Глава 28. Курс на Южные острова
Открытое море встретило «Морской призрак» свежим, шквалистым ветром и тяжелыми свинцовыми волнами. Столица узурпаторов, Белая Гавань, окончательно скрылась за пеленой утреннего тумана на горизонте. Береговые форты и грозные силуэты галеонов Канцелярии остались лишь воспоминанием, но на борту брига радоваться победе никто не спешил. Палуба всё еще была усыпана острыми щепками от недавнего пушечного попадания, а из каюты капитана на корме доносились тяжелые, прерывистые стоны старого Торна.
После того как Теневой покров был снят, Калеб сразу же направился на корму. Действуя по привычке опытного походного лекаря, он помог Мире перенести раненого шкипера на узкую койку в его капитанской каюте. Следопыт, чья память о последних днях была стерта болотным дурманом, тем не менее сохранил все свои профессиональные навыки воина и охотника. Он быстро и уверенно осмотрел раздробленную ногу Торна и глубокую рану на его голове, пахнущую пороховой гарью и соленой водой.
— Твоему отцу повезло, девка, — хмуро произнес Калеб, туго затягивая чистые льняные бинты на бледном бедре старого пирата. Его пальцы, несмотря на грубость и мозоли, двигались на удивление аккуратно и точно. — Осколок дерева прошел по касательной. Кость треснула, но не разлетелась в щепки. Если лихорадка не начнется от морской сырости — будет ходить, хоть и с тростью. На голове царапина глубокая, но череп цел. Спать будет долго.
Мира, стоявшая у стола с навигационными картами, устало опустила голову. Её зеленые глаза блестели от сдерживаемых слез, но она быстро взяла себя в руки и посмотрела на следопыта. За последние несколько часов этот угрюмый мужчина, которого она изначально приняла за опасного наемника Велмонта, проявил себя как надежный и хладнокровный защитник. Он без промаха разил латников на причале, а теперь спасал жизнь её отцу.
— Спасибо, Калеб, — негромко произнесла Мира, убирая растрепанные смоляно-черные волосы со лба. В её обычно дерзком и резком голосе впервые послышались мягкие, искренние нотки. Она подошла ближе и протянула ему флягу с крепким пиратским ромом: — На, глотни. Ты сам едва держишься на ногах со своим ожогом.
Следопыт принял флягу, сделал крупный глоток, заставивший его поморщиться, и вернул её девушке. На его суровом лице с глубоким шрамом на щеке промелькнуло подобие скупой, теплой улыбки. между суровым таежным охотником и дерзкой капитаншей контрабандистов начало зарождаться то самое хрупкое, безмолвное взаимное уважение, которое в будущем могло перерасти в нечто гораздо большее.
— Твой парень внизу... Элиас, — Калеб кивнул в сторону закрытой двери каюты, за которой в трюме укрылись юноша и Малакай. Следопыт нахмурился, и в его глазах снова появилось выражение глубокого, мучительного замешательства. — Я до сих пор не могу вспомнить, как мы с ним сошлись. Но то, что произошло на палубе... этот черный туман, зеленые руны под ногами... Он ведь не просто мальчишка-беглец, верно?
Мира сделала глоток из фляги и горько усмехнулась, опустив взгляд на карту Южных островов.
— Меньше знаешь — крепче спишь, наемник, — тихо ответила она. — Скажу только одно: если бы не его магия, мы бы сейчас все кормили крабов на дне бухты Белой Гавани. Держись к нему ближе, но не задавай лишних вопросов. Нам всем нужно выжить.
Пока на корме зарождался этот хрупкий союз, Элиас сидел в темном, пахнущем сыростью трюме брига, прислонившись спиной к тяжелому деревянному шпангоуту. Завернутая в мешковину Корона Разлома со вставленным Оком Первого Короля лежала на его коленях. Юноша осторожно поглаживал прохладный черный металл скипетра. После точечного использования энергии на палубе он чувствовал легкую усталость, но его разум оставался чистым и ясным. Артефакты больше не пытались выжечь его изнутри — они признали его волю, сбалансировав силу друг друга под контролем королевской крови. Малакай сидел напротив, погруженный в глубокую медитацию, восстанавливая сожженные магические каналы.
Вдруг палуба под ними резко накренилась, а со стороны бака донесся тревожный крик матроса-впередсмотрящего:
— Парус на горизонте! Прямо по корме! Быстроходный люгер!
Элиас мгновенно поднялся, бережно закрепил Корону за спиной и вместе с Малакаем поспешил выбраться на верхнюю палубу. Калеб и Мира уже стояли у правого борта. Девушка прижимала к глазу тяжелую медную подзорную трубу, всматриваясь в серую линию горизонта, где туман постепенно рассеивался под лучами полуденного солнца.
Там, разрезая пенистые волны, на огромной скорости шел трехмачтовый военный люгер. Его узкий, хищный корпус и огромные белоснежные паруса позволяли ему двигаться в два раза быстрее тяжело груженного углевоза контрабандистов. На грот-мачте преследователя зловеще развевался узкий, длинный вымпел Тайной канцелярии — кроваво-красный с черным силуэтом сокола.
— Проклятье! — Мира с силой захлопнула подзорную трубу и ударила кулаком по планширю. — Это «Ищейка»! Личный быстроходный корсар лорда Велмонта. Они не стали посылать за нами тяжелые галеоны, они пустили по нашему следу своего самого быстрого пса. С таким ветром они настигнут нас еще до заката, задолго до того, как мы успеем укрыться среди рифов Южных островов.
— Мы можем снова включить Теневой покров? — Элиас обернулся к Малакаю, но слепой старик лишь покачал головой, бессильно опираясь на свой посох.
— Нет, дитя, — глухо ответил отшельник. — Кристаллы-накопители на киле перегрелись после твоего мощного импульса. Если мы попробуем активировать их снова прямо сейчас, они просто взорвутся, разорвав днище брига пополам. Нам придется принять бой в открытом море.
Калеб молча подошел к борту, достал из колчана несколько стрел и разложил их на палубе перед собой, проверяя остроту наконечников. На его лице не отразилось ни тени страха — только привычная, холодная сосредоточенность профессионального воина перед лицом неизбежной схватки.
— У них на борту не меньше тридцати стрелков и пара малых погонных пушек на носу, — спокойно произнес следопыт, бросив быстрый взгляд на Миру. — Они не будут брать нас на абордаж сразу. Они сначала расстреляют наши снасти из пушек, лишат хода, а потом перебьют команду как мишени в тире. Нам нужно подпустить их ближе и ударить первыми.
Элиас почувствовал, как внутри него, в ответ на приближающуюся угрозу, Корона Разлома за его спиной снова начала лениво, но мощно пульсировать тяжелым гравитационным теплом. Зеленый свет Ока Первого Короля слабо пробился сквозь плотные складки мешковины. Юноша понял, что этот быстроходный люгер — лишь первая волна той бесконечной погони, которую лорд Велмонт будет вести за ним до конца его дней. Но теперь он был не один, у него был корабль, верные друзья и сокрушительное оружие прошлого, которое было готово встретить врага во всеоружии.