Безвозвратно твой

Утро следующего дня встретило меня жутким похмельем и головной болью. Я уже сотню раз успела проклясть весь мир и себя в том числе за то, что вчера выпила слишком много, хотя изначально даже не планировала пить.

— Проснулась, подруга?

Я перевела измученный взгляд на Роуз. Та, как всегда, была бодрячком и при параде.

— Я сейчас умру…
— Я вижу. — Хихикнула Роуз, протягивая мне стакан с водой и таблетку.
— Спасибо большое.

Я за несколько секунд опустошила стакан, запивая таблетку. Голова всё ещё работала заторможенно, но уже начала соображать. Я обвела комнату мутным взглядом. Стены были нежно-персикового цвета, на полках стояли рамки с фотографиями и флакончики духов. Типично девчачья обитель Роуз. Но что-то не давало мне покоя. Какое-то смутное воспоминание, похожее на сон: запах мужского геля для душа, тихий скрип половиц и ощущение невесомости.

— Роуз, — мой голос прозвучал хрипло, как у старого ворона. — Я вчера точно в твоей комнате заснула?

Роуз, сидевшая на подоконнике с кружкой кофе, удивлённо вскинула бровь.

— Ну, сейчас ты в моей, как видишь. А что, были варианты? Ты же говорила, что поняла, куда идти.

— В том-то и дело, что я помню вторую, но почему-то мне кажется, что у тебя в комнате раньше были обои потемнее... и кровать пожестче... — Я потерла виски. — И ещё у меня странное ощущение, будто кровать меня везла, как такси.

Роуз на мгновение замерла, а потом прыснула со смеху.

— О боже. Эффи... Ты ведь не перепутала лево и право?

— Ну... я была не совсем в кондиции, — промямлила я.

— Скажи, ты вчера видела в комнате постер с каким-то боксёром и гантели в углу?

Я мучительно задумалась. Перед тем как моё лицо встретилось с подушкой, я действительно зафиксировала взгляд на чёрно-белом плакате с каким-то мрачным мужиком.

— Кажется... да. Я ещё подумала: «Нужно утром сказать Роуз, что у неё слишком мужская комната».

Роуз расхохоталась в голос, чуть не расплескав своё кофе.

— Ты чуть не провела ночь в берлоге моего брата!

Словно по сигналу, в коридоре послышались тяжёлые шаги, а затем дверь в комнату Роуз без стука распахнулась. На пороге стоял он. Высокий, в простой белой футболке, обтягивающей широкие плечи. Я моментально почувствовала себя ещё более больной, но уже не из-за похмелья, а от стыда. Я натянула одеяло до самого подбородка.

— О, виновница торжества очнулась, — парень облокотился плечом о косяк, скрестив руки на груди. Взгляд у него был насмешливый, но без злобы. — Как спалось на чужой территории, бандитка? Матрас удобный?

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но смогла издать только сдавленный писк. Так вот откуда это ощущение полёта! Он меня нёс!

— Меня, кстати, Финн зовут, — добавил парень, видя моё замешательство. — Приятно познакомиться, бандитка.

— Я... я не специально! — наконец выдавила я, чувствуя, как горят щёки. — Лево-право... алкоголь... деменция...

— Да ладно тебе, я не в обиде, — усмехнулся Финн. — Только в следующий раз, когда захочешь снова занять мою кровать, предупреди заранее. Я бы хоть постель свежую постелил.

Он подмигнул, отчего у меня внутри всё перевернулось, и ушёл в сторону лестницы, насвистывая какую-то мелодию.

В комнате повисла пауза. Роуз смотрела на меня круглыми глазами, полными восторга.

— Эффи... Ты вчера завалилась спать к моему старшему брату, — медленно, по слогам произнесла Роуз, словно пробуя ситуацию на вкус. — А он, вместо того чтобы вышвырнуть тебя или разбудить скандалом, аккуратно отнёс на ручках сюда.

Я спрятала лицо в ладонях. Похмелье как рукой сняло.

— Убей меня. Немедленно убей меня, чтобы я не испытывала этот стыд.

— Ну уж нет, — заявила Роуз, протягивая мне расчёску. — Приводи себя в порядок. Финн только недавно вернулся из своего Лондона, и судя по его улыбке, скучно теперь точно не будет.

— Замолчи, Роуз, прекрати немедленно, мне и так стыдно! — Я накрылась одеялом с головой.

— Что стыдно? Ну с кем не бывает?

— Со мной не бывает!

Роуз стащила с меня одеяло и буквально силой подняла меня с кровати.

