Карамель на наших осколках | Куертов

Как только моя подпись легла на бумагу, мистер Адлер захлопнул папку с такой скоростью, будто боялся, что я передумаю. Он бормотал какие-то дежурные поздравления, пятясь к двери, пока Виктор, словно безмолвная тень, не выпроводил его из гостиной.

Мы с Владом остались одни.

Он взял со стола свою копию контракта, небрежно бросил ее в ящик стола и повернулся ко мне. В его взгляде не было ни намека на торжество - только тяжелая, железобетонная уверенность человека, который только что запер последнюю дверь в моей клетке.

- Через два часа приедут портные, - бросил он, поправляя манжеты. - Выбирай что хочешь. Цвет, фасон, камни - мне всё равно. Главное, чтобы через три недели ты выглядела так, чтобы ни у одного ублюдка в этом городе не возникло сомнений, чья ты жена.

Я криво усмехнулась, поднимаясь с кресла.
- А если я выберу траурный черный?

- Значит, синдикат решит, что мы заранее хороним наших врагов, - парировал Влад, не моргнув и глазом. - Виктор останется с тобой. Я еду в город. У нас появились... нерешенные вопросы с людьми Артура.

Он не стал прощаться. Просто прошел мимо, обдав меня запахом своего парфюма, и скрылся за дверью.

***

Два часа спустя моя гостиная превратилась в филиал парижского дома мод. Главный кутюрье, истеричный француз по имени Мишель, носился вокруг меня с сантиметровой лентой, пока три его тихие ассистентки распаковывали чехлы с тканями.

Виктор стоял у дверей, скрестив руки на груди. Его люди проверили каждого портного еще на въезде, прогнали через металлодетекторы и выпотрошили их сумки. Охрана была параноидальной, но в мире Куертова иначе не выживали.

- Mon Dieu, мадемуазель! - щебетал Мишель, заставляя меня встать на небольшой подиум, установленный прямо посреди ковра. - У вас идеальная фигура! Мы сделаем нежный кремовый силуэт с открытой спиной, добавим кружево...

- Черный, - отрезала я, глядя на свое отражение в огромном зеркале, которое они притащили с собой. - Никакого кремового, Мишель. Глубокий, матовый черный шелк. И минимум кружева.

Француз картинно схватился за сердце и с мольбой посмотрел на Виктора.
Охранник даже не пошевелился.
- Босс сказал - любой цвет. Шейте черный, - пробасил Виктор.

Мишель обреченно вздохнул и щелкнул пальцами. Две ассистентки тут же бросились к кофрам, доставая рулоны тяжелого черного шелка, а третья - невысокая, неприметная девушка с собранными в тугой пучок волосами - подошла ко мне с подушечкой для булавок на запястье.

Она опустилась на колени у моих ног, делая вид, что примеряет длину ткани.

Я смотрела в зеркало, погруженная в свои мысли. Свадьба. Жена босса мафии. Контракт. Всё это казалось сюрреалистичным бредом. Но тут мой взгляд случайно зацепился за отражение девушки у моих ног.

Она не смотрела на ткань. Она смотрела на меня.
И в ее глазах не было ни капли портновского интереса. Там была ледяная, мертвая сосредоточенность.

Мой мозг еще не успел до конца осознать опасность, когда инстинкты взвыли сиреной. Я заметила, как ее рука скользнула не к булавкам, а к голенищу своего ботинка. Металлодетекторы ищут сталь. Они не ищут заточенную керамику.

Блик белого лезвия мелькнул в воздухе.

- Черт! - вырвалось у меня.

Я резко отшатнулась назад, путаясь в рулонах ткани. Керамический нож со свистом распорол воздух в миллиметре от моего бедра, разрезая дорогой шелк как бумагу.

Мишель пронзительно завизжал.
Виктор рванул с места, на ходу выхватывая пистолет:
- На пол! Всем лежать!

Но девушка оказалась быстрее. Она вскочила на ноги, как сжатая пружина, и бросилась на меня, понимая, что у нее есть лишь пара секунд до того, как Виктор всадит ей пулю в голову.

Адреналин ударил в кровь так мощно, что время словно замедлилось. Я не стала убегать. Бежать в узком платье по подиуму было самоубийством. Мой взгляд метнулся к столику Мишеля. Там лежали тяжелые, массивные портновские ножницы из кованой стали.

