Карамель на наших осколках | Куертов

Я бросила флешку в ящик стола и захлопнула его, не сводя глаз с незваной гостьи. Внутри всё кипело от смеси адреналина и холодного расчета. Если эта девчонка не врет, у меня на руках появился козырь, способный перевернуть всю расстановку сил в этой гребаной шахматной партии.

- Убирайся из усадьбы до наступления темноты, - тихо, но жестко произнесла я, глядя убийце прямо в глаза. - Если попытаешься сбежать раньше времени или подставить меня - я сама сдам тебя Куертову.

Девушка коротко кивнула, не выказывая ни страха, ни облегчения, и бесшумно растворилась в полумраке коридора, словно ее здесь никогда и не было.

Я осталась одна. Время тянулось медленно, превращая каждую минуту в пытку. Дождавшись вечера, когда Влад должен был вернуться из города, я вставила флешку в ноутбук и открыла зашифрованные файлы. Экран заполнили схемы финансовых транзакций, логистические цепочки поставок и - самое главное - имена. Среди людей, предавших синдикат изнутри, значилась фигура человека, занимавшего пост главного советника самого Куертова. Тот самый человек, которому Влад доверял больше, чем кому-либо.

Позже вечером внизу хлопнула тяжелая дверь. Шаги Куертова раздались в коридоре - тяжелые, размеренные, отпечатывающиеся в тишине усадьбы. Дверь в мою спальню отворилась, и на пороге появился Влад.

Он выглядел уставшим. Пиджак был расстегнут, галстук слегка ослаблен, а в серых глазах застыла ледяная усталость человека, который весь день тушил пожары на руинах собственной империи. Он бросил на меня равнодушный взгляд, собираясь пройти мимо к своему кабинету, но я преградила ему дорогу.

- Нам нужно поговорить, Куертов, - голос прозвучал твердо, без тени привычного вызова.

Влад остановился, медленно переведя на меня взгляд. В его глазах мелькнуло раздражение.

- У меня нет времени на твои капризы, Сесси, - холодно бросил он, обходя меня. - Ложись спать. Через неделю свадьба, мне нужно разгрести говно в синдикате, пока твои «друзья» не попытались устроить еще одно представление.

Я резко развернулась вслед за ним.

- А если это говно сидит прямо у тебя под носом, Влад? - бросила я, вытаскивая из кармана ту самую флешку и швыряя ее на матовый стол кабинета.

Куертов замер на полпути. Медленно повернувшись, он посмотрел на маленький пластиковый накопитель, а затем на меня. В комнате мгновенно упала температура, воздух стал плотным и тяжелым.

- Что это? - его голос превратился в опасный, низкий рокот.

- Это логистика, списки предателей из твоего внутреннего круга и имя того, кто слил маршруты в порту и подослал ко мне смертницу, - я подошла ближе, глядя ему прямо в глаза, не отступая ни на дюйм. - Твой любимый советник продал тебя с потрохами.

Влад не шевельнулся. Несколько секунд он смотрел на меня так, будто пытался прочитать мои мысли насквозь. Затем он подошел к столу, взял флешку и молча вставил ее в свой защищенный терминал.

Тишина в кабинете стала звенящей. На экране быстро замелькали строки кода и документы. С каждой секундой челюсть Влада сжималась все сильнее, а во взгляде разгоралась такая кромешная, черная буря, что мне на секунду стало физически жутко находиться рядом с ним. Он видел доказательства того, что его предали свои.

Когда он наконец закрыл крышку ноутбука, лицо Куертова напоминало маску из белого камня.

- Откуда это у тебя? - тихо спросил он. Его голос звучал так тихо, что от этого становилось не по себе.

- Ко мне заглядывала твоя несостоявшаяся убийца, - честно ответила я. - Оставила подарок в обмен на гарантию безопасности.

Влад резко вскинул голову. В его глазах вспыхнула ярость.

- Ты виделась с ней? И ты отпустила ее вместо того, чтобы пристрелить или позвать охрану?! Ты понимала, какой риск...

- Я понимала, что ты две недели бьешься головой о стену, играя в молчанку и запирая меня в комнате, пока крысы жрут твою империю изнутри! - повысила голос я, вкладывая в каждое слово всю накопившуюся злость. - Хватит относиться ко мне как к фарфоровой кукле, Куертов! Я спасла твою задницу и принесла тебе предателя на блюдечке!

Влад молчал. Он смотрел на меня не как на заложницу, не как на пешку и не как на будущую жену по контракту. Впервые за все это время он смотрел на меня как на равную.

