Тётя

1980-й год. Международный аэропорт Кимпхо, Сеул, Южная Корея.  

Самолёт уже готовился к взлёту. Э-сун и Ашор спокойно сидели на своих местах, а Хэ-сук и Се-гё – напротив них. Се-гё с любопытством оглядывалась по сторонам:  

–제가 비행기를 타게 될 줄은 상상도 못 했어요! 정말 신나요(jega bihaeng-gileul tage doel jul-eun sangsangdo mos haess-eoyo! jeongmal sinnayo... – Никогда не думала, что полечу на самолёте! Так интересно)...  

Хэ-сук приобняла двоюродную тётю, будто чувствуя волнение Се-гё. И тут раздался голос пилота из колонок:  

–승객 여러분, 이스탄불행 TK714편에 탑승하신 것을 환영합니다. 안전벨트를 착용해 주십시오. 잠시 후 이륙합니다. 서울에서 이스탄불까지 비행시간은 11시간 45분입니다. 저희 항공사를 이용해 주셔서 감사합니다! Dear passengers, welcome aboard flight TK714 to Istanbul. Please fasten your seatbelts; our flight will begin in a few minutes. Flight time from Seoul to Istanbul is 11 hours and 45 minutes. Thank you for choosing our airline(seung-gaeg yeoleobun, iseutanbulhaeng TK714pyeon-e tabseunghasin geos-eul hwan-yeonghabnida. anjeonbelteuleul chag-yonghae jusibsio. jamsi hu ilyughabnida. seoul-eseo iseutanbulkkaji bihaengsigan-eun 11sigan 45bun-ibnida. jeohui hang-gongsaleul iyonghae jusyeoseo gamsahabnida! – Уважаемые пассажиры, добро пожаловать на борт рейса TK714, следующего в Стамбул. Пожалуйста, пристегните ремни безопасности, наш полёт начнётся через несколько минут. Время полёта из Сеула в Стамбул составляет 11 часов 45 минут. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании)!  

Так самолёт стал набирать скорость, поехал вперёд и взлетел...  

1980-й год. Турция, деревня Ташкиран.  

Э-сун зашла внутрь дома приёмных родителей, держась за руки с мужем. Она была одета в прекрасное праздничное, но не вычурное платье красного цвета, идеально подходящее для этого вечера, а также в лёгкую куртку и неброские туфли. Ашор был одет в стильный деловой тёмно-синий костюм и с идеальной причёской. За ними шли Се-гё и Шин Хэ-сук, дочь Э-сун и Ашора. Се-гё, облаченная в элегантный красный ханбок, также с лёгким макияжем и шпилькой в волосах, с улыбкой несла в руках красочный пакет, полный традиционных корейских подарков, приготовленных специально для приёмных родных любимой племянницы. Хэ-сук была одета в розовое платье, с ободком в волосах и бежевые туфли.  

–Evdeyiz(Мы дома)! – Радостно воскликнула Э-сун на турецком. В прихожую вышли постаревшие Мирач и Зейнеп, облачённые в добротные и праздничные одежды, Айше, одетая стильно, немного постаревший Исмаил с женой Элиф и 19-летним сыном Юсуфом, а ещё Ё-чжон со своим мужем Тан Яо, тоже выглядящая стильно и празднично, и с их детьми – 8-летним сыном и 6-летней дочерью.  

–Ae-sun, canım! Ne kadar güzelsin! Gel, hoş geldin(Э-сун, дорогая! Какая ты красавица! Проходи, добро пожаловать)! – С улыбкой обняла её Зейнеп и показала на вход.  

–Merhaba Ashor! Seni sağlıklı gördüğüme sevindim(Здравствуй, Ашор! Рад тебя видеть в полном здравии)! – Мирач крепко, по-мужски пожал руку Ашору и повернулся к Хэ-сук. – Bu da torunumuz olmalı, değil mi? Merhaba güneş(А это, должно быть, наша внучка? Привет, солнышко)!  

–Baba, görüyorsun ya... Hae-suk henüz Türkçeyi pek iyi konuşamıyor(Пап, понимаете... Хэ-сук пока ещё не очень хорошо говорит по-турецки), – пояснила Э-сун.  

–Anlıyorum(Вот как)... – Немного расстроился Мирач. – Her şey yolunda(Ну ничего, всё хорошо).  

