Моя жена не может быть такой милой!

На следующий день, ровно в пять часов утра.

Шэнь Чжаое, как и обещал, приехал на машине. Он сразу заметил, что его старший брат пребывает в на удивление хорошем расположении духа — тот даже сам спросил, успел ли Чжаое позавтракать!

Раньше о такой заботе нельзя было и мечтать.

— Брат, а ты чего так рано поднялся? — подойдя поближе, шепотом спросил Чжаое. — Ты же вроде никогда не верил во все эти храмовые штуки.

Шэнь Яньчжоу действительно не верил ни в богов, ни в будд.

В прошлом году, когда Чжаое звал его с собой, Яньчжоу даже головы не поднял от документов в кабинете, где работал допоздна. Он лишь презрительно фыркнул: «У меня каждая минута приносит миллионные доходы, зачем мне просить о чем-то богов?»

Ему молиться не нужно.

Это другие должны молиться на него.

Шэнь Чжаое тогда страшно возмутился и, упрямо вскинув голову, принялся спорить: «Это совсем другое! Если помолиться, удача будет сопутствовать весь год».

Но брат, подняв на него уставшие, покрасневшие от недосыпа глаза, лишь усмехнулся: «Посмотри на Се Юньцэ. Он послушно ходит молиться каждый год, и каков результат?»

Ладно, проехали.

Если продолжать эту тему, то братец Се сейчас зарылся бы лицом в одеяло и горько разрыдался.

Шэнь Чжаое тогда предпочел замолчать.

С тех пор как он понял истинное отношение брата к божествам, он больше никогда не докучал ему подобными расспросами.

Вот и вчера он звал исключительно Цзи Юнина.

— Твоей невестке пришлось нелегко — он переехал к нам совсем один, — веско и аргументированно произнес Шэнь Яньчжоу. — К тому же сейчас я все равно ничем не занят, так почему бы не составить ему компанию и не поддержать.

Оказывается, все это делалось только ради невестки!

Шэнь Чжаое был невероятно растроган, но все же счел нужным предупредить:

— Вообще-то, храм Бога Богатства находится на самой середине горы.

Дорога от старого особняка семьи Шэнь до горы Лунху заняла около сорока минут.

Когда они приехали, было уже около шести утра. По местным меркам они припозднились: у подножия горы яблоку негде было упасть от плотно припаркованных машин.

Куда ни глянь, по горной тропе медленно тянулась сплошная вереница людей.

— Брат, может, ты лучше подождешь нас в машине и отдохнешь? — перед тем как выйти, снова предложил Шэнь Чжаое.

Сам-то он ладно — прожил на горе Лунху немало лет и давно привык к таким нагрузкам.

Да и Цзи Юнин привык к тяжелому физическому труду, так что подняться на гору для него пустяк.

Но вот брат... Хоть он и занимался спортом в свободное от работы время, после аварии прошло всего несколько месяцев, и его организм еще не восстановился до конца.

— Раз уж приехали, глупо отступать на полпути, — Шэнь Яньчжоу вышел из машины первым и устремил взгляд сквозь темные очки на возвышающуюся впереди гору.

Рядом Шэнь Чжаое, закидывая на плечо рюкзак, продолжал зудеть:

— Да я серьезно, не пугаю тебя. До храма Бога Богатства подниматься больше пятисот метров...

— Ниннин, — помедлив всего пару секунд, решительно скомандовал Шэнь Яньчжоу. — Идем.

Бесполезно, его совершенно невозможно переубедить.

Если уж старший брат что-то задумал, то обязательно пойдет до конца.

Шэнь Чжаое ничего не оставалось, кроме как последовать за ними.

К его удивлению, выносливость Шэнь Яньчжоу оказалась куда лучше, чем можно было ожидать: за всю дорогу он останавливался перевести дух буквально пару раз.

Примерно через полтора часа перед ними наконец показались очертания храма Бога Богатства.

Внутри все было затянуто ароматным дымом благовоний. Шэнь Чжаое велел им подождать в сторонке, а сам пошел внести пожертвование на храмовое масло и взять несколько связок благовонных палочек.

