Почти своя

Следующие несколько дней прошли в тихом, размеренном ритме. Алиса работала над новыми треками, и вдохновение, казалось, вернулось к ней окончательно. Она писала легко, почти не задумываясь, и мелодии лились из неё, как будто их кто-то включал изнутри. Она сидела на кухне у Димы в топе — чёрном, свободном, с открытыми плечами, — и слушала только что записанный кусок песни. Всё было хорошо. Спокойно. Почти идеально.

Телефон на столе завибрировал, и на экране высветился входящий видеозвонок. Таня.

Алиса улыбнулась, провела рукой по волосам, поправила топ, который чуть сполз с плеча, и ответила.

— Привет, моя звезда! — раздался звонкий, тёплый голос подруги с экрана. Таня сидела у себя дома, на фоне виднелась знакомая кухня в Новосибирске, а рядом с ней, кажется, возился маленький Ваня. — Я соскучилась! Ты пропала! Я уже думала, что ты забыла, как я выгляжу.

— Тань, привет! — Алиса широко улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди от знакомого голоса. — Я не пропала, просто... много работы. Пишу новые треки, много времени провожу в студии.

— Ого, новые треки? — Таня приподняла бровь с любопытством. — Это уже серьёзно. Что за треки? О чём?

— Оу... ну, — Алиса запнулась на мгновение, не зная, как объяснить, что она пишет песни о любви, о доверии, о том, как важно быть рядом. — О разном. О жизни. О счастье. Я, наверное, впервые пишу что-то такое светлое.

Таня одобрительно хмыкнула и взяла чашку с чаем.

— Я смотрю, у тебя всё хорошо? Выглядишь просто сияющей. Это уже что-то новенькое для тебя, учитывая твой вечный меланхоличный вайб.

— Наверное, — улыбнулась Алиса, откидываясь на спинку стула. — Ко мне недавно приезжала Тася, мы с ней гуляли, рисовали, она меня опять про свадьбу доставала. Илья приезжал, приносил булочки, мы болтали. Всё так хорошо, что я даже не знаю, как к этому привыкнуть.

— Я рада, — искренне сказала Таня, но её взгляд стал чуть более внимательным. — Слушай, а ты в какой-то новой квартире? У тебя там фон другой. У тебя, кажется, кухня была светлая, а тут что-то... темнее, что ли.

Алиса, не глядя, махнула рукой:

— Да, я просто... у друга сижу. Работаем над проектом, решила остаться на пару дней, чтобы не ездить туда-сюда. У него кухня удобная, есть где разложиться.

— У друга, говоришь? — Таня прищурилась, но голос её оставался таким же тёплым. — Ага. Ну, хорошо. Только у тебя, кстати, на шее что-то. Или мне кажется? Слева, чуть ниже ключицы.

Алиса инстинктивно провела рукой по шее, но ничего не почувствовала. Она не видела, что на коже остался след — тёмное, почти бордовое пятнышко, оставленное Димой вчера вечером, когда они целовались на диване под какой-то глупый фильм. Она тогда даже не заметила, что он так увлёкся. Он был нежным, но страстным, и она просто растворилась в этом моменте.

— Что? — переспросила она, пытаясь заглянуть в отражение в тёмном экране телевизора, но ничего не видела. — Ничего там нет. Тебе кажется.

— Да нет, мне не кажется, — с лёгкой усмешкой ответила Таня. — Алиса, ты сидишь, вся светишься, как новогодняя ёлка, у тебя на шее явный засос, и ты находишься не у себя дома. И ты говоришь, что у тебя всё хорошо? Рассказывай, подруга. Ты чего-то не договариваешь?

Алиса замерла. Её щёки моментально залились краской. Она посмотрела на себя в камеру телефона и наконец заметила то, что увидела Таня — на шее, чуть ниже ключицы, было то самое пятно. Она прикрыла глаза и пробормотала:

— Боже... я даже не видела.