Зейнеп подошла с улыбкой с Се-гё:  

–Sanırım sen Ae-sun Teyze'sin, Shin Se-gye(Я так понимаю, вы и есть тётя Э-сун, Шин Се-гё)?  

–그녀가 당신이 제 이모냐고 묻습니다(geunyeoga dangsin-i je imonyago mudseubnida – Она спрашивает, являешься ли ты моей тётей), – перевела Э-сун.  

–예라고 대답하세요(yelago daedabhaseyo – Скажи, что да), – попросила Се-гё.  

–Evet, bu teyzem Se-gyo. Türkçe bilmiyor ama sizinle tanıştığına çok sevindi! Gerekirse tercüme ederim(Да, это моя тётя Се-гё. Она не говорит по-турецки, но очень рада с вами познакомиться! Я буду переводить, если что), – перевела Э-сун слова тёти Зейнеп, перейдя на турецкий. – Ve teyzen de sana hediyeler getirmiş(А ещё тётя привезла вам подарки)!  

Се-гё протянула Мирачу корень женьшеня, на что тот благоговейно взял его в руки, рассматривая с интересом. Зейнеп была в восторге от корейских сладостей, а Айше сразу же примерила шёлковый шарф, восхищаясь его нежным прикосновением. Юсуф, несмотря на свои 19 лет, не смог сдержать улыбку, увидев лакричные конфеты.  

–Bu tatlıların adı ne(Как называются эти сладости)? – Спросила с интересом Зейнеп, указав на хотток. Э-сун, улыбнувшись, ответила:  

–Bunlara hotteok deniyor: Esmer şeker, tarçın ve fındıkla doldurulmuş tatlı krepler. Tavada kızarana kadar kızartılıyorlar. Teyzem bu krepleri kendisi yaptı(Это хотток: сладкие блины с начинкой из коричневого сахара, корицы и орехов. Они обжариваются на сковороде до золотистого цвета. Эти блины тётя сама готовила)!  

–Ginseng mi? Kore ginsengi kökünü elimde tutacağımı hiç düşünmezdim(Женьшень? Никогда не думал, что буду держать в руках корень женьшеня из Кореи)! – Восхитился Мирач.  

–선물을 좋아하셨어요(seonmul-eul joh-ahasyeoss-eoyo – Им понравились подарки), – пояснила на корейском тёте Э-сун.  

–기쁘네요(gippeuneyo – Я рада), – улыбнулась Се-гё.  

Вскоре все уселись за стол. Э-сун села рядом с тётей, мужем и дочерью.  

–E-sun, teyzeniz Bomgol'un yakınında oturuyordu, değil mi(Э-сун, твоя тётя жила недалеко от Бомголь, верно)? – Спросила Айше, с интересом смотря на Се-гё.  

–Evet, doğru. Meğer 1950'de Busan'a taşınmış ve adını Kim Mi-hee olarak değiştirmiş(Да, всё верно. Оказывается, в 1950-м году она переехала в Пусан и сменила имя на Ким Ми-хи), – ответила Э-сун.  

–İsmini neden değiştirdi(А почему она сменила имя)? – Поинтересовался Исмаил.  

–Siyasi durum nedeniyle belki(Из-за политической ситуации, возможно)... – Ответила Э-сун. – Dürüst olmak gerekirse, o zamanlar sadece yedi yaşındaydım. Teyzemin 1950'lerde Busan'a taşındığını ve orada kaldığını bilmiyordum(Если честно, мне на тот момент как раз было 7-мь лет. Просто я не знала, что тётя как в 1950-х переехала в Пусан, так там и осталась).  

–이순, 쟤네 얘네 뭐 하는 거야... 이름이 뭐야(isun, jyaene yaene mwo haneun geoya... ileum-i mwoya? – Э-сун, о чём говорят... как их)? – С любопытством спросила Се-гё племянницу.  

–이쪽은 이스마일이랑 아이쉬게야, 이모. 봄골에 사냐고 물어봤어. 내가 그렇다고 하고 부산으로 이사 온 거 얘기해 줬어(ijjog-eun iseumail-ilang aiswieya, imo. bomgol-e sanyago mul-eobwass-eo. naega geuleohdago hago busan-eulo isa on geo yaegihae jwoss-eo – Это Исмаил и Айше, тётя. Они поинтересовались, жила ли ты в Бомголь. Я ответила, что да, и рассказала о твоём переезде в Пусан).  

