Моя жена не может быть такой милой!

Пригласить бабушку к ним!

Цзи Юнин отпустил кнопку голосового сообщения, которое собирался отправить, и с изумлением посмотрел на Шэнь Яньчжоу.

— Что такое? — спросил тот, прижимая его к себе крепче. — Не хочешь, чтобы бабушка приехала? — Хочу.

Цзи Юнин опустил взгляд на цепочку голосовых сообщений в телефоне — ну конечно, он хотел! Но... — Бабушка никогда не выезжала за пределы Линьцзяна, она уже в возрасте, да и от нашего дома... нужно делать столько пересадок.

Когда он сам в прошлом году уезжал с братом Хэцином, у него голова шла кругом от всех этих дорог.

— Именно поэтому я отправлю за ней людей, — Шэнь Яньчжоу перебирал его пальцы. — Я попрошу Чэнь Юя отправить двух надежных сотрудников прямо на машине. Не придется петлять, как на скоростных поездах или автобусах.

Сердце Цзи Юнина дрогнуло. — Тогда я сначала спрошу у бабушки. — Хорошо.

Пожилая женщина поначалу упиралась. Всю свою жизнь она едва выбиралась в уездный центр, в городе-то никогда не была, не говоря уже о чужих краях. — Что мне там делать-то? Главное, что у тебя всё хорошо, и ладно. — А я соскучился по бабушке.

Чистый голос, намеренно пониженный, с легкой хрипотцой — это звучало как чистое кокетство. Сердце старушки на том конце провода мгновенно растаяло. Она хлопнула себя по колену: — Хорошо-хорошо, приеду!

Шэнь Яньчжоу, держа на руках Сяо У, слышал всё до последнего слова. Он наклонился к кошачьему уху и пробормотал: — Твой брат со мной таким тоном никогда не разговаривал.

Горячее дыхание пощекотало уши кота, Сяо У дернул ими и издал «мяу». Звучало это то ли как недовольство, то ли как хвастовство — ведь каждый раз, когда нужно было насыпать корм, Цзи Юнин звал его именно таким голосом. Кот зевнул, потянулся, ловко прыгнул Цзи Юнину на руки, зарылся головой в его одежду и снова мяукнул — причем явно «слаще», чем в первый раз.

Шэнь Яньчжоу: «...» Дискриминация, значит? В следующий раз сам лоток чисти!

Он обиженно посмотрел на Цзи Юнина. Вопрос был решен, но тот всё еще что-то сосредоточенно искал в телефоне. Шэнь Яньчжоу не удержался: — Есть еще дела? — Раз бабушка едет, нужно заранее забронировать ей отель. Посмотрю, какие тут есть варианты.

Шэнь Яньчжоу был в недоумении: — Разве она не может остановиться у нас?

Цзи Юнин, прокручивающий список отелей, замер. Он взглянул на него, затем снова в телефон и равнодушно напомнил: — Шэнь-гэ сам говорил раньше: не приводи никого домой. — Когда это я... — Перед Новым годом, — Цзи Юнин зашел на страницу неплохого отеля, мельком глянул отзывы, закрыл и, чеканя каждое слово, ударил в самое больное: — Когда мы в кафе подписывали брачный договор.

Времени прошло не так уж много — всего два с небольшим месяца. Шэнь Яньчжоу тут же всё вспомнил: — Это я тогда... — Что «то»? — Цзи Юнин отложил телефон и пристально посмотрел на него. — Шэнь-гэ сам сказал: того, кто мне дороже всех, домой не приводить.

Хотя после того разговора в кафе брат Линь всё ему объяснил, Цзи Юнина разобрало озорство — хотелось еще немного подразнить его. — Я тогда молол чепуху, — поспешно оправдывался Шэнь Яньчжоу, притираясь к нему. — Столько времени прошло, а Ниннин всё еще припоминает? — Как же не припоминать? Вдруг ты не привык, что в доме живут другие люди? — Цзи Юнин всерьез беспокоился об этом. Даже домработницы у них не оставались на ночь, каждый день приезжая на машине. — «Другие люди» — это одно, а вы с бабушкой — совсем другое, не путай, — теперь Шэнь Яньчжоу заискивающе терся носом о его нос и чмокал в щеки. — К тому же, оставлять бабушку одну в отеле — я не буду спокоен. — Так ты теперь согласен, чтобы бабушка жила у нас? — Конечно! Я обеими руками за!

Чтобы доказать свою искренность, на следующий день Шэнь Яньчжоу вызвал домработницу, чтобы та вычистила гостевую спальню и закупила всё необходимое по вкусу старушки. Мало того, что он всё устроил, так еще и начал планировать, куда они поведут бабушку на прогулку. Цзи Юнин не удержался от комментария: — Вообще-то бабушка еще даже не выехала.

У них в огороде только рассада взошла, да еще куры, утки и котенок Сяо Цзюй — на то, чтобы всё подготовить, уйдет не меньше недели. — Подготовиться заранее — никогда не лишнее, чтобы потом не метаться в суматохе, — ответил Шэнь Яньчжоу. Он всё еще не доверял другим такое важное дело, поэтому приказал Чэнь Юю ехать лично.

Когда Чэнь Юй услышал это по телефону, он долго вздыхал: — Босс, у меня тут дел невпроворот. — Раз ты всё делаешь, зачем тогда целый секретариат сидит?

Чэнь Юй промолчал, про себя подумав: «Остальные — не совсем свои люди, надо быть начеку». Шэнь Яньчжоу применил козырь: — Прибавлю зарплату. — Без проблем!

«Так быстро согласился?» У Шэнь Яньчжоу возникло ощущение, что его ловко обвели вокруг пальца. Все эти «дела» и «занятость» были лишь предлогом. «А ведь он специально ждал этого момента».

Чэнь Юй не стал оправдываться и сменил тему: — Ехать до них несколько сотен километров, путь неблизкий. Старушка наверняка первым делом спросит, как там невестка, и хорошо ли босс обращается с невесткой. Если я ляпну что-то не то... — Дополнительная премия — три оклада. Нет, пять! — Спасибо, босс, — Чэнь Юй довольно приподнял бровь. — Всё-таки босс — самый щедрый.

Шэнь Яньчжоу стиснул зубы и понизил голос: — Поговори там обо мне побольше хорошего. — Будьте спокойны, распишу вас так, что вы станете лучшим человеком на свете — непревзойденным и единственным в своем роде. — Притормози, — подавился Шэнь Яньчжоу. — Слишком уж преувеличиваешь.

Закончив со срочными делами, Чэнь Юй тут же отправился в ту рыбацкую деревушку под уездом Чэньси. Почти целый день за рулем: выехал утром, а добрался до места только к восьми вечера, когда навигатор наконец вывел его на верный путь.

В это время года все крепкие мужчины из деревни уходили в море на лов, а молодежь разъезжалась на работу, так что машины здесь были редкостью. Тетушки, что ужинали у въезда в деревню и болтали о том о сём, тут же замолчали и вытянули шеи, когда новенькая красивая иномарка остановилась у дома семьи Цзи. — Это не Ниннин вернулся? — Говорят, его мать сейчас зажиточно живет. — Эй, смотри, человек вышел. Не похож на Ниннина...

Чэнь Юй, выходя из машины с подарками и поправляя одежду, улыбнулся женщинам. В ответ раздался дружный гомон. Самые любопытные, сунув руки в карманы фартуков, подошли ближе — и услышали, как приезжий почтительно обратился к хозяйке дома: «Бабушка Цзи».

Старушка, уже получившая звонок от внука, с улыбкой пригласила гостя во двор, стараясь вставлять в свой диалект слова на путунхуа: — Устал с дороги? Поел уже? — она жестами показала, как едят из чашки.

Чэнь Юй быстро понял суть: — Поел по дороге на остановке.

Бабушка начала спрашивать, что именно он ел. Узнав, что это была всего лишь лапша, она тут же собралась готовить ему что-то основательное. Чэнь Юй пытался остановить её, но безуспешно. Стоя в растерянности посреди двора и готовясь отправить отчет боссу, он вдруг увидел нечто оранжево-белое, что с трудом переваливалось с боку на бок. «Боже... какой огромный кот».

Он на ходу сделал фото и отправил боссу. Шэнь Яньчжоу долго разглядывал снимок, а потом перевел тяжелый взгляд на Сяо У, лежащего на диване. Он без слов ухватил кота за шкирку: — Ешь и спишь. Если так пойдет дальше, ты станешь следующим.

Сяо У: «???» Кот возмущенно мяукнул, что тут же привлекло Цзи Юнина. — Что такое? — Цзи Юнин, не успев досушить волосы, прибежал из ванной.

Шэнь Яньчжоу молча показал ему фото от Чэнь Юя. — Босс, поймал целого кабана, ха-ха-ха... Цзи Юнин: «...» Шэнь Яньчжоу добавил: — Могу себе представить, насколько жирный этот «Сяо Цзюй». Весит явно больше десяти килограммов.

Сяо У сейчас тоже шел к этому рекорду, и через пару лет точно догонит своего «братца» Сяо Цзюя. Разве нельзя было отчитать его, не хватая за шкирку? Цзи Юнин промолчал.

Следом Чэнь Юй прислал фотографии деревенских блюд: среди них была не только свинина, которую Цзи Юнин отправлял домой, но и целый таз риса, похожего на корм для свиней. — Босс, невестка дома тоже так ела?

Цзи Юнину очень хотелось сказать «почти», только без свинины. Чэнь Юй был в недоумении: — Почему же невестка не толстеет? — ведь глядя на стол, казалось, что порция тянет минимум на пару килограммов. — Я работаю физически, — не осознав, что случайно взял телефон Шэнь Яньчжоу, Цзи Юнин отправил голосовое сообщение.

Чэнь Юй ничего не ответил, лишь прислал смайлик с недоуменным лицом. Еще через двадцать минут пришло сообщение: «Я больше не могу...»

В это время Цзи Юнин сидел в объятиях Шэнь Яньчжоу, который вытирал ему волосы. Только когда он посмотрел в телефон, он понял, что пропустил несколько сигналов о помощи. По настойчивому приглашению бабушки Чэнь Юй съел две огромные миски еды и теперь просто лежал во дворе, пытаясь перевести дыхание.

Цзи Юнин наконец ответил: «Не можешь — не ешь, бабушка не заставляет». Чэнь Юй: «!»

Ночью ездить опасно, да и живот был полон, поэтому Чэнь Юй остался переночевать в деревне, чтобы на следующий день везти старушку в Бэйхай. В ту же ночь Шэнь Яньчжоу страдал от бессонницы. Он обнимал парня, который уже засыпал, и то и дело спрашивал: — Завтра вечером, когда бабушка приедет, с какой ноги мне лучше шагнуть? — С любой. — А руки? Как протянуть руку?

Цзи Юнин от раздражения натянул одеяло на голову. Шэнь Яньчжоу тут же стянул его обратно: — Бабушка любит, когда говорят много или мало? Мне называть её «бабушка» или...

Речь оборвалась. Цзи Юнин приподнялся и заткнул его болтливый рот своим поцелуем. Через две секунды Шэнь Яньчжоу перевернул его под себя и начал целовать снова и снова, жалобно шепча: — Я боюсь, что я не понравлюсь бабушке. — Глупости. Я рассказывал ей о тебе, показывал фотографии, она тебя уже любит.

Цзи Юнин, уже почти засыпая, вспомнил, как бабушка по телефону просила его заботиться о Шэнь-гэ. — Ниннин замолвил за меня словечко? — И говорить не надо, бабушка и так всё знает.

В ушах раздался тихий смех. — А если Ниннин не говорил, откуда бабушка знает?

Не дожидаясь ответа, он почувствовал на лице горячее дыхание. — Всё-таки жена — самая лучшая.

Шэнь Яньчжоу мучил его пол-ночи, выпрашивая поцелуи под разными предлогами, и, как и ожидалось, на следующее утро проспал. Вскочив в панике, он увидел сообщение от Чэнь Юя, отправленное в полседьмого утра: они выехали, ожидаемое время прибытия — около шести вечера.

Шэнь Яньчжоу бросился снова убирать гостевую комнату, готовить чай и закуски, а потом начал нервно ходить по комнате. В этот самый момент Сяо У решил устроить пакость. В миске было полно воды, но ему приспичило зачерпнуть лапой из чашки Шэнь Яньчжоу. — Сяо У!

Кот даже ухом не повел и на глазах у хозяина макнул лапу еще раз. — Кажется, у тебя кожа чешется.

Шэнь Яньчжоу, стиснув зубы, ловко ухватил его за шкирку: — Посмотрим, куда ты теперь убежишь... — Босс.

Вдруг в дверях послышался голос Чэнь Юя. Он поднял голову и увидел, что рядом с Чэнь Юем стоит пожилая женщина ростом ему по плечо. Чэнь Юй с облегчением выдохнул и представил: — Бабушка господина Цзи прибыла.

Хлоп!

Шэнь Яньчжоу немедленно отпустил кота и медленно убрал торжествующую улыбку. Заикаясь, он произнес: — Б-бабушка.