Когда убийца сделала выпад, метя лезвием мне в живот, я уклонилась вправо. Керамика чиркнула по моим ребрам, оставляя жгучую, но неглубокую царапину. Я схватила со стола ножницы. Они были тяжелыми, как кирпич.

Развернувшись всем корпусом, я вложила всю свою ярость, весь страх и ненависть к этому опасному миру в один удар. Острые стальные концы ножниц с тошнотворным хрустом вошли убийце прямо в плечо, пробивая ключицу.

Девушка дико закричала, выронив свой нож.

В ту же секунду подоспел Виктор. Он снес ее на пол одним ударом приклада, прижав коленом к ковру, и наставил ствол ей в затылок.

- Дернешься - пожалеешь, - прорычал он.

В гостиную уже врывалась вооруженная охрана. Двух других ассистенток и полумертвого от ужаса Мишеля жестко швырнули лицом в пол, надевая наручники.

Я стояла посреди этого хаоса, тяжело дыша. Мои руки дрожали, а с лезвия портновских ножниц, которые я все еще судорожно сжимала, на белый ворс ковра медленно капала чужая кровь. На боку черного шелкового платья расплывалось мое собственное, темно-бордовое пятно.

Двери гостиной распахнулись с такой силой, что ударились о стену.

На пороге стоял Влад. Судя по всему, он даже не успел отъехать от усадьбы, когда по рации передали код тревоги. Его глаза были черными от гнева. Он окинул взглядом скрученных портных, залитую кровью убийцу под коленом Виктора и, наконец, посмотрел на меня.

Я не отвела взгляд. Не заплакала. Не забилась в истерике. Я стояла босиком на подиуме, бледная, с окровавленными ножницами в руках, и смотрела прямо в глаза своему будущему мужу.

Влад медленно, чеканя каждый шаг, подошел ко мне. Он не стал спрашивать, в порядке ли я. В этом мире такие вопросы не задают. Он мягко, но властно перехватил мое запястье и забрал ножницы из моих сведенных судорогой пальцев, бросив их на стол.

Затем его рука легла на мою талию, прямо рядом с порезом. Он посмотрел на кровь, испачкавшую его пальцы, и поднял на меня взгляд. В нем больше не было холодного расчета. Там горело абсолютное, темное восхищение хищника, который понял, что нашел себе равную.

- Доложи, Виктор, - не оборачиваясь, тихо, но так страшно спросил Влад, что в комнате, казалось, упала температура. - Кто эта тварь?

- Керамическое лезвие, босс, - хрипло отчитался начальник охраны. - Прошла через рамки. Судя по татуировке на шее - из людей Артура. Смертница.

Влад провел большим пальцем по моей щеке, стирая случайную каплю чужой крови с моего лица. Его прикосновение обжигало.

- Ты сама ее остановила, - прошептал он, глядя на меня с пугающей гордостью.

- Я же сказала, - мой голос слегка дрогнул, но я заставила себя усмехнуться. - Платье для казни я выберу сама. И я не собиралась умирать в примерочной.

Куертов издал низкий, вибрирующий смешок. Он резко развернулся к Виктору.

- Уведите всех. Мишеля и его команду в подвал, пока не выясним, кто продал им эту крысу. А эту дрянь... - Влад брезгливо кивнул на корчащуюся на полу убийцу. - В пыточную. Я спущусь через десять минут. Буду выдирать из нее информацию по кускам.

Охрана мгновенно очистила комнату, утаскивая сопротивляющихся людей. Когда двери закрылись, мы снова остались одни.

Влад снова повернулся ко мне. Его взгляд опустился на порез на моих ребрах. Без лишних слов он подхватил меня на руки - легко, словно я ничего не весила. На этот раз я даже не пыталась сопротивляться. Адреналин отступал, уступая место ноющей боли и усталости.

- Куда ты меня тащишь? - пробормотала я, утыкаясь носом в его плечо.

- Обрабатывать твою рану, будущая жена, - жестко ответил Влад, направляясь к лестнице. - А потом мы поедем в город. Если эти ублюдки хотят войны перед свадьбой - они захлебнутся в ней еще до заката.

Мы поднялись в личное крыло в абсолютной тишине. Влад не сказал ни слова по дороге, но его молчание давило сильнее любых криков. В каждом его движении чувствовалась сжатая пружина - та самая ярость хищника, которому наступили на хвост.

