18 месяцев удушья

- Я смотрю на нечто очень красивое.

- Деревья?

- Нет.

- Одно дерево?

- Все еще нет. И вообще это никакое не дерево.

Это было одним летом в прошлом. Он посмотрел вперед, держа руль. Впереди блистало яркое солнце. Оно обливало золотом. Капот машины и стекло блестело, и на нем можно было разглядеть узоры пятен. Окно справа было открыто и светлые волосы колышились по ветру.

- Это что-то большое?

- Нет, но на самом деле очень да. Мне кажется, что там скрыт целый мир.

Он призадумался, а она посмотрела на свои покрашенные ногти. На некоторых она нарисовала рисунки с маленькими животными и жучками. По крайней мере эти абстрактные создания немного напоминали их.

- Может, это гора?

- Нет, не близко.

Она повернула взгляд в окно. Голову положила на сиденье и наблюдала, как проносятся деревья и дорожный забор быстро мелькает перед ней. Здесь росли поля. Рассвет дышал и мягким касанием ложился на поверхности, на траву, и на ее лицо и волосы. Вдали на горизонте можно было увидеть небольшие горы. Они придавали небу новую форму, чуть более оторванную. Дорожные знаки уходили в сторону. А на небе плавало немного облаков. Ей казалось, что от них падали порезы теней, и это было красиво. Среди небольших было одно довольно крупное, оно сформировалось в форме какого-то материка.

Он посмотрел на корову, которая шла вдали на полю.

- Это двигается?

- Да, - она немного улыбнулась. - И очень-очень быстро.

- Ты мне так всю голову запутаешь. Это красного цвета?

- Нет.

- Черное?

- Нет.

- Желтое, зеленое?

- Не-а.

- Белое.

- В точку.

- Это машина?

- Может, в каком-то смысле машина.

- Что? Что это значит «в каком-то смысле машина».

- Ладно-ладно, это не машина совсем.

Она немного засмеялась. Рукой она достала из бардачка шоколадный батончик. Упаковка блестела на солнце. И начала есть. Хотелось еще пожевать чипсы, но они остались в сумке, которая лежала сзади.

- Дай кусочек.

Она улыбнулась и протянула ему батончик. Он откусил и снова повернулся на дорогу. Пока он жевал, у него на лице было задумчивое выражение. Он все не мог угадать, что она загадала в дорожной игре. Она с интересом наблюдала за ним и быстро съела батончик.

- У меня есть предположение.

- Я вся в внимании.

- Это луна?

Она улыбнулась ему.

- Это правда луна? Господи, где ты разглядела луну, ты ее придумала.

- Нет, вон она, она над горами слева.

- Нет там никакой луны.

- Ну вон же, полупрозрачная.

Их объехала еще одна машина. Он все еще был поражен тем, что ему была загадана луна, и приходил в себя после этого. Его глаза округлились в изумлении, и лицо у него стало чуть забавным. Она улыбалась.

Они продолжали ехать. Пейзаж становился более желтым, и можно было разглядеть больше земли. Она начала думать о красных скалах, которые увидит. В голове у нее пронесся образ каньона. Его лабиринты и повороты, другие пути. И она представила себя на мгновение муравьем.

- Я вижу что-то очень важное, - теперь была его очередь.

- Воздух, земля?

- Как я увижу воздух по-твоему?

- Ну... все, не важно. Может, воду или деревья.

- Далеко.

Она подготовилась и внимательно начала осматривать пейзаж за окном. Ее глаза быстро пробежали по разным кустам и облакам. Она даже всматривалась в траву и пыталась разглядеть цветочки. Он, скорее всего, после ее луны загадал что-то сложное.

- Это астра, шалфей?

- Давай дальше.

