триумф на паркете: как Руди Брукс спас команду» и пара незаконченных фраз, которые она тут же стирала, потому что они казались ей фальшивыми.

‎Она пыталась сосредоточиться. Вспоминала свист мяча, гул трибун, тот самый момент, когда Руди прыгнул - и мир будто замер. Но стоило ей начать печатать, как в голове всплывало совсем другое: его взгляд после броска, тёплый и какой-то слишком внимательный. Или то, как он сказал: «Когда я глянул на трибуны и увидел тебя - мне стало спокойнее».

‎Надин закусила кончик ручки и вздохнула. А потом перед глазами вдруг всплыли другие картинки: девчонки из группы поддержки, которые висли на Руди после матча, смеялись, хлопали его по плечу, заглядывали в глаза. И он улыбался им - так же широко, как всегда. И Надин вдруг почувствовала странный укол где-то под рёбрами, будто кто-то осторожно ткнул туда пальцем и спросил: «А ты уверена, что ты для него просто подруга?»

‎«Перестань», - строго сказала она себе и снова уставилась на пустой экран. Но мысли кружились, как листья на ветру: то возвращались к его голосу, то к тому, как он взъерошил ей волосы, то к этим девчонкам, которые явно видели в нём не просто капитана команды.

‎Она закрыла лицо ладонями, потом снова открыла документ и попыталась написать хоть что-то. «Матч был напряжённым...» - набрала она. Потом стёрла. «Напряжение висело в воздухе...» - снова стёрла. Слова казались картонными, плоскими, неспособными передать то, что она чувствовала.

‎В какой-то момент её голова опустилась на скрещённые руки, экран ноутбука медленно погас, и Надин уснула прямо так - среди разбросанных листочков с заметками, рядом с забытым стаканом остывшего чая.

‎---

‎Утро ворвалось в сознание резко: звонок будильника, холодный воздух, ощущение, будто она только закрыла глаза, а уже пора бежать. Надин кое-как натянула толстовку, схватила рюкзак и помчалась в школу, надеясь успеть в редакцию до начала уроков.

‎Редакция школьной газеты располагалась в дальнем крыле здания - в тесной комнатке, заваленной стопками старых выпусков, коробками и рулонами бумаги. Когда Надин влетела в коридор, она едва не врезалась в Декса - татуированного брюнета, который стоял посреди прохода, прижимая к груди две большие картонные коробки.

‎Декс ухмыльнулся, чуть прищурившись:

‎- Ого, полегче, журналистка. Ты будто от зомби убегаешь.

‎Надин моргнула, пытаясь собраться с мыслями:

‎- Прости... я спешила. Что это у тебя?

‎- Миссия искупления, - он качнул коробками. - Директор велел отнести весь хлам на мусорку. Отрабатываю прогулы. Так что если тут где-то валяется что-то ненужное - подскажи, я с радостью заберу.

‎Надин огляделась. Повсюду стояли коробки с непонятными надписями, старые папки, какие-то рулоны. Она попыталась сосредоточиться, но голова всё ещё была тяжёлой от недосыпа.

‎- Ну... вот эта, кажется, с архивами за прошлый год. Её точно можно. А вот эту лучше не трогай - там макеты для следующего номера.

‎Декс хмыкнул, перекладывая коробки:

‎- Ты вообще спала сегодня? Вид у тебя такой, будто всю ночь писала сенсацию. Или... что-то другое?

‎Надин поморщилась, стараясь не выдать смущения:

‎- Просто статья не шла. Всё никак не могла подобрать слова.

‎- Бывает, - кивнул он, но в его взгляде читалось лёгкое любопытство. - Иногда слова вообще мешают. Лучше просто делать.

‎Она хотела что-то добавить, но вдруг замерла. В дальнем конце коридора, у поворота, стоял Руди. Он не двигался, не махал рукой, просто стоял и смотрел. И смотрел он прямо на неё - на то, как она разговаривает с Дексом, как потирает сонные глаза, как нервно теребит край толстовки. В его взгляде было что-то напряжённое, будто он пытался прочитать между строк, понять, о чём они говорят.

‎Надин на секунду встретилась с ним глазами. Руди чуть приподнял подбородок - словно хотел подойти, но потом будто передумал и просто кивнул, как будто говоря: «Всё в порядке». А потом развернулся и пошёл прочь, оставив её стоять в коридоре с колотящимся сердцем.

‎Декс проследил за её взглядом и присвистнул:

‎- А, понятно. Не статья тебя мучила, а кое-что поинтереснее.

‎- Ничего не понятно! - резко ответила Надин, чувствуя, как горят щёки. - Я просто устала.

‎Он поднял руки в примирительном жесте:

‎- Ладно-ладно, не кипятись. Я только коробки унесу. А ты иди, дописывай свою сенсацию.

‎Когда Декс ушёл, Надин ещё немного постояла, собираясь с мыслями. Потом глубоко вздохнула, вошла в редакцию и открыла ноутбук. На этот раз она не стала пытаться быть идеальной. Просто начала писать то, что чувствовала: о напряжении матча, о том, как замирало сердце, о взгляде Руди, который вдруг стал казаться ей чем-то большим, чем просто дружеским.

‎И на этот раз слова пошли.