Сделав резкий шаг ко мне, он сократил расстояние до минимума. Его мощное, горячее тело излучало дикое напряжение. Я не отступила, хотя сердце забилось где-то в горле.

- Ты играешь с огнем, Сесси, - прохрипел он прямо мне в губы, тяжело и горячо выдыхая воздух. - Ты суешь голову в пасть зверя.

- Значит, мы сгорим вдвоем, - выдохнула я в ответ.

Влад не сдержался - его рука резко взметнулась, но вместо того, чтобы схватить меня за плечо, его пальцы вплелись в мои волосы на затылке, сильно запрокидывая голову назад. Он впился в мои губы жестким, властным, почти карающим поцелуем, в котором смешались вся его ярость от предательства, холод одиночества и безумное, иссушающее влечение, которое мы так долго пытались заглушить.

Я ответила с той же яростью, вцепляясь пальцами в его лацканы, чувствуя, как рушится последняя стена между нами. Стены больше не было. Осталась только война, в которой мы больше не были врагами.

Поцелуй был пропитан вкусом крови, адреналина и той безумной ярости, которую мы так долго копили. Влад сжимал мои волосы с такой силой, что кожа на голове отзывалась тупой болью, а его вторая рука обхватила за талию, прижимая к себе так плотно, будто он пытался вплавить меня в свое тело.

Я не отступала. Я отвечала на каждый его жест с той же ожесточенной жадностью, вкладывая в этот ответ всю злость за эти две недели холодного игнора, за золотую клетку, за страх и за то чертово покушение в гостиной.

Мир вокруг сузился до стука сердец, до горячего дыхания на губах и до этого жесткого, почти отчаянного столкновения двух упрямств. Здесь не было места нежности - только чистая, обнаженная химия двух людей, которые сожгли все мосты и теперь падали в пропасть вместе.

Когда Влад наконец оторвался от моих губ, мы оба тяжело дышали, словно только что выбежали из горящего здания. Его грудь вздымалась под рубашкой, а в расширенных зрачках бушевала та самая темная, неразбавленная буря.

Он прижался лбом к моему лбу, закрыв глаза, и на секунду замер, собирая себя по кусочкам, возвращая контроль над собственной империей. Его рука на моей талии слегка ослабла, но пальцы все еще горели на коже.

- Ты невыносима, Сессилия, - хрипло, почти с угрозой выдохнул он мне в губы, но в его голосе больше не было ледяного отчуждения. Было признание.

- Взаимно, Куертов, - с вызовом ответила я, тяжело переводя дыхание, не отводя взгляда от его серых глаз.

Влад криво усмехнулся, но уже через секунду его лицо снова окаменело. Инстинкты мафиози взяли свое - предательство под собственным носом требовало немедленной расплаты. Он резко отступил на шаг, возвращая между нами рабочую дистанцию, и бросил взгляд на ноутбук, где все еще светились файлы с именами крыс.

- Виктор! - крикнул он так громко и властно, что эколог из соседнего крыла, наверное, проснулся.

Тяжелая дверь кабинета распахнулась через долю секунды. Начальник охраны влетел внутрь с пистолетом наготове, оценивая обстановку, но, увидев нас живыми и стоящими на расстоянии вытянутой руки, мгновенно опустил оружие.

- Босс?

Влад подошел к столу, вытащил флешку и швырнул ее Виктору. Тот поймал ее на лету, глядя на Куертова с вопросом.

- Подними всю группу зачистки, - голос Влада звучал тихо, но от этого приказа по спине пробегал мороз. - Советника и его людей взять немедленно. Никаких допросов на месте. Притащите их в нижний подвал. Я буду там через пять минут.

Виктор бросил быстрый взгляд на меня, в котором читалось странное уважение, коротко кивнул:
- Сделано, босс.

Начальник охраны исчез так же быстро, как и появился, оставив нас наедине с густой, звенящей тишиной кабинета.

Влад повернулся ко мне. Он накинул обратно пиджак, застегивая пуговицы с ледяной, методичной точностью человека, который собирается вершить правосудие.

- Ты останешься здесь, - бросил он приказным тоном, направляясь к выходу.

Я преградила ему путь, скрестив руки на груди.

- И не подумай, Куертов. Я принесла эту флешку, я расшифровала предателя, и смотреть на то, как ты будешь выбивать из него дурь, я буду своими глазами. Сидеть в комнате я больше не собираюсь.

Влад замер, глядя на меня сверху вниз. На секунду в его глазах промелькнуло желание запереть меня в спальне и выбросить ключ. Но он знал меня достаточно хорошо, чтобы понимать: это вызовет лишь новую войну.