Она перечисляла облака, заборы, знаки, столбы, линии электропередач. Она смотрела на все другие красивые виды за машиной, но не могла ничего уже придумать. Чуть подальше в поле стоял одинокий дом. Она разглядывала его старенький деревянный забор, стены и разные вещи стоявшие во дворе. Он выглядел интересно. Конечно, вряд ли он загадал его, потому что, когда они начали, то они были еще далеко от него, и он не мог его увидеть, если только он не провидец.

- Это дом? - все же спросила она.

- Может в какой-то степени дом, - он передразнил ее, ответив в той же интонации.

- Это же не дверь?

Через минут десять она уже начала сдаваться.

- Дай подсказку.

- Я вижу каждый день эту прекрасную частицу вселенной, - он посмотрел на нее теплым взглядом. И она по взгляду сразу поняла.

- Звезды?

Он совсем слегка покачал головой. Она выдохнула и поняла, и тоже посмотрела на него слегка польщенная и недоуменно. Он видел ее. Он загадал ее.

- Эта игра так не играется. Нельзя загадывать меня.

- Здесь разве были правила? Ты такого не говорила.

Расслабившись она прилегла в кресло.

И хоть и место, на которое они ехали, завораживало ничуть не меньше, и у нее даже дыхание сбивалось от того, чтобы вживую увидеть эти горы и каньон. Но пока она тут сидела и просто погрузилась в это настроение, стала частью этого места, свободного поля, быстрой дороги.

Она почувствовала себя такой счастливой. Как все было в порядке. И что этого ей на самом деле хватало. Это все, что нужно было в жизни. Это ощущение отзывалось на порах кожи, и она физически ощущала его. Это чувство было таким же настоящим, как ветер, что скользил по рукам.

- Я рада, что мы едем вместе.

Дом сейчас был в сотнях милях отсюда, но она словно была дома. Даже намного ближе. Она разлеглась, впадая в мягкое кресло.

Он включил музыку. Заиграло кантри, а потом рок. И ей очень нравилась эта музыка. Было такое ощущение, что она медленно впадала в воспоминание или словно являюсь частью его. Может даже какого-нибудь фильма или клипа. В любом случае, она понимала, что они становились частью чего-то особенного.

Она почувствовала скорость и свободу. Легкость. Было что-то приятное в том, чтобы быстро ехать по трассе. В этот момент забываешь о проблемах, о науках и воздухе. Даже о своем имени. И тогда кажется, что ты просто ветер. Проносишься по миру, не оставляя ничего за собой.

Через два часа они уже приехали на место.

Они спустились по тропинке и оказались в углублении, которое вело все дальше в расщелины и развилки. Росло несколько цветов и тонких кустов. Красные, алые и желтые камни образовывали стены и выступы. А впереди она видела протяженные пейзаж и вид этих каменных путей. Тени и красные камни создавали узоры, и она ощущала пульсацией на кончиках пальцев большое пространство, которое разворачивалось вокруг нее. Природная бесконечность и ее масштабность, которую не пройти за годы, крепко и надежно создавала земную кору.

Она взяла фотоаппарат, который он привез с собой и сфотографировала этот вид. Солнце оставило свой отпечаток на кадре в виде скользящего оранжевого блика.

- Обалдеть, - она повернула фотоаппарат на отца в бежевой слегка мятой рубашке. В своей панаме он скромно улыбнулся и она сфотографировала его на фоне каньона. Она сделала еще несколько фото и затем легонько отпустила фотоаппарат. Он болтался на шее на сером ремешке.

В небе высоко пролетела птица, и она следила за ее полетом, за большим размахом крыльев, и как она уверенно виражирует в воздухе. Как она своим мощным телом гребет небо под собой. У нее даже слегка закружилась голова.

- Здесь и вправду невероятно, не знал, что здесь такие виды, - он приобнял ее сбоку и по-мягкому потряс плечо. - Спасибо.

Она тоже немного нелепо улыбнулась и побежала дальше смотреть на ущелье. Тут стояли каменные колонны. Некоторые стены были такими гладкими, что казались слегка ненастоящими. Словно кто-то вылепил это место или может придумал во сне, потому что так это и ощущалось, ходить здесь и бродить по этому месту.

