пиковые брат и сестра

Где-то в полдень Вару встал от того, что кто-то играл на гитаре. Мелодия лилась откуда-то из коридора, завораживающая и немного грустная. Он потянулся, зевнул и, заинтригованный, пошёл на источник звука.

Дойдя до конца коридора, он увидел странное мерцание в воздухе — портал. Светящаяся арка переливалась всеми оттенками зелёного и синего.

— Ну была не была, — пробормотал Вару и шагнул в портал.

После короткой вспышки он оказался в сосновом лесу на берегу реки. Солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, отражаясь в воде. А на небольшом камне, у самой воды, сидела Настя. Без линз. Её разноцветные глаза — правый тёмный, левый ледяной — блестели на солнце, а длинные волосы развевались на ветру. В руках у неё была старая акустическая гитара.

И она пела.

Разноцветные глаза
Волосы цвета огня
Пару личностей во мне
Будь поосторожней
Искупи свои грехи
Мы-священные огни
Мы не так плохи, как ты думаешь
Подойди ко мне на шаг
Падай на свой белый флаг
Искусая до крови
Пощады не проси
Растворившись в тишине
Голос твой на глубине
Тайну расскажи, ты где?
Я кажусь тебе другой
Хочешь-получи любой
Но не забывай, что это дар не мой
Не стоило смотреть в мои глаза
И не утони потом в своих слезах
На ветру белое платье
На тебе проклятье
Мне нужны объятия, поцелуи, счастье
Разлетелся пепел боли
Я бегу по полю
С тобою в небеса
Мы с тобой как волшебство
Жаль в конце там ничего
Я не знаю, как нам быть
Проще будет отпустить
Мне казалось, ты любил
Но в глаза мне кинул пыль
Книга жизни возгорит
Проще не найдешь строки
Не стоило смотреть в мои глаза
И не утони потом в своих слезах
На ветру белое платье
На тебе проклятье
Мне нужны объятия, поцелуи, счастье
Разлетелся пепел боли
Я бегу по полю
С тобою в небеса

Вару замер, боясь спугнуть момент. Голос у неё был чистым, глубоким, проникающим прямо в душу. Она пела о боли, о любви, о проклятиях и тайнах. А пальцы ловко перебирали струны.

Когда песня закончилась, Вару шагнул вперёд, хрустнув веткой.

— Красиво поёшь, — сказал он, садясь рядом на траву.

Настя вздрогнула и резко отвернулась, почему-то прикрыв глаза рукой.

— Эй, чё случилось? — нахмурился Вару.

Она молчала несколько секунд, потом сказала тихо:

— Вару, пообещай мне кое-что.

— Смотря что.

— Никогда и ни при каких условиях не смотри мне в глаза. И как бы странно это ни звучало... не целуйся со мной.

Вару хмыкнул.

— По поводу второго даже не кипишуй, — усмехнулся он. — А вот первое... Ты серьёзно?

— Просто пообещай, — голос Насти стал более ледяным.

— Хорошо, — согласился Вару, но внутри заскребло любопытство. — А чёго такие перемены? У тебя что, глаза как у Медузы Горгоны?

Настя тяжело вздохнула, убрала гитару в сторону и повернулась к нему, всё ещё не поднимая глаз.

— Вару, сейчас просто пойми. Я сразу говорю — я это не контролирую. И вчера тебе просто повезло. Короче, у меня есть скрытая способность...

— Да какая блять? — не выдержал Вару.

— Когда мне кто-либо смотрит в глаза... — её передёрнуло, — у него сначала возникает чувство привязанности, симпатия. А потом человек в меня влюбляется безвозвратно.

Вару открыл рот, потом закрыл. Потом снова открыл.

— То есть... вчера именно это и произошло?

— Да. — Настя кивнула. — Ты был первым, кто долго смотрел мне в глаза без последствий. Почти. Я почувствовала, что что-то пошло не так, но ты успел отвернуться. А если бы не успел...

