Дочка тренера

Его губы коснулись моих. Мягко, неуверенно. Как будто он боялся сломать меня. Я чувствовала его дыхание, его пальцы дрожали на моей щеке.

Целовал он аккуратно. Слишком аккуратно. Я терпела секунды три, потом обхватила его затылок и притянула к себе. Он дернулся, но не отстранился. Я впустила его язык в свой рот, и он выдохнул мне в губы.

"Блэр..."

"Молчи".

Я надавила на его плечи, отстраняясь, перекинула ногу через центральную консоль и оказалась на его коленях. Колени уткнулись в сиденье по бокам его бедер. Я села сверху.

Он смотрел на меня снизу вверх. Глаза расширены, скулы напряжены.

"Ты..."

"Что?"

Он молчал. Дышать, казалось, перестал.

Я наклонилась и поцеловала его снова. Теперь я вела. Он отвечал, но руки висели по бокам, как будто боялись меня тронуть.

Я сама взяла его ладони и положила себе на бедра. Он дернулся, сжал пальцы на моих джинсах.

Я качнула бедрами, чувствуя его под собой. Что-то твердое и упругое упиралось мне в промежность через ткань джинсов. Я потерлась сильнее. Он застонал.

Тихо, почти беззвучно. Скорее выдохнул этот звук мне в губы.

Его руки переместились ниже. Ладони легли на мои ягодицы, сжали. Я чувствовала, как дрожат его пальцы.

Он целовал меня жадно, потеряв контроль. Хотя нет. Контроль я взяла на себя. Он просто подчинялся.

Его руки гладили меня, сжимали, перебирали ткань джинсов. Дышать стало тяжело. В салоне было жарко, стекла запотели.

Я прижалась к нему плотнее. Чувствовала, как он твердый подо мной, как его дыхание сбивается, как он пытается не застонать громче.

Он отстранился.

"Мне надо домой", - сказал он. Голос низкий, срывается.

"Зачем?"

Он смотрел на меня. В глазах темнота и паника. Не злость. Испуг.

"Я не могу... Блэр, мне надо..."

Я смотрела на него. На его лицо. На открытый рот. На сведенную челюсть. С кадык дергался, когда он сглатывал.

Я взяла его за подбородок, заставила смотреть.

"Никуда ты не поедешь".

И поцеловала его в шею. Мягко, легко. Губами провела по горячей коже. Чувствовала, как стучит его пульс под моими губами.

Он выдохнул громко. Схватился за мои волосы.

"Блэр..."

Я целовала его шею. Дышала на кожу. Царапала зубами ключицы, виднеющиеся из-под воротника футболки.

Он издал звук. Глухой, рваный. Хрип.

Его руки скользнули под мою кофту, легли на спину. Горячие ладони обжигали кожу. Пальцы впились в лопатки, притянули меня ближе.

Я чувствовала его. Чувствовала, как его дыхание участилось, как он сжимает мою спину, как его голова откидывается назад.

"Ты с ума сошла", - прошептал он.

"Возможно".

Я потерлась о него бедрами. Услышала, как он втянул воздух сквозь зубы. Его руки на моих бедрах сжались до боли.

Он не хотел останавливаться. Но и продолжать боялся.

"Блэр..."

"Что?"

Он открыл глаза. Смотрел на меня. Взгляд мутный, темный.

"Я не могу так..."

"Как?"

"С тобой. Ты..."

Он замолчал. Дышал тяжело.

Я смотрела на него. На его лицо, на напряжение на скулах, на то, как он пытается взять себя в руки и не может.

Я наклонилась, поцеловала его в губы. Коротко. Легко.

"Ты боишься?" - спросила я.

"Боюсь, - ответил он честно. - Боюсь, что не смогу остановиться".

"А кто просит останавливаться?"

Он посмотрел на меня.

"Блэр, ты серьезно?"

"Абсолютно".

Он замер. Смотрел на меня. Читал в моих глазах что-то.

Потом руки на моих бедрах сжались сильнее. Он резко притянул меня к себе, и я оказалась прижатой к нему всей грудью.

"Ты дура", - выдохнул он мне в шею. - "Сумасшедшая дура".

"Твоя".

Он застонал. Снова. Громче.

Я целовала его лицо. Щеки, скулы, уголки губ. Дышала на кожу. Он гладил мою спину под кофтой, пальцами водил по позвоночнику.

"Я хочу тебя", - сказала я. Спокойно, ровно.

Он застыл.

"Ты... что?"

"Ты слышал".

Он смотрел на меня. Долго.

Потом схватил за талию, пересадил на пассажирское сиденье. Быстро, резко. Сам наклонился через консоль, навис надо мной.