Они давно не проводили так время, то потому что у него была постоянно работа либо наоборот она была занята. От этого они словно были более отдаленными, но здесь это чувство полностью пропало. Каньон напомнил ей детство, когда летом они ездили на озера либо в другие живописные места. Она все еще отчетливо помнила, как мир и время в эти моменты ощущались совсем по-другому. В целом она давно не выходила даже в лес, все была завлечена учебой и суетой города.

Пока они шли она подметила несколько пещер и проемов в мягких каменных стенах. Тут было довольно людно и они иногда видели других туристов, которые шагали и осматривали дворцы природы.

Ради интереса она подошла к скале и забралась в своих кроссовках по одному выступу, и замарала себя пылью с ног до головы. Но было весело. Она держалась за фотоаппарат, чтобы не уронить его и не стукнуть об что-то, пока лезет. В один момент было сложно подняться и она держалась за ветку куста, которая выскальзывала из рук, так что она готова была свалиться вниз. Она подпрыгнула и добралась до небольшого выступа, куда и хотела.

Папа наблюдал со стороны и не очень хотел лезть. Она присела и качала ногами.

- Давай сюда тоже.

- Зачем?

- Давай.

Он залез к ней, тоже чуть не скатился на месте, где сыпался песок. Но довольно быстро оказался наверху, и она даже не ожидала, что он так быстро окажется здесь. В выемке в камне ничего не было, но они присели на выступ и смотрели вперед на расщелину. Уже чуть с высоты.

- О чем ты мечтаешь?

- Мечтаю... - он задумчиво посмотрел на каменные склоны и отвесные скалы. - Не знаю.

Она тоже задумалась о мечтах, о том, что могло бы быть в будущем. Как все это быстро меняется и что она не знает ничего о будущем. Таком хрупком и таком изменчивом. В таких местах хочется думать о вечности. Здесь, наверное, прекрасные звезды и видно всю вселенную.

- Может быть, я бы хотел быть фермером.

- Что? - она чуть не прыснула от смеха. - Ты серьезно?

- Это на самом деле классно, я думаю. Жить в отдаленном тихом месте, где нет суеты и машин. Как здесь. Спокойно и все идет своим чередом. Даже как-то более по-настоящему, что ли. И ты больше соприкасаешься с тем, что всегда было у людей. Мне это нравится.

Ходишь по полям, собираешь урожай, поливаешь плоды и срезаешь больные листья. Слышишь пение птиц. И заботишься о животных. Пьешь свежее настоящее молоко. Идеальная жизнь, как мне кажется.

- Да, ты прав, на самом деле.

Она сжала выступ посильнее, чтобы не скатиться.

- Я бы заглядывала к тебе на ранчо. Тоже гладила овец и кого бы ты там разводил.

- Но меня сейчас все тоже устраивает, эта жизнь мне ничуть не менее ценна, чем та. Некоторые люди могли бы только мечтать о том, что я имею. Больше всего я беспокоюсь о тебе, - он потянул ее за щеку.

- Ой, да у меня тоже все хорошо, - она отвела руку в сторону. - Может, в прошлой жизни ты был фермером.

- Наверное, - посмеялся он.

Он начал слазить первым и помог, поддерживая ее за руку, спуститься вниз. Когда они прошли дальше, то услышали протекающую реку, и потом по коридорам, которые то сужались, то расширялись, наткнулись на нее. В целом, ущелье и коридоры перевоплощались и трансформировались в самые разные формы. Иногда развилки напоминали вены на нашей коже. Здесь были разломы, круги, витиеватые узоры и перистые, как у перистых облаков.

Вода в реке была блестящая и довольно прозрачная.

Там они присели отдохнуть. Из-под дерева падала лиственная тень, в которой, как через отверстия от пуль, сквозили лучи, и стоило тряхнуть головой, как эти лучи с волос падали на глаза. Они достали карты и играли в них. Когда солнце уже выходило примерно по середине неба, они вытащили из рюкзаков еду. Они перекусили сэндвичами с курицей. У нее в сумке были фрукты.