— И как теперь быть? — спросил Вару, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Да никак. Просто не смотри мне в глаза. Всё.

— Странная ты, — пробормотал Вару, но прозвучало это не зло, а скорее с беспокойством.

Настя встала, отряхнула платье.

— Лады, подъём. — Она заметила, что Вару смотрит на неё, и мгновенно закрыла его глаза ладонью. — Вару, блять!

— Ой, — выдохнул он.

— Что «ой»?! — возмутилась она. — Я серьёзно! Не смотри!

— А как быть-то?

— Линзы сейчас одену, и попрём к клонам. Тебя отбивать.

Они прошли сквозь портал и вернулись в их общую комнату. Настя быстро надела прозрачные линзы. Вару заметил, что они не скрывают истинный цвет её глаз — правый так и остался тёмным, левый ледяным. Но что-то изменилось. В воздухе будто опустился невидимый щит.

— Линзы не скрывают цвет, — пояснила Настя, заметив его взгляд. — Они создают барьер для магии. Пока они на мне, моя способность не работает. Глаза видны, но эффекта нет.

— Удобно, — кивнул Вару.

— Ага. Только если потеряю или разобью — всё, пиздец. Так что не подходи близко и не смотри в глаза, даже если они в линзах. Техника безопасности.

Она натянула комбинезон, поверх надев что-то вроде платья.

Вару тоже переоделся: комбинезон, поверх футболка и штаны. Кислотно-зелёные, его любимый цвет.

Девушка окинула его прикид взглядом и сложила руки на груди.

— Вару, а теперь скажи мне на милость, — она приподняла бровь. — Как мне тебя оборачивать в случае опасности или побега, если на тебе одежда, которую не жалко порвать? Комбинезон — это святое, он не рвётся при превращении. А это?

Вару посмотрел на свою футболку и штаны.

— Ой, а я и не подумал.

— Переоденься. Возьми что-то, что не жалко, если порвётся во время превращения.

Вару быстро переоделся в старую футболку, потёртые штаны и лёгкую кофту.

— Вот теперь-то лучше, — одобрила Настя. — Погнали.

Они вышли из дома и направились к линии сигнализации клонов. Брат с сестрой шли рядом, перекидываясь шутками, но в голосе Насти слышалась решимость.

Дойдя до границы, Настя достала телефон и набрала номер Габриэля.

Из трубки раздался сонный голос эльфа:

— Алло?

— Членом по лбу не дало? — усмехнулась Настя. — Нам как идти: на таран с ментурой, пройти невидимками или соизволите отворить?

Габри фыркнул:

— Настя, блять. Ща отворю.

Послышались гудки.

— Наааасть, — протянул Вару.

— Что хотел, куст зелёный?

— А я к ним боюсь идти.

Девушка рассмеялась, хлопнув его по плечу:

— Да не ссы! Первое — со мной, им не тягаться. А второе... Габрик не даст нас в обиду.

Тут отворилась дверь, и на пороге появился Габриэль — растрёпанный, с картами в руке и сонной улыбкой.

— Почто стоите как не родные? — начал прикалываться он. — Давай захади, дарагой.

— Гэб, я ж не посмотрю — укушу, — пригрозила Настя, но в голосе слышалась улыбка.

— Ладна, вас уже ждут, — он огляделся. — А где...

— Эмма с Пиком с ночной смены пришли, — вдруг сказал Вару. — Пик сказал, идти самим разгребать это дерьмо.

Габри опустил уши и вздохнул.

— Там Куромаку и Федя.

Настя присвистнула:

— Да ну, серьёзно? Ооо, бро, им пизда.

— Очень на это надеюсь, — буркнул Вару.

Ребята зашли в дом клонов. Настя, уже знающая дорогу, уверенно прошла в большой зал, где сидели Куромаку и Фёдор. Пиковых не было.

Куромаку оглядел вошедших, задержал взгляд на Насте и спросил:

— А вы собственно кто?

