Око Первого Короля

Корабль «Морской призрак» стоял на ремонте у центрального причала Белой Гавани, затянутый паутиной прочных пеньковых канатов и строительных лесов. Порт столицы, еще недавно кипевший от орочьих погромов, постепенно возвращался к жизни под бдительным надзором имперских легионеров капитана Ренарда. Но пока матросы Миры крепили шпангоуты и латали паруса, в глубоких, сухих подвалах королевского замка, где располагался Главный Арсенал Ордена Хранителей, шла безмолвная, сосредоточенная работа.

Элиас сидел за массивным дубовым столом, заваленным пожелтевшими морскими картами, навигационными приборами Архивариусов и древними, полуистлевшими свитками, которые старый Брент успел спасти из тайников перед смертью. Белые волосы юноши, спадавшие на плечи, тускло поблескивали в ровном лазурном свете Якоря Души на его груди. Он лихорадочно изучал записи, пытаясь собрать воедино крупицы знаний о месте, куда им предстояло отправиться.

Восточный Континент, лежащий за бескрайними, штормовыми просторами Великого моря, веками оставался для жителей их земель лишь пугающей, полузабытой легендой. В хрониках Первой эпохи эта земля именовалась Ас-Шор — Обугленный берег. Тысячу лет назад, когда Архивариусы изгнали магов крови и запечатали Первого Короля, выжившие сторонники тирана бежали за океан на черных галерах. Там, среди исполинских действующих вулканов, бескрайних мертвых пустошей и циклопических городов из черного базальта, они построили Новую Империю Бездны.

Согласно записям Томаса, Восточный Континент управлялся не людьми, а кастой Бессмертных Колдунов — старших братьев Малгара, чья жизнь поддерживалась темной магией крови и Оком, пока оно не было запечатано. Их общество было построено на жестоком рабстве, культе силы и поклонении Столпу Бездны. Их технологии превосходили паровые машины Стальной Империи: Ас-Шор владел летающими цитаделями, удерживаемыми в воздухе гравитационными кристаллами, и огромными черными дредноутами с медным таранным носом, способными извергать жидкое изумрудное пламя. Малгар был лишь передовым дозором, слабым разведчиком. Настоящая армия Востока, ведомая его старшим братом — Тёмным Патриархом Малакором, — уже заканчивала ковать железные оковы для нового похода на их мир. И Велмонт уполз именно к ним, унося карты уязвимых мест обороны Белой Гавани.

Калеб стоял в центре Арсенала, хмуро разглядывая бесконечные ряды стоек с оружием Хранителей прошлого. Его левая рука, покрытая черными руническими шрамами укрощения, больше не болела, но её пальцы двигались с пугающей, хищной силой. Ему нужен был новый клинок — старая абордажная сабля Торна была слишком легкой и зазубрилась в битве на площади. Следопыт искал оружие, способное выдержать не только физический удар, но и ментальное давление магии Бездны, с которой им неизбежно придется столкнуться на Обугленном берегу.

Мужчина медленно проходил мимо изящных эльфийских рапир, тяжелых двуручных мечей Стальной Империи и зазубренных орочьих секир, пока его взгляд не остановился на уединенной каменной нише в самом конце зала. На бархатной подушке, покрытой вековой пылью, покоился массивный, полуторный меч Хранителей — Осколок Зари.

Клинок был выкован из редкой поющей стали, добываемой в глубоких ледниках Севера, и легирован метеоритным железом. Его лезвие было прямым, широким, с глубоким долом посередине, а крестовина гарды была выполнена в виде распахнутых соколиных крыльев. Металл меча имел странный, матово-серый оттенок, но стоило Калебу протянуть руку и сжать кожаную рукоять своей раненой левой ладонью, как Осколок Зари тихо, певуче завибрировал. Черные рунические шрамы на коже следопыта мгновенно отозвались на близость метеоритного железа, и по лезвию клинка побежали слабые, чистые лазурные искры. Меч идеально сбалансировал его искалеченную руку, став продолжением его воли.

— Хороший выбор, следопыт, — раздался вдруг из глубокой тени за стойками оружия незнакомый, низкий и вибрирующий женский голос. — Этот клинок ковали мастера Севера специально для тех, кто удерживал щиты Ордена. Обычный человек не сможет поднять его, не обжегшись о метеоритную сталь.