Можно было перейти эту речку и идти дальше по этим красивым, завлекающим проходам, смотреть на историю, которая есть здесь и может говорить с духами, которые живут здесь. Но у них было не так много времени сегодня, если они до заката хотели посетить еще пару точек, из которых открывался захватывающий вид.

Они пошли обратно и поднялись из ущелья. Ему захотелось часик подремать, прежде чем ехать на следующую точку. Он направился в сторону машины, а она продолжила еще немного гулять по окрестности. Она посмотрела на часы, запомнив время. Она шла и думала немного о жизни, и вспоминала прошлое.

Наверху было безлюдное место, и это идеально подходило для фотографии. Она немного прошлась по краю ущелья, напевая пару песен. Ветер слушал ее вместе с сухими просторами. Она посмотрела на блестящий объектив. Он выглядел красиво - линза переливалась разным цветами. Она повернула его на себя и нажала на кнопку. Неожиданно ударила вспышка, но получилось довольно забавно. Она покрутила пару кнопок и настроек, которые не понимала. Потом она начала фотографировать яркое каменное ущелье.

По дороге она увидела красивый цветок и присела у него. Он был белого цвета, такого яркого и блестящего на солнце, и бутон у него был необычный формы. Такой она раньше никогда не видела. Она сфотографировала его. Словно каким-то чувством она уловила кого-то позади себя. Она повернулась и увидела не так далеко бурого зверя.

Она застыла и надеялась, что тот пройдет мимо, но он продолжал идти, и она убедилась, что он шел прямо на нее. Она забеспокоилась и не знала, что делать. Он выглядел крайне крупным, и что-то в нем довольно сильно ее пугало. В нем было нечто демоническое. Она попыталась не спеша уйти и направиться в сторону машины, койот надвигался ближе.

У нее сильнее забилось сердце, так что она это отчетливо ощущала. Она крепко сжала зубы, ей очень хотелось побежать. Койот загонял ее дальше и она попятилась к обрыву. Ей хотелось позвать отца или кого-нибудь. Она не была уверена, что он услышит. Отсюда было довольно далеко, потому что она гуляла уже долго.

Прижимаясь спиной к обрыву, она уже остановилась и встревоженно смотрела на зверя. Она надеялась, что он все же оставит ее.

Ее дыхание было прерывистым и громким. Она попробовала снова уйти в сторону и сделала пару шагов, но зверь начал скалить зубы и лаять. Она вскинула руки в страхе. А койот зарычал громче и щелкал пастью в нескольких метрах. Койот не подходил к ней ближе определенного расстояния, но продолжал делать рывки в ее сторону. Она закрылась руками, чтобы оградить себя. Она закупорилась в страхе.

Он в очередной раз сильно дернулся, и она оступилась. Ее нога сошла с обрыва, и она слетела вниз. Ее сердце пропустило удар.

Она стукнулась о землю и ее тело ужасно заболело. На пару секунд ее дыхание просто отнялось, и она не могла сделать вдох. Ее парализовало, и она минуту не могла сдвинуться и пошевелиться. По всей спине и ногам прошел словно электрический ток, он сеткой пронзил всю кожу. В глаза почернело.

Она повернула голову и посмотрела наверх, откуда упала: койот несколько секунд смотрел на нее своими пустыми глазами и ушел.

Когда это состояние прошло, то боль возобновилась еще сильнее, из глаз брызнули слезы и она завопила. Кряхтя и трясясь, она приподнялась. С разодранного локтя капала кровь. Ее нога невыносимо болела. Она попробовала ощупать свое тело, при касании нога стрельнула болью и она замычала и задышала быстрее. Она не могла встать, попыталась дернуть ногой, но та заныла сильнее. Ей казалось, что она сломала ее.