Он усадил меня на край широкой кровати, сам опустился на одно колено рядом и быстро, но аккуратно разрезал ножницами ткань моего испорченного платья на боку, открывая доступ к ране. Керамический клинок прошелся по касательной, оставив рваный, кровоточащий порез на ребрах. Боль жгла, но на фоне выброса адреналина казалась тупой и далекой.

Влад достал из небольшой аптечки антисептик и стерильные салфетки. Его движения были уверенными и неожиданно бережными для человека, который только что собирался лично пытать наемницу в подвале.

- Шипеть будешь? - хмуро бросил он, смачивая салфетку лекарством.

- Не дождешься, Куертов, - сквозь зубы процедила я, когда спирт обжег кожу.

Он лишь коротко усмехнулся, заклеивая рану специальным медицинским пластырем. Его пальцы на секунду задержались на моей талии, тяжело и горячо, а затем он поднялся на ноги, бросив на меня долгий, оценивающий взгляд.

- Сиди здесь и никуда не выходи. Виктор оставит под дверью охрану. Через полчаса я вернусь.

- И куда ты? - прищурилась я.

- В подвал, - его голос стал ледяным. - Буду выяснять, кто еще в этом доме умеет закрывать глаза на керамические лезвия.

Он ушел, заперев дверь снаружи.

Оставшись одна в тишине комнаты, я подошла к панорамному окну. Адреналин наконец начал отпускать, сменяясь дрожью в коленях. Я посмотрела на свои руки - на них до сих пор виднелись едва заметные следы чужой крови. Всего пару недель назад я была обычной девушкой, далекой от всего этого криминального кошмара. А теперь стояла в разорванном черном платье, только что убив или серьезно ранив человека подручными ножницами, и ждала возвращения мафиози, за которого собиралась замуж.

Жизнь прежней Сессилии сгорела дотла. Осталась только эта золотая клетка и война, в которой правила устанавливали мы сами.

Прошло ровно полчаса, как он и обещал.

Замок щелкнул, и в комнату вошел Влад. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, а на предплечье виднелся свежий темный мазок - чужая кровь. На лице не было ни следа эмоций, лишь холодная, страшная завершенность человека, который получил все ответы.

- Ну как? - тихо спросила я, отходя от окна.

Влад остановился в шаге от меня, засунув руки в карманы брюк.

- Она была из внутреннего круга охраны Артура, - ровно произнес он. - Ее внедрили еще полгода назад, купив фальшивое досье. Проверила не та смена, Виктор уже разбирается с теми, кто дежурил на воротах. Больше в усадьбе крыс нет. Я лично прочесал каждый угол.

Он сделал шаг ближе, внимательно глядя на меня своими серыми, бездонными глазами.

- Ты отлично держалась внизу, Сесси. Мало кто из мужчин на твоем месте не упал бы в обморок, а ты схватила ножницы и защитила себя.

- У меня не было выбора, Куертов, - горько усмехнулась я. - Или она вскроет мне горло, или я ей - плечо. Выбор очевиден.

- Выбор есть всегда, - возразил он, внезапно сокращая расстояние до минимума и касаясь пальцами моего подбородка, заставляя посмотреть на него снизу вверх. - И ты выбрала сторону. Нашу сторону.

Его взгляд прожигал насквозь. В нем не было нежности - была жестокая, безумная гордость за свою будущую жену.

- А теперь собирайся, - добавил он, чуть наклонившись к моим губам. - Платье испорчено, но у нас в городе есть пара незаконченных дел. Если эти ублюдки думают, что могут устраивать покушения в моем доме перед самой свадьбой, они сильно ошибаются. Мы едем наносить ответный визит.

Мы выехали из усадьбы спустя пятнадцать минут. Кортеж из трех черных внедорожников сорвался с места, взметая вверх крошки гравия, и понесся по извилистой лесной дороге в сторону города.

Влад сидел на заднем сиденье рядом со мной, погруженный в мрачное молчание. На нем снова был строгий пиджак, скрывающий следы недавней расправы в подвале, а на коленях лежал тяжелый ноутбук, на экранах которого мелькали зашифрованные логи, камеры наблюдения и координаты. Он координировал людей, раздавал приказы короткими, рублеными фразами, но краем глаза постоянно следил за мной.