Уголки его губ жестко дрогнули.

- Идем, Сесси, - бросил он через плечо, открывая дверь в темный коридор. - Посмотрим, как горят крысы.

Мы спустились по узкой винтовой лестнице глубоко под фундамент усадьбы - туда, куда не проникал ни один звук внешнего мира, а воздух всегда пахал сыростью, бетоном и страхом.

Нижний подвал Куертова был не просто камерой предварительного заключения. Это был эпицентр его жесткой, бескомпромиссной власти. Тусклые лампы под потолком отбрасывали длинные тени на голые кирпичные стены, а гулкое эхо наших шагов отдавалось металличьим звоном.

Когда мы вошли в главный отсек, советник и двое его подручных уже были прикованы к тяжелым металлитам стульям. Их лица были покрыты синяками и кровью - бойцы Виктора сработали оперативно и без лишних церемоний. Главный предатель, еще пару часов назад бывший безупречным джентльменом в дорогом костюме, теперь судорожно хватало ртом воздух, трясясь от ужаса при виде Влада.

- Босс... Влад, послушай! - заикаясь и захлебываясь слезами, закричал советник, пытаясь дернуться в путах. - Это ошибка! Меня подставили! Эти документы - фальшивка, чтобы столкнуть нас лбами!

Влад не сказал ни слова. Он медленно подошел к нему, шагая так тихо, словно хищник, подбирающийся к жертве. Его лицо не выражало абсолютно ничего - ни гнева, ни злости. Только абсолютная, ледяная пустота, которая пугала сильнее любых криков.

Он молча взял со стола тяжелый металлический гаечный ключ, который оставил кто-то из охраны, и взвесил его в руке.

- Подставили, говоришь? - тихо произнес Влад, склоняясь к самому уху дрожащего советника. - Фальшивка?

- Клянусь... клянусь семьей! - взвизгнул тот.

Влад резким, отточенным движением ударил ключом по металлическому подлокотнику стула в миллиметре от пальцев предателя. Звук удара разорвал тишину подвала, заставив советника зайтись в истерическом крике.

Я стояла в тени у входа, прислонившись спиной к холодной стене, скрестив руки на груди. Боль в заклеенном пластырем боку отдавалась тупым пульсом, но адреналин в крови заглушал все остальное. Я наблюдала за тем, как рушится иллюзия безопасности этого человека. Он предал империю, которая кормила его годами, и теперь расплата настигла его с неумолимостью цунами.

- Виктор, - не оборачиваясь, бросил Влад. - Убери отсюда лишних. И принеси мне то, что я просил.

Начальник охраны молча кивнул, вывел из камеры двоих подручных советника и прикрыл тяжелую стальную дверь. Мы остались вдвоем с предателем.

Влад медленно выпрямился, повернулся к советнику лицом и посмотрел на него так, будто перед ним кусок грязи на подошве.

- Ты работал на людей Артура полгода, - голос Влада звучал ровно, как приговор. - Слил им наши маршруты, подставил группу в порту и попытался убрать мою жену.

- Откуда ты знаешь?.. - выдохнул советник, окончательно понимая, что отпираться бесполезно. Маска спала, обнажая всю мерзость крысиной натуры. - Она... она всё знала? Эта девчонка?!

Влад резко повернулся ко мне. Его серые глаза встретились с моим взглядом в полумраке подвала. На секунду в них мелькнуло что-то похожее на гордость, но он тут же отвернулся обратно к жертве.

- Да, - холодно бросил Куертов. - Именно она. И за каждый твой шаг, за каждую каплю крови в моем доме ты заплатишь сполна.

Влад сделал шаг вперед, поднимая ключ.

Я не отвернулась. Я смотрела на эту расплату до конца, понимая, что пути назад нет. Мы с Владом были связаны одной кровью, одной войной и одной общей темнотой.

Звук удара металла о плоть утонул в гулком эхо сырого подвала, но я не моргнула. Я смотрела на то, как человек, еще вчера строивший планы за спиной у Куертова, превращался в окровавленное месиво. Влад действовал не в состоянии аффекта - его удары были выверенными, методичными и оттого пугающе хладнокровными. Это была не просто месть, это была демонстрация абсолютной власти. Зачистка территории перед тем, как этот город преклонит перед нами колени.

Когда советник уже не кричал, а лишь хрипел, захлебываясь собственной кровью, Влад отбросил в сторону окровавленный ключ. Металл со звоном ударился о бетонный пол.