Недалеко лежал фотоаппарат. Она потянула за его ремешок к себе и увидела, что линза была разбита, скорее всего его было уже не починить. Она осмотрела себя, ее одежда смялась и была в пыли, все тело болело. Она вскрикнула еще раз от обиды, что все так случилось, и услышала эхо от стен ущелья.

- Черт, черт! Паршивая тварь!

Она кинула фотик и сидела несколько минут, смотря на каньон. Она была измождена и лишена сил. Солнце вышло из облака и начало печь. Она видела, как оно уже приобретало слегка оранжевый оттенок. Она почувствовала себя разбито, как кожа обсохла, и внутри словно стояла черная дыра.

Она чуть отползла и достала большую палку от дерева, брошенную у стены каньона. С помощью нее она попыталась приподняться и направиться обратно к машине. Она сделала два шага, но ее нога снова осеклась и она упала на землю, почувствовав как тело снова вздрогнуло от боли. Хотелось просто немного поплакать.

Она вытерла лицо от пыли, отряхнула одежду. Как вдруг краем глаза заметила снова бурое пятно. Она посмотрела вперед и увидела, как тот же койот уже спустился вниз. Девушка сразу потянулась за палкой. Она хотела встать снова, но любой шаг был невозможно болезненным. В таком состоянии она точно не сможет убежать. Она вытянула палку вперед. Ее пальцы крепко сжали ее, рука дрожала.

- Прочь отсюда, уйди! - она крикнула, и вскинула палку. Койот продолжал идти на нее. Ее рука затряслась. - Просто оставь меня.

Она отползла на полметра, чувствуя, как нога вопит от боли. Ее сердце снова быстро забилось. Она зажмурилась и сжалась. Она боялась укусов и боли, которая сейчас последует. Она не хотела этого. Жгучая обида садила в груди от беспомощности и беззащитности.

- Прочь от нее! Не смей приближаться.

Она услышала голос и сразу обернулась. Рядом был отец. Он подбежал к ней сзади. Она почувствовала себя в безопасности. С сердца упал тяжелый валун и тревога рассеялась. Койот в сомнении остановился и начал обходить из стороны в сторону.

Отец топнул ногой. Койот быстро ушел и скрылся. Она сразу успокоилась, как увидела отца. Теперь она не боялась ничего, что могло бы выйти из горизонта, будь то дух или какой-либо новый монстр. Она знала, что ее защитят.

Отец сразу присел рядом с ней:

- Ты в порядке?

- Да... но нога болит.

- Можешь встать?

- Я не уверена.

Он осмотрел ее раны и пощупал ногу. Когда он коснулся опухшего места посреди кости, то она прошипела, и он убрал руку. Он сопереживающе сжал губы. Взяв рюкзак, он нацепил одну лямку себе на спину. Она оглянулась по сторонам в поиске своих вещей.

- Пап, прости. Я разбила фотик. Ты же говорил, что он был дорогой, - она потянулась за ним и передала его отцу. Он посмотрел секунду и просто положил в рюкзак.

- Солнце, это не важно. Главное, чтобы ты была в порядке. Это самое важное.

Он взял дочь на руки. Она обхватила его шею руками и почувствовала себя дома. Он понес ее в сторону машины. Несмотря на то, что он был не таким молодым, как в детстве, он оставался таким же сильным и крепким. Хоть и нога сильно болела, но он нес ее плавно, так что она даже не ощущала дискомфорта, даже когда поднимались наверх. Она забыла о боли в это время и погрузилась в воспоминания. Невольно она вспомнила, как он всегда ее поддерживал и помогал в такие моменты. Каким-то образом он всегда был здесь. Она посмотрела на каньон, пока он нес ее и на просторное поле. Она опустила голову на его грудь.

- Я вечно всегда куда-то вляпываюсь и все порчу вот так. Прости.

- Ты ничего не портила, и ты не виновата. Все нормально.

