часть 32
Но спокойствие оказалось слишком хрупким.
Сначала всё было почти хорошо. Слишком хорошо, чтобы не насторожиться.
Несколько дней подряд он был рядом — не навязчиво, не резко, а так, как будто учился заново быть частью её жизни.
Она замечала, как он задерживает взгляд на ней чуть дольше обычного, как иногда молчит, будто подбирает слова, как в его голосе появляется мягкость, которой раньше не было.
И всё же что-то в нём оставалось скрытым.
Нечто тёмное.
Нечто опасное.
Нечто, о чём он не говорил.
Она чувствовала это, но не спрашивала. Пока не пришёл тот вечер.
Телефон Пэйтона зазвонил резко, почти грубо, разрезая тишину его кабинета.
Он посмотрел на экран, и в ту же секунду его лицо изменилось. Исчезла привычная спокойная маска. Взгляд стал жёстче, собраннее, холоднее.
— Что случилось? — спросила она, сразу заметив перемену.
Он не ответил сразу. Только отвернулся к окну, сжал телефон в руке и коротко выдохнул.
— Мне нужно ехать.
— Куда?
— Не спрашивай.
Она нахмурилась.
— Пэйтон...
— Просто останься здесь.
— Нет.
Он резко повернулся к ней.
— Что значит «нет»?
— То и значит. Я еду с тобой.
— Ты не поедешь.
— Почему?
Он на секунду закрыл глаза, будто сдерживая раздражение или страх.
— Потому что это опасно.
— Тогда тем более я еду.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь.
— Так объясни.
Он шагнул ближе, понизив голос.
— Я не могу.
— Почему?
Он посмотрел на неё так, будто хотел сказать слишком многое и не мог позволить себе ни слова.
— Потому что это не та часть моей жизни, в которую я хочу тебя втягивать.
Она замерла.
— Что это значит?
Пэйтон молчал слишком долго.
А потом сказал то, что она, возможно, уже чувствовала, но не хотела признавать:
— Я не просто работаю здесь.
Тишина стала тяжёлой.
— Пэйтон...
— Я глава того, чего стоит бояться каждому из таких как ты— произнёс он ровно, почти без эмоций, и от этого его слова прозвучали ещё страшнее. — И это не то, о чём должны знать люди вроде тебя.
Она смотрела на него, не моргая.
Мир будто на секунду накренился.
— Ты... серьёзно?
— Да.
— И ты всё это время—
— Пытался держать тебя подальше от этого.
Она сделала шаг назад.
— От чего именно?
Он сжал челюсть.
— От всего, что может тебя сломать.
Но она уже не слушала. В голове шумело, сердце билось слишком быстро.
— Поэтому ты исчезаешь по ночам?
— Да.
— Поэтому тебе звонили тогда?
— Да.
— И поэтому ты не хотел, чтобы я шла с тобой?
Он молчал.
И этого было достаточно.
Она резко выдохнула.
— Я всё равно поеду.