Пока цветут розы память жива

Иногда, чтобы вернуться домой, недостаточно найти дорогу.

Нужно решиться узнать, что осталось от того, кем ты был

В Веридене ветер никогда не стихал. Он приходил с моря, солёный и холодный, бился о высокие стены дворца, трепал флаги на башнях и заставлял корабли в гавани скрипеть канатами. Здесь ветер знали лучше, чем любую карту. По его направлению моряки определяли погоду, а следопыты — близость берега. Говорили, что в Веридене человек мог потеряться где угодно, но никогда не терялся тот, кто умел слушать ветер.

Мужчина стоял у высокого окна королевского кабинета и смотрел на гавань. Внизу десятки кораблей покачивались на волнах. Между мачтами мелькали люди, а над крышами домов кружили белые морские птицы.

— Ты точно решил это сделать?

Мужчина не обернулся.

Король Веридена стоял за его спиной, опираясь ладонью на край стола. В его голосе не было приказа — только осторожность человека, который слишком хорошо понимал последствия предстоящего решения.

— Да.

— Эйрмонд тебе не рад.

— Я не рассчитываю на радушный приём.

Король нахмурился.

— Дело не только в этом. Тебя там считают погибшим.

На несколько секунд мужчина замолчал.

За окном ударил порыв ветра, заставив немного зажмуриться.

— Я знаю.

— Если кто-нибудь узнает тебя…

— Поэтому я и собираюсь туда под чужим именем.

Король медленно выдохнул, он знал, что, если этот человек решил что-то, то ничего с этим не поделать.

— Ты мог бы остаться здесь. У тебя есть место при дворе. Уважение. Люди, которые знают тебя таким, какой ты есть сейчас.

Мужчина наконец повернулся. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах промелькнуло что-то далёкое.

— Таким, какой я есть сейчас?

Король ничего не ответил.

— Иногда, Ваше Величество, — продолжил мужчина, — человек может прожить много лет под чужим именем и всё равно однажды понять, что прошлое никуда не делось.

Он подошёл к столу и взял лежавшие на нём перчатки.

— Я должен вернуться.

— Зачем?

Мужчина задержался у двери.

— Пора навестить место, где я когда-то жил.

Король посмотрел ему вслед.

— А если оно больше не похоже на дом?

Мужчина на мгновение замер.

— Тогда я просто посмотрю, что от него осталось.

Он вышел, дверь за ним закрылась, а король ещё долго смотрел на неё, будто надеялся, что мужчина передумает. Но тот уже знал: Эйрмонд ждал его.

***

Вечером Вериден казался совсем другим миром. С моря тянуло холодом и солью. Ветер гулял между узкими улицами, хлопал ставнями и обогащался криком чаек. Вдалеке, за чередой каменных зданий, слышался глухой рокот волн. Райнер стоял у окна своей комнаты и смотрел на гавань. Он прожил здесь почти половину своей жизни, когда-то Вериден был для него всего лишь местом назначения, а потом стал вторым домом. Не тем домом, который он оставил в двадцать лет, уходя из Эйрмонда с уверенностью, что вернётся через несколько лет, тогда он думал лишь об учёбе. Академия дипломатов высшего света должна была дать ему знания, которые однажды позволят наладить торговые пути между Эйрмондом и Вериденом, позже, закончив её он собирался вернуться домой с дипломом, привезти новые идеи, помочь отцу, стать частью будущего своего рода. Тогда он ещё не знал, что возвращаться будет некуда. Райнер положил ладонь на холодное стекло. Иногда ему казалось, что его настоящая жизнь закончилась в тот день, когда он покинул Эйрмонд, а всё, что произошло после, было лишь продолжением, которого он не выбирал. Он помнил тот вечер слишком хорошо. Посланник короля Веридена пришёл к нему поздно ночью. "Тебе нельзя возвращаться, за твою голову объявлена крупная сумма" Тогда Райнер решил, что речь идёт о политике, о напряжении между короной и Домом Даркхолл, о слухах, которые всё чаще доходили до Веридена, но король сказал другое. Его семью собирались уничтожить, а следом — и его самого. Единственным способом спасти Райнера было сделать так, чтобы весь Эйрмонд поверил в его смерть. В Эйрмонд доставили весть о том, что Райнер Даркхолл был убит контрабандистами на границе, при стычке в порту Веридена. Портить отношения и требовать доказательств король Генрих не стал, было принято решение признать наследника Элиаса мертвым.