- Болит? - негромко спросил он, бросив взгляд на мой заклеенный пластырем бок, где под тканью темнело пятно от раны.

- Жить буду, Куертов, - я отвернулась к окну, наблюдая, как за стеклом мелькают мрачные силуэты сосен. - Переживала и худшие моменты. Например, когда познакомилась с тобой.

Влад тихо хмыкнул, но спорить не стал.

Мы направлялись в старый промышленный район на окраине города - в заброшенный складской комплекс, который Артур использовал как свою запасную базу после разгрома в клубе. Судя по информации, которую Влад выбил из смертницы в подвале, там оставались последние верные люди убитого бокса, планировавшие бежать за границу вместе с уцелевшей кассой синдиката.

- Мы не просто едем забирать деньги или устраивать бойню, - нарушил тишину Влад, захлопывая ноутбук. - Мы показываем городу, что происходит с теми, кто пытается залезть в мой дом. И ты пойдешь со мной.

Я резко повернулась к нему.

- Я? Зачем я тебе там? Сидеть в машине под охраной?

- Нет, Сесси, - его губы тронула хищная, опасная улыбка. - Ты пойдешь рядом со мной. Чтобы каждый крысеныш в этом городе знал в лицо ту, ради которой они все сегодня сгорят. Ты - моя будущая жена. А значит, разделяешь со мной не только контракты, но и кровь.

Спорить с ним было бесполезно, да и внутри меня после утреннего покушения поднималась какая-то темная, затаенная злость. Они хотели меня убить. Они испортили мое платье и заставили пролить кровь в моем же доме. Теперь пришла моя очередь смотреть, как их мир рушится.

Через полчаса кортеж резко затормозил у полуразрушенного ангара с выбитыми окнами, окруженного ржавыми контейнерами.

Охрана мгновенно рассредоточилась по периметру. Виктор открыл нашу дверь, первым выпрыгивая наружу с оружием наготове. Влад вышел следом, а затем подал руку мне. Я опиралась на его крепкую ладонь, гордо вскинув подбородок, несмотря на ноющую боль в боку.

Мы шагнули внутрь мрачного, пропахшего сыростью и машинным маслом ангара.

Охрана Артура явно не ждала гостей так быстро. Человек шесть суетились у открытого багажника старого фургона, набитого пачками денег и оружием. Услышав шаги, они испуганно вскинули автоматы, но было уже поздно.

Бойцы Куертова отработали с хирургической точностью. Пара глухих хлопков с глушителями - и двое охранников рухнули на бетонный пол, даже не успев выстрелить. Остальные четверо подняли руки вверх, пятясь к стене под дулами наших пистолетов.

Влад шел впереди меня, уверенный и неотвратимый, как сама смерть. Я шла плечом к плечу с ним, чувствуя холодный металл пистолета, который Виктор сунул мне в руку перед выходом из машины.

- Ну привет, крысы, - холодно бросил Влад, останавливаясь в центре ангара. Его голос гулко отражался от бетонных стен.

Один из бандитов, судя по всему, старший группы - невысокий мужик со шрамом на пол-лица - с ненавистью посмотрел на нас, но заговорить первым не успел. Влад в два шага сократил расстояние и ударил его рукоятью пистолета прямо в челюсть. Мужик свалился на колени, хавая кровь.

- Вы думали, что сможете подослать смертницу в мой дом и остаться безнаказанными? - тихо, почти ласково произнес Влад, склоняясь над ним. - Вы думали, что играете против меня?

- Ты... ты сдохнешь... - прохрипел бандит, сплевывая кровь на пол. - Артур мертв, но другие... другие не простят...

Влад не стал слушать. Он просто выпрямился и кивнул Виктору.

- Зачистить всех. Никого не выпускать.

Ангар наполнился глухими звуками выстрелов и короткими вскриками. Я стояла рядом, не отводя глаз. Меня больше не трясло. Этот мир перестал быть абстрактным кошмаром - он стал реальностью, в которой я горела вместе с Куертовым в одном пламени.

Влад повернулся ко мне, стирая с щеки капли чужой грязи. В его глазах отражался багровый свет заката, пробивающийся сквозь дыры в крыше ангара.

- Ну как тебе наш первый совместный выход, Сесси? - спросил он, притягивая меня к себе за талию прямо посреди этого побоища.

- В следующий раз я сама выберу мишень, Куертов, - ответила я, глядя ему прямо в глаза с вызывающей усмешкой.