Вернувшись, он застал милую картину: Цзи Юнин достал из рюкзака термос с рисунком кошачьих лапок. Открутив крышку, он налил туда воду, немного подул на нее и протянул Шэнь Яньчжоу:

— Я добавил мед, она сладкая.

Шэнь Яньчжоу, опираясь на трость для слепых, стоял рядом с ним. Он даже не потянулся за крышкой, а лишь негромко пожаловался:

— Я так устал.

— Тогда выпьешь попозже.

Цзи Юнин не уловил скрытого намека и, решив, что тот просто не хочет пить прямо сейчас, спокойно отхлебнул сам.

Не успел он сделать и пары глотков, как Шэнь Яньчжоу вкрадчиво поинтересовался:

— Ниннин, может, ты меня напоишь?

— Кхм-кхм-кхм!..

Цзи Юнин поперхнулся водой, его круглые глаза удивленно округлились.

Шэнь Яньчжоу слегка облизнул сухие, потрескавшиеся губы и тут же поспешил сдать назад:

— Ладно, забудь, я немного передохну. Просто руки-ноги сейчас дрожат и стоять тяжело. Посижу полчаса, и все пройдет.

«Полчаса? Да он же от жажды умрет за это время!» — подумал Юнин.

Он тут же торопливо налил в крышку воды до краев и поднес к его губам:

— Давай я помогу.

Его тонкое белое запястье оказалось совсем близко к лицу Яньчжоу.

Вода с медом действительно была очень сладкой.

Наблюдая за этой сценой, Шэнь Чжаое на какое-то время просто лишился дара речи. Оцепенение прервал раздавшийся из-за спины тихий смешок и хлопки в ладоши.

— Сильно. Этот ход действительно силен, — к ним приблизился мужчина, укутанный по самые глаза в шарф, кепку и защитную маску. Голос его показался очень знакомым, будто они где-то уже пересекались.

Шэнь Яньчжоу повернул голову на звук, но почти сразу безучастно отвернулся.

Поняв, что на него не обращают внимания, мужчина негромко рассмеялся и стянул маску:

— Это же я! Неужели из-за маски не узнал?

Цзи Юнин сразу вспомнил этого человека — именно он заступился за них и помог уладить неловкую ситуацию на том самом банкете, где они впервые встретились с Шэнь Яньчжоу.

— Братец Се! — наконец признал его Шэнь Чжаое. — А ты как здесь...

Но не успел он договорить, как тут же вспомнил: Се-гэ ведь каждый год исправно ходит молиться.

Опасаясь, что его узнает кто-то еще из толпы, Се Юньцэ поспешно натянул маску обратно и указал в сторону главного зала:

— Если хотите помолиться, идите быстрее, пока народу не набилось.

Шэнь Чжаое без лишних слов всучил Цзи Юнину связку палочек.

— Мой брат молиться не пойдет, так что двигаем вдвоем.

...

Когда они ушли, Се Юньцэ неторопливо обошел Шэнь Яньчжоу и встал позади него, повернувшись спиной:

— Ты ведь не веришь в богов. Зачем притащился?

— В горы подняться, физическую форму подтянуть.

Се Юньцэ скептически приподнял бровь:

— Прошагать больше пятисот метров вверх и не бояться, что люди что-то заподозрят?

— Мне как раз и нужно, чтобы они занервничали, — Шэнь Яньчжоу держал в руках крышку от термоса и неторопливо попивал воду, слегка подувая на нее. — Если они не заподозрят неладное, то как я заставлю лису показать свой хвост?

— О как? Значит, и сцена только что тоже была частью спектакля? — Се Юньцэ прочистил горло и принялся кривляться, передразнивая его голос: — «Ой, у меня руки дрожат и ноги подкашиваются... Вот если бы ты меня напоил, было бы так здорово. Но если не хочешь, ничего страшного, пускай я просто умру тут от жажды».

— Се Юньцэ!

— Ну чего ты меня зовешь?

— Слышал, твой отец расщедрился и организовал тебе еще одного младшего братишку.

Се Юньцэ мгновенно посерьезнел:

— ...

Шэнь Яньчжоу безжалостно добавил:

— Вместо того чтобы зубоскалить в мой адрес, лучше бы пораньше убрал этого выскочку с дороги.