— Я — сводная сестра Вару и дочь Пика и Эммы.

Тут встрял Фёдор:

— У них не было детей.

Настя усмехнулась. Её голос стал холодным и язвительным:

— А вы, Создатель, в таком случае ни черта не знаете о своих созданиях. — Она улыбнулась, но улыбка была острой, как лезвие. — А как же жаль — ни одной пиковой карты в колоде нету...

Фёдор нахмурился, полез в карман за колодой, перебрал карты и побледнел. Пиковой масти действительно не было.

— Ты... ты как это сделала?! — возмутился он.

— Притормози, дядь, — оборвала его тираду Настя. — По поводу Вару. Его опекуны, как и в принципе у всех валетов, — это их король и дама. А у тебя, как же жаль, лишь доверенность. Из чего следует, что похищением это не является.

Она кинула на стол папку с документами.

— Ознакомьтесь.

Пока Куромаку и Фёдор просматривали бумаги, Настя продолжала вещать:

— Тут заявление в ментуру, которое я должна туда отнести, если вы попробуете спорить или забрать Вару. Так что...

— Прости, а как ты докажешь? — начал Куромаку. — Кто тебе поверит?

— Ну как минимум состояние Вару, его слова, побои, синяки и низкий вес. Выбор за вами.

Фёдор и Куромаку переглянулись. После долгой паузы Фёдор сдался:

— Ладно. Претензий не будет. Но ответь мне на вопрос: откуда у Пика и Эммы дочь?

Настя пожала плечами:

— Я ебу, нет. Это надо у них спросить, а не у меня.

Она повернулась к Вару:

— Чё стоим? Пиздуй оставшиеся вещи собирать.

Вару кивнул и рванул на второй этаж.

Настя уселась в кресло, скрестив ноги и равнодушно рассматривая потолок. Тут на неё сверху свалился Габри, а к ним подошёл Данте.

— Здравствуй, дитя, — мягко сказал Данте.

— О, пере Данте, — Настя улыбнулась, а потом встряхнула Габри, который вис на ней как мешок картошки. — Габри, слезь. Ты не пять грам весишь.

— Во бука, — насупился эльф, сползая на пол. — Я тебя столько не видел, а ты?

— А чё я? Я ничё.

К ним подошёл Вару с сумкой.

— Я готовый, — сказал он.

Настя встала с кресла:

— Шикарно. Бубновые, пошли с нами?

Габри состроил щенячьи глаза и посмотрел на Данте:

— Ну пажалуйстаа, — протянул он.

Данте улыбнулся:

— Хорошо, друг мой. И ты, дочь пикей, всегда будешь долгожданным гостем у нас.

Он протянул Насте карту от блокировки — официальный пропуск, который давал право проходить через защиту в любое время.

У Феди округлились глаза.

— Ты что делаешь?! Мы с пиковыми порвали и специально от них поставили такую защиту!

Тут Настя, недолго думая, сняла линзу с правого, тёмного глаза. Бубновые и Вару мгновенно закрыли глаза, зная, что будет.

— А теперь слушайте меня, — тихо, но властно сказала Настя, глядя на Фёдора своим чёрным глазом. — То, что сделал Данте, — это совершенно его дело. И да, Создатель, ты не имеешь права ставить ТАКУЮ защиту против своих же. Так что... Мы уходим.

Она вставила линзу обратно и махнула парням рукой.

— Валим, пока они не опомнились!

И они вышли из здания клонов — Настя, Вару, Габри и Данте.

Солнце уже клонилось к закату.

— Ну что, братец, — сказала Настя, толкая Вару в плечо. — Ты свободен. Официально.

Вару улыбнулся.

— Спасибо. Серьёзно.

— Не благодари, — фыркнула она. — Мы — масть. И мы всегда будем друг за друга. А теперь пошли домой. Нас ждут Король и Дама.

И они пошли вчетвером — волчица, эльф, маг и зелёный валет.