Влад довольно оскалился и накрыл мои губы жестким, требовательным поцелуем, пахнущим порохом и победой.

Мы вернулись в усадьбу глубокой ночью. Кортеж бесшумно проскользнул через ворота и замер у главного входа.

Я вышла из машины первая, стараясь не морщиться от боли в боку. Адреналин окончательно выгорел, оставив после себя тяжелую, ломящую усталость в мышцах и жжение в заклепанной пластырем ране. Влад вышел следом. В его движениях не было и следа суеты - только та же каменная, непроницаемая собранность, с которой он уезжал на эту гребаную бойню.

Внутри ангара он позволил себе сорваться, позволил этому темному азарту взять верх. Но сейчас, в тишине усадьбы, маска снова наделась на его лицо.

- Виктор, проследи за периметром. Завтра утром жду отчет по новой охране, - бросил Влад начальнику охраны, даже не оборачиваясь, пока мы поднимались по широкой лестнице в личное крыло.

- Вас понял, босс, - глухо отозвался Виктор и остался на лестничной площадке.

Мы вошли в спальню. Тяжелая дверь за нами захлопнулась, отрезая от остального мира. Я скинула туфли на каблуках, которые за весь вечер успели превратить мои ноги в сплошной синяк, и сбросила пиджак, оставшись в испачканной пылью и кровью рубашке.

Я ждала. Ждала, что он, как и в прошлый раз, притянет меня к себе, напомнит о контракте, о нашей связи, о том поцелуе в ангаре. Внутри меня уже поднималась привычная волна глухого сопротивления и этого опасного, пьянящего притяжения.

Но Влад даже не посмотрел в мою сторону.

Он молча прошел к бару, стоящему в углу комнаты, налил в стакан пальчиками виски без льда и залпом выпил его, откинув голову назад. Его широкая спина была напряжена до предела.

- Ты свободна, Сесси, - бросил он через плечо холодным, отстраненным тоном, в котором не было ни капли тепла или ночного безумия. Это был голос хозяина, отдающего приказ наемному рабочему.

Я замерла посреди комнаты, чувствуя, как внутри меня что-то резко обрывается - не от обиды, а от этого мгновенного, ледяного отчуждения.

- Что? - тихо переспросила я, скрестив руки на груди. - То есть как - свободна? Мы только что вернулись из кровавой бани, чуть не подорвались на мине чужих амбиций, а теперь ты просто отмахиваешься?

Влад медленно повернулся. Его серые глаза смотрели на меня с такой абсолютной, ледяной пустотой, будто перед ним стоял посторонний человек. Никакой игры, никакого хищного интереса, ни единой искры.

- Именно так, Сессилия, - чеканя каждое слово, произнес он. - Шоу закончилось. Ты увидела изнанку этого мира. Увидела, как умирают враги синдиката и как здесь решаются вопросы. Если ты думала, что это увлекательное приключение или романтическая драма - очнись. Это ад. И ты сама подписала туда билет.

Его слова резали больнее любого ножа. Этот резкий контраст - между диким пожаром в ангаре и ледяной стеной, которую он воздвиг между нами за одну секунду, - сбивал с толку.

- Значит, всё? - я горько усмехнулась, чувствуя, как в груди поднимается злая, колючая обида. - Поиграл в собственника, показал силу, а теперь - марш в угол, заложница?

Влад не повысил голос. Его тон остался ровным, безэмоциональным и убийственно спокойным.

- Завтра утром к тебе пришлют нового портного. Зашьют твое черное платье. Через три недели состоится свадьба, и ты будешь идеальной женой на публике. А в стенах этой усадьбы ты будешь соблюдать дистанцию. Я не собираюсь нянчиться с тобой, Сесси. Хватит с меня иллюзий.

Он отвернулся от меня, подошел к рабочему столу и открыл ноутбук, полностью вычеркивая меня из своего пространства, возвращаясь к своим бесконечным схемам, войне и цифрам.

Я стояла посреди огромной, чужой комнаты, чувствуя себя абсолютно пустой. Никаких поцелуев. Никакой фальшивой близости. Только холодный, расчетливый мафиози и я - запертая в его золотой клетке, где правила игры менялись каждую секунду, а сердце хозяина было сделано из чистого льда.