Се-гё кивнула, а потом показала на кёфте:  

–이-순, 이게 뭐야(i-sun, ige mwoya? – Э-сун, что это)?  

–이건 쾨프테예요. 소고기나 양고기에 향신료를 넣어 만든 미트볼인데, 다양하게 변형해서 먹을 수 있어요. 예를 들어 감자와 토마토 소스를 곁들인 이즈미르 쾨프테가 있죠. 터키 서부에 있는 도시 이즈미르에서 이름을 따왔어요(igeon koepeuteyeyo. sogogina yang-gogie hyangsinlyoleul neoh-eo mandeun miteubol-inde, dayanghage byeonhyeonghaeseo meog-eul su iss-eoyo. yeleul deul-eo gamjawa tomato soseuleul gyeotdeul-in ijeumileu koepeutega issjyo. teoki seobue issneun dosi ijeumileueseo ileum-eul ttawass-eoyo – Это Кёфте(Köfte). Такие фрикадельки, приготовленные из говядины или баранины с добавлением специй, могут быть представлены в разных вариантах: например, измирские кёфте с картофелем и томатным соусом. Названы в честь города Измир, что на западе Турции).  

–-Ae-sun, Se-gye ne soruyor(Э-сун, о чём говорит Се-гё)? – Спросила Зейнеп, интересуясь от корейской речи.  

–Köfte hakkında sordu. Ne olduğunu anlattım(Она просто поинтересовалась про кёфте. Я ей объяснила, что это такое), – ответила Э-сун. – Anne, nedense hemen soramadım: Hatice anneanne ve İbrahim dede nerede? Emine de Ali amca ve Nuran teyzeyle birlikte ortalıkta görünmüyor(Мам, я почему-то сразу не спросила: а где бабушка Хатидже и дедушка Ибрагим? И Эмине что-то не видно с дядей Али и тётей Нуран)?  

Мирач и Зейнеп, услышав это, немного помрачнели. Ё-чжон, Айше и Исмаил тоже опечалились.  

–Canım, görüyorsun ya... Anneannem ve büyükbabam artık hayatta değiller. Bir ay önce öldüler(Милая, понимаешь... Бабушки и дедушки уже нет в живых. Они умерли месяц назад), – пояснила Зейнеп.  

–Emine, Ali Amca ve Nuran Teyze de gelemedi. Acil işleri vardı(А Эмине вместе с дядей Али и тётей Нуран просто не смогла приехать. У неё какие-то неотложные дела возникли), – добавил Мирач.  

–İşte böyle... Mekanları cennet olsun(Вот как... Ну, да будет Рай им обителью), – кивнула немного грустно Э-сун и тут к ней обратилась Се-гё:  

–이순, 미라흐랑 제이넵은 무슨 얘기를 하는 거야(isun, milaheulang jeineb-eun museun yaegileul haneun geoya? – Э-сун, о чём говорят Мирач и Зейнеп)?  

– 이모, 누군가에 대해 물어봤어요. 제 양할머니인 하티스와 이브라힘, 그리고 아이세와 이스마일의 여동생인 에미네, 그리고 알리 삼촌과 누란 이모, 즉 에미네의 부모님도 함께 있었어요. 그런데 하티스와 이브라힘이 돌아가셔서 에미네와 부모님은 도저히 올 수 없었어요(imo, nugunga-e daehae mul-eobwass-eoyo. je yanghalmeoniin hatiseuwa ibeulahim, geuligo aisewa iseumail-ui yeodongsaeng-in emine, geuligo alli samchongwa nulan imo, jeug emine-ui bumonimdo hamkke iss-eoss-eoyo. geuleonde hatiseuwa ibeulahim-i dol-agasyeoseo eminewa bumonim-eun dojeohi ol su eobs-eoss-eoyo – Я спросила их про кое-кого, тётя. У меня ещё были приёмные бабушка Хатидже и Ибрагим, а ещё Эмине, сестра Айше и Исмаила, вместе с дядей Али и тётей Нуран, это её родители. Но Хатидже и Ибрагим умерли, а Эмине с родителями просто не смогла приехать), – перешла на корейский Э-сун.

–오... 슬픈 일이네요(o... seulpeun il-ineyo – Оу... Это печально), – кивнула Се-гё.  

