пиковые брат и сестра

После того как Вару втащили в комнату, у него наконец вернулось нормальное зрение.

Он моргнул несколько раз, и картинка постепенно начала обретать чёткость. Вару огляделся и замер.

Комната была разделена на две абсолютно разные половины.

Слева — тёмно-зелёные и коричневые тона. Многочисленные полки, заставленные банками и склянками с разноцветными жидкостями, комод с резными узорами, стеллаж, ломящийся от книг. На стене висели пять разных ловцов снов — одни с перьями, другие с бусинами, третьи вообще светились в темноте. Вместо кровати — гамак, натянутый между двумя стенами, а в углу висело подвесное кресло-кокон, которое слегка покачивалось от сквозняка.

Справа — кислотно-зелёные, но приглушённые оттенки. Обычная кровать с тёмным постельным бельём, шкаф, на стене — огромная плазма с приставкой и парой геймпадов, валяющихся на полу. Рядом ещё одно подвесное кресло, но уже в стиле «минимализм».

— Так, Вару, — девушка пристально посмотрела на парня, — Чёткость зрения вернулась?

— Неа, ещё размыто, — буркнул он, щурясь.

— Значит, сиди ровно и не дёргайся.

Настя подошла к Вару, осмотрела затылок, куда пришёлся удар книгой, потом постучала пальцем по его каске.

— Хорошая вещь. Папа знает, что делает, — пробормотала она и потянулась, чтобы снять с него очки.

Вару резко отпихнул её руку.

— Не трожь очки.

— Ой бля, да знаю я какие у тебя глаза, не кипишуй, — фыркнула Настя, закатывая глаза. — Ну хош, вдвоём свои глаза покажем?

— Так ты и так без очков.

— Я в линзах, дебил. Щас пять сек.

Она отошла к небольшому зеркалу на стене, ловко сняла линзы и подошла к Вару с закрытыми глазами.

— На раз открываем глаза.

Вару моргнул и уставился на неё. А потом у него отвисла челюсть.

Правый глаз Насти был тёмным, почти чёрным, без единого отблеска — будто бездонная ночь. Левый — ледяной, холодного серебристо-голубого оттенка, который, казалось, светился изнутри.

Она смотрела на него в ответ. В её взгляде не было насмешки, только любопытство.

— А Эм... — начал Вару.

— Да, Вару, у меня правый глаз темный, а второй ледяной, — перебила Настя, пожав плечами. — А у тебя просто необычный зелёный. Классный, кстати. Как у хамелеона.

— Ладно, проехали, — буркнул Вару, отводя взгляд. — А ты зачем в линзах?

— Ну во-первых, зрение, — Настя сунула линзы обратно в контейнер. — А во-вторых, людей чтоб не пугать. Не все готовы видеть глаза, которые светятся в темноте. Ты бы видел лица клонов, когда я мимо них в линзах проходила — уже шарахаются. А без — вообще в обморок падают.

Вару хмыкнул.

— А что с моим зрением?

— А я тебе его восстановила, — Настя подмигнула (странно, учитывая разный цвет глаз). — Магия, братец. Книга не просто так в тебя прилетела.

— Как... — начал было Вару, но Настя уже кинула в него чёрным свёртком.

— Лови и надевай, — скомандовала она.

Вару поймал и развернул. Это был такой же обтягивающий чёрный комбинезон, как у неё — с лёгким блеском, похожий на экипировку шпиона, но при этом удобный.

— Давай, а то всё веселье пропустишь. И очки дома оставь — иначе не допустят тебя, — добавила она строго.

— Не допустят куда? — насторожился Вару, но Настя уже отвернулась, натягивая какие-то наручи на руки.

Он быстро переоделся за ширмой, чувствуя себя немного глупо. Комбинезон сел идеально, будто сшит на заказ.

— Готов? — спросила Настя, когда он вышел.

— Ага.

— Тогда погнали.

Она подошла к окну, распахнула его и ловко вылезла на карниз. Вару последовал за ней.

— Мы вернёмся через два часа! — крикнула Настя в пустоту комнаты и захлопнула окно.

Они забрались на крышу. Ночной ветер трепал волосы, и Вару почувствовал, как внутри закипает азарт.

