Мой ангел пахнет лилиями

**Ян**

Я видел, как она застыла на секунду - будто переваривала мои слова, проверяла их на вкус, на искренность. Это заставило меня улыбнуться чуть шире, потому что её замешательство было чертовски милым.

- А как же твоя сестра? - наконец спросила она, слегка склонив голову набок, и я заметил, как её пальцы слегка сжали край тетрадки.

- Мы её день рождения будем праздновать только вечером, - ответил я, подаваясь чуть ближе к прилавку и опираясь на него ладонями. - Так что я полностью твой до того момента. Честно-честно, - я поднял правую руку, словно давал клятву, - никуда не денусь.

Она бросила на меня подозрительный взгляд - но в глазах уже плескалась смешинка, а уголки губ предательски подрагивали, пряча улыбку. Она медленно, но решительно закрыла учебник и тетрадь, даже не пряча их в рюкзак.

- Ну ладно... - протянула она с таким видом, будто делает мне огромное одолжение, а потом поднялась из-за прилавка и повернулась в сторону подсобки. - Тёть Олесь! - крикнула она, чуть повысив голос, но всё ещё мягко. - Можно я на часика два уйду?

Из подсобки донеслось приглушённое, но доброе:

- Можно, только будь осторожна!

- Хорошо! - отозвалась она и, повернувшись ко мне, подошла вплотную, взяла меня под локоть своей маленькой ладошкой, и уверенно, даже как-то по-хозяйски, повела к выходу.

Я едва успел за ней. Шаг - и я уже иду, чувствуя, как её пальцы сжимают мою руку, как она практически тянет меня к двери, не оглядываясь. Колокольчики звякнули, когда мы вышли, и я тихо рассмеялся, глядя на неё сбоку.

- Ты всегда такая стремительная? - спросил я, когда мы оказались на улице, и солнце ударило в глаза. - Или это только со мной?

Она замедлила шаг, повернула голову и посмотрела на меня с лёгкой, чуть лукавой улыбкой.

- Только когда кто-то заслуживает внимания, - сказала она так, что у меня дыхание сбилось. - Ну, и когда я хочу убежать от химии. Поэтому веди меня куда-то, или я решу, что ты обманул насчёт лучшего кофе в Питере.

- Обмануть тебя я точно не смогу, - выдохнул я, чувствуя, как её тепло передаётся через локоть. - Только не после того, как ты дала мне свой Telegram. Это уже совсем другой уровень ответственности.

Она рассмеялась, и смех её прозвучал так светло, что я снова забыл, как дышать. И в этот момент я понял - я готов лететь за ней хоть на край света, лишь бы ещё раз услышать этот смех.

Я перехватил её руку, когда мы уже выходили на улицу, и аккуратно переплёл наши пальцы. Это ощущение - тепло её ладони в моей, - было, блять, самым лучшим чувством после её поцелуя в щёку. Даже лучше. Потому что это было добровольно. И она не отдёрнула руку.

Я повернулся к ней, чуть сжав её пальцы, и с улыбкой произнёс:

- Ну что, мадам? Позволите вашему верному шуту украсить ваш день? Или мне придётся добиваться этой чести с боем?

Она улыбнулась, задрала подбородок и посмотрела на меня с таким видом, будто я сейчас начну падать перед ней на одно колено и целовать край её воображаемой мантии.

- Так уж и быть, - ответила она с лёгким смешком. - Позволю. Но только если кофе будет действительно лучшим, а не просто громким словом.

Я тихо рассмеялся, и она подхватила этот смешок - легко, как эхо. Я повёл её в сторону парковки, не отпуская руки, и когда мы подошли к моему чёрному «Скайлайну», я отпустил её ладонь только на секунду, чтобы достать ключи. Машина пиликнула, приветственно моргнув фарами. Я открыл перед ней пассажирское сиденье, придержал дверцу, чуть склонившись в шутливом поклоне.

- Прошу, мадам. Ваш экипаж ждёт.