Райнер закрыл глаза, иногда он думал, что самое страшное в этом было даже не то, что его родители умерли и не то, что Лирея осталась одна. Самым страшным было знать, что его маленькая сестра однажды проснётся в мире, где её брат тоже мёртв. Ей было всего десять, когда он уехал, он помнил её такой. Рыжие волосы, которые она никогда не хотела расчёсывать, разбитые коленки, вечно испачканные ладони и привычка бегать за ним по дому, требуя взять её с собой, куда бы он ни собирался. "Райнер, подожди."-Он усмехнулся, Лирея всегда просила не оставлять её одну дома, она была непоседливой и часто сбегала от учителей с ним на прогулку по городу. "Она была яркой звездой на небе семьи Даркхолл, какая она теперь?.." Райнер открыл глаза, за окном качались мачты кораблей, прошло столько лет. Он успел закончить академию. Научился вести переговоры, читать морские карты, разбираться в торговых путях и понимать людей, которые говорили о золоте так же страстно, как другие говорили о любви. Он получил новое имя, новую жизнь, новую страну. И всё же ни одна из этих вещей не смогла заменить ему Эйрмонд, потому что дом — это не стены. Дом — это люди, а его людей больше не было.

Райнер отошёл от окна и подошёл к столу, на нём лежала карта Аэрлиана. Тонкая линия дороги уходила от Веридена на восток, прямо к Эйрмонду. Он провёл пальцем по карте.

— Двадцать лет, — тихо произнёс он. И вдруг понял, насколько странно это звучит. Он покинул Эйрмонд в двадцать. Теперь ему было достаточно лет, чтобы не узнавать собственного юношу в воспоминаниях.

Райнер убрал руку с карты, он старался не думать об этом слишком часто. Ему говорили, что она выжила, говорили, что после казни родителей её судьба долго оставалась неизвестной, но никто не мог сказать ему, какой она стала. И главное — помнит ли она его. Он слишком долго убеждал себя, что лучше ничего не знать. Что боль, которую он испытывал день за днём только питается от мыслей о его маленькой сестренке, Лирея давно выросла и наверное могла обзавестись людьми, которые были для неё роднее старшего брата. Каждую ночь она снилась ему, точнее то, как он её представлял, красивая, статная аристократка с ярким огоньком в её серых глазах.

Теперь ему суждено было узнать, какой она стала на самом деле, узнать её не как Райнер Даркхолл, не как наследник дома, который официально умер вместе со своими родителями. А как человек, которого никто в Эйрмонде не должен был узнать. Он снова посмотрел на карту.

— Пора.

За дверью послышались шаги, на столе лежал билет на утренний корабль. Завтра он покинет эту страну с послами Веридена, цель визита : объединить две страны с помощью брака между принцессой Эйрмонда и принцем Веридена.

Райнер ещё раз проверил вещи, уложив в тайный отсек коробку с множеством бутыльков, наполненных красной жидкостью. Эту настойку для него достал король, она меняла цвет его серых глаз на темно-зеленый, чем хорошо скрывала главную особенность семьи. Волосы мужчины так же притерпели изменения, теперь они отросли настолько, что он завязывал низкий хвост, а цвет из темно-русого стал пшенично-золотым. Теперь его вряд ли бы узнала даже родная мать, что уж говорить о людях, которые видели его в последний раз десять лет назад.

***

К полудню во дворце Эйрмонда стало непривычно шумно. Из внутреннего двора доносился топот лошадей, скрип колёс и голоса стражников. На главной лестнице уже собирались слуги, встречая посольство Веридена, а над воротами развевались два знамени — серебряный герб Эйрмонда и синий флаг Западного Ветра. Лирея остановилась у высокого окна галереи.