Он донес ее до машины. Там открыл аптечку и обработал ее раны, перевязал бинтом ногу. Он заботился о ней, что даже было немного неловко. Она выпила воды и этот плохой осадок быстро сошел. Это были хорошие выходные.

- Нужно будет вернуться в город и поехать в больницу проверить твою ногу.

- Подожди. Мы так долго ехали. Давай доедем до каньона и посмотрим на него. Я потерплю.

Он призадумался и неуверенно посмотрел на нее.

- Мы же не просто так столько ехали. Я хочу посмотреть на него с тобой, - она взяла его за запястье двумя руками. - Пожалуйста.

- Хорошо, - сказал он, призадумавшись.

Когда они немного передохнули, то он сел обратно за руль. Она осталась на заднем сидении. Он посмотрел в зеркало:

- Ты всегда была крепкой и боевой.

Через час они доехали до большой расщелины. Машина припарковалась у обочины. Вокруг расстилался просторный пейзаж. Он понес ее поближе к обрыву, чтобы посмотреть на него.

На этой высоте захватывало дух. Она встала держась за него. По ту сторону обрыва стояли красивые холмы. Они узорчато переливались и из-за разных пород или еще по какой-то причине, на них проявлялись такие волнообразные рисунки.

Он поддерживал ее. Не давал ей упасть.

Она вдохнула воздух и заглянула в пропасть, которая уходила далеко вниз. Голые камни рельефно простирались в ширь. На них словно были высечены линии, их шрамы и порезы. Каньон разгорался разными цветами, словно огонь. И красочно пробегал. Все выглядело таким масштабным и колоссальным. Весь мир словно стал больше. И она видела, как далеко вниз может простираться пространство и как оно уносилось по сторонам. Вживую увидеть это место было невероятным. Глаза физически ощущали каньон, его рельеф. Она покачалась на месте, чтобы увидеть, как перспектива уносится далеко в пространство, как каньон двигается.

Они прошли в сторону от края и присели, чувствуя уединения с этим местом. Он укрыл ее пледом, потому что понемногу приближался вечер, становилось прохладно. Он смешно шутил и рассказывал интересные истории из прошлого. И она с интересом слушала его.

Потом она рассказывала о своих проблемах и переживаниях. Она тихо говорила о том, что чувствует. О том, как после переезда скучает по прошлым друзьям, как ей не хватает иногда подруг и все ощущается чужим, и даже агрессивным. И она продолжала говорить о том, что скопилось у нее на душе.

Он слушал и поддерживал ее. Словно забирал частицы ее боли, переливал себе, и ей становилось легче. Он давал ей обдуманные советы. И она отпускала.

- Спасибо, пап. Я тебя очень ценю.

Позже они снова подкрепились и поели перед тем, как ехать обратно. Положили мусор в пакет и оставили в машине на полу. Было холодно и он обнял ее заботливо. Она чувствовала сопричастность. Как они были вместе и их души тоже.

Редко иногда проезжали машины и светили фарами. Их точек света становились больше, они пролетали и потом уносились обратно в неизвестность. В такой размеренности и спокойствии они проезжали дальше. И направлялись домой.

После того, как солнце ушло, то ночь наступила очень быстро. Через пару часов очень ярко засветились звезды. Здесь они были намного ярче, вдали от города. И смотря из окна было видно целый мир. Казалось, что космос опустился совсем рядом, прямо здесь, так же, как когда опускаешь лицо в океан, так и она словно ополоснулась в волнах темноты галактики. Они светили ярко, осыпали всю поверхность. Она ясно разглядывала млечный путь, этот порез на нем, в котором стекали его слезы. Этот большой водораздел. Отпечаток каньона на свете и темноте, а не камнях и материи.

По дороге она заснула. Ее лицо безмятежно улеглось на подголовник сиденья, а рука повисла у плеча. Волосы свесились на лицо. Она выглядела как небольшой ангел. Он убрал сумку на ее коленях на заднее сидение, чтобы не мешала ей. И смотря вперед на горизонт, продолжал ехать по пустой дороге. Столбы и деревья проносились назад.