Таня расхохоталась:

— Так, Алиса Вадимовна, я жду весь лор. У тебя кто-то появился? Или ты уже забыла, что у тебя есть подруга, которая живёт в Новосибирске и всё ещё помнит, как ты плакала из-за того козла? Рассказывай, давай. И не смей уходить от ответа!

Алиса закрыла лицо ладонями, чувствуя, как внутри всё смеётся и смущается одновременно.

— Ладно, — сказала она, убирая руки и глядя на подругу с лёгкой улыбкой. — Я хотела тебе рассказать, но просто боялась, что ты начнёшь меня дразнить.

— Дразнить? Я? — Таня приложила руку к груди в театральном жесте. — Я никогда не дразню. Я просто радуюсь за тебя! Давай, колись, кто он? Откуда? Ты давно с ним? Я хочу всё знать!

Алиса вздохнула, улыбнулась и начала рассказывать. Про Диму, частично Таня знала про него, про торговый центр, про Барни, про Тасю, про ночь, когда он остался у нее, потом на осталась у него, про два месяца ожидания, про день рождения Влада, про песню и про то, как он наконец попросил стать его девушкой. Она рассказывала, и Таня сидела с широко открытыми глазами, не перебивая, пока наконец не выдохнула:

— Господи, Алиса... Это же как в кино. Я не верю! Ты, моя вечно замкнутая, всех боящаяся подруга, — и ты встречаешься с популярным ведущим, который ждал тебя два месяца.

— Я знаю, — Алиса улыбнулась, и в голосе её звучала лёгкая гордость, смешанная со смущением. — Я сама иногда думаю, что это сон. Но это реальность. И я так счастлива, Тань.

— Я так рада за тебя, — сказала Таня, и голос её стал серьёзнее. — Ты заслужила это счастье. Помнишь, я тебе говорила, что когда-нибудь встретишь того, кто будет тебя ждать? Вот он. Я вижу, как ты светишься. И это не просто засосы на шее, Алиса. Ты реально светишься.

Алиса рассмеялась, чувствуя, как слёзы подступают к глазам — слёзы счастья, которые она больше не боялась показывать.

— Спасибо, что не дала мне сбежать от этой темы, — сказала она. — Я хотела сама тебе рассказать, но просто не знала, с чего начать. А потом всё как-то закрутилось.

— Теперь ты знаешь, что я всегда рядом, — улыбнулась Таня. — И, Алиса... я очень хочу с ним познакомиться. Когда мы увидимся? Привези его в Новосибирск, что-ли. Я хочу посмотреть на того, кто смог растопить твоё сердце.

— Я обязательно привезу, — пообещала Алиса. — Он тебе понравится. Он настоящий. Честный. Не такой, как все.

— Я верю, — сказала Таня. — А теперь иди к своему «настоящему», а то я вижу, что ты уже начинаешь на себя смотреть, пытаясь понять, видно ли ещё что-то на шее.

Алиса громко рассмеялась и помахала подруге:

— Спасибо, что позвонила. Я тебя люблю.

— Я тебя тоже, дура. Пиши! Не пропадай!

Они попрощались, и Алиса убрала телефон, чувствуя, как внутри всё поёт. Она посмотрела в окно, на вечерний город, и улыбнулась. Она знала, что всё, что она пережила, привело её сюда — к этому моменту, к этому человеку, к этому счастью. И она была благодарна за каждый шаг на этом пути. Даже за те, которые были полны боли.

Алиса отключила звонок и ещё несколько секунд сидела, глядя на тёмный экран телефона с глупой улыбкой на лице. Таня всегда умела разрядить обстановку — даже когда она сама не подозревала, что создала эту обстановку. Мысль о том, что она сидит жома у Димы, с его поцелуями на шее, и даже не задумалась о том, как это выглядит, вызвала у неё тихий смех. Она провела пальцами по тому самому пятну, всё ещё ощущая лёгкое жжение, и поняла, что ей это нравится. Ей нравилось быть его. Нравилось, что он оставляет следы на её коже. Нравилось знать, что она больше не прячется.