Куертов медленно выпрямился, стер тыльной стороной ладони брызги крови со скулы и повернулся ко мне. В тусклом свете одинокой лампы его лицо казалось высеченным из камня, но в глазах бушевала та самая темная, тяжелая искра.

- Увеличь охрану периметра вдвое, Виктор, - негромко бросил он, когда тяжелая стальная дверь снова отворилась и в проеме показался начальник охраны. - И убери отсюда этот мусор. До свадьбы больше не должно быть сюрпризов.

- Будет сделано, босс, - глухо отозвался Виктор, кивая на бесчувственное тело советника.

Влад подошел ко мне вплотную. От него разило железом, адреналином и сигаретным дымом. Он протянул руку и кончиками пальцев коснулся моего подбородка, заставляя запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза.

- Довольна зрелищем, Сесси? - его голос звучал низко, с хрипотцой.

- Более чем, Куертов, - ровно ответила я, выдерживая его тяжелый взгляд. - По крайней мере, теперь я точно знаю, что бывает с теми, кто пытается нас кинуть.

Уголки его губ едва заметно дрогнули в подобии жесткой усмешки. Он не стал больше ничего говорить. Взяв меня за руку - крепко, так, что пальцы не оставляли шанса вырваться, - он развернулся и повел меня наверх, прочь из этого гребаного подвала, в тишину и мрак ночной усадьбы.

До свадьбы оставалась ровно неделя. Война только начиналась.

***

Следующая неделя перед свадьбой тянулась в лихорадочном напряжении, превратившись в сплошное ожидание неизбежного.

После той ночи в подвале между нами установилось новое, хрупкое равновесие. Куертов больше не пытался оградить меня от реальности или запереть в четырех стенах - он прекрасно понимал, с кем имеет дело. Каждый день приносил новые заботы: Виктор зачищал последние следы людей Артура, а усадьба превратилась в неприступный бастион с усиленной охраной.

А в моем крыле тем темным вечером стояла тишина.

За три дня до церемонии в спальню доставили свадебное платье - роскошный готический наряд, созданный итальянским кутюрье. Корсет с глубоким вырезом «сердечко» был густо расшит переливающимися черными бисером и бусинами, создавая эффект темной брони, переходящей в пышную многослойную юбку из фатина с длинным шлейфом. Никакого белого цвета. Это была униформа королевы мафии, дополненная длинной полупрозрачной черной фатой и темной короной.

Дверь в спальню тихо отворилась.

Я стояла у панорамного окна, когда Влад вошел в комнату. Он сбросил темный пиджак на спинку кресла, слегка ослабил ворот рубашки и откинул волосы со лба. На его лице читалась глухая, тяжелая усталость человека, который держит на плечах целый криминальный мир, но в серых глазах по-прежнему горел тот самый огонь.

Он подошел сзади, останавливаясь в шаге от меня. Его отражение в темном стекле окна фиксировало каждую деталь: массивную фигуру и эту угрожающую, неотвратимую осанку.

- Не спится, Сесси? - его голос прозвучал низко, вибрируя в тишине комнаты.

- Думаю о том, какой бред устроила судьба, когда свела меня с тобой, - не поворачиваясь, холодно бросила я.

Влад коротко усмехнулся. Он не стал касаться меня с фальшивой нежностью - вместо этого его пальцы жестко легли мне на плечо, фиксируя, напоминая, кто я и с кем стою рядом.

- Завтра все эти ублюдки из городского совета, федералы и остатки синдиката будут смотреть на нас, - произнес он, глядя на мое отражение в стекле. - Они будут пить шампанское и проклинать тот день, когда мы объединили капиталы.

Я медленно повернулась к нему лицом, поднимая подбородок. Между нами почти не осталось пространства.

- Пусть захлебнутся своим ядом, Куертов, - выдохнула я, глядя ему прямо в глаза. - Завтра мы покажем им, чьим городом они на самом деле пользуются.

Он не стал отвечать словами. Его рука скользнула с плеча на затылок, пальцы зарылись в мои волосы, слегка потянув назад, заставляя замереть. Это был жест собственника, который не терпел возражений, но в этот момент в его взгляде читалось абсолютное, разделенное на двоих уважение.

Обратный отсчет закончился. Завтра начиналась наша война.

***

Утро свадебного дня началось не с лучей солнца, а с глухого, давящего стука капель дождя по панорамным окнам усадьбы. Погода идеально отражала суть происходящего. Никакого трепета, никаких волнительных предвкушений. Только запах дорогого парфюма, густой порох за периметром и железная неизбежность.