— Кажется, прибыло посольство, — заметил Каэль, стоявший рядом.

— Из Веридена?

— Да. Их принц должен заключить помолвку с нашей принцессой. Судя по количеству людей, они решили привезти с собой половину королевства.

Лирея улыбнулась, ей нравилась суматоха, в которой сегодня проснулся дворец.

— А ты разве не должен знать, кто именно приехал?

— Я знаю.

Каэль лениво поправил воротник.

— Но иногда полезнее сделать вид, что не знаешь. Люди тогда рассказывают гораздо больше.

Лирея тихо рассмеялась, они направились вниз по галерее. В этот момент двери главного зала распахнулись из них вышли послы. Несколько человек в тёмно-синих дорожных плащах, украшенных серебряной вышивкой. За ними — советники, сопровождающие принца, и наконец мужчина, который замыкал их делегацию. Он был старше её. Высокий, спокойный, с лицом человека, привыкшего долго наблюдать прежде, чем сделать шаг. Светлые волосы были завязаны в хвост на затылке, а одежда отличалась от эйрмондской — строгий светлый камзол

, высокий воротник и небольшой серебряный знак Веридена-якорь на плече.

Райнер шёл последним и сразу увидел её. Он не был готов к этой встрече так быстро. Конечно, он знал, что она находится в Эйрмонде, знал, что Лира могла быть при дворе, но знать — одно, а увидеть её — совсем другое. Райнер остановился, всего на несколько секунд он замер в дверях, не веря своим глазам. Но этого хватило, чтобы весь путь от прошлого до настоящего оказался перед ним одновременно. Это точно была она, серые глаза, та же привычка слегка склонять голову, когда она пытается кого-то рассмотреть. Только теперь она была взрослой, перед ним стояла молодая девушка. Не та маленькая девочка, которую он оставил в десять лет, не та Лира, которая когда-то бежала за ним по саду. Его сестра выросла и выросла она без него. Райнер, наконец взял себя в руки и заставил сделать ещё один шаг. Лирея тем временем заметила его взгляд.

Она нахмурилась. Мужчина смотрел на неё так, будто перед ним стоял человек, которого он не видел много лет. Райнер отвёл глаза, слишком поздно, девушка уже заинтересовалась им. И почему-то внутри неё возникло странное чувство, словно она услышала давно забытое слово, но никак не могла вспомнить, где именно . Райнер подошёл ближе вместе с посольством.

— Ты его знаешь? — спросила она у Каэля.

— Нет.

— Он смотрит на меня.

Каэль чуть прищурился.

— Я заметил.

— Странно.

— Очень.

Лирея снова посмотрела на мужчину. Райнер в этот момент разговаривал с одним из вериденских советников, но почти не слышал его слов. Он продолжал рассматривать её украдкой, пытался запомнить каждую деталь, потому что тогда он оставил маленькую девочку, а сейчас видел перед собой точную копию матери, без тени того озорства, что запомнил перед отъездом.

— Господин посол?

Райнер моргнул, его внимание уже некоторое время пытался привлечь один из советников Эйрмонда.

— Да?

— Всё хорошо?

Он заставил себя улыбнуться.

— Конечно.

Посол продолжил говорить, а Райнер снова посмотрел на Лирею, она уже уходила вместе с мужчиной, ведя с ним непринужденную беседу. Она не узнала его, а возможно и не помнила совсем. Он будто не имел права вмешиваться в её жизнь, туда, где давно не было даже тени его присутствия. Каждый прожитый вдали от неё день, Райнер ненавидел себя. Он то и дело повторял, что вернувшись слишком рано только навредит ей, что лучше иметь живого брата, а не заключенного в кандалы. Что лучше не знать о нём совсем, чем снова пережить казнь родного человека.

Лира, спасибо, что ты жива. -Тихо произнес он, наблюдая, как девушка с парнем скрываются за поворотом.