Безвозвратно твой

Я закрыл дверь в свою комнату и прислонился к ней спиной, выдыхая. В ушах до сих пор стоял её визг. Громкий, пронзительный, почти ультразвуковой. И лицо. Это лицо с огромными глазами, в которых застыл первобытный ужас пополам со стыдом.

Эффи.

Подруга Роуз. Та самая, что вчера оккупировала мою кровать, а сегодня - моё личное пространство и, кажется, мои мысли.

Я провёл ладонью по всё ещё влажным волосам и усмехнулся собственному отражению в зеркале. Уши действительно были красными. Роуз не соврала. Когда я в последний раз краснел? Да никогда, наверное. В ринге перед толпой - нет. На переговорах с инвесторами на миллионные контракты - нет. А тут какая-то мелкая девчонка с растрёпанным пучком на голове и в растянутом свитере заставила меня стоять как идиота с подушкой вместо фигового листка.

- Чёрт, - пробормотал я себе под нос, натягивая нормальную футболку.

На кухню я спускаться не торопился. Сначала нужно было переварить произошедшее. И её. Эту Эффи.

Я ведь её даже толком не разглядел вчера. Когда зашёл в комнату после душа и увидел спящую незнакомку на своей кровати - первая мысль была: «Что за чёрт?». Вторая: «Роуз, твои подруги совсем берега потеряли». Я уже хотел разбудить её и выставить вон, но что-то остановило.

Она спала, свернувшись калачиком, поджав колени к груди. Спала так доверчиво и беззащитно, что рука не поднялась. Я сел на край кровати и минут пять просто смотрел на неё, пытаясь понять, что делать. Будить? Кричать? Вызывать полицию нравов?

В итоге психанул, подхватил её на руки и отнёс к Роуз. Она оказалась на удивление лёгкой. И пахла чем-то сладким - не духами, а скорее шампунем или кремом. Ваниль и ещё что-то цветочное. Я запомнил этот запах, хотя и не хотел.

А сегодня она ворвалась в мою комнату. И в мою голову.

Я сел за стол, открыл ноутбук. Вбил в поисковик: «Эффи». Замер. Фамилии я не знал. Идиот.

Набрал: «Эффи подруга Роуз».

Ноль результатов. Логично. Гугл - не личный дневник моей сестры.

Тогда я сделал то, чего делать категорически не стоило. Открыл инстаграм Роуз. Мы редко общались в соцсетях - я вообще не любил эту ярмарку тщеславия, но аккаунт для бизнеса держал. А сестра, конечно, выкладывала туда всё подряд: от фоток завтраков до пьяных вечеринок.

Я пролистал её ленту. Пляж. Кофе. Сериалы. Снова кофе. И вот - групповое фото с какой-то вечеринки месячной давности. Роуз в центре, вокруг неё стайка девушек. Я вгляделся.

Вот она. Эффи.

На фото она смеялась, запрокинув голову. Волосы растрёпаны, на носу - смешные очки в тонкой оправе, в руках бокал с чем-то розовым. Она выглядела живой. Настоящей. Не такой, какой я видел её сегодня - сгорающей от стыда и готовой провалиться сквозь землю.

Я кликнул по отметке. Аккаунт был закрыт, но имя пользователя высветилось: effy.trevane.

Рисует?

Я зачем-то сохранил это в памяти. И тут же одёрнул себя.

- Какого хрена я делаю? - спросил я вслух пустую комнату.

Мне двадцать три года. Я владелец сети спортивных клубов. Провёл семнадцать профессиональных боёв, двенадцать из них - нокаутом. Я не сталкер и не подросток, чтобы гуглить девушку, которая случайно увидела меня голым.

Но палец уже нажал кнопку «Подписаться».

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

Я тут же отменил заявку, надеясь, что уведомление не ушло. Или ушло? Я не помнил, как работает эта чёртова соцсеть.

На кухне меня встретили две пары глаз. Роуз смотрела с ехидным прищуром, а Эффи... Эффи сидела, уткнувшись в кружку так, словно пыталась в ней утонуть. Её щёки всё ещё пылали, а кончики ушей стали малиновыми.

Я сел напротив, стараясь не смотреть на неё слишком пристально. Не получалось. Взгляд сам цеплялся за её пальцы, нервно крутящие кружку, за растрёпанные волосы, за искусанные губы.

Она подняла глаза, встретилась со мной взглядом - и тут же отвела, покраснев ещё сильнее.

- У тебя уши горят, - невинно заметила Роуз, пододвигая мне чай.