Калеб мгновенно развернулся, на ходу вскидывая Осколок Зари в защитную позицию. Мира, которая только что вошла в Арсенал с портовыми картами в руках, резко взвела свой арбалет, направляя его в темноту. Её зеленые глаза сузились.

Из тени колоссальных каменных колонн медленно вышла высокая, грациозная фигура нового союзника. Это была женщина лет тридцати, чья экзотическая внешность сразу выдавала в ней чужачку. Её кожа имела ровный, оливковый оттенок, а длинные, заплетенные в десятки мелких косичек волосы были цвета спелой меди. Она была одета в облегающий походный доспех из чешуи морского змея, который не сковывал движений, а за её спиной крепились два необычных, изогнутых меча-хопеша с серповидными лезвиями. Её правый глаз пересекал старый, тонкий шрам, но левый, темно-янтарный, смотрел на героев с холодной, расчетливой мудростью опытного воина.

— Кто ты такая и как прошла посты Ренарда? — хмуро спросил Калеб, не опуская тяжелый клинок.

Женщина спокойно подняла руки ладонями вперед, показывая, что не держит оружия. На её правом запястье тускло блеснуло массивное медное кольцо с гравировкой в виде перевернутого трезубца — точно такого же, какой был выжжен на лбу погибшего Малакая.

— Мое имя — Нария. Я — беглая наездница на теневых пантерах из Третьего легиона Ас-Шора, — спокойно произнесла чужачка, и её янтарный глаз остановился на беловолосом Элиасе, который уже поднялся из-за стола. — Я прибыла в Белую Гавань на последнем торговом судне контрабандистов за день до того, как Малгар поднял Тьму. Мой народ на Восточном Континенте веками ведет тайную, партизанскую войну против Бессмертных Колдунов. Малакай был моим связным в этом городе. Я должна была передать ему карты береговых укреплений Малакора, но... я опоздала. Я нашла его тело в казематах, когда незнакомец в черном плаще уже уходил через портовые колодцы.

Мира медленно опустила арбалет, хотя продолжала коситься на Нарию с диким, пиратским подозрением.

— Беглая наездница с Востока, значит? — процедила капитанша, подходя ближе к Калебу и инстинктивно касаясь его плеча. — И почему мы должны верить тебе, кошка? Твой Тёмный Патриарх только что едва не выжег наш город до основания. Мой отец чуть не погиб, а Малакай мертв. Откуда нам знать, что ты не шпионка Велмонта?

Нария горько усмехнулась, её рука скользнула к поясу, и она бросила на дубовый стол перед Элиасом небольшой, завернутый в черную кожу тубус.

— Потому что если вы не поверите мне, «Морской призрак» пойдет на дно еще до того, как пересечет Срединный риф Великого моря, — спокойно ответила Нария, встречая холодный взгляд короля. — Малакор выставил в океане Стену Искажения — цепь подводных Столпов, которые создают гигантские водовороты и топят любой чужой корабль. В этом туннеле лежат карты безопасных фарватеров, которые знают только мятежники Ас-Шора. Я знаю, что вы собираетесь плыть за Великое море. Вы ищете Велмонта и Столп Бездны. Мне нужна месть за Малакая и свобода для моего народа. Наш союз выгоден обеим сторонам, Ваше Величество.

Элиас медленно подошел к столу, взял тубус и развернул черную кожу. Перед его глазами открылась подробнейшая, начертанная кровью и углем карта Восточного Континента — с указанием расположения летающих цитаделей, портов дредноутов и самого главного Храма Малакора у подножия Огненной горы. Лазурный медальон на его шее мягко, одобрительно запульсировал, подтверждая чистоту намерений новой союзницы. Якорь Души признал Нарию.

Юноша поднял глаза, и на его бледном лице с белыми прядями впервые за эти дни появилась холодная, уверенная улыбка правителя, готового к новой войне.

— Нам нужен проводник, который знает Ас-Шор изнутри, — твердо произнес Элиас, переводя взгляд на Калеба и Миру. — Нария плывет с нами. Калеб, твой новый меч готов. Мира, отдай приказ команде закончить ремонт брига к рассвету. Наше бегство окончено — завтра «Морской призрак» поднимает паруса Хранителей и берет курс на Восточный Континент. Мы идем в самое сердце Бездны, чтобы закончить то, что начали наши предки тысячу лет назад.