Почти своя

Сердце пропустило удар. Она не хотела читать. Она хотела закрыть телефон и сделать вид, что не видела этого. Но пальцы уже сами открыли пост.

Под текстом была фотография. Нечёткая, зернистая, словно сделанная издалека. Дима стоял в каком-то баре или на вечеринке, рядом с ним была девушка — её лица не было видно, только длинные волосы и фигура в облегающем платье. Он обнимал её за плечи, она смеялась, наклонив голову к нему. Выглядело это как что-то интимное.

Подпись гласила:

«Похоже, у нашего Димы завелась новая пассия. Наш источник сообщает, что Дима Коваль был замечен в компании загадочной брюнетки. Что же, недолго продлился его роман с синеволосой певицей Вентури... Ждём официальных комментариев».

Алиса почувствовала, как у неё перехватывает дыхание. Она смотрела на фотографию, смотрела на слова, и внутри неё разливался холод. В голове проносились мысли, одна страшнее другой: «Он врёт мне? Он с самого начала не был серьёзен? Он нашёл кого-то, пока я здесь?».

Она попыталась позвонить ему. Трубка не отвечала. Она набрала снова — та же тишина в динамике. Она написала в мессенджер: «Дима, что это? Позвони мне». Текст повис без ответа, и в этом молчании было что-то пугающее.

Её руки дрожали. Она встала, прошлась по комнате, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Она знала, что он не мог так поступить. Знала. Но что-то внутри неё, тот самый голос, который шептал о страхе, снова поднял голову и закричал: «А если это правда? Что, если он просто ждал, пока ты уедешь?».

Через несколько минут телефон завибрировал. Звонил Илья.

— Алиса, — сказал он, и его голос был встревоженным, но ровным, — ты уже видела эту новость?

— Да, — выдохнула она, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Я пыталась дозвониться до него, но он не отвечает.

— Не паникуй, — сказал Илья. — Я уже связался с ним. Он сейчас на съёмках, у него телефон выключен. Но я знаю эту историю. Это старое фото. Оно было сделано больше года назад на каком-то мероприятии. Та девушка — его бывшая коллега, она замужем и живёт в другой стране. Это просто совпадение, Алиса. Кто-то специально слил его сейчас, чтобы навредить вам.

Алиса замерла. Она слышала его слова, но они проникали в неё медленно, сквозь шум в ушах.

— Ты уверен? — прошептала она.

— На сто процентов, — твёрдо ответил Илья. — Я видел это фото раньше. И я знаю, что у Димы нет никого, кроме тебя. Ты же знаешь его. Он не такой.

Алиса закрыла глаза, чувствуя, как напряжение начинает отпускать, как дыхание становится глубже.

— Он мне не написал... Я так испугалась...

— Он сейчас уже в курсе, — сказал Илья. — Он звонил мне, пока я ехал к тебе. Сказал, что разберётся с этим, и что он тебя любит. И что приедет к тебе, как только сможет.

Она всхлипнула — от облегчения. Илья говорил что-то ещё, но она уже слышала голос Димы внутри себя. Она знала, что это была ложь. Кто-то пытался разрушить их, но не смог.

Она повесила трубку, и через минуту телефон снова завибрировал — на этот раз от него.

Сообщение: «Алиса, это неправда. Я люблю тебя. Я всё объясню. Это старый снимок, год назад, я даже не помню контекста этой фотографии. Я позвоню через час, как только освобожусь. Ты мне веришь?»

Она смотрела на экран, и слёзы текли по щекам, но теперь это были слёзы облегчения.

«Я верю, — написала она. — жду».

Она убрала телефон и посмотрела в окно. За ним темнел вечерний Питер, и в его огнях было что-то успокаивающее. Кто-то хотел их разлучить. Но они были сильнее. И она знала — они выстоят. Вместе.

На следующий день Алиса почти не спала. Она лежала в своей гостиничной комнате, глядя в потолок и прокручивая в голове события вчерашнего вечера. Она снова перечитывала его сообщение, снова слушала голосовое, которое он прислал перед сном, и чувствовала, как внутри постепенно утихает страх.

«Всё будет хорошо», — сказал он тогда. И она почти поверила.

Утром она встала, приняла душ, оделась и пошла в студию, пытаясь сосредоточиться на работе. Но мысли всё время возвращались к нему. Она проверила телефон раз пять, надеясь увидеть сообщение, но экран был пуст.

Она уже почти решила, что он не сможет приехать, когда в дверь студии постучали.

Она открыла, и сердце её остановилось на мгновение.

На пороге стоял Дима. В белой рубашке, идеально выглаженной, с расстёгнутым верхом, открывающим ключицы. Она сидела идеально, подчёркивая плечи и талию, а рукава были аккуратно закатаны до локтя, открывая татуировки. В руках он держал огромный букет — белые пионы вперемешку с нежно-розовыми гортензиями и веточками эвкалипта - это было уже традицией. Он пах свежестью, дорогим парфюмом и чем-то родным, что она так любила.

— Привет, — сказал он, и в его голосе была та самая хрипотца, от которой у неё подкашивались ноги. — Я здесь. Насовсем.

Она не могла говорить. Она смотрела на него, на его глаза, которые светились той самой тёплой, чуть меланхоличной улыбкой, которую она полюбила, и чувствовала, как слёзы счастья подступают к глазам.

— Как... — только и смогла выдохнуть она.

— Я перенёс все съёмки, — сказал он, переступая порог. — Закончил со всеми делами. И теперь я здесь — до конца твоей работы. Никуда не уеду, пока ты не запишешь свой альбом.

Она не выдержала. Она шагнула к нему, обхватила его за шею, прижимаясь так сильно, как только могла. Букет едва не упал, но он успел перехватить его и прижать её к себе свободной рукой.

— Ты не представляешь, как я скучала, — прошептала она в его плечо.

— Я знаю, — ответил он, целуя её в макушку. — Я тоже. Я не мог больше быть там без тебя. Я говорил с Ильёй, я всё решил. Теперь я твой личный продюсер, повар, водитель и главный фанат.

Она отстранилась, глядя на него сквозь слёзы, и рассмеялась:

— Ты приехал в Питер только ради меня?

— Только ради тебя, — ответил он. — И ради того, чтобы смотреть, как ты пишешь свою историю.

Она взяла букет, вдохнула его аромат, чувствуя, как этот жест наполняет её спокойствием и уверенностью.

— Ты совсем уже, Коваль.

— Я знаю. Но ты меня любишь.

Она улыбнулась и поцеловала его — долго, нежно, не обращая внимания на то, что они стояли посреди коридора студии и кто-то мог их увидеть.

Они провели остаток дня вместе. Он сидел в студии, пока она записывала вокал, и просто смотрел на неё с такой теплотой, что она чувствовала себя самой важной певицей на свете. Он приносил ей кофе, обнимал между дублями, шептал на ухо слова поддержки. А когда она уставала, он уводил её гулять по Питеру, держа за руку, показывая ей город, который становился для них вторым домом.

Вечером они сидели в небольшом кафе на набережной, глядя на разводной мост, и пили горячий шоколад. Алиса чувствовала, как впервые за долгое время она дышит полной грудью, как страх и тревога отступают, уступая место уверенности.

— Спасибо тебе, — сказала она тихо. — За то, что приехал. За то, что веришь в меня. За то, что не даёшь мне сдаться.

Дима взял её руки в свои и посмотрел в глаза:

— Алиса, я всегда буду здесь. Даже если мир решит попытаться нас разлучить, я найду способ быть рядом с тобой. Ты — моё всё.

Она улыбнулась сквозь слёзы, и в этом моменте не было ничего, кроме них.

Они вернулись в гостиницу поздно вечером, уставшие, но счастливые. Питер уже спал за окном, лишь иногда проезжающие машины нарушали тишину. Алиса скинула туфли у порога и, не дойдя до кровати, просто рухнула на неё, раскинув руки в стороны.

— Я устала, как собака, — простонала она, закрывая глаза. — Но это была лучшая усталость за последние дни.

Дима усмехнулся, снял рубашку и повесил её на спинку стула.

— Собака, говоришь? А где тогда твой хвост, которым ты виляешь, когда я тебе комплименты делаю?

— Он у меня невидимый, — фыркнула она, не открывая глаз. — Только избранные могут его видеть.

Он подошёл к кровати, лёг на спину и похлопал себя по животу:

— Давай, забирайся, избранная.

Она приоткрыла один глаз, усмехнулась и, перекатившись, устроилась на нём верхом, сидя на его бёдрах. Она не навалилась, не легла — просто сидела, опираясь руками на его грудь, и смотрела на него сверху вниз с той самой дерзкой улыбкой, которую он так любил. Дима положил руки ей на бёдра, затем медленно провёл ладонями по её спине, касаясь каждого позвонка, останавливаясь на талии, и снова возвращаясь к бёдрам.

— Знаешь, — сказал он с лёгкой усмешкой, — ты меня бесишь, пиздец. Тебя же даже придушить нельзя — тебе же понравится.

Алиса рассмеялась — звонко, искренне, запрокинув голову назад. Её тёмно-синие волосы скользнули по плечам, открывая шею, и она посмотрела на него с прищуром:

— Откуда ты знаешь?

— Я наблюдательный, — ответил он с той самой меланхоличной полуулыбкой, которая сводила её с ума. — Я многое о тебе знаю. Например, что ты любишь, когда тебя целуют в шею. Или что у тебя есть родинка на левом бедре. Или что ты краснеешь, когда я говорю тебе комплименты.

— И что ты собираешься с этим делать? — спросила она, наклоняясь чуть ближе.

Он не ответил словами. Вместо этого он резко перевернул её на спину, нависнув над ней, опираясь на локти. Она оказалась под ним, её глаза расширились от неожиданности, но в них уже плясали смешинки.

— Я собираюсь целовать тебя, — сказал он, почти касаясь губами её губ. — Пока ты не перестанешь меня бесить.

— Это будет долго, — усмехнулась она.

— Я никуда не спешу, — ответил он и поцеловал её.

Поцелуй был долгим, медленным, почти ленивым, но в нём было столько тепла, что она забыла обо всём на свете. Его руки скользили по её телу, по спине, по бёдрам, и она чувствовала, как её дыхание сбивается, как сердце начинает биться быстрее. Она обвила его шею руками, притягивая ближе, и он тихо засмеялся, прерывая поцелуй.

— Я же говорил, — прошептал он ей в губы. — Тебе нравится, когда тебя душат.

— Ты врун, — выдохнула она, но на её губах играла улыбка. — Ты просто хочешь, чтобы я тебя любила.

— А я уже люблю, — ответил он. — И я хочу, чтобы ты знала, что я всегда буду здесь. Даже если ты будешь меня бесить. Даже если ты будешь далеко.

Она притянула его к себе, целуя так, чтобы он замолчал. И он замолчал. Потому что слова были не нужны, когда есть этот момент, эта близость, это чувство, которое не требовало доказательств.

Когда они наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, Алиса посмотрела на него и прошептала:

— Спасибо, что ты есть.

— Спасибо, что ты есть, — ответил он, и в голосе его не было шутки.

___
тгк, тт - wieqxli, подписывайтесь❤️🥹