Она тихо рассмеялась и грациозно, но всё равно по-девчачьи легко, скользнула внутрь. Я заметил, что сегодня на ней была белая теннисная юбочка и короткий облегающий топик нежно-лавандового цвета - простой, но такой идеальный, что у меня на секунду дыхание перехватило. И пахла она всё так же: белый шоколад и лилии. Я, блять, теку от неё, как самый последний романтик.

Я закрыл дверцу, обошёл машину, сел на водительское сиденье, завёл мотор и выехал с парковки. Пока мы катили в сторону центра, я решил завести светскую беседу, чтобы она не думала, что я просто молча пялюсь на неё.

- Ну что, Есень, - начал я с лёгкой улыбкой, косясь на неё, - расскажешь что-нибудь о себе? Или это тайна, которую можно открыть только на третьем свидании?

Она чуть задумалась, глядя в окно, и мне показалось, что на её губах мелькнула загадочная улыбка. А потом она заговорила, и голос её звучал ровно, но с ноткой смущения:

- Ну... Я учусь в медицинском колледже. В будущем хочу стать массажистом. Пока всё, если честно. Ничего сверхъестественного.

Я поднял бровь, изобразив лёгкое разочарование.

- И всё? - спросил я с чуть писклявой интонацией, но сразу же улыбнулся, чтобы она не подумала, что я серьёзно. - В смысле, массажисты - это круто. Реально. Я сам бы не отказался от хорошего массажиста, особенно после спортзала. Но как будто бы я ожидал более развёрнутый ответ, знаешь? Типа, ты там тайно путешествуешь по миру или обучаешь дельфинов. Но! - я поднял указательный палец, - я давить не буду. Всё расскажешь, когда будешь готова. Я умею ждать.

Она посмотрела на меня с лёгкой усмешкой и покачала головой.

- Дельфинов, говоришь?

- Ну, я не знаю, - пожал я плечами с ухмылкой. - Ты выглядишь как девушка, которая может обучать дельфинов. Или лечить их. Или просто фотографироваться с ними. Я не буду ограничивать твой потенциал.

Она рассмеялась, и я понял, что этот день - удался. Даже если она не расскажет о себе больше, я всё равно хочу сидеть здесь, рядом, и слушать её голос.

- Я вообще люблю дельфинов, - сказала она, слегка улыбнувшись и повернув голову к окну, будто рассматривала проплывающие мимо дома, - но никогда их не видела. Ни разу в жизни. Только в фильмах и картинках.

Я краем глаза взглянул на неё, и мои брови непроизвольно поползли вверх. В голове что-то щёлкнуло, и я почувствовал, как в груди разливается тот самый азарт, который обычно приводил меня к спонтанным, но лучшим решениям в жизни. Я повернул голову, посмотрел на неё и улыбнулся той самой хитрой, почти кошачьей улыбкой, от которой мои знакомые обычно начинали нервно оглядываться.

- Исправим, - сказал я просто, без лишних слов, и снова перевёл взгляд на дорогу.

Она на секунду замерла, даже прекратила смотреть в окно, и медленно повернулась ко мне.

- Что? - переспросила она с ноткой подозрения в голосе. - Не смей. Мне уже не нравится этот взгляд. Я его знаю. Это взгляд, после которого происходят вещи, о которых потом вспоминают с улыбкой, но в момент - офигевают.

Я ухмыльнулся, чуть наклонив голову.

- Почему это? - спросил я с невинным видом, который никого не обманул бы, даже ребёнка. - Может, я просто хочу увидеть их с тобой. Я тоже их не видел... Вблизи. По-настоящему. Так что, может, нам стоит это исправить вместе? Ну, типа, вдвоём. Без свидетелей. Просто дельфины и мы.

Она смотрела на меня, прищурившись, но я заметил, как на её губах начала зарождаться улыбка, которую она пыталась сдержать.

- Ты серьёзно сейчас предлагаешь мне поехать смотреть на дельфинов? Прямо сейчас? - спросила она с лёгкой хрипотцой в голосе, будто проверяла, не шучу ли я.