Настя остановилась на самом краю, повернулась к нему и заговорила деловито, но с лёгкой улыбкой:

— Вару, а теперь краткое введение в курс дела. Я оборотень, обладающий телекинезом плюс летаю.

— Окееей... и? — настороженно спросил Вару.

— И щас я тебя в воздух подниму, — сказала Настя так, будто речь шла о чаепитии. — Не ори.

— ЧТО?! — Вару отшатнулся, но не заорал. Он просто ахуел.

Он открыл рот, чтобы выдать порцию возмущений, но Настя уже начала меняться.

Это было нечто. Её тело вытягивалось, покрывалось тёмно-серой шерстью, руки превращались в мощные лапы, а на месте лица появилась волчья морда с теми же разноцветными глазами — правый тёмный, левый ледяной. Она была огромной, раза в два больше обычного волка, с длинной, пушистой шерстью, которая переливалась в свете луны.

Настя — уже волчица — мотнула головой, приглашая его следовать за ней, и, не дожидаясь ответа, прыгнула с крыши.

Вару ахнул. Она приземлилась на соседнюю крышу, перекатилась и снова прыгнула.

— Ты чё, сдурела?! — крикнул Вару в пустоту.

Но волчица уже вернулась — одним мощным прыжком она взлетела обратно на крышу, схватила Вару зубами за капюшон комбинезона (аккуратно, не поранив) и рванула вперёд.

— НАСТЯ, БЛЯЯЯЯ!!! — заорал он, когда его понесло по крышам, как на поводке.

Она прыгала с крыши на крышу, перелетала через улицы, иногда отталкиваясь задними лапами от стен, а Вару болтался у неё в зубах, как тряпичная кукла, матерясь на чём свет стоит. Но, чёрт возьми, он не орал от страха. Он охуевал.

Ветер свистел в ушах, город мелькал внизу огнями, а Вару, несмотря на весь ужас ситуации, чувствовал, как кровь закипает в жилах. Это было безумно. Это было страшно. Но это была свобода.

Они долетели до леса за городом. Настя приземлилась на поляну, аккуратно опустила Вару на землю и, тряхнув головой, начала обратное превращение. Шерсть втягивалась, тело уменьшалось, и через пару секунд перед ним снова стояла девушка в чёрном комбинезоне.

— Ну как полёт? — ухмыльнулась она, поправляя волосы.

— Ты... ты... — Вару пытался отдышаться. — Ты реально оборотень. И ты летаешь. И ты меня тащила как...

— Как щенка, — закончила за него Настя. — Да, знаю. Ты был смешной. Но не шумел — зачёт.

Вару хотел ответить, но из леса раздался голос:

— Настя, ты где была?! Мы тебя уже заждались!

Из-за деревьев вышла женщина лет тридцати, с короткой стрижкой и суровым взглядом. Она была одета в такой же чёрный комбинезон, но с нашивками и эмблемами.

Настя напряглась.

— Ой, бля, — выдохнула она. — Тётя Лена? А ты чего тут?

— Я тут потому что я глава группировки, — холодно ответила женщина, скрестив руки на груди. — И я видела, как ты тащила по крышам какого-то парня. Ты спалилась, Настя. Твои родители в курсе?

— Ну... — Настя замялась, — типа того.

— Это типа того? — Тётя Лена перевела взгляд на Вару, который всё ещё пытался отдышаться. — Ты что, новенького привела? Без согласования? Без подготовки?

— Он мой брат! — выпалила Настя. — Ну, по документам. И у него дар. Я проверяла. Он справится.

— Справится? — Тётя Лена приподняла бровь. — Ты его только что как мешок картошки по крышам таскала! Он даже не в курсе, что такое группировка!

— Я ему сейчас всё расскажу! — Настя схватила Вару за руку и потащила в лес. — Мы поможем! Я обещаю!

— Настя, ты — замглавы! Ты не имеешь права так рисковать!

— А я имею право, потому что я замглавы! — крикнула Настя через плечо. — И я беру ответственность!

Они побежали в глубь леса. Вару едва поспевал за ней, хватая ртом воздух.