— Скоро, все будет. Но это не мешает мне подшучивать над тобой, — Се Юньцэ перевел взгляд на главный зал храма и спросил: — А если серьезно, ты же вроде говорил, что заманиваешь врага в ловушку?

— Именно. Разве ты не видишь, что он уже потихоньку заглатывает наживку?

Се Юньцэ лишь хмыкнул на это.

Шэнь Яньчжоу с абсолютной уверенностью подытожил:

— Я просто усыпляю его бдительность.

— Старина Шэнь, — не выдержал Се Юньцэ. — Даже если небо рухнет, твое упрямство и этот язык устоят. Посмотрю я, когда ты сам признаешь свое поражение.

Вскоре из храма вышли Шэнь Чжаое и Цзи Юнин. В руках у каждого было по нескольку упаковок жидких кошачьих лакомств.

— Брат Шэнь, в храме Бога Богатства живет кошка! — радостно подбежал к нему Цзи Юнин. — Настоящий рыжий котяра, устроился прямо на подушке для молитв!

— Я тоже его видел, когда заходил, — вставил слово Се Юньцэ. — Но поговаривают, что этот кот довольно дикий и чужакам в руки не дается.

— А?

Цзи Юнин озадаченно моргнул.

Се Юньцэ удивился:

— Что? Неужели тебе удалось его погладить?

— Да если бы только погладить! — вмешался Шэнь Чжаое. — Пока мы молились, он смирно лежал, но стоило нам закончить, как он проснулся! Вы не поверите: когда невестка делал земной поклон, кот сам подошел к его лицу и размурчался как трактор.

— Вот это действительно странно, — Се Юньцэ задумчиво потер подбородок. — Я хожу сюда молиться уже десять лет, и за все это время слышал только об одном случае, когда этот рыжий сам пошел к человеку. Тот парень потом сказочно разбогател и сейчас ворочает крупным бизнесом.

— Я тоже про это слышал! — Шэнь Чжаое тут же придвинулся ближе к Цзи Юнину, пытаясь «заразиться» удачей. — Невестка, да ты скоро станешь богачом! Пойдем скорее, покормим котиков.

Помимо того храмового кота, на заднем склоне горы обитало множество бездомных животных, которых приютили при монастыре.

До того как спуститься с горы, Шэнь Чжаое частенько приходил сюда подкармливать их.

Он расстегнул свой рюкзак, доверху набитый кошачьими лакомствами и консервами. Стоило ему пару раз постучать ногтем по жестяной банке, как на звук один за другим начали сбегаться пушистые обитатели.

Цзи Юнин с удовольствием перехватил инициативу: он надорвал упаковку жидкого лакомства и принялся аккуратно выдавливать его снизу вверх, давая кошкам слизывать угощение.

— Им так нравится!

Цзи Юнин невольно вспомнил своего домашнего рыжика — тот привык есть сушеную рыбу и плавники. Интересно, понравилось бы ему такое лакомство?

— Кошки в еде не особо привередливы, особенно если это мясо, — Шэнь Яньчжоу тоже взял одну упаковку, надорвал ее и принялся кормить крутившегося рядом кота. Словно прочитав мысли супруга, он добавил: — Позже отправим немного твоему коту на пробу.

— Хорошо! — с улыбкой согласился Цзи Юнин.

Пока они были заняты делом, на дорожке показался крупный рыже-белый силуэт, стремительно приближающийся к их компании.

Шэнь Чжаое первым узнал этого зверя — упитанный рыжий кот с белыми отметинами и характерным огненным пятнышком на лбу... Тот самый, из храма Бога Богатства!

Парень радостно раскрыл объятия навстречу пушистому гостю.

Но рыжий проказник, запрыгнув на его плечо, тут же оттолкнулся лапами и перемахнул дальше, мягко приземлившись прямо на плечо Цзи Юнина.

Мягкие лучи восьмичасового утреннего солнца осветили задний склон горы.

Рыжий кот довольно замурчал и, опустив голову, принялся аккуратно слизывать лакомство прямо из рук Юнина.