В середине ночи они вернулись домой.

Я приоткрыла ее дверь и убедилась, что она спит. Ее лицо выглядело красивым. Я и не знала, что оно могло выглядеть так прелестно. И что на нем не было боли и шрамов. Оно было намного спокойнее и тише. Стараясь шуметь, как можно меньше, я придвинула шкаф к ее двери, чтобы она не смогла выйти.

Потом я прошла по коридору и вошла в его комнату. Я посмотрела на то, как здесь стояли вещи, посмотрела на обои и шторы. В темноте было сложно разглядеть, но мне этого хватало. Да и я давно умела видеть в темноте. Этому научаешься, когда долго живешь без света. Я прошлась по комнате и взяв легонько покрутила в руках рамки с фотографиями, стоявшими у него на тумбочке, посмотрела на дорогие часы, которые кто-то подарил. Он покрутился на месте, и я застыла, чтобы не разбудить его. И простояла еще минуту, чтобы убедиться, что он спит.

Он спал на кровати, тоже мирно. Но чувствовал мое присутствие, это я видела. Между нами всегда была связь. Я присела рядом, смотря на него, под светом фонаря, что падал с улицы через окно. Я смотрела на его лицо. На его нос, на его морщины, на родинку на руке.

Вытащив из кармана повязку, я надела ее ему на глаза. От этого он подвигал руками по одеялу и качнул головой. Это разбудило его.

- Прошу не снимай повязку ради меня, - сказала я серьезно.

Он спал неглубоко, поэтому быстро опустил руку и он понял, что он у себя в комнате и что я рядом с ним. Он улыбнулся своей легкой улыбкой, он воспринимал это скорее как шутку. Но он не снял повязку, потому что доверял.

- Как твоя нога?

- Нормально.

Я опустилась рядом и обняла его. Моя голова ушла в свои мысли, пока я чувствовала и слышала, как рядом равномерно поднимается его грудь - это было дыхание. Он кладет мне руку на плечо и совсем невесомо и легко похлопывает по нему.

- Все в порядке? - спрашивает он и словно так хорошо ее знает, что чувствует, будто что-то не то. Чувствует что словно моя душа немного треснута и я не тот звездный ребенок, с которым он живет в этой вселенной.

- Да. Просто последние дни были плохими.

Он ничего не сказал и просто приобнимал ее. И так было даже легче, без лишних слов и притворства. Мне было нужно это сейчас. В доме было тихо. В доме было спокойно. Я чувствовала, словно он понимал меня, несмотря на все, несмотря на то, что он ничего не знал. И почему-то мне казалось, что внутри меня что-то трескается.

- Ты ведь любишь меня, пап?

- Конечно.

Я беспокойно ворочалась, чтобы лечь удобней, но не могла найти себе положения. Мне было неудобно. Рука затекала и конечности лежали как-то странно.

- Я всегда любил тебя и буду любить. Где бы мы ни были, - он успокаивающе кладет ее голову на себя, и гладит волосы. Эти волосы, что были как волосами от млечного пути. Стало комфортно и мягко.

У меня из глаз вышло несколько слез, но я старалась, чтобы он этого не заметил. Такое ощущение, что его тело размягчило все мои ссадины и утихомирило боль. Всю ту боль, которая была в моей душе.

Я чувствую, что еще немного и он начнет спрашивать. Он захочет помочь. Меня слишком переполняет чувство. Я не могла оставаться здесь слишком долго. Я отняла щеку от его теплой груди.

Я выбежала в темноту и скрылась. Исчезла, не откликаясь на то, как он звал меня по имени. Так и оставив его без ответов. Он снял повязку и встав с кровати побежал вслед, но меня в этот миг уже не было в этой комнате, меня не было здесь вообще. Укрытая темнотой, в уголке, где никого не было, только я и звезды.

Может, в какой-то вселенной мы были идеальной семьей.