— Всё, хватит страдать. Идём пить чай, тебе нужно прийти в себя. И заодно расскажу, кто такой мой брат, раз уж вы так... эм... близко познакомились.

Я застонала, но поплелась следом на кухню.

Спустя полчаса, обхватив ладонями горячую кружку с мятным чаем, я уже сто раз пожалела, что согласилась на этот разговор. Роуз трещала без умолку, и каждое её слово заставляло меня краснеть всё сильнее.

— ...а ещё он профессионально занимается боксом, представляешь? В Лондоне у него свой бизнес, сеть спортивных клубов. Финн вообще невероятно целеустремлённый. И готовит хорошо, и квартира у него там шикарная, и...

— Роуз, — перебила я. — Ты сейчас описываешь его так, будто рекламируешь жениха на сайте знакомств.

— А что? — брюнетка хитро прищурилась. — Ты видела его плечи? Он тебя нёс на руках, между прочим! Как принцессу!

— Я была без сознания, какая принцесса?! — Я сделала большой глоток чая и обожгла язык. — Мне просто нужно перед ним извиниться. Ещё раз. По-нормальному. Без позора.

— Он в своей комнате, — подсказала Роуз, допивая чай. — Дверь вторая слева, но теперь-то ты не перепутаешь?

Я бросила на подругу убийственный взгляд и решительно встала из-за стола.

— Я быстро. Просто скажу «прости, я идиотка» и уйду.

Я поднялась на второй этаж, глубоко вздохнула и подошла ко второй двери слева. Постучала костяшками пальцев.

Тишина.

— Финн? — позвала я негромко. Ответа не последовало. Я постучала ещё раз.

«Может, у него наушники? Или он спит? Зайду на секунду, оставлю записку и выйду», — подумала я и аккуратно повернула ручку.

Дверь бесшумно открылась. Комната действительно была мужской: тёмные стены, минимум декора, на спинке стула висела кожаная куртка, в углу стояла груша для бокса. Я сделала пару шагов внутрь, оглядываясь в поисках листка бумаги.

И в этот самый момент дверь душевой, расположенной прямо в спальне, распахнулась, выпуская облако горячего пара.

Из душа вышел Финн. Абсолютно, стопроцентно, катастрофически голый. С мокрых волос стекали капли воды, пробегая по широким плечам, рельефной груди и кубикам пресса, чтобы исчезнуть в полотенце, которое он, видимо, просто забыл взять с собой. В руке он держал лишь зубную щётку.

На секунду мир замер.

Финн увидел меня посреди своей комнаты. Я увидела ВСЁ.

— А-А-А-А-А! — мой визг был таким громким, что на первом этаже Роуз едва не выронила телефон.

Я резко развернулась на сто восемьдесят градусов, впечатавшись лбом в дверной косяк, и закрыла лицо руками.

— Боже мой! Прости! Прости! Я не видела! То есть видела, но я не хотела!

Финн, опешив от неожиданности, схватил первое, что попалось под руку — декоративную подушку с кресла — и прикрылся ею спереди. На его скулах заиграли желваки, а уши предательски покраснели.

— Твою ж... — выдохнул он, пытаясь совладать с дыханием. — Стучаться надо! Это что, семейная традиция такая — вламываться в мою комнату без предупреждения?!

— Я стучала! — пискнула я, не оборачиваясь. Я готова была провалиться сквозь пол, до самого фундамента дома. — Ты не ответил! Я хотела просто записку оставить!

Финн шумно выдохнул, провёл ладонью по мокрому лицу. Ситуация была настолько абсурдной, что злость быстро уступала место смеху, который он изо всех сил пытался сдержать.

— Записку она хотела оставить... — проворчал он. — Стой так. Не оборачивайся. Дай мне хотя бы штаны надеть, ради всего святого.

Я энергично закивала, боясь пошевелиться.

— Я стою! Стою как вкопанная! Честное слово!

Я слышала, как за моей спиной Финн торопливо шуршит одеждой, что-то бормочет себе под нос, и моё сердце колотилось где-то в горле. Ну почему, почему именно так всё всегда происходит со мной?

— Всё, — раздался за спиной голос Финна. — Можешь поворачиваться. И глаза открыть тоже можешь.

Я медленно, словно боясь увидеть нечто ужасное, повернулась. Финн стоял в низко сидящих на бёдрах спортивных штанах и наспех накинутой футболке, которая всё ещё липла к влажному телу. Волосы были взъерошены после душа, а на лице застыло выражение, которого я не могла точно расшифровать: то ли раздражение, то ли сдерживаемый смех.

— Да ты и правда бандитка. Второй раз уже не даёшь мне в душ сходить. — Усмехнулся Финн. — Ну и? — он скрестил руки на груди, прислонившись бедром к комоду. — Что ты хотела мне сказать? Кроме демонстрации своих вокальных данных?

Я почувствовала, как щёки снова заливает краска. Боже, я только что визжала как пожарная сирена. И видела его. Полностью. Каждая деталь теперь намертво впечаталась в память.

— Я... — мой голос дрогнул. — Я пришла извиниться. За вчерашнее. За то, что заняла твою кровать, хоть и ненадолго. И за сейчас наверное тоже.

Финн внимательно посмотрел на меня. Я стояла перед ним, теребя край рукава растянутого свитера, с растрёпанными белоснежными после сна волосами и огромными глазами, полными искреннего раскаяния. Я была смешной. И странно милой.

— Ладно, — уголок его губ дёрнулся вверх. — Извинения приняты. Только давай договоримся: в следующий раз, когда решишь заглянуть ко мне, стучи громче. И жди ответа. Желательно не меньше десяти секунд.

— В следующий раз?! — Я всплеснула руками. — Да я теперь к этой двери на пушечный выстрел не подойду! Мне стыда на три жизни вперёд хватит!

Финн не выдержал и рассмеялся. Смех у него оказался низким, грудным, совершенно не вязавшимся с его суровым боксёрским образом.

— Расслабься, бандитка. Ситуация неловкая, но не смертельная. Я не кусаюсь. Обычно. Пока сами не попросят.

Он сделал шаг ко мне, и я инстинктивно отступила назад, упёршись спиной в дверной косяк. Финн заметил это и остановился, но в его разноцветных глазах мелькнул озорной огонёк.

— Значит так, — он наклонился чуть ближе, понижая голос. — Давай начнём заново. Я Финн. Брат Роуз. Рад познакомиться при дневном свете и в штанах.

Я нервно хихикнула, чувствуя, как от его близости по коже пробегают мурашки. От него пахло гелем для душа с нотками сандала и чем-то неуловимо мужским.

— Эффи, — выдохнула я. — Подруга Роуз. Профессиональный специалист по попаданию в неловкие ситуации.

— Приятно познакомиться, специалист, — Финн протянул мне руку.

Я вложила свою ладонь в его широкую, тёплую ладонь. Пожатие оказалось крепким, но бережным. Его пальцы на мгновение задержались на моём запястье, и мне показалось, что по венам пробежал электрический разряд.

В этот момент дверь за моей спиной резко распахнулась, и я, потеряв равновесие, полетела вперёд — прямо в грудь Финну. Он машинально подхватил меня за талию, не дав упасть.

На пороге стояла Роуз с подносом, на котором красовались три кружки и тарелка с печеньем. Её брови медленно поползли вверх, а на лице расцвела широченная улыбка Чеширского кота.

— Та-а-ак, — протянула она с явным удовольствием. — Я, значит, волнуюсь, не убил ли мой брат мою подругу, несу чай для примирения, а тут... Очень интересный способ мириться, ребята. Очень тесный.

Я отскочила от Финна как ошпаренная, едва не врезавшись в Роуз.

— Это не то, что ты думаешь! Я упала!

— Конечно-конечно, — Роуз подмигнула брату. — Финн, у тебя уши красные. Ты вообще когда в последний раз краснел? Классе в пятом?

— Роуз, — предупреждающе рыкнул Финн.

— Всё, молчу! — Роуз подняла поднос выше, демонстрируя капитуляцию. — Чай на кухне. Жду вас обоих через две минуты. И, Эффи...

— Что? — обречённо спросила я.

— У тебя всё на лице написано, — шепнула Роуз и быстро исчезла в коридоре.

Я прижала ладони к пылающим щекам. Финн за моей спиной тихо усмехнулся.

— Моя сестра — ходячая катастрофа в юбке, — прокомментировал он. — Но в чём-то она права. Давай, Эффи. Чай стынет.

Он мягко подтолкнул меня к выходу, и его ладонь на секунду задержалась на моей пояснице. Я вылетела в коридор с твёрдым намерением немедленно эмигрировать в другую страну. Или записаться в монастырь.

Но где-то глубоко внутри, под слоями стыда и смущения, теплилось странное, незнакомое чувство. Очень похожее на предвкушение.

А на кухне Роуз уже раскладывала печенье, напевая под нос свадебный марш.