— Так, — выдохнул он. — Ты замглавы? Какой-то группировки? А что за группировка вообще?

— Мы как ренджеры, — быстро заговорила Настя, не сбавляя темпа. — Спасаем детёнышей диких животных и их матерей от охотников и браконьеров. Отводим в заповедники, лечим, защищаем. Только мы, в отличие от обычных, — оборотни. Понимаешь?

— Не совсем, — признался Вару.

— Поймёшь на практике, — пообещала Настя. — Стой.

Она резко остановилась. Они выбежали на небольшую поляну, где в тени деревьев лежала большая волчица. Она была измождённой, но вокруг неё копошились пять маленьких пушистых комочков — щенки. Совсем крошечные, с закрытыми глазами, они пищали и тыкались носами в мать.

Вару замер.

— Она недавно ощенилась, — тихо сказала Настя. — Браконьеры убили её стаю. Она одна. И мы должны помочь.

Настя шагнула к волчице, та оскалилась, но, почувствовав запах, расслабилась. Настя заговорила с ней. Вару не понимал ни слова — это был какой-то гортанный, рычащий язык, но волчица явно слушала.

Настя повернулась к Вару:

— Сейчас я тебя оберну. Стоять ровно и не дёргаться.

— Чего?! — Вару отшатнулся. — Ты меня в волка превратишь?

— Ну а ты думал, ты просто так в комбинезон нарядился? — усмехнулась Настя. — Стой.

Она подошла вплотную и дотронулась своим носом до его носа.

Всё тело Вару пронзила искра. Он почувствовал, как кости начинают ломаться и перестраиваться, как тело покрывается шерстью, как мир становится огромным и пахучим.

Через несколько секунд перед Настей стоял ещё один волк. Чуть меньше её, с ярко-зелёными глазами, которые светились в темноте.

— Опана! — обрадовалась Настя. — Красавчик!

Она махнула хвостом и сорвалась с места. Вару, ещё не до конца понимая, что происходит, инстинктивно побежал за ней.

Волчица-мать, увидев их, поднялась, но Настя снова заговорила с ней, и та успокоилась.

Настя обернулась человеком, достала из складок комбинезона большую ткань, похожую на передник, и начала аккуратно собирать пищащих малышей.

— Сейчас мы их перенесём, — сказала она, укладывая щенков. — Мать пойдёт за нами. Всё под контролем...

Но тут в лесу раздался звук. Шаги. Лязг металла.

— Стоять! — раздался грубый голос. — Я вижу вас, твари!

Охотник. С ружьём.

Настя выругалась.

— Блядь. Вару, — быстро сказала она, оборачиваясь к нему. — Беги к охотнику. Веди его кругом. Просто беги, отвлекай, путай следы, и беги ко мне. Понял?

Вару, всё ещё в волчьей форме, моргнул зелёными глазами.

— Я разберусь, — тихо сказала Настя, и в её голосе послышалась сталь. — Беги, братец. Доверься мне.

И Вару побежал.

Он рванул с места, чувствуя, как мощные лапы несут его по лесу. Охотник вскинул ружьё, но Вару был быстрее — он метнулся в сторону, заставляя браконьера развернуться.

— Ах ты, мелкий ублюдок! — выдохнул охотник и побежал за ним.

Вару петлял между деревьями, перепрыгивал коряги, иногда замедлялся, чтобы охотник не потерял его из виду. Он водил его кругами, уводя всё дальше от поляны, от волчицы и щенков.

Сердце колотилось. Но внутри горел азарт.

Он наконец увидел поляну. Настя стояла на месте, передник со щенками был уже завязан на ней, волчица стояла рядом, готовая защищать.

— Сюда! — крикнула Настя.

Вару рванул к ней, обогнул её и замер позади, тяжело дыша.

Охотник выбежал на поляну, вскидывая ружьё, но Настя уже подняла руку. Глаза её засветились — правый тёмный, левый ледяной — без линз, во всей своей жуткой красе. Она шагнула вперёд, и охотник попятился, выронив ружьё.

— Ты... ты чудовище! — прошептал он, глядя в её разноцветные глаза, которые светились в темноте.