Она встала, заварила себе свежий чай и подошла к окну. За стеклом медленно темнел вечерний город. Она смотрела на огни, на бесконечный поток машин, на людей, которые куда-то спешили, и вдруг осознала, как сильно изменилась её жизнь за последние месяцы. Ещё недавно она сидела одна на подоконнике своей пустой квартиры, слушала дождь и чувствовала себя потерянной. А теперь она стояла на кухне того, кого любила, и чувствовала, что нашла свой дом. Не место — человека.

Она взяла телефон, открыла заметки и начала писать. Строчки ложились легко, без усилий, как будто они ждали, когда она их выпустит. Она пела тихо, почти шёпотом, чтобы не спугнуть момент, и мелодия рождалась сама собой. Это была не та песня, которую она писала о боли, — это была песня о том, как просыпаться рядом с любимым человеком, как чувствовать его дыхание, как знать, что ты в безопасности.

Она не заметила, как прошло время, пока в коридоре не раздался звук открывающейся двери. Она обернулась и увидела Диму, который стоял на пороге кухни с усталым, но счастливым лицом.

— Ты не перестаёшь меня удивлять, — сказал он, снимая куртку и вешая её на плечики в прихожей. — Я зашёл — ты поёшь. Это уже становится традицией.

Алиса улыбнулась, ставя кружку с чаем на стол.

— Это новая песня, — сказала она. — Ещё сырая, без аранжировки. Я просто набросала.

— Можно послушать? — спросил он, подходя ближе.

— Не сейчас, — покачала она головой. — Когда будет готова. Я хочу, чтобы ты услышал её в идеальном виде.

Он понимающе кивнул и обнял её, уткнувшись носом в её макушку.

— Как прошёл день? — спросил он.

— Хорошо, — ответила она, наслаждаясь его теплом. — Таня звонила. Я ей про нас рассказала. Она в шоке и хочет с тобой познакомиться.

— Ого, — Дима усмехнулся, — значит, теперь я должен пройти проверку у подруги? Это серьёзный этап.

— Очень серьёзный, — подтвердила она, поднимая голову и глядя на него. — Она знает меня лучше, чем кто-либо. Но я не переживаю — ты ей понравишься.

— С чего такая уверенность?

— Потому что ты — это ты, — просто ответила она. — И ты настоящий. Она это оценит.

Дима улыбнулся, поцеловал её в лоб и прошёл на кухню, наливая себе воды.

— А я сегодня разговаривал с Ильёй, — сказал он, поворачиваясь к ней. — Он предложил устроить небольшой домашний ужин на выходных. Только свои — он, Тася, мы. Я согласился. Ты как?

— Звучит идеально, — ответила она. — Тася будет в восторге. Она уже который день просится к нам.

— Тогда решено, — он подошёл к ней и обнял сзади, положив подбородок на её плечо. — Выходные будем с семьёй.

Алиса закрыла глаза, чувствуя его дыхание на своей шее.

— Странно слышать это слово, — сказала она тихо. — «Семья». Раньше я не думала, что у меня она будет. А теперь...

— А теперь у тебя есть я, — перебил он мягко. — И твой брат, и твоя племянница, и твои друзья. У тебя есть люди, которые тебя любят. И это навсегда.

Она промолчала, но внутри неё разлилось такое тепло, что она готова была стоять так вечность.

Они поужинали вместе, смеясь над дурацким видео про кота в интернете, и потом устроились на диване, чтобы посмотреть какой-то лёгкий фильм. Барни устроился у их ног, и в квартире было тихо и уютно. Алиса сидела, прижавшись к плечу Димы, и чувствовала, что всё, что ей нужно, — это здесь.

— Я люблю тебя, — прошептала она, почти неосознанно.

Он повернулся к ней, и его глаза были полны того же чувства.

— Я люблю тебя, — ответил он. — И я рад, что мы есть друг у друга.

Они поцеловались — мягко, долго, без спешки, и этот момент был похож на обещание. На то самое обещание, которое не требует слов. На то, которое остаётся в сердце навсегда.

____
тгк, тт - wieqxli, подписывайтесь ❤️🥹