- А почему нет? - пожал я плечами, перестраиваясь в соседний ряд. - У нас есть машина, есть время, есть желание. А дельфины, я слышал, они в океанариуме работают почти каждый день. Даже не знаю, как им отпуска дают, но мы можем проверить.

Она на секунду замолчала, а потом тихо рассмеялась и покачала головой.

- Ты сумасшедший, Ян.

- Я знаю, - ответил я с самой довольной улыбкой, на которую был способен. - Но ты ведь всё равно поедешь со мной, да?

Она смотрела на меня ещё пару мгновений, а потом выдохнула с улыбкой:

- Поеду. Но если дельфинов не будет, я заставлю тебя плавать в бассейне и изображать их.

- Договорились, - рассмеялся я, чувствуя, как внутри разливается тёплое, почти детское счастье. - Я изобразу тебе таких дельфинов, что ты забудешь, как выглядит настоящий океанариум.

Я припарковался у кафе, но не заглушил двигатель, а просто повернулся к ней, положив руку на руль, и посмотрел в глаза. Солнце падало на её лицо через стекло, делая её ещё более нереальной.

- Какое твоё любимое кофе? - спросил я, чуть склонив голову.

- Мммм... - протянула она, задумчиво коснувшись подбородка пальцем. - Латте с шоколадной крошкой. И чтобы пены было побольше, как облачко.

- Запомнил, - ответил я, мысленно записывая это в список самых важных вещей. - А булочка? Что любишь к такому кофе?

Она посмотрела на меня с хитрым прищуром, и я понял, что сейчас последует что-то, от чего я покраснею.

- Ты, - сказала она и тихо рассмеялась, но на её лице не было ни тени смущения - только лёгкое удовольствие от того, что она меня застала врасплох.

Я застыл, разинул рот и изобразил такое смущение, что даже сам удивился: руки взлетели вверх, я прижал их к груди, как будто она меня ударила, и с деланным испугом выпалил:

- Ой, да ладно... Прямо так сразу? А если честно? Я, конечно, знал, что я неотразим, но чтобы булочка...

Она рассмеялась, откинув голову назад, и я понял, что готов слушать этот звук до конца своих дней.

- Если честно - я люблю круассаны с миндалём, - сказала она, улыбнувшись, и чуть коснулась моей руки, лежащей на руле. - Но ты тоже идёшь как приятное дополнение.

Я выдохнул с облегчением, усмехнулся и тихо проговорил:

- Отлично. Круассан с миндалём - записано. А я пока запомню, что могу быть вторым блюдом после дельфинов. Кстати, это очень повышает мою самооценку. Спасибо.

Я заглушил двигатель, повернулся к ней и смотрел, как она улыбается. Этот её смех - тихий, мягкий, как будто она не хочет нарушать тишину, но не может сдержать радость - пробирал до мурашек. Я готов был слушать его бесконечно.

- Ладно, булочка, пойдём? - спросила она, и в голосе её звучала такая лёгкость, будто мы уже делали это тысячу раз.

- Пойдём, - ответил я, но вместо того чтобы выйти, поднял указательный палец. - Но сейчас стой. Сиди.

Я быстро вышел из машины, оббежал её с той стороны, и с лёгкой, почти театральной торжественностью открыл перед ней дверцу. Протянул ей руку, чуть склонив голову, словно приглашая её на бал, а не в уютное кофейное местечко у дороги.

- Мадам, позвольте предложить вам свою скромную руку, чтобы вы не споткнулись о порог этого заведения, которое, возможно, не знает, какая честь ему выпала.

Она подняла на меня взгляд, и я заметил, как в её глазах мелькнула тёплая искра, прежде чем она осторожно вложила свою ладонь в мою.

- Очень галантно, - сказала она, поднимаясь и поправляя юбочку, - прям чувствую себя принцессой. Мне только короны не хватает.

- Корона будет, если ты закажешь самый дорогой кофе, - подмигнул я, и её рука сжалась в моей, когда мы пошли в сторону входа.

И я понял, что этот день уже не может быть лучше. Потому что она здесь, улыбается, идёт со мной, и я чувствую, как тепло её ладони разливается по моей руке, а по спине бегут мурашки.