Цзи Юнин осторожно, боясь спугнуть животное, протянул один палец и легонько коснулся его пушистой макушки. Он шепотом, но сдерживая восторг, обратился к Шэнь Яньчжоу:

— Брат Шэнь, посмотри, он ест прямо у меня из рук!

Занятый едой кот вел себя на редкость дружелюбно. Даже когда Шэнь Яньчжоу протянул руку, чтобы погладить его, тот лишь лениво покосился на него и продолжил трапезу.

Шэнь Чжаое тоже протиснулся поближе, восторженно запричитав:

— Ну привет, Бог Богатства! Помнишь меня? Я же постоянно прихожу тебя кормить, а ты меня в прошлый раз вообще оцарапал.

Разве кошки помнят такое?

Кошки думают только о еде.

Насытившись, а также заметив, что вокруг начинает собираться все больше любопытных туристов, рыжий кот важно зашагал обратно к храму, чтобы свернуться на своей любимой подушке и продолжить прерванный сон.

После этого они провели на заднем склоне еще около часа, подкармливая остальных животных.

Когда пришло время спускаться, Шэнь Яньчжоу, видя, как Цзи Юнин ласкает то одного, то другого кота, явно не желая уходить, достал из кармана банковскую карту и протянул ее младшему брату.

— О, спасибо, брат...

— Это не тебе.

Радость Шэнь Чжаое улетучилась быстрее, чем за три секунды.

Он убрал руку и обиженно пробурчал:

— А зачем тогда протягиваешь?

— Пожертвуй монастырю. И заодно... спроси у них, нет ли у них маленьких котят, которые недавно родились.

Шэнь Чжаое удивился:

— Брат, ты хочешь завести кота?

Вот уж странно. Он ведь отродясь не жаловал домашних животных.

— Да это наверняка для твоей невестки, — сразу раскусил его Се Юньцэ, не упустив возможности подколоть друга: — Надо же, какая продуманная ловушка.

Умеет ведь подбирать подарки под интересы.

Шэнь Яньчжоу сквозь темные очки одарил его холодным взглядом:

— Скажи спасибо моему супругу, благодаря которому тебе вообще удалось прикоснуться к этой денежной кошке. Так что сиди и радуйся молча.

Се Юньцэ не нашелся что ответить и лишь со смешком отошел в сторону.

Шэнь Яньчжоу обернулся к брату и особо подчеркнул:

— Нужен именно рыжий котенок.

— Без проблем, — охотно согласился Шэнь Чжаое.

Уже во второй половине дня он тайно пробрался в дом, неся в руках завернутый маленький плед.

— Невестка, посмотри-ка, что у меня есть!

Он приоткрыл плед, из которого показалась крошечная рыжая мордочка. Котенок забавно зашевелил ушками, с любопытством оглядывая незнакомую обстановку.

Цзи Юнин, который в этот момент как раз выбирал лакомства в интернет-магазине, мгновенно вскочил с места. Он торопливо подошел ближе, во все глаза разглядывая пушистый комочек, и наконец совершенно серьезно спросил:

— Ты его украл?

— Какое еще «украл»? — рассмеялся Шэнь Чжаое. — Это мой брат попросил у настоятеля монастыря.

Цзи Юнин резко повернул голову в сторону дивана, где сидел Шэнь Яньчжоу.

— Ты ведь постоянно вспоминаешь своего домашнего рыжика, — непринужденно отставив чашку с чаем, произнес Яньчжоу. — Когда потеплеет, мы заберем его сюда. Я подумал, что тебе нравятся рыжие коты, поэтому попросил Сяо Е привезти котенка. Вдвоем им потом будет веселее.

— Ему от силы месяца два, — Шэнь Чжаое бережно передал сверток.

Цзи Юнин, боясь сделать неосторожное движение, аккуратно принял котенка и сразу же усадил его на диван, словно тот был сделан из тончайшего фарфора.

— Ах да, чуть не забыл, — Шэнь Чжаое достал телефон и вывел экран вперед: — Невестка, да ты у нас теперь звезда! Кто-то заснял, как ты кормишь кошек на горе, и выложил видео в сеть. Оно сейчас бьет все рекорды по просмотрам!