- Чай горячий, - отрезал я.

- Ага, конечно, - сестра растянула рот в улыбке. - Эффи, передай Финну печенье, а то он у нас сегодня какой-то задумчивый. Наверное, увидел что-то... впечатляющее.

Эффи поперхнулась чаем и закашлялась. Я молча взял печенье сам, игнорируя многозначительный взгляд Роуз.

Весь оставшийся завтрак я думал только об одном.

effy.trevane.

Что она рисует? Кого? Какие-нибудь милые акварельные цветочки или что-то другое? И почему мне вообще не плевать?

Я доел, поблагодарил и вышел из кухни, чувствуя спиной взгляд сестры и - что было важнее - взгляд Эффи. Тёплый, смущённый, но любопытный.

В своей комнате я снова открыл ноутбук. Посмотрел на пустую стену. Потом на телефон.

Заявка на подписку так и висела отменённой.

Я выругался, захлопнул ноут и пошёл в зал - бить грушу. Может, хоть бокс выбьет из головы эту дурацкую ваниль и огромные испуганные глаза.

Не помогло.

После тренировки я стоял под душем (на этот раз тщательно закрыв дверь на щеколду) и понимал: эта девушка - проблема. Большая проблема. Потому что я хотел знать о ней больше. Хотел увидеть, как она смеётся, как на том фото. Хотел понять, почему она так отчаянно краснеет и почему это кажется мне чертовски милым.

Я вышел из душа, оделся и взял телефон.

На экране горело уведомление из инстаграма:

effy.trevane. приняла ваш запрос на подписку.

- Да твою ж... - выдохнул я.

Значит, уведомление всё-таки ушло.

Я открыл её профиль и замер. Это были не цветочки. Совсем не цветочки.

Вся страница была заполнена невероятными, живыми, детальными портретами людей, какими-то личными фотографиями и фото вместе с Роуз и ещё несколькими девочками, которых я не знал.
Карандаш, уголь, акварель - разные техники, но одно общее: каждый рисунок дышал. У каждого лица была душа. Она умела передавать эмоции так, что становилось не по себе.

Я пролистывал дальше, пока не наткнулся на последний пост, выложенный несколько дней назад. Портрет пожилого мужчины с глубокими морщинами и тёплой улыбкой. Подпись гласила:

«Дедушка говорил: если боишься - делай шаг вперёд. Страх отступает только перед действием. Скучаю».

Я отложил телефон и долго смотрел в потолок.

В дверь постучали.

- Финн? - голос Эффи за дверью звучал неуверенно. - Я... я просто хотела сказать, что ухожу домой. И ещё раз извиниться. За всё. Вот.

Я подошёл к двери, но открывать не стал. Прислонился лбом к прохладному дереву.

- Не извиняйся, - ответил я тихо. - Всё в порядке, бандитка.

Молчание. Потом её шаги, удаляющиеся по коридору.

Я выждал несколько секунд и всё-таки приоткрыл дверь. В щель увидел, как она спускается по лестнице - уже не в том растянутом свитере. Нет. Она вновь надела то платье в котором была вчера. У входной двери она обернулась, посмотрела вверх - и встретилась со мной взглядом.

Я не отвёл глаз. Она тоже.

Потом она улыбнулась - робко, уголками губ - и вышла.

Я закрыл дверь, сел на кровать и впервые за долгое время почувствовал то, что давно забыл.

Азарт.

Только теперь не перед боем в ринге. А перед чем-то гораздо более опасным.

effy.trevane.

Я снова взял телефон и впервые за долгое время решил воспользоваться связями.

- Алло, Дэймон, незамедлительно найти всю информацию о девушке. Да, мне нужно это срочно. Эффи Тревейн. Жду.

Я швырнул телефон на кровать и закрыл лицо руками.

Кажется, я влип. Чертовски сильно влип. Этой девчонке на вид лет семнадцать, как и Роуз. Что я вообще творю? Мысли только сильнее роились в голове, но поделать ничего уже было нельзя. Мне было жизненно необходимо узнать об этой девчонке всë. Вплоть до того, что она ест на, завтрак и что чаще всего покупает в магазине.

Через пятнадцать минут готовый файл со всей собранной информацией был у меня на почте. Огромное спасибо за это Деймону. Он очень хорошо постарался. Пятнадцать страниц убористого текста, фотографии, сканы документов, ссылки на закрытые профили, которые он каким-то образом вскрыл. Деймон очень хорошо постарался. Слишком хорошо. Надо будет выписать ему премию. Или уволить к чёртовой матери, чтобы не поощрять моё безумие.

