Моя жена не может быть такой милой!

Утреннее солнце едва поднималось над горами, и намерзший за ночь на листьях иней превращался в прозрачные капли росы, которые под собственной тяжестью безвольно скатывались к самым кончикам.

Рыжий кот с огненным пятнышком на лбу гордо восседал на плече юноши. Парень прятал половину лица в высоком воротнике свитера, его глаза при взгляде на пушистого спутника мягко щурились, а улыбка казалась невероятно теплой и умиротворяющей...

На этом моменте видео обрывалось.

Ролик длился всего около двадцати секунд, но к настоящему моменту на Weibo его посмотрели уже почти 200 000 человек.

Под хэштегом «Парень, кормящий котиков за храмом Бога Богатства» один за другим начали всплывать ролики, снятые другими очевидцами с разных ракурсов. Секция комментариев буквально трещала по швам.

— Ну я же говорил, что молитва Богу Богатства творит чудеса! — Шэнь Чжаое украдкой косился на старшего брата, а его собственный нос от гордости едва не упирался в потолок. — Мы только утром помолились, и не прошло еще суток, как поднялся такой шумиха!

Он кликнул по комментариям:

— То, что наш невестка красавец — неоспоримый факт. Но посмотри, здесь явно не обошлось без магии招财猫 (кота, призывающего богатство)!

Все, кто хоть раз бывал в храме Бога Богатства, прекрасно знали этого кота, вечно спящего на молитвенной подушке.

Этот гордый зверь обычно никому не позволял даже прикоснуться к себе, а тут сам вскарабкался на плечо Цзи Юнина ради лакомства. Такое чудо люди видели впервые, поэтому видео разлеталось по сети с бешеной скоростью.

«Невестка, должно быть, вне себя от радости, от счастья земли под ногами не чует!» — злорадно подумал Шэнь Чжаое.

Однако парень, который только что сидел на корточках у дивана, вдруг резко вскочил, перевернул все вверх дном на журнальном столике и в панике затеребил себя за ухо:

— Может ли двухмесячный котенок есть жидкие лакомства? Наверное, нет. Ему все еще нужно давать рыбный бульон, верно?

Когда он подобрал своего первого кота — Рыжика, тот был примерно такого же возраста. Тогда бабушка, принеся его домой, долго ворчала, что он не выживет и его надо выбросить, но сама в то же время пошла варить несоленый рыбный бульон. Она уварила его до белизны и ложечка за ложечкой выкармливала котенка.

Цзи Юнин тут же спросил:

— У нас есть рыбный бульон?

Сейчас котенок был для него важнее всего на свете.

Шэнь Чжаое временно отложил телефон с Weibo и принялся делиться знаниями:

— Котятам лучше не давать обычный рыбный бульон. В тот, что едим мы, добавляют соль, да и кости там могут остаться. Он такой маленький, еще поцарапает себе горлышко.

Бабушкин бульон всегда был без единой косточки, процеженный до идеальной чистоты.

— Не переживай, невестка, перед тем как забрать его из монастыря, его уже покормили, — Шэнь Чжаое развернулся и вытащил из багажника машины целую коробку сухого корма, наполнителя для лотка и всевозможных баночек с консервами — все было подготовлено идеально.

Он кормил кошек без малого десять лет, неужели у него могло не быть опыта?

— Ого, как всего много, — Цзи Юнин тут же полез за телефоном, собираясь перевести ему деньги.

Шэнь Чжаое замахал руками, наотрез отказываясь:

— Не надо, не надо! Брат отсыпал мне приличную сумму на расходы, я все списал с его карты.

Если вычесть пожертвование монастырю и расходы на кошачьи принадлежности, у него в кармане осталось еще около ста тысяч... Кхм, ну, об этом лучше умолчать.

Он снова постучал пальцем по экрану телефона, пытаясь вернуть разговор в прежнее русло:

— Невестка, ну неужели тебе совсем все равно? Ты ведь понимаешь, что стал знаменитым?