Вскоре пришли и Габриэль с Шамой. Они были одеты как и подобает богачам: Шама в прекрасном синем платье и дорогих туфлях, а также в меховой шубе, а Габриэль – в кремовом пальто и шикарном деловом костюме. Они были приятно удивлены, что их внучка(Хэ-сук) названа корейским именем, но в целом были рады встретиться с Хэ-сук, а также они с интересом смотрели на Се-гё, общаясь с ней на турецком с помощью Э-сун, переводящей с корейского на турецкий и наоборот.  

–Yani teyzeniz Bomgol'un yakınında yaşıyordu, değil mi E-sun(Значит, твоя тётя жила недалеко от Бомголь, так, Э-сун)? – Поинтересовалась Шама, оценивающе, но без высокомерия смотря на Се-гё.  

–Evet. Daha önce de söylediğim gibi, o babamın kız kardeşi. Ailede babam en büyük çocuktu, teyzem ise tam tersi, en küçüktü(Да. Как я уже сказала, она – сестра моего отца. В их семье папа был старшим ребёнком, а тётя – наоборот, младшей), – ответила Э-сун.  

–Teyzenizin başka erkek veya kız kardeşi var mıydı(А ещё братья или сёстры были у твоей тёти)? – Снова спросила Шама.  

–Hayır. Babanız dışında başka erkek veya kız kardeşi yoktu(Нет. Кроме папы, у неё больше не было братьев или сестёр).  

–Se-gye'nin üzerindeki kıyafetler ne tür(А что это за одежда на Се-гё)? – Спросил Габриэль про ханбок Се-гё.  

–Bu bizim ulusal giysimiz olan hanbok. Bunu çoğunlukla bayramlarda giyeriz: örneğin, hasat bayramı Chuseok'ta, bir düğünde veya ilk çocuğun doğum gününde. Ayrıca Yeni Yıl ve diğer birçok özel günde de(Это ханбок, наша национальная одежда. Мы его одеваем в основном на праздники: например, на Чусок, праздник урожая, или на свадьбу, или на день рождения первенца. А ещё на Новый год и много других особых случаев), – пояснила Э-сун.  

–Ae-sun, teyzene söyle, çok güzel bir hanbok'u var. Al, bunu da al(Э-сун, передай своей тёте, что у неё очень красивый ханбок. И вот возьми ещё это), – и Шама протянула Э-сун несколько крепко упакованных тарелок, на которых были нарисованы буквы северо-восточного новоарамейского языка.  

–Bunlar Asur kültürümüzü yansıtan el boyaması tabaklar. Evet, genellikle bizim bayramımız olan Ha b Nisan'da, yani Asur Yeni Yılı'nda hediye edilirler, ama sen oğlumuzun eşi olduğun ve bizim için bir kız gibi olduğun için, teyzeniz de artık bizim öz teyzemizdir ve bu yüzden ona kültürümüzün sembollerini veriyoruz(Это тарелки ручной росписи с нашей, ассирийской культурой. Правда, их обычно вручают на наш праздник Ха б Нисан, Ассирийский Новый год, но поскольку ты – жена нашего сына и стала нам как дочь, то и твоя тётя нам теперь тоже родная, а потому мы дарим ей символы нашей культуры)! – Пояснил Габриэль.  

Э-сун поклонилась им и передала тёте подарок свёкров:  

–이모, 이거 받아. 아쇼르 부모님 가브리엘과 샤마가 주신 선물이야. 아시리아 상징이 새겨진 접시들이야. 그리고 이모 한복이 정말 예쁘다고 하더라(imo, igeo bad-a. asyoleu bumonim gabeulielgwa syamaga jusin seonmul-iya. asilia sangjing-i saegyeojin jeobsideul-iya. geuligo imo hanbog-i jeongmal yeppeudago hadeola! – Тётя, вот, возьми. Это подарок от родителей Ашора, Габриэля и Шамы – тарелки с ассирийской символикой. А ещё они сказали, что у тебя очень красивый ханбок)!  

–정말 아름다워요(jeongmal aleumdawoyo! – Какие красивые)! – Восхитилась Се-гё. – 정말 고맙습니다(jeongmal gomabseubnida – Спасибо им большое).  

Э-сун с улыбкой повернулась к Габриэлю и Шаме:  

–Sana diyor ki: "Teşekkür ederim. " Hediyeni beğenmiş(Она говорит вам: "Спасибо". Ей понравился ваш подарок).  

