Нить времени

Солнце только-только пробралось сквозь тяжёлые бархатные шторы, заливая спальню мягким золотистым светом. Джессалин Рэйн Харпер приоткрыла изумрудные глаза и на мгновение замерла, вслушиваясь в привычную суету замка: где-то хлопали двери, вдалеке раздавался смех, а за окном перекликались птицы. Сегодня был особенный день — последний день пятого курса. Сердце сжималось от лёгкой грусти, смешанной с предвкушением летних каникул.

— Ну, хватит лежать, соня! — Лили Эванс подскочила с кровати и резко сдёрнула одеяло с Джесс. — Сегодня нельзя терять ни минуты! Мы должны запомнить каждую секунду этого дня, чтобы потом ныть, как сильно скучаем по этой каменной громаде!

Джесс рассмеялась, зарываясь пальцами в свои огненно‑рыжие кудри, и села на кровати. Мэри Макдональд уже крутилась у зеркала, пытаясь укротить непослушные локоны, а Марлин Маккиннон ворчала, что форма почему‑то всегда выглядит на ней так, будто она в ней спала.

— Это не я, это магия такая, — буркнула Марлин, поправляя галстук. — Она специально издевается надо мной.

— Может, попросишь её быть добрее? — хихикнула Мэри. — Типа: «Дорогая магия, пожалуйста, не превращай мой галстук в удавку».

Девушки быстро собрались, подхватили мантии и, смеясь и толкаясь, побежали вниз по лестнице в Большой зал.

В зале уже царила привычная суматоха: столы ломились от блюд, воздух был наполнен гулом голосов и звоном приборов. Мародёры заняли своё обычное место — Сириус Блэк тут же притянул Джесс к себе, едва она успела присесть, и чмокнул в висок.

— Наконец‑то! — театрально вздохнул он. — Я думал, вы там до следующего семестра собираться будете.

Джеймс Поттер размахивал вилкой, рассказывая какую‑то невероятную историю, отчего Питер Петтигрю хохотал так, что чуть не свалился со скамьи, а Римус Люпин, как всегда, выглядел самым собранным, хотя в его глазах тоже плясали озорные огоньки.

— Представляете, я наконец‑то научился трансфигурировать свою чашку в чайник, — гордо заявил Питер, откусывая кусок тоста.

— Главное, чтобы она не попыталась нас напоить, — хмыкнул Сириус, подмигнув Джесс. — А то вдруг у неё характер вредный, как у нашего завхоза.

— Или начнёт читать нам нотации о пользе чая, — добавил Римус, сдерживая улыбку.

— Эй, я серьёзно! — возмутился Питер. — Это достижение!

— Мы ценим, Пит, — кивнул Джеймс. — Но давай пока не будем устраивать чаепития с посудой. Мало ли что она подумает.

После завтрака они разбрелись по спальням собирать вещи. Чемоданы открывались и закрывались, мантии, книги, конспекты и даже пара зачарованных безделушек отправлялись внутрь. Джесс бережно уложила в чемодан маленькую фотографию, где она, Лили и мародёры стояли у озера — снимок был сделан прошлой осенью, когда листья падали с деревьев, словно золотые монеты.

На платформе девять и три четверти было шумно и многолюдно: родители встречали детей, совы кружили над головами, а вагоны поезда манили обещанием дороги. Джесс крепко держала руку Сириуса, пока они искали свободное купе. Лили шла рядом, болтая без умолку, будто боялась, что если замолчит, то лето покажется бесконечным.

— Я уже придумала, чем мы займёмся в первые три дня, — тараторила Лили. — Сначала испечём пирог, потом устроим пикник, потом… ну, потом что‑нибудь ещё! Главное — не сидеть на месте.

— Звучит как план, — усмехнулся Сириус. — Особенно часть про пирог. Я готов быть главным дегустатором.

Поезд тронулся, и Хогвартс начал медленно исчезать за поворотом, оставляя после себя шлейф воспоминаний и тихую грусть расставания.

Когда они сошли с поезда, Джесс на секунду задумалась, глядя на суету вокзала. Родители её были в командировке, и дом казался пустым и слишком тихим. Но сегодня тишина была ей не нужна.

— Слушайте, — сказала она, оглядывая друзей, — родители в отъезде, и дом такой пустой… Может, пойдёте ко мне? Только мы: мародёры, Лили… Никаких лишних ушей.

Сириус тут же расплылся в улыбке.

— Ты серьёзно? Это будет лучшее лето! Я даже готов помогать с мытьём посуды. Ну, может, не каждый день, но иногда.

Лили радостно взвизгнула и обняла Джесс, а Римус кивнул, соглашаясь, хотя в его взгляде читалось лёгкое беспокойство — как бы не натворить бед.

— Надеюсь, твой дом выдержит нас всех, — осторожно заметил он.

— Выдержит, — уверенно сказала Джесс. — Он крепкий. А если что, у меня есть запас зелья для починки вещей. На всякий случай.

Питер подпрыгивал от нетерпения, предвкушая приключения.

— А у тебя есть настольные игры? Или можно просто сидеть и рассказывать истории! Или… да всё что угодно, лишь бы не скучать!

Они подошли к камину, и Джесс достала мешочек с летучим порохом.

— Держитесь крепче, — прошептала она, бросая порошок в огонь. — Дом Джессалин.

Пламя вспыхнуло изумрудно‑зелёным, и вихрь унёс их прочь с вокзала, пронося сквозь дымоходы и повороты. Секунды спустя они вынырнули в уютной гостиной дома Харперов. Здесь пахло ванилью и корицей, а на полках стояли фотографии, рассказывающие о жизни семьи. Джесс улыбнулась, оглядывая друзей, которые теперь выглядели немного ошеломлёнными, но счастливыми.

— Добро пожаловать домой, — тихо сказала она, чувствуя, как сердце наполняется теплом. — Это будет незабываемое лето.

— И надеюсь, без происшествий, — пробормотал Римус, отряхивая мантию от сажи.

— Кто сказал «без происшествий»? — хитро прищурился Сириус. — Лето без приключений — это вообще не лето.