С самого рассвета в моем крыле началась суета. Приглашенные стилисты работали молча, быстро и четко, словно хирурги на операции.

Макияж делали с акцентом на глаза: плотная графитированная дымка смоки-айс с легким влажным сиянием на веках, идеальный скульптуринг скул и холодный, матовый нюд на губах. Волосы собрали в сложный, архитектурный пучок на затылке, оставив по бокам пару свободных, чуть небрежных прядей, обрамляющих лицо.

Когда стилисты закончили, я посмотрела на себя в зеркало. Из него на меня смотрела не испуганная девчонка, которую силой затащили в этот мир, а хищница в броне. Тяжелый корсет черного платья с глубоким вырезом «сердечко», густо расшитый переливающимися бусинами, стянул ребра до звона в ушах. Многослойная юбка из черного фатина и длинная, струящаяся вуаль завершали этот мрачный образ королевы мафии.

В дверь тихо постучали, и в комнату вошел Виктор. Окинув меня оценивающим взглядом, он кивнул:
- Машина ждет. Босс уже внизу.

Сердце на секунду кольнуло противным предчувствием. Мы спускались по лестнице в парадный холл, где уже суетилась охрана. И тут я увидела их.

Возле дальней колонны, под присмотром грозных амбалов Виктора, стояли мои родители. Рядом с ними жалась моя сестра Вивьен - бледная, напуганная, со слезами на глазах. Она крепко прижимала к себе маленькую Скарлетт. Пятилетняя племянница испуганно прятала лицо в плечо матери, а позади них стоял муж Вивьен, пытаясь закрыть семью собой, хотя его самого крупно трясло. Увидев меня в этом готическом черном облачении, они замерли.

- Сесси... - срывающимся голосом выдохнула мама, делая шаг ко мне, но охранник тут же преградил ей путь.

- Сессилия! - всхлипнула Вивьен, а маленькая Скарлетт тихонько пискнула, испугавшись суровых людей с оружием. Муж Вивьен сжал кулаки, бросая яростные, но бессильные взгляды на охрану.

- Мам! Пап! Вивьен! - я рванула к ним, забыв про тяжелый шлейф, но путь мне преградила массивная рука Виктора.

- Приказ босса, мадемуазель. До церемонии контакты ограничены в целях безопасности, - холодно чеканил начальник охраны.

- Пусти их ко мне!- сорвалась на крик я, чувствуя, как внутри закипает бешенство. Я так соскучилась по ним, мне так нужен был кто-то живой, родной в этом гадюшнике; полный ужас и поддержка моих близких жгли изнутри.

В этот момент в проеме залы появился Влад. На нем был идеальный черный двубортный костюм свободного кроя, расстегнутая белая рубашка без галстука и та самая опасная, расслабленная уверенность человека, который владеет этим миром. Он бросил на мою семью мимолетный, абсолютно равнодушный взгляд, будто перед ним стояли случайные прохожие на улице.

- Виктор, не задерживай невесту, - лениво бросил Влад, даже не останавливаясь. Он прошел мимо нас к выходу, поправляя манжеты, полностью игнорируя и мои слезы, и испуганные лица моих родных, включая плачущую Скарлетт.

Он остановился на полпути к дверям, слегка повернув голову, но смотреть на меня не стал. В его глазах читалась абсолютная пустота.

- Мы здесь не в семейные утренники играем, Сесси, - бросил он через плечо глухим, отрезающим любые надежды тоном. - Твоя семья здесь как гарантия того, что ты будешь вести себя правильно. Никто из них не пострадает, пока ты выполняешь свою часть сделки. На выход.

Мир вокруг словно потерял краски. Я замерла посреди холла, чувствуя себя абсолютно брошенной. Я так ждала от него хоть каплю поддержки, хоть намека на то, что посреди этого кровавого цирка мы - команда. Но для него я была лишь красивой куклой в черном фатине, очередным трофеем и рычагом давления, в который он превратил даже моих близких.

Вивьен прижала к себе испуганную Скарлетт, ее муж с ненавистью и бессилием смотрел на удаляющуюся спину Куертова, а мама беззвучно плакала.

Внутри меня что-то надломилось, а затем мгновенно заледенело, превращаясь в монолитную сталь. Раз он решил играть в хозяина и глухой холод - отлично. Я сыграю так, что этот город содрогнется.

Я гордо вскинула подбородок, поправила черную вуаль и, не оглядываясь на семью, направилась вслед за своим будущим мужем к лимузину.

тгк: adelyaawish
тт: adelyaawish
тт по фанфику: adelyaawattpad
следующая глава на 30 звезд