Эффи Мелани Тревейн. Даже имя звучит как музыка. Эффи Мелани. Я прокатал его на языке, чувствуя себя полным идиотом.

Семнадцать лет. Выпускной класс частной школы Лэнгфорд. Круглая отличница. Средний балл - 4.9 из 5. Председатель школьного арт-комитета. Победительница регионального конкурса молодых художников два года подряд. Волонтёр в приюте для животных по выходным.

Я откинулся на спинку кресла и провёл ладонью по лицу. Отличница. Конечно. Кто бы сомневался. Наверняка ещё и домашку делает сразу после уроков, а не за пять минут до звонка, как я когда-то.

Дальше шло то, что Деймон нарыл в закрытых профилях. Я читал и чувствовал себя последним сталкером. Маньяком. Человеком, который перешёл все мыслимые и немыслимые границы. Но остановиться не мог.

Завтрак: овсянка с ягодами и зелёный чай. Полезно. Скучно. Но мило - я представил, как она сидит утром на кухне, сонная, с растрёпанным пучком, и ковыряет ложкой в тарелке.

Чаще всего покупает в магазине: бананы, миндальное молоко, мятный шоколад и блокноты для скетчей. Мятный шоколад. Я улыбнулся, сам того не замечая. Она любит мяту. Как и я. Может, в этом есть какой-то знак? Нет, Финн, прекрати. Ты не веришь в знаки. Ты веришь в факты и прямые удары.

Отдельным разделом шли её художественные работы. Деймон каким-то чёртовым волшебством достал даже те, что не были выложены в сеть. Фотографии рисунков, хранящихся в школьном архиве. Я открыл их и замер.

Она рисовала не просто лица. Она рисовала истории. Чёрт возьми, она рисовала души.

Вот портрет пожилой женщины с птицей на плече. Я видел каждую морщинку, каждую складочку на шали, но главное - в глазах женщины светилась такая мудрость и печаль, что у меня перехватило дыхание. Я никогда не понимал искусства. Для меня картина была либо красивой, либо нет. Но тут... тут я чувствовал. Она заставила меня чувствовать через чёртов рисунок карандашом.

Вот рисунок девочки, пускающей мыльные пузыри на фоне заката - лёгкий, воздушный, почти невесомый. А вот - я резко выпрямился в кресле - боксёр. Мужчина в стойке. Мышцы напряжены, на лице сосредоточенность хищника перед броском. Техника - уголь. Грубая, резкая, совсем не похожая на её обычные мягкие портреты.

Она рисовала бойца. Она рисовала бокс.

Я увеличил изображение и долго всматривался в линии. Она понимала. Не знаю как, но она понимала, что чувствует боец в ринге за секунду до гонга. Откуда? Почему? Кто она такая, эта девочка с ванильным запахом и глазами лани?

Дальше - семья. Мать и отец давно безработные люди, находящиеся в давних запоях. Отец не родной, новый муж матери, который появился в их жизни, когда Эффи было 7 лет. Младший брат Уильям - 11 лет, учится в той же школе, что и сестра. Бабушка - 63 года, пенсионерка, слабое сердце, сидит на таблетках. Собака - лабрадор Тесси. Чтобы обеспечить себя и семью, Эффи работает в кафе официанткой и обычно свободное время проводит в «Мятном кролике».

Я фыркнул. Тесси. Это так чертовски в её стиле. Мило, нелепо и совершенно очаровательно.

Деймон приложил даже список мест, где она бывает чаще всего. Школа Лэнгфорд. Художественная студия «Палитра» на Мейпл-стрит. Приют «Верный друг» в восточном районе. И кафе «Мятный кролик» около студии.

«Мятный кролик». Конечно. Мятный шоколад, мятный кролик. Девчонка любит мяту. Я запомнил это. Запомнил, хотя не должен был.

Я открыл её инстаграм снова. Теперь, когда она приняла мою заявку, я мог видеть всё. Сохранённые истории, старые посты, отметки. Я пролистывал их одну за другой, как заворожённый. Как идиот, который в свои двадцать три года никогда не видел девушку в соцсетях.

Вот она в студии, перепачканная краской. Показывает в камеру незаконченный холст и смеётся. У неё ямочки на щеках, когда она смеётся. Ямочки, чёрт возьми. Я смотрел это видео три раза.

Вот она ведёт на поводке огромного лабрадора, который пытается догнать голубя. Она кричит ему: «Тесси, фу! Тесси, нельзя!» - и её голос срывается на смех.

Вот сидит на подоконнике с книгой и кружкой чая, за окном дождь. Волосы собраны в небрежный пучок, на носу очки в тонкой оправе. Домашняя, уютная, настоящая.

Вот дурачится с Роуз. Они обе в смешных зелёных масках для лица и хохочут до слёз, пытаясь спеть какую-то попсовую песню. Моя сестра и эта девочка. Они дружат. Настоящие лучшие подруги.

Я закрыл глаза и потёр переносицу.

Ей семнадцать, как и Роуз. Я повторял это как мантру, пытаясь остудить голову. Ей семнадцать, она учится в школе, у неё впереди выпускные экзамены и целая жизнь. А у меня - бизнес, тренировки, чёткий план, в котором нет места для семнадцатилетней художницы, пахнущей ванилью.

Но почему-то от этой мысли не становилось легче. Потому что где-то глубоко внутри я уже знал: не смогу просто забыть о ней. Не смогу сделать вид, что этого утра не было. Что она не стояла в моей комнате с огромными испуганными глазами. Что её запах не въелся в мою память. Что я не хочу увидеть её снова.

Я встал, подошёл к окну и уставился на улицу. Кажется, весь сегодняшний оставшийся день я потрачу на то, чтобы детально изучить Эффи Тревейн. Каждую страницу этого чёртова файла. Каждую фотографию. Каждый рисунок.

Телефон завибрировал. Сообщение от Деймона:

«Босс, я, конечно, всё понимаю, но зачем вам досье на несовершеннолетнюю девчушку? Вы там совсем с катушек слетели в своём особняке? Шучу. Если нужна ещё инфа - свистите».

Я набрал короткое: «Заткнись, Деймон» - и отправил.

Подумал пару секунд и добавил: «Узнай расписание занятий в студии «Палитра»».

Ответ пришёл мгновенно:

«Понял. Вы точно с катушек слетели, босс. Но мне нравится. Давно вы таким... заинтересованным не были».

Я швырнул телефон на кровать и упал лицом в подушку.

Она пахла ванилью.

Чёрт. Я забыл сменить наволочку после того, как Эффи спала здесь вчера. Её запах всё ещё был здесь, на моей подушке, и я, как последний идиот, вдыхал его.

Резко сел, сорвал наволочку и отбросил её в угол комнаты. Сердце колотилось как после десяти раундов в ринге.

- Я сошёл с ума, - сказал я пустым стенам. - Я окончательно сошёл с ума.

Но даже произнося это, я уже открывал календарь на телефоне. «Мятный кролик» работал до одиннадцати вечера. Студия «Палитра» заканчивала занятия в восемь.

Я не знал, что буду делать. Может, просто пройду мимо. Случайно. Один раз. Посмотрю издалека и успокоюсь. Докажу себе, что она обычная девчонка и я ничего к ней не чувствую.

Кого я обманывал?

Я встал, надел куртку и вышел из комнаты. В коридоре столкнулся с Роуз, которая несла корзину с бельём.

- Ты куда? - она подозрительно прищурилась. Слишком подозрительно. Слишком понимающе.

- Прогуляться.

- В «Мятный кролик»? - невинно поинтересовалась сестра.

Я замер на полпути к лестнице. Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт. Откуда она знает? Она что, мысли читает?

- Что?

- Ничего, - Роуз пожала плечами, но улыбка у неё была до ушей. Та самая улыбка, с которой она в детстве говорила: «Я не брала твои конфеты», хотя всё лицо было в шоколаде. - Просто Эффи обычно там после студии зависает. Часов в восемь. Мятный латте пьёт и рисует в блокноте. Милое зрелище, кстати. Очень вдохновляющее.

Она подмигнула и скрылась в своей комнате, а я остался стоять, сжимая перила и проклиная всё на свете.

Сестра всё знала.

И, судя по всему, была только за.

Это пугало меня даже больше, чем собственные мысли о семнадцатилетней художнице с ванильным запахом и глазами, в которых можно утонуть.

Я вышел из дома, сел в машину и завёл двигатель.

Случайно проехать мимо. Просто посмотреть. Ничего больше.

Ложь. Сладкая, опасная ложь.

Я уже вбивал адрес «Мятного кролика» в навигатор. И ненавидел себя за это. И не мог остановиться.

Потому что впервые за долгое, чёртовски долгое время я чувствовал что-то кроме азарта перед боем или удовлетворения от закрытой сделки.

Я чувствовал, что жив. Из-за неё. Из-за девочки, которая рисует души и любит мятный шоколад.

И я ехал к ней.