Немного позже Э-сун и Се-гё гуляли по вечернему Ташкирану. Э-сун показывала некоторые места и рассказывала что-то из своей жизни тёте:  

–…그리고 여기가 바로 여정이랑 제가 터키에 처음 왔을 때 공부를 시작했던 학교예요! 그때 정말 행복했던 기억이 나네요(geuligo yeogiga balo yeojeong-ilang jega teokie cheoeum wass-eul ttae gongbuleul sijaghaessdeon haggyoyeyo! geuttae jeongmal haengboghaessdeon gieog-i naneyo – А это та самая школа, в которой мы с Ё-чжон начали учиться, когда только-только попали в Турцию! Помню, были такие приятные времена)...  

Июнь, 1950-й год. Турция, деревня Ташкиран(воспоминание Э-сун).  

Э-сун и Ё-чжон уже были перед классом их новой школы. Школа представляла собой одноэтажное здание со светлыми стенами, с циновками на полу. На стенах висели карты и таблицы умножения на турецком языке.  

Учитель, которого звали Ögretmenim Ахмет, улыбнулся девочкам. Он говорил по-турецки, показывая на них и на класс. Ё-чжон достала свой словарь.  

–Çocuklar, aramıza yeni biri katıldı! Bugünden itibaren sınıfımıza yeni kızlar katılacak, Shin Ae-sun ve Cha Yeo-jeong. Umarım onlarla arkadaş olursun, ayrıca sınıfımızda zaten Koreli çocuklar var(Дети, у нас пополнение! С сегодняшнего дня в нашем классе будут учиться новенькие девочки, это Шин Э-сун и Чха Ё-чжон. Надеюсь, вы подружитесь с ними, к тому же, в нашем классе уже есть ребята из Кореи), – сказал учитель.  

–Ögretmenim은 우리가 여기서 공부할 것이라고 말합니다(Ögretmenim-eun uliga yeogiseo gongbuhal geos-ilago malhabnida – Учитель говорит, что мы будем учиться здесь), – прошептала Ё-чжон.  

Ахмет-Ögretmenim кивнул и жестом пригласил девочек войти. В классе сидели дети разного возраста, одетые в простую одежду. Некоторые из них смотрели на Э-сун и Ё-чжон с любопытством, другие – с насмешкой.  

И вдруг Ё-чжон и Э-сун услышали знакомое:  

–안녕하세요(annyeonghaseyo – Привет)!  

К ним вдруг подошла мило одетая девочка с чёрными волосами, тоже азиатской внешности, с ней рядом был мальчик её возраста.  

Ё-чжон обрадованно сказала:  

–안녕하세요! 당신도 한국 사람이세요(annyeonghaseyo! dangsindo hangug salam-iseyo – Привет! Вы тоже корейцы)?  

–예. 제 이름은 강영주이고, 이쪽은 제 동생 강현오입니다(ye. je ileum-eun gang-yeongju-igo, ijjog-eun je dongsaeng ganghyeon-oibnida – Да. Меня зовут Кан Ён-чжу, а это мой брат Кан Хён-о), – ответила девочка.  

Э-сун и Ё-чжон облегченно вздохнули. Они не были одни.  

Ахмет-Ögretmenim посмотрел на них с любопытством. Ё-чжон объяснила ему на ломаном турецком и жестами, что они встретили других корейских детей.  

Ахмет-Ögretmenim улыбнулся и кивнул. Он жестом пригласил Ён-чжу и Хён-о подойти к ним.  

Ён-чжу и Хён-о начали рассказывать Э-сун и Ё-чжон о школе, о деревне, о жизни в Турции. Они учили их простым турецким словам.  

–Merhaba – 안녕하세요. Tesekkur ederim – 감사합니다(Merhaba – annyeonghaseyo. Tesekkur ederim – gamsahabnida – Merhaba – это здравствуйте. Tesekkur ederim – это спасибо), – сказала Ён-чжу.  

Тем временем, другие дети в классе окружили их, пытаясь понять, что происходит. Один мальчик, которого, кажется, звали Эмир, ткнул Ё-чжон пальцем в плечо и спросил её о чём-то:  

–Merhaba! İkiniz de gerçekten Koreli misiniz?  

Ё-чжон, снова заглянув в словарик, сказала Э-сун:  

–그는 우리가 정말 한국에서 왔는지 묻습니다(geuneun uliga jeongmal hangug-eseo wassneunji mudseubnida – Он спрашивает, действительно ли мы из Кореи).  

–네 라고 말하다(ne lago malhada – Скажи, что да), – ответила Э-сун...