— Вали, — тихо сказала Настя, и в её голосе было столько силы, что браконьер развернулся и побежал прочь, спотыкаясь о корни.

Настя усмехнулась.

— Ну вот. А ты боялся, — сказала она Вару, оборачиваясь к нему. — Пошли.

Она перекинула передник со щенками через плечо, волчица поднялась и, поскуливая, пошла за ними.

Они прошли через лес к небольшому заповеднику, где их уже ждали. Настя сдала щенков и мать смотрителям, объяснила что-то на волчьем, и те расслабились.

Когда они вышли из заповедника, Настя снова обернула Вару человеком. Тот пошатнулся, но устоял.

— Ну как? — спросила Настя, улыбаясь. — Первое задание — зачёт.

Вару хотел ответить, но на её приёмнике запищал сигнал.

Настя нахмурилась, достала маленькую рацию и приложила к уху.

— Слушаю... Ага... Поняла... — Она отключилась и посмотрела на Вару с хитрой улыбкой. — Есть новое задание. Нужно выкрасть флешки из сейфа одного местного босса гангстеров.

— Чего?! — возмутился Вару. — Мы же только что...

— Быстро, тихо и без шума, — перебила Настя. — Идём.

Она потащила его обратно в город, на этот раз пешком, но быстро и уверенно. Они добрались до старого офисного здания, где Настя жестом приказала ему молчать.

— Я делаю нас невидимыми, — прошептала она. — Просто стой рядом и ничего не трогай.

Она подняла руку, и Вару почувствовал странное покалывание по всему телу. На мгновение мир стал размытым, а потом они оба исчезли.

— Охуеть, — выдохнул Вару.

— Тише, — шикнула Настя.

Они прошли через охранную систему как призраки. Настя телекинезом отключала камеры, открывала двери, не прикасаясь к ним. Они добрались до кабинета босса, где стоял массивный сейф.

Настя прикоснулась к замку, и он щёлкнул. Сейф открылся. Внутри лежала одна-единственная флешка.

Настя схватила её и, не глядя, кинула Вару.

— Лови!

Флешка описала дугу в воздухе, и Вару поймал её, зажав в кулаке.

В ту же секунду Настя стояла рядом — она переместилась быстрее, чем он успел моргнуть.

— Есть, — ухмыльнулась она. — Пошли.

И они снова исчезли. Вару уже перестал удивляться. Они выскользнули из здания так же незаметно, как и вошли.

Уже под утро они стояли у участка. Настя постучала в окно, и им открыла та же тётя Лена, которая отчитывала её в лесу.

— Принесли? — сухо спросила она.

Настя кивнула и протянула флешку. Тётя Лена взяла её, кивнула и закрыла окно.

— Всё, — выдохнула Настя, поворачиваясь к Вару. — Задание выполнено. Ты справился.

Вару стоял, тяжело дыша, и смотрел на неё.

— Ты... ты просто невероятная, — выдохнул он. — Ты — оборотень, летаешь, телекинез, невидимость... Что ты ещё умеешь?

Настя подмигнула своим разноцветным глазом:

— Это только начало, братец. У нас вся ночь впереди.

И она рассмеялась, звонко и безумно, как Эмма.

Вару улыбнулся. Но тут же нахмурился.

— Пик с Эммой знают, чем ты занимаешься?

Девушка рассмеялась, идя в направлении к дому.

— Come on, Вару, какой нахер знают? Ты ваще не вчехляешь?

— Да я ток 3 часа как в семье! — возмутился Вару.

— Ладна, слушай. Все клоны обладают способностями, но знают о них только Данте, Габри и Пиковые. Остальные нет. Все считали, что уши Гэба — просто причудливая особенность, а Данте — побочка генератора. Но нет. Неза долго до ухода Пика и Эммы родилась я. И да, я оборотень из-за Пика, а телекинез — от Эммы. У тебя хз, попозже выясним. И ГАБРИЭЭЭЭЛЬ!!!

— Кого?! — Вару завертел головой.

Но Настя уже смотрела куда-то вперёд, и в её голосе послышалось что-то среднее между радостью и яростью.

— ГАБРИЭЭЭЛЬ, ТВАРЬ! Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО ТЫ! ВЫХОДИ, СУКА!