- Пошел ты, Куертов, - бросила я в тишину, развернулась и ушла в гардеробную, хлопнув за собой дверью.

Следующие две недели превратились в бесконечный, выматывающий день сурка. Влад держал слово: после той ночи он воздвиг между нами стену из абсолютного, ледяного отчуждения. Он больше не заходил в мою спальню, не устраивал допросов и не пытался играть в опасные игры. Мы пересекались лишь изредка за длинным обеденным столом, где царила такая давящая тишина, что даже Виктор предпочитал лишний раз не дышать.

Куертов превратился в тень - призрак хозяина дома, который исчезал до рассвета и возвращался за полночь, полностью погруженный в войну синдикатов и подготовку к нашему браку.

А я оставалась запертой в золотой клетке.

Новый кутюрье, сменивший перепуганного до смерти Мишеля, приехал уже через день - молчаливый пожилой итальянец, который беспрекословно сшил то самое черное матовое шелковое платье по моим меркам. Никаких лишних вопросов, никаких улыбок. Только холодная элегантность похоронного наряда.

Рана на ребрах заживала медленно, оставляя тупую, ноющую боль при каждом резком движении, как постоянное напоминание о том вечере. Я проводила дни в библиотеке, рыясь в старых экономических отчетах и пытаясь найти хоть какие-то зацепки по финансовым потокам врагов Куертова. Не из преданности ему - просто потому, что бездействие сводило меня с ума.

В одно из таких утренних дежурств за ноутбуком дверь личного крыла неожиданно тихо щелкнула.

Я подняла голову, ожидая увидеть горничную или Виктора, но на пороге появилась невысокая фигура в строгом костюме. Это была девушка с бледным, заостренным лицом и темными волосами, собранными в тугой пучок. Только приглядевшись, я узнала в ней ту самую ассистентку французского кутюрье, которая две недели назад пыталась вскрыть мне горло керамическим лезвием.

Сердце пропустило удар. Я резко вскочила из-за стола, инстинктивно шагнув назад, но девушка даже не попыталась сделать агрессивное движение.

Она стояла у порога, заложив руки за спину, и смотрела на меня странным, потухшим взглядом человека, которому уже нечего терять.

- Как ты сюда попала? - мой голос прозвучал неожиданно хрипло. - Где охрана?

- Охрана занята периметром, мадемуазель, - тихо ответила она с легким акцентом. Ее голос был ровным, почти механическим. - Виктор слишком уверен, что в этом доме не осталось чужих. Но он ошибается. Впрочем, я пришла не за вашей жизнью.

Я судорожно шарила глазами по столу в поисках хоть какого-то тяжелого предмета, готовая защищаться.

- Чего ты хочешь?

Девушка сделала один шаг вперед и положила на край дубового стола небольшой флеш-накопитель, заляпанный чем-то темным.

- Это логистические коды и полные списки тех, кто предал Куертова изнутри, - произнесла она, глядя мне прямо в глаза. - Артур был пешкой. Настоящий заказчик сидит выше. Тот, кто продал маршруты контейнеров в порту и заказал нападение на вас.

Я недоверчиво прищурилась, глядя на крошечную пластиковую флешку.

- Зачем тебе сливать мне своих? Почему не отнесешь это Куертову в его пыточную?

На секунду в глазах смертницы мелькнула тень животного ужаса.

- Потому что Влад Куертов не оставляет в живых никого, кто связан с покушением на его собственность. Моя напарница мертва. А я хочу получить гарантии.

- Какие гарантии? - я медленно приблизилась к столу, не сводя с нее глаз.

- Вы скажете ему, что это вы нашли крысу. Вы убедите его отпустить меня за границу, - в ее голосе прозвучало отчаянное требование. - Иначе я уничтожу эти данные, и Куертов продолжит воевать с тенями, пока его не прикончат свои же люди.

Я посмотрела на флешку, а затем на дверь, за которой простирался весь этот жестокий, пропитанный кровью мир. Куертов хотел держать меня в неведении? Хотел запереть в статусе красивой куклы для публики? Что ж, у меня появился шанс перехватить инициативу в этой игре.

- Сначала я проверю, что там, - жестко ответила я, протягивая руку к накопителю. - А потом мы поговорим о твоем билете из этого ада.

тгк: adelyaawish
тт: adelyaawish
тт по фанфику: adelyaawattpad
следующая глава на 30 звезд