Цзи Юнин почти никогда не покидал родную рыбацкую деревню. Разве что во время учебы выбирался в уездный город, а после этого постоянно ходил на рыболовных судах по морю, поэтому немного отстал от жизни современного мира.

Он искренне не понимал:

— И что с того, что я знаменит? Какая от этого польза?

— Пользы вагон! Самое главное — ты теперь известная личность.

— И что дальше?

— А дальше... — Шэнь Чжаое на секунду завис, долго соображал и в итоге переадресовал вопрос безучастно сидевшему рядом Шэнь Яньчжоу: — Брат, ну скажи ты ему!

Три пары глаз поочередно уставились на Шэнь Яньчжоу. Тот невозмутимо поставил чашку с черным чаем на стол и спросил Цзи Юнина:

— Ты хочешь быть знаменитым?

Цзи Юнину потребовалось всего три секунды, чтобы выслушать и покачать головой:

— Нет.

— Ты не хочешь популярности?! — удивленно воскликнул Шэнь Чжаое. — Но почему? Это же слава, признание!

Другие люди землю носом роют ради такого шанса, а он отказывается.

Цзи Юнин взял маленького котенка на руки и, поглаживая его, негромко произнес:

— Я не слишком сообразительный. Бабушка всегда говорила, что главное в жизни — покой и стабильность.

Слава для других может и в радость, но для него — вряд ли.

— Но... — попытался было возразить Шэнь Чжаое.

Его тут же прервал Шэнь Яньчжоу:

— Твой невестка уже все сказал. Закрыли тему. Новости в интернете меняются со скоростью света, не пройдет и пары дней, как об этом все забудут.

— ...Ну ладно.

Раз уж брат так сказал, Шэнь Чжаое не стал упорствовать. Он переключился на котенка и принялся подробно объяснять Цзи Юнину, какой корм давать сейчас, какой — только после полугода, и как правильно пользоваться лотком.

— А где ты все это покупаешь?

Многие вещи Цзи Юнин видел впервые жизни, признав только жидкие лакомства и консервы, которыми подкармливал кошек утром.

При мысли об этом ему стало совестно перед своим Рыжиком — тот за всю жизнь толком ничего подобного не пробовал. Надо обязательно купить.

Все, что есть у этого малыша, должно быть и у Рыжика.

— Мой бывший однокурсник занимается оптовыми поставками товаров для животных, у него все это можно взять намного дешевле. Если тебе что-то понадобится в будущем — просто скажи мне, я все привезу, — великодушно вызвался Шэнь Чжаое.

Раз уж они теперь одна семья, накручивать цену он точно не станет.

— Тогда собери мне еще один такой же набор, — попросил Цзи Юнин, указывая на большую коробку и нежно поглаживая котенка. — Рыжик никогда ничего подобного не пробовал, я отправлю это ему.

Шэнь Чжаое без лишних слов согласился и принялся расспрашивать, привередлив ли Рыжик в еде и есть ли у него какие-то особые предпочтения...

Пока они все обсуждали, на улице начало темнеть.

Выпросив себе сытный ужин и набив живот до отвала, Чжаое довольный уехал домой.

Только тогда Шэнь Яньчжоу спросил:

— Ты рад?

Цзи Юнин изо всех сил закивал головой. Сидя на корточках у журнального столика, он указал на уплетающего за обе щеки котенка:

— Он ест даже больше, чем я.

— Хороший аппетит — это к здоровью. Считай, что это благословение, — отозвался Шэнь Яньчжоу.

Правда, в этот момент трудно было понять, кого именно из двоих он имел в виду.

Цзи Юнин сделал вид, что не понял намека. Вспомнив, что этот корм купил Шэнь Яньчжоу, он уселся обратно на диван и достал телефон:

— Давай я переведу тебе деньги. Спасибо за корм... и за кота.

— Оставь деньги себе, — Шэнь Яньчжоу пресек любые попытки заговорить о расходах. — Ты уже придумал ему имя?

Это был отличный вопрос.

Он напрочь застал Цзи Юнина врасплох.

Придумывать имена он совершенно не умел — большая часть школьных знаний давно выветрилась из головы, да и первого кота он назвал Рыжиком просто потому, что тот был рыжим.

— Может... ты сам выберешь имя?

Шэнь Яньчжоу был куда образованнее него, у него наверняка получится лучше.

— Хм... Сегодня у нас пятый день нового года. Давай назовем его Сяо У (Пятерка)?

Цзи Юнин удивленно захлопал ресницами.

Он ведь это сейчас несерьезно?

— Имя не обязательно должно быть вычурным или сложным, главное — чтобы легко запоминалось, — Шэнь Яньчжоу ласково, словно котенка, погладил его по голове. — Вот видишь, теперь ты точно не забудешь, в какой день Сяо У появился в нашем доме.

Цзи Юнин послушно кивнул:

— В пятый день нового года!

Шэнь Яньчжоу улыбнулся:

— Вот именно.

Оказавшись в незнакомом месте, Сяо У с любопытством обнюхивал каждый угол, но больше всего его манила спальня.

Шэнь Яньчжоу слышал, как котенок возится у самой кровати, и в его душе закралось смутное предчувствие.

Особенно когда человек, который обычно засыпал ровно в десять вечера, ближе к одиннадцати уже в который раз приподнимал край одеяла. Тревога Яньчжоу росла с каждой секундой.

— Ниннин, котенка нельзя брать на кровать.

Рука Цзи Юнина, который как раз собирался тайком протащить Сяо У под одеяло, замерла. Он виновато улыбнулся:

— Ты все еще не спишь? Я тебя разбудил?

— В комнате работает подогрев пола, к тому же Сяо У завернут в плед, он не замерзнет.

— Но он ведь еще такой крошечный...

Стоило ему высунуть руку из-под одеяла, как у Шэнь Яньчжоу словно сработал встроенный радар — он мгновенно перехватил его запястье, повернувшись набок.

Их дыхание смешалось, и Цзи Юнин, почувствовав неловкость, слегка отвернул лицо, тихо пробормотав:

— Не наваливайся на меня.

— Больше не отвлекайся на кота. Когда ты уснешь, он тоже угомонится.

— Хорошо, хорошо!

Цзи Юнин поспешно согласился, пытаясь поглубже зарыться в одеяло.

Заметив его копошение, Шэнь Яньчжоу просто сгреб его в охапку вместе с одеялом и тихо прошептал прямо на ухо:

— Спи давай. Если не уснешь... я буду спать, обняв тебя.

Цзи Юнин тут же крепко зажмурил глаза.

Сколько прошло времени — неизвестно, но, когда он наконец провалился в сон, ему приснился большой плюшевый мишка Бран, которого он забыл в гостевой спальне.

Этот медведь так крепко сжимал его в объятиях, будто пытался задушить.

«Дышать тяжело, отпусти», — пробормотал он во сне, и медведь действительно разжал лапы.

Но в следующий миг огромная фигура Брана преградила путь крошечному Сяо У, и сквозь сон послышалось ворчливое: «Я тут первый в очереди...»

Игрушечный мишка обижал Сяо У, отчего тот жалобно мяукал.

Во сне Цзи Юнин безумно сочувствовал котенку, поэтому утром, едва проснувшись, он со слезами на глазах насыпал в его миску огромную лишнюю ложку корма, а после пошел в гостевую спальню, обнял плюшевого Брана и легонько похлопал его по боку.

Они оба были его любимцами, драться им не следовало.

Вечером он перетащил Брана в главную спальню, усадил на одиночное кресло у панорамного окна и обратился к Шэнь Яньчжоу:

— Там на кресле уже сидит маленький мишка. Он такой крошечный, ему, наверное, очень одиноко.

Шэнь Яньчжоу долго молчал, переваривая услышанное:

— То есть ты принес большого медведя, чтобы составить компанию маленькому?

Цзи Юнин с надеждой спросил:

— Так можно?

— Конечно можно, — на редкость легко согласился Шэнь Яньчжоу, но тут же добавил: — Но раз уж они будут жить вместе, то и делить им придется...

Не дослушав его фразу, которую оборвало мяуканье котенка, Цзи Юнин радостно усадил маленького мишку в лапы к большому Брану и аккуратно похлопал их.

На следующий день.

Услышав об этой истории, Шэнь Чжаое отпил молочный чай и уважительно поднял большой палец вверх:

— Невестка, ну ты даешь. Ты умудряешься творить вещи, на которые никто из нас никогда бы не решился.

Цзи Юнин искренне не понимал:

— Да что я такого сделал?

Он ведь ровным счетом ничего не совершил.

Шэнь Чжаое огляделся по сторонам и, убедившись, что старшего брата нет поблизости, заговорщически прошептал ему на ухо:

— Открою тебе секрет: того маленького мишку моему брату купила покойная тетя. К нему не то что прикасаться — в его комнату вообще мало кому позволено заходить.

Цзи Юнин долго переваривал эту информацию, а когда до него дошло, испуганно замахал руками:

— Да я же ничего с ним не делал!

Просто усадил их вместе.

— Да ты не бойся, невестка. Сам ведь видишь — брат и слова не сказал, — Чжаое непроизвольно поднял голову и увидел спускающегося по лестнице Шэнь Яньчжоу.

— С кошачьим кормом закончили? — спросил Яньчжоу.

— Да, как раз прошу невестку написать адрес, чтобы отправить посылку, — припоминая еще кое-что, Шэнь Чжаое быстро преодолел несколько ступенек и тихо зашептал брату на ухо: — Невестка ведь позавчера знатно хайпанул в сети, так вот... его личность уже раскрыли.

Новость о свадьбе, прогремевшая на третий день нового года, и так была у всех на слуху. А теперь еще и это видео с котами у храма Бога Богатства — сложить два и два не составило труда, тем более что в тот день Шэнь Яньчжоу лично сопровождал супруга.

— В комментариях все пишут, какая вы милая пара, просто сахарный сироп, — Чжаое зачитал несколько самых приятных отзывов. — Невестке на этот раз точно не удастся остаться в тени.

Все-таки супруг бывшего вице-президента Shen Group и старшего молодого господина семьи Шэнь был обречен приковывать к себе взгляды общественности.

— В принципе, ничего плохого в этом нет.

— Это еще как посмотреть, — сухо оборвал его Шэнь Яньчжоу.

Он перевел взгляд вниз. Закончив писать адрес доставки, Цзи Юнин принялся перебирать коробки, попутно созваниваясь с бабушкой и увлеченно обсуждая с ней домашние дела.

Он не хотел славы, он просто хотел жить тихой и спокойной жизнью...

Шэнь Яньчжоу на секунду задумался, после чего повернулся и велел помощнику Чэнь Юю связаться с техническим отделом, чтобы те удалили все связанные ролики из сети и сбили волну хайпа.

— Зачем? — Шэнь Чжаое посчитал это излишней перестраховкой. — Люди ведь пишут только хорошее. К тому же, раз уж он вошел в нашу семью, ему рано или поздно придется столкнуться с повышенным вниманием со стороны.

— Одно дело — простое любопытство, и совсем другое — если кто-то захочет использовать это в своих корыстных целях, — возразил Шэнь Яньчжоу.

У любой медали есть две стороны, нельзя думать только о хорошем.

— Да что тут можно использовать против него?

Шэнь Чжаое был слишком неопытен в таких делах. Ровно до тех пор, пока, листая ленту дальше, он не наткнулся на пост, в котором пользователи уже успели разузнать и выставить на всеобщее обозрение